Жёлтая эпоха бушующим потоком промчалась по миру, погрузив всё сущее в кровавый хаос.

Стрелы свистели над головами, пучки заклинаний, выпущенные в отчаянной попытке оттеснить врага, разрушались об щиты, а свежая плоть с упоением резалась бронзовыми клинками.

С окриком, полным боли, чешуйчатое гуманоидное существо с рогом на правой стороне лба злобно подняло глаза на человеческого воина в кожаных доспехах с копьём в руке.

— Hu li mas'siii!

Злобно соскалив лицо, существо рвануло на человека! Но тот, отвлекающе прокрутил по кругу копьё с окровавленной лентой на кончике, а затем резким выпадом пронзил плечо врага.

Скрытое под плотным капюшоном лицо безмолвно созерцало за мучениями чешуйчатого существа, что, схватившись за древко копья, пытался вытащить оружие из раны.

Попутно он яростно махал изогнутым костяным клинком в руке, пытаясь достать до мужчины.

Однако в следующий миг позади существа мелькнула ещё одна человеческая фигура, что одним мощным движением перебила шейные позвонки, оборвав жизнь врагу.

— Перемещаемся к Вратам Хребта! Генерал Лунам отступает вместе со своим отрядом к дальнему холму.

Перекричав гул от толпы дерущихся воинов, мужчина с мечом сообщил важную информацию товарищу и тут же скрылся, принявшись идти дальше.

Еле заметно кивнув, копьеносец рванул вслед за мужчиной прямо к огромному каменному каньону, аккуратно выдолбленному в горном массиве.

Как вдруг... Внезапно, из теснины, где до этого прятались отряды фигеров, показалась фигура, укутанная в ритуальные одеяния. Руки его, покрытые чешуей, медленно и высокомерно поднялись к небу, а из его рта вырывался мерзкий клёкот

В следующий миг его глаза, скрытые за ритуальной маской раскрылись. Работа холста оборвалась, выпустив в мир огромную волну чистой энергии, что мгновение спустя приняла вид мчущейся толпы лошадей!

Мощное заклинание, способное сравнять с землей целые отряды, мчалось на воинов Чистых Людей.

В мгновение ока, десятки фигеров, неудачно подставившие спины, были затоптаны заклинанием своего же союзника.

Воздух сгустился, наэлектризовался, ожидая взрыва чудовищной силы. Тишина предшествовала буре. Лица окружающих воинов Чистых Людей застыли в напряжении.

Однако вместо ожидаемого страха, мужчина с копьём привычным движением нырнул за камень и, прижав голову к земле и накрыв её руками, принялся ждать ответных действий со стороны союзников.

Чёткими, выученными движениями из задних рядов показались фигуры трёх магов. Те тут же выпустили из своих рукавов заранее заготовленные плотным строем рой призраков.

Спустя всего мгновение раздались ужасные визги, а после и разъярённые крики призрачных женщин, что, раскрыв зубастые пасти, смотрели на заклинание Фигера.

Человеческие маги в плотных кожаных доспехах аккуратно толкнули руки вперёд, позволив Банши сорваться с места.

Призраки, приняв удар своими телами, исчезли не оставив после себя ничего. На мгновение поле боя озарила тишина...

А затем битва продолжилась всё с той же прытью.

Тут же человеческие воины сорвались вперёд, прямо на град стрел и заклинаний. Множество из воинов моментально падали замертво, часть добегали до врагов и погибали от их мечей.

Клинки сверкали в лучах закатного солнца и крики ярости сливались с ревом волн, разбивающихся о скалы.

В пылу битвы, один из воинов, пробравшихся за спину врага, произнёс табу и достал маленькую статуэтку — изображающую Кайоши Оохаши, Клокочущего Зверя Снов.

— Кайоши Оохаши!

В тот момент, когда мужчина прокричал имя Зверя Снов, тот уже упал замертво.

Ослепительная вспышка света разорвала закатное небо. Звук был не просто громким – это был рёв, раздирающий саму ткань реальности. Не взрыв пороха, а нечто куда более ужасающее, куда более фундаментальное.

Один из воинов Чистых Людей, пробравшийся незаметно в тыл врага, нарушил мировой запрет — Табу. Это было направленно на вызов гнева Небес.

