Хроники Грома: Путь Света (Том Первый)

#15 Влияние

–––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––

Легкие потоки воздуха, проходящие через открытое окно одного из помещений храма Святого Герхарда, обдували жесткие волосы Кобо Йонсена. Он стоял, смотря на темную воду в одноименном храму канале. По обеим набережным прогуливались самые разные люди от богатых до не самых обеспеченных, а также то и дело проезжали колесницы и повозки с лошадьми.

Стучащий звук шагов и топота по брусчатке четко доносился в помещение храма через распахнутое окно.

— Так странно слышать столичный диалект. — Произнес себе под нос Кобо. — Впервые за долгое время.

На небольшой деревянной кровати, расположенной в углу справа от окна, еще с самого вечера спит Райто. Громкий крик Хаками заметил служащий в храме пастор, в спешке пустивший к себе Кобо с на тот момент уже бессознательным Райто.

Кобо стал резонировать с просыпающимся городом, вслушиваясь в звуки шагов, проплывающих в канале лодок и диалогов прохожих.

Настало время завтрака и в гостевую комнату постучались. Неторопливо передвигаясь, Йонсен добрался до тяжелой деревянной двери и открыл ее. Перед дверью стояла низкая девушка в черном хабите, голову которой покрывала вуаль.

— Доброе утро, да будет мир с вами. — Произнесла теплым, спокойным тоном девушка. — Отец Эльдан приглашает вас к трапезе.

— А-аа… — Слегка затормозил Кобо. — Спасибо, передайте, что мы скоро будем.

— Простите нас, сестра. — Вдруг прозвучал из угла комнаты голос Райто, уже принявшегося обуваться. — Нам скорее нужно выдвигаться, так что передайте отцу Эльдану наши извинения и искреннюю благодарность.

— Конечно, как вам будет угодно, милые гости. — Сказала девушка, поклонившись, после чего дверь закрылась.

Тормозящий после бессонной ночи Кобо медленно повернулся к Райто (его взгляд немного не поспевал за движениями головы) и посмотрел на него вопрошающе.

— И ч… к.. как, что? — Прозвучало от Кобо.

— Мне очень неудобно перед ними. — Сказал Райто. — Я отцу Эльдану и без этого по гроб жизни обязан, не хочется еще больше в долг брать.

— Чем ты ему обязан? — С возмущением спросил Кобо. — Он всего лишь пустил нас на ночь, чтобы я не таскался с твоей бездыханной тушей по городу.

Райто поднялся, отряхнул свою помявшуюся за ночь рубашку и подошел к окну. Теперь уже он стал наблюдать за просыпающимся городом. На часах семь утра, начал раздаваться колокольный звон.

— Когда мне было пять я случайно сорвался в воду вон с того моста. — Указал на каменный мост слева от здания храма Райто. —Тогда я гулял с Вергилем, который так же, как и я еще не умел плавать. Я мог просто захлебнуться и утонуть, но отец Эльдан прыгнул в воду прямо в одежде и достал меня из канала.

— Ого, да он крутой. — Сказал Кобо. — Завтрак тем более пропускать нельзя.

Райто обернулся и посмотрел на друга со слегка недовольным выражением лица.

— Ладно, но долго сидеть не будем.

Комната, где проходил завтрак, была достаточно просторной. Стены, выложенные из белого камня, освещал проходящий через высокие окна теплый солнечный свет. Сами же окна были украшены тонкими занавесками из белого льна.

Посреди этого помещения стоял длинный деревянный стол, покрытый белой скатертью, на которой были аккуратно расставлены немногочисленные блюда.

Райто и Кобо сели на деревянные скамейки с мягкими подушками и стали смирно ожидать появления отца Эльдана, без которого начинать трапезу конкретно Хаками не собирался.

Конкретно Хаками, потому что Кобо уже во всю мазал на хлеб клубничный джем.

— Кобо, ты… —резко произнес Райто полушепотом.

— Ничего-ничего, пусть кушает. — Прозвучал добрый голос отца Эльдана. Этот человек сорока семи лет был одет в белый альб с широким черно-золотым поясом на талии. Его борода была гладко выбрита, а уже обильно начавшие седеть волосы чуть спадали на виски.

— Доброе утро, отец Эльдан. — Вскочил Райто, слегка поклонившись.

Кобо поднял удивленный взгляд на друга и тоже встал, уже держа во рту кусочек хлеба с джемом.

— Доброе, юный Хаками. — Улыбнулся священник. — Как твое состояние?

— Спасибо, Ваш храм, как всегда, спасает мою душу. — Вновь поклонился Райто.

