Солнечные лучи нежно касались лица Ли Сина, когда он открыл глаза. Его тело всё ещё ныло от боли, каждая рана напоминала ему о недавнем поражении. Он поднял голову и осмотрелся. Перед ним раскинулся величественный вид: большой город, окружённый зелёными полями, с чистым небом и свежим воздухом. Город казался спокойным и оживлённым, словно здесь не было места для войны и разрушений.

Испытывая сильнейшую слабость, Ли Син с трудом поднялся на ноги. Его одежда была разорвана, а тело покрыто кровоподтёками и ранами. Он медленно двинулся вперёд, направляясь к городу. Люди, работавшие в полях, заметили его израненную фигуру, и вскоре вся улица была полна удивлённых взглядов.

Когда Ли Син, практически на грани сознания, шагнул в город, люди начали перешёптываться. Его вид был пугающим: израненный, покрытый засохшей кровью, с холодным и решительным взглядом. Но он не обращал внимания на их шёпот. Каждая его мысль была сосредоточена на том, чтобы найти место, где он мог бы отдохнуть и восстановить силы.

Наконец, он увидел небольшую гостиницу с вывеской, где было написано "Гостиница Лунной Розы". Свет в окнах бросал тёплые отблески на улицу, и оттуда доносился тихий смех и разговоры. Ли Син, шатаясь, толкнул дверь и вошёл внутрь.

Внутри гостиницы находились две женщины. Старшая сестра, Чжи Юн, выглядела как воплощение спокойствия и грации. Её длинные чёрные волосы были аккуратно убраны, а её глаза излучали тепло. Младшая сестра, Юн Миён, была более жизнерадостной, с мягкой улыбкой и нежным выражением лица. Обе они были необычайно красивы, и их присутствие словно озаряло помещение.

Когда они увидели входящего Ли Сина, их лица мгновенно изменились. Чжи Юн подбежала первой.

— Господин! Вы ранены! — воскликнула она, бросаясь к нему.

Миён поспешила за ней, и в её глазах читалась тревога.

— Быстрее, помоги мне! — крикнула она старшей сестре.

Они обе подхватили Ли Сина, который был уже не в силах стоять. Его взгляд помутнел, и в следующий момент он потерял сознание.

Ли Син очнулся спустя два дня. Он лежал на мягкой постели, покрытый тёплым одеялом. Его тело было перевязано, и боль стала значительно слабее. Он медленно сел, осматривая комнату. Это было простое, но уютное жилище, с деревянной мебелью и запахом травяных настоев.

Оглядевшись, Ли Син заметил чистую одежду, аккуратно сложенную на столе. Он переоделся и, собравшись с силами, спустился вниз.

В главной комнате гостиницы Чжи Юн и Юн Миён занимались делами, но, заметив его, остановились. Их лица светились удивлением, а в их взгляде читалась тревога.

— Вы уже встали? Вы должны были отдыхать ещё дольше! — сказала Чжи Юн, подбегая к нему.

Юн Миён стояла чуть позади, её глаза наполнились слезами, как только она увидела его.

— Как вы себя чувствуете? — спросила Чжи Юн, внимательно изучая его лицо.

Ли Син молча кивнул. Его голос был тихим, но твёрдым.

— Благодарю вас за помощь. Без вас я бы, возможно, не выжил.

Чжи Юн улыбнулась, но в её глазах всё ещё читалась забота.

— Это наша обязанность, господин. Вы были в ужасном состоянии. Мы рады, что вы пришли в себя.

Миён, всё это время молчавшая, начала плакать. Её слёзы текли по щекам, и она, наконец, заговорила дрожащим голосом.

— Как вас зовут? — спросила она, хотя, кажется, уже знала ответ.

Ли Син посмотрел на неё, его взгляд был холодным и отрешённым.

— Меня зовут Ли Син. Спасибо конечно за заботу, но вам лучше со мной не связываться так как я принадлежу к Божественному Культу Небесного Демона — сказал он.

Юн Миён застыла. Её глаза расширились, и слёзы начали литься ещё сильнее. Она закрыла рот руками, пытаясь сдержать рыдания. Чжи Юн обеспокоенно посмотрела на сестру и была слишком удивлена что их наконец-таки нашел ребенок этого человека.

— Миён, похоже ты его наконец-таки нашла, а точнее он нас нашел? — спросила она.

Но младшая сестра не отвечала. Она шагнула ближе к Ли Сину, её руки дрожали.

— Ли Син... — прошептала она. — Это правда ты? Ты и вправду... мой сын?

Слова Юн Миён эхом отозвались в комнате. Ли Син замер, его глаза напряглись. Он смотрел на Миён, не понимая, что она имеет в виду.

— Что ты сказала? — наконец спросил он, его голос был холодным, но в нём звучала нотка неуверенности.

Миён упала на колени, её руки были сложены, словно она молилась.

— Ты мой сын... — повторила она, её голос дрожал. — Я потеряла тебя, когда ты был совсем маленьким. Я думала, что ты погиб. Но теперь ты здесь... передо мной.

Глаза Ли Сина вспыхнули гневом и сомнением.

— Это невозможно! — выкрикнул он. — Моя мать умерла много лет назад во времена великой войны, между ортодоксальными и неортодоксальными фракциями. Ты не можешь быть ею!

Миён, обливаясь слезами, посмотрела на него с такой болью, что её слова звучали, как крик души.

— Син, я клянусь тебе, это правда. Я — Юн Миён, твоя мать. Я никогда не переставала верить, что однажды мы встретимся снова.

Син был ошеломлён. Его сердце и разум находились в хаосе. Он не мог поверить в то, что эта женщина могла быть его матерью. Но её слова, её слёзы, её взгляд — всё это проникло глубоко в его душу. Сможет ли он принять эту правду? Или его гнев и гордость помешают ему увидеть то, что скрыто за словами Миён?