Результат превзошёл все ожидания, и одновременно ужаснул всех присутствующих. Маг взорвался кровавым шариком, не оставив после себя даже пепла. Тела ближайших фигеров превратились в бесформенные куски плоти, а их кости рассыпались в пыль. Земля под ногами содрогнулась, воздух наполнился едким запахом озона и паленой плоти.

Волна энергии, похожая на ударную волну, сбила с ног ближайших воинов с обеих сторон.

А затем, со стороны моря громыхнул гром. В тот же миг, будто муравьи, посаженные в банку, армии двух сторон были поделены огромным Мировым Разрезом, что за мгновение превратил сотни воинов в кровавый фарш и стёр их тела.

Пыль, крики раненых, смятение – всё смешалось в едином кошмаре. Последствия применения табу были ужасающими, и никто не мог с уверенностью сказать каковы потери с обоих сторон.

Закат окрашивал небо в багряные тона, отражаясь в полированной стали доспехов. Ветер, пронизанный соленым запахом моря, трепал волосы, а лучи солнца мягко обнимали волной тепла.

Лунам, ветеран многочисленных походов Чистых Людей, стоял на вершине холма, окидывая взглядом разворачивающуюся перед ним битву.

Очередная стычка на Хребте Дивис — названной расой некогда существовавших Лонгхвиков, и в очередной раз безрезультатно.

Словно настоящие змеи, выползшие из моря, Фигеры шипя и крича бросались в атаку, отчаянно не отдавая в руки врага древнюю горную тропу, проходившую по всему Хребту.

Дивис — проклятый перевал, где волны захлестывают берег, а скалы чернеют, как зубы морского чудовища. Здесь, на узкой полоске земли, Чистые Люди непреклонно гнали врага сквозь гряды гор.

Лунам, воин с одним глазом и лицом, изборожденным морщинами, был свидетелем многих войн. Его существование — это цепь походов, бесконечный поток битв, пролитой крови и побед, ощущаемых больше как горькая необходимость, чем триумф.

Он видел, как падают солдаты Чистых Людей. Видел, как фигеры, гордые воины с чешуйчатой кожей и рогом на лбу, отчаянно защищают свою землю. И на данный момент, успешнее всех.

Остатки Лонгхвиков довольно быстро проиграли войну против новоиспечённой расы существ. Центральный континент полноправно ушёл под контроль Чистых Людей!

Однако на юге, у самого Пустого Океана была мерзкая грязь в лице Фигеров...

Они досаждали всей людской расе и вдобавок в наглую захватили древнюю столицу Лонгхвиков, а вместе и с тем святилище Древнего Ортонрога — Клокочущего Зверя Снов, чьё имя жгучим запретом было выгрировано в качестве Табу.

— Сообщи: королевский указ о триумфальном возвращении святилища Клокочущего Зверя Снов выполнен.

Низким и мрачным голосом прогудел старик, смотря на алеющее небо. В этот миг он раздражённо хрустнул пальцами, думая о потерях.

***

Параллельно событиям у Хребтов Дивис, на другом континенте, вдали от бушующих сражений происходило событие, не менее значительное.

Дьяспу, существо, чья природа оставалась тайной даже для самых проницательных магов. Тот, кто являлся чудотворцем нынешней эпохи, маг из рода вымерших Лонгхвиков, стоял на вершине мрачного храма, окруженный сотней жрецов Чартонов – расы, созданной им самим.

Их бледные лица, иссеченные глубокими морщинами, были обращены к нему с фанатичным почитанием. Воздух сгустился, наполнившись необычной энергией.

— Скорректируйте правую часть Аспектороной Формации. Активируйте её раньше всех остальных для сгущения Небесного Взора на мне.

Скомандовал Дьяспу, тревожно смотря перед собой на огромного размера ритуальный круг, что раскинулся на огромную пустынную равнину!

Он был на пороге качественного роста и преобразования — уровня Ортонрога.

Ему оставался шаг до божественности. До бесконечности, где он мог бы вечно покорять тайны бытия, не боясь ничего и никого. Этот титул, этот уровень — всё это есть предел, вершина целого мира!