«Ничего себе, как заговорил.» — Удивленно думал Кобо.

— Я рад. — Вновь улыбнулся отец Эльдан. — Мы все вчера молились за Ваше здоровье и покой госпожи Юри.

В этот раз Райто лишь поклонился, сдерживая резко нахлынувшие в голову эмоции.

Следующие тридцать минут прошли в относительно позитивной обстановке. Пастор вспоминал смешные истории, связанные с Райто и его друзьями, а также какие-то свои короткие, иногда греховные, моменты из жизни.

— А, так это Вы в «Кристальной Пинте» по субботам сидели? — Вдруг возник в разговоре Кобо.

Отец Эльдан был крайне удивлен фразе Кобо, он посмотрел на того немного ошарашенным взглядом, после чего приставил к губам указательный палец.

— Будь потише. — С улыбкой сказал пастор.

— Ну вот, слухи оказались правдой. — Пробубнил Кобо, рот которого неожиданно захлопнула ладонь Райто.

— Уважай человека, сам ведь любил туда сходить. — Сказал Хаками, держа кусочек хлеба двумя пальцами свободной руки.

— М-ммм мм-мм ммнм! — Сказал Кобо, пытаясь произнести фразу «но я же не священник!».

— Не спорь, сам ведь все помнишь.

Райто и Кобо немного подкрепились и уже были готовы покинуть здание храма. На улице их встретил свежий и прохладный воздух начала мая. Небо в это утро было затянуто легкой облачностью, из-за которой солнце не слишком яркое, но достаточно светлое, чтобы освещать улицы. Ветер мягко колышет листья деревьев, и время от времени доносится запах цветущих растений, в сочетании с ароматами недавнего дождя, прошедшего на улице несколькими часами ранее.

Из-за невысокого каменного забора храма Святого Герхарда виднелись проезжающие повозки с лошадьми и отчетливо слышались голоса людей. Эта часть канала была самой загруженной, ведь проходила сквозь известный многим Сенатский Проспект.

— Странно, что в это время к вам еще никто не пришел. Как я помню, сюда люди часто по утрам заходили. — Сказал Райто после того, как они с Кобо отблагодарили пастора.

— Что ж, похоже времена сейчас другие. — С некой досадой произнес отец Эльдан. — Люди боятся Сына Хаома, поэтому так мало из них решаются зайти лишний раз в храм.

— Что за Сын Хаома? — Спросил Райто, поправляя волосы, которые стал трепать слегка подувший ветерок.

— М-мм, да ну, а как они тут-то оказались? — Спросил Кобо.

— Видишь, похоже, что твой друг куда лучше тебя в этом осведомлен. — Указав рукой на Кобо, улыбнулся священник.

— Угу, наш с Райто общий знакомый очень заинтересован в этом «сыне».

— Вот как. — Грустно прозвучало от отца Эльдана. — Ваш друг, верно, потерял себя, раз примкнул к ним.

— Да не, боже, я не о том. — Сказал Кобо, махая правой рукой. — Он как-то пытался найти их след, чтобы разобраться в происходящем и как-то помочь столице с этой всей штукой.

— О ком ты? — Спросил Райто.

— Людвихт, он же чертовски набожный парень. — Повернувшись к Райто, сказал Кобо.

— Да ну, он-то?

— Короче, раз зашла об этом речь, думаю мы тоже можем в этом покопаться. — Стукнув кулаком по ладони, сказал Кобо, поворачиваясь к священнику. — Тем более, Райто говорил, что обязан Вам там чем-то.

Райто и Кобо попрощались со священником и спустились по небольшим ступенькам вниз, оказываясь на протоптанной тропинке. Они стали идти мимо захоронений, каждое из которых высматривал Хаками и, наконец найдя нужное, подошел к одному из них.

Подойдя к каменной табличке с именем его матери, он присел на корточки. Земля над захоронением уже давно затвердела, сейчас она была полностью покрыта густыми цветущими астрами.

— Странно как, цветут в это время. — Проводя пальцем вокруг бутона одного из фиолетовых цветков, сказал Райто.

— Это ведь любимые цветы твоей матери. — Сказал подошедший Кобо.

— Ага. Интересно, откуда они тут. — С улыбкой мягким голосом произнес Райто.

— Кто знает, может сами выросли. — Развел руками Йонсен.

— Кто знает… — повторил Райто, подняв взгляд на каменную плиту перед ним.

«Я справлюсь, мам… — сдерживая ненависть, думал Хаками… — я отдам свою жизнь за истребление тех, кто в ответе за твою гибель. Посвящу всего себя истреблению Чистки.»