Это конец пути мага. Но вместе с тем начало свободной жизни. То, чего Дьяспу добивался все свои триста восемнадцать лет!

Но путь достижения божественности содержал свои преграды, и чтобы превозмочь их Дьяспу рассчитывал воспользоваться помощью того, кто некогда был благодетелем их расы и первейшим Ортонрогом.

А также тем, кто однажды бросил их расу на растерзание времени и жестокой судьбы.

— Великий Зверь, всё будет в соответствии с нашим договором? Я даю вашей легенде выйти в мир, вы мне шанс становления Ортонргом

Спросил с лёгким беспокойством мужчина, одетый в тёмные доспехи с навеянной на лице туманной дымкой, что непрерывным потоком струилась из-под забрала шлема.

В ответ его словам, небеса исторгли грозное громыхание и яркую вспышку молнии.

Следом затрепыхали тени, злобно шипя и скалясь на Дьяспу.

— Будьте терпеливее, Зверь Снов. Ваше раздражение и гнев ощутимы мне. Но я ничего не могу предпринять для вашего вызволения.

Дьяспу искренне сочувствовал древнему Ортонрогу. Но вместе с тем испытывал коварную радость от мучений Кайоши.

Предатель, не спасший его народ. Монстр, живущий тысячелетиями. Сущность, что выше других. Разве подобное существо не безопаснее оставить взаперти, чем выпускать в свет?

Что будет, если спятившее от собственной силы существо выпустить в мир? Какой хаос и ад он сотворит? Сколько рас канет в пустоту и сколько ценных знаний будет безвозвратно утеряно?

Тяжело вздохнув, Дьяспу скрестил руки на груди и медленно качнул головой. Такого допустить он не хотел и не мог.

«В соответствии с договором, я внесу его имя в качестве одного из покровителей расы Чартонов и моим близким другом. И на этом наше соглашение исчерпает себя» — щелкнув пальцами, Дьяспу одними глазами приказал начать подготовку Аспекторной Формации.

Во время подготовки на небесах проносились искры, заставляя землю дрожать.

Зверь Снов неведомым образом передавал своё безумие и гнев в реальный мир. И Дьяспу остро ощущал это, покрываясь каплями холодного пота.

Впрочем, старательно игнорируя всякие отвлекающие факторы Дьяспу прошёл в центр Формации, сел на подготовленное место и погрузился внутрь себя. Сосредоточив все внимание на единственной мысли, он принялся смешивать грани своего сознания с окружающим пространством.

В самом центре бурлящего вихря энергии Дьяспу медленно и невероятно точно, крупица за крупицей смешивал своё сознании с внешним миром. Его присутствие размывалось, пока и вовсе не исчезло, став безмолвной тенью.

В этот момент, в глубине его души начала зарождаться Догма Бесконечности — разумный конструкт, особая форма жизни, живущая внутри Холста и помогающая его работе. Ключ к достижению уровня Ортонрога.

Окружающие жрецы, затаив дыхание, наблюдали за преобразованием своего создателя, их лица были перемешаны с восхищением и благоговейным трепетом. Воздух сгустился настолько, что казалось, он может материализоваться и разрушить целый континент до самого основания.

Но вместо разрушения воцарилась тишина, прерываемая лишь глубоким и ровным дыханием Дьяспу. Он начал своё возвышение, что позже будет известно в истории Чартонов, как рождение истинного Тирана и монстра.

Отец, создатель целой расы, что позже станет их убийцей и главным врагом.

***

Аромат благовоний, тонкий и пьянящий, окутывал Короля Западно-Южного Альянса Чистых Людей.

Его руки, изнеженные жизнью в роскоши, бережно держали свиток, где повествовалось о возвращении Святилища Клокочущего Зверя Снов – событии, которое могло перевернуть весь мир!

Чистые люди, порождённые Дворцом Небес Первозданных двести лет назад, почти полностью расселились по Центральному Континенту, ассимилировал все расы и смяв под себя прочие государства.

Несмотря на столь малый срок существования, Чистые люди воцарились в эту эпоху, подавив все остальные расы. Знания, дарованные им в момент рождения Дворцом Небес Первозданных, были выгрированы в их душах.