Человек в темном хаори, белом кимоно и черных широких самурайских штанах. Его внешность скрывала маска кицунэ, украшенная алыми каплями с правой стороны. Черные волосы были убраны в длинный хвост, а на саму маску по бокам спадала челка, почти достающая до подбородка этого человека.

Его катана с золотой гардой в ту ночь лишила жизни лишь собственного подчиненного, но его приказ лишил многих жителей Виндхельма домов, родственников и, в конце концов, жизней. О Сэнзо известны лишь его имя и слухи о поражающей воображение силе, которой он держит в страхе исчисляемых тысячами членов Чистки и капитанов отрядов от пятнадцатого до первого.

— Плевать мне на эти легенды. — Вдруг произнес Райто, поднимаясь на ноги.

— М-м? Ты о чем?

— Каким бы этот Сэнзо не был, я стану сильнее него. — Повернулся лицом к другу Райто.

— Ха-а? — Начал улыбаться Кобо. — Вот как, значит?! Эй, тетя Юри, Вы же слышали его слова? Мы за Вашу выпечку на рождество этого Сэнзо в землю впечатаем!

Райто громко засмеялся и никак не оспорил слова друга. Они покинули территорию храма и выдвинулись в сторону центра, параллельно начав обсуждение проблемы «Общества Сына Хаома».

Парни вышли на Сенатский Проспект, который даже утром был достаточно сильно забит людьми. Проспект украшали высокие здания разного времени постройки. Шести-восьмиэтажные строения не были чем-то необычным для этой улицы, а внутри них находились офисы, склады, магазины и прочее.

Посреди улицы проходила трамвайная линия, на которой с частотой раз в пять минут проходил небольшой бежево-бордовый вагончик, подключенный к электросети, проведенной над дорогой.

Райто и Кобо кое-как удавалось проходить между бесчисленными людьми, которыми были в основном офисные работники, студенты и профессора Тардеса, обычное население и простые туристы с разных уголков Страны Ветров и материка.

Неожиданно, Кобо зацепился плечом об одного из двух проходящих мимо людей в бежевых накидках, скрывавших их лица, раскрывая лишь ярко-желтые глаза и смугловатую кожу.

— Эй, я все понимаю, но можно ведь в глаза не долбиться! — Разгневался Кобо.

— Да ладно, успокойся. — Дернул друга за руку Райто.

Два человека практически одновременно повернулись и стали говорить что-то невнятное на неизвестном ни Кобо ни Райто языке.

— Ты прикалываешься? — Подняв брови сказал Кобо. — Думаешь, мы тебя поймем, придурок?

Глаза человека справа засветились ярким желтым светом, после чего в его руке появилась черная сфера, с которой он сделал выпад в сторону Кобо и Райто.

— Э?!

Под навесом гостиницы «Континент» развязалась небольшая стычка. Кобо постарался увернуться от черной сферы, но она все равно задела левый бок Йонсена.

Кобо свалился на аккуратно уложенный плиткой тротуар, затем закашлял, «выплевывая» сероватую ауру элемента камня.

— Ты че творишь, урод? — Закричал Кобо, доставая из-за спины топор, затем бросив его изо всех сил во врага. Атака не успела долететь, так как тут же была прервана неизвестной силой, которая остановила движение оружия Кобо в воздухе.

Человек соединил ладони в замок и произнес что-то на все том же неизвестном языке, бросил опасный взгляд в сторону Райто и Кобо, после чего поспешил удалиться и скрыться в толпе вместе со своим сообщником.

— Эй, немедленно бросьте оружие! — Закричал один из подоспевших патрульных.

— Твою мать, Кобо, зачем ты это устроил? — Озлобленно произнес Райто, подняв руки вверх.

— Откуда я мог знать, во что это выльется.

— Думать надо.

— Немедленно опустите оружие! — Вновь закричал патрульный. — Три…

— Я не могу! — Закричал Кобо.

— Два…

— Да не могу я мать вашу! — Заорал во все горло Йонсен.

— Один…

Кобо и Райто тут же отключились. В себя они пришли уже на стульях в допросной полицейского участка Центрального района. Их руки были завязаны за спинами, а ступни сдерживала энергия света, бьющая током при малейшем движении ногой.

Перед Хаками и Йонсеном находился серый железный стол, а в помещении светил слабый желтоватый свет лампы. Перед задержанными сидел человек возраста до тридцати в темно-сером плаще, застегнутом пуговицами. Перед ним лежали две бумажки, идентификационные карты Райто и Кобо, а также его головной убор черного цвета. Голова человека была очень коротко пострижена, на лице была небольшая борода, лежавшая на подбородке, и легкие усы. Своими темными глазами с круглыми очками он смотрел сквозь Райто и Кобо.

— Главный инспектор Центрального Округа Виндхельма, Херальд Лиднер. — Произнес человек с абсолютно безэмоциональным выражением лица. — Вы были задержаны в связи с попыткой нарушения общественного порядка.

— Хах? — Спросил Кобо, еще приходя в себя.

— Вы были задержаны в связи с попыткой нарушения общественного порядка. — Даже не дрогнув, громко и четко произнес инспектор, пробуждая и Хаками и Йонсена.

— Ай, не ори так.

— За подобные разговоры вы рискуете удвоить свой срок в изоляторе, уважаемый господин Йонсен семьсот четвертого года рождения. — Сказал инспектор.

— Спасибо, что уточнили год рождения. — Сказал грустным голосом Кобо. — Понял, простите, товарищ главный инспектор.

— Кхм. — Приподнял голову инспектор. — По какой причине вы решили, что можете нападать на простых прохожих?

— Че?!...

— Можно я? — Перебил друга Райто.

— Слушаю Вас.

— Мы шли по Сенатскому Проспекту в направлении Сенатской Площади, где хотели остановиться в заведении, но по пути мой товарищ столкнулся с неизвестными личностями, лица которых были скрыты мантиями. — Сказал Хаками, делая голос максимально спокойным, надеясь, что это поможет войти в доверие к инспектору. — Так уж получилось, что мой друг обладает крайне взрывным характером, а поэтому не смог проигнорировать случившееся. Все обошлось бы обычной руганью, но люди решили напасть на него используя какую-то неизвестную магию, дополняя свои действия непонятными словами, возможно порчей.

— Замечательно, и? — Прервал речь Хаками инспектор. — Разве вам не известно о положении Лорда Феодала?

— Простите? — Спросил Райто.

— Не стройте из себя глупцов. — Строгим голосом сказал инспектор. — Люди, на которых вы напали, обладают неприкосновенностью на территории столицы, поэтому любая агрессия в их сторону карается отбыванием заключения в изоляторе.

«Парень с фамилией Хаками. — Прозвучало в ухе Лиднера. — Должно быть, он из Страны Грома.»

— Да? — Опустив голову, произнес инспектор.

«Он прописан в Восточном районе. Наверняка один из выживших после нападения. Уточни этот момент.»

Лиднер поднял голову на задержанных. Кобо держался изо всех сил, чтобы не испортить свое положение очередным возгласом. Взгляд Райто хорошо помогал ему сдерживаться.

— Где Вы проживали за последнее время, господин Хаками семьсот шестого года рождения?

«Это прикол какой-то так обращаться?» — Подумал Кобо.

— Примерно около года я живу в провинции Тихого Леса, а до этого уезжал в западные земли Страны Огней. — Произнес Райто. — Сами, наверное, понимаете почему.

Инспектор опустил свой взгляд на две небольшие бумажки, после чего достал из внешнего кармана пальто механическую ручку, которой стал записывать информацию на бумаге.

— А Вы, господин Йонсен семьсот четвертого года рождения?

— Я ушел вместе с ним, так что все точно так же.

— Ясно. — Продолжал записывать инспектор. — Похоже, что о ситуации в столице вы оба не осведомлены. Тем не менее, после того как я посвящу вас в происходящее, вы будете направлены в крепостной окраинный изолятор под наблюдение верховной стражи его светлости Лорда Нору.

— Чудесно. — Закинув голову наверх, произнес Кобо. — И что же тут такого произошло?

Закончив писать, Лиднер щелкнул ручкой и, прокрутив между пальцев, вернул ее в карман пальто. Собрав ладони в замок, он поднял взгляд на Райто и Кобо.

— Люди, с которыми вы столкнулись на улице, принадлежат нуферийскому обществу Сына Хаома, которое сейчас имеет большое влияние на город. — Сказал инспектор. — Поэтому во избежание худшего, в прошлом марте его светлость принял просьбу самого названного Сына Хаома о толерантном отношении к его детям.

— Да это ж какой-то культ ненормальный. — Выпучив глаза, сказал Кобо, после чего свалился со стула, сломав ему ножку длительным качанием.

— Большего вам рассказать мне не удастся. — Поднимаясь с места, сказал строгим голосом Лиднер. — Стражи придут за вами в скором времени и переместят под заключение на срок двое суток шесть часов пятьдесят семь минут.

Инспектор покинул допросную комнату. Дверь захлопнулась.

— Что за дебильный срок. — Валяясь на полу в неудобном положении, произнес Кобо.