Они знали всё необходимое, могли разговаривать будучи детьми в возрасте двух лет и пользоваться магией в шесть лет! Однако со временем этот дар начал тухнуть. Каждое поколение детей становилось всё глупее, знания мельчали и теряли глубинный смысл, и в столь смутный час... Человечество озарил ужасающий голос божества.

Подобно яркому лучу света в дождливый день он согрел и дал надежду!

Бог одарил их редчайшими Схемами Заклятий, легендами и самое важное — счастливыми снами. Но вместе с прибылью, была и убыль — божество одарило благами и врагов.

Множество рас совершили технологический скачок, подняв трения на континенте на небывалый уровень. Начался период Войн Трёх Вершин, где была лишь одна цель — подавить оппонентов и вырвать преимущество.

И в данном противостоянии единственным шансов на победу был он — Зверь Снов. Только его благодетель могла возвысить одно из Царст, даровав небывалые преимущества.

И, осознавая свою значимость, Зверь Снов, существовавший ещё с момента сотворения мира, пожелал, чтобы его дорогой храм на вершине Хребта Дивис вернули из лап мерзких существ.

Огромная статуя Лазурного Дракона, символ могущества и власти, возвышалась над мужчиной, словно молчаливый свидетель его молитв.

Вокруг горели сотни свечей, их мерцающий свет отбрасывал длинные, пляшущие тени на стены, украшенные изображениями предков. Король, запершись на все замки, наклонился над алтарём, где в бронзовом подносе покоились драгоценные камни, излучающие едва уловимое свечение.

Его губы шептали молитвы на языке Лонгхвиков, обращённые к Клокочущему Зверю Снов. Как первоначально верующие в Зверя Снов, Лонгхвики установили с этим божеством невероятно глубокую связь.

Однако в разрез молитвам, истинно Король желал не милосердия или спасения, отнюдь, это были требования, холодные и расчетливые. Мужчина просил о знаниях – о запретных знаниях, способных удержать человечество на плаву ещё некоторое время.

Тихий и монотонный голос постепенно нарастал в силе, сливаясь с мерцанием свечей и создавая в комнате атмосферу мистического ритуала, полного тайны и неминуемого ожидания.

Внезапно, свечи затрепетали, словно от сильного порыва ветра.

Тени, словно мазок маслянистой краски, расползлись по комнате со злобными ухмылками на своих незримых лицах. И каждый раз, встречаясь с ними взглядами, перед мужчиной возникало видение – не голос, не звук, а ясное, четкое изображение, словно написанное на самом воздухе. Видение пульсировало, словно живое существо, излучая невероятную мощь и скрытую угрозу.

Это был рецепт, сложная и запутанная последовательность Аспектов в виде Схемы Заклинания. Над текстом сияли слова, выведенные из самого света: «Всеведущий Бог Слов».

Король, не отрываясь, рассматривал этот дар, полученный от Клокочущего Зверя Снов. В его сердце не было страха, только выверенный расчет полученной прибыли.

Заклинание, судя по всему, обладало невероятной силой, но какова будет цена его применения?

Видение медленно рассеялось, оставляя после себя лишь аромат благовоний и шепот тишины, нарушаемый учащенным сердцебиением самого Короля.

Как только божество потеряло интерес, тени лениво вытянулись и вернулись на свои места, сопроводив мужчину грустными улыбками.

Вслед за ними активизировался и сам Мир, наслав на Короля страшную головную боль и тошноту, а вместе с тем и запятнав его душу следом грехопадения. Небеса ненавидели Зверя Снов, а в особенности не терпели произношения его истинного имени.

Это была одна из основных информаций, дарованных Дворцом Небес Первозданных в момент рождения любому младенцу.

Это было Табу, небесный закон и запрет.

Это была сомнамбула безумного мира.

И в момент пробуждения от лживого сна, в момент осознания содеянных ошибок, люди поймут о глупости и поспешности своих действий.

Ведь этими войнами, они укрепили власть лишь одного существа — Зверя, скованного цепями. Кайоши усилил своё влияния.

О нём стали чаще думать, чаще вспоминать, что позволило разуму выбить больше места внутри Небес. Он был всё ближе к своему возвращению.