— Развод — это плохо. Подполковник Альма!.. — с грустью заговорил немолодой мужчина с лишним весом.

Великая восточная держава, милитаристическое государство Феден, центральный западный город Джонпорт.

Штаб западной армии.

Напротив пожилого командующего армией, генерал-лейтенанта Ховайта сидел молодой военный.

— Я уже обсудил это с женой. И мне неловко перед вами, генерал-лейтенант Ховайт, за то, что именно вы помогали нам со свадьбой, — не отводя взгляда, ответил мужчина, держа спину ровно.

Подполковник Альма Стрен.

Поглощающие свет чёрные волосы. Полный достоинства голос, умные глаза.

Его фигуру нельзя было назвать крепкой, но даже через форму можно было ощутить его внутреннюю силу.

Необычный юноша, дослужившийся до звания подполковника к двадцати годам. Он всегда был спокоен и с лёгкостью справлялся даже с самыми трудными заданиями, но сейчас его раздражение явно просачивалось наружу.

— Я бы хотел объявить об этом сегодня. Жена тоже выразила желание встретиться, потому я взял её с собой.

— А?! О-она здесь?

— Ожидает в коридоре. Мне позвать её?

— Да... Раз уж пришла, но это военный объект Федена. Неправильно приводить сюда гражданскую.

— Да. Прошу прощения. Элизе, генерал-лейтенант ожидает. Заходи!

— Да... Я уже несколько раз говорил о предосторожности, — растерянный генерал-лейтенант задавался вопросом, действительно ли его слушают.

А ещё он терпеливо ждал, когда жена Альмы войдёт.

И вот... Прошло немного времени.

Тишина затягивалась. Ховайт был озадачен, а брови Альмы дёрнулись, после чего он быстро стал действовать. А затем резко распахнул дверь.

Можно было подумать, что она решила не здороваться и убежала, но его жена стояла прямо там.

— Ты... Раз здесь, почему не заходила? — спросил Альма, резко посмотрев на Элизе.

У неё были длинные светлые волосы до колен.

Между волос длинной, аж до носа чёлки, можно было разглядеть пару алых глаз.

Раскачивая подолом юбки, она явно была в хорошем настроении.

Живые глаза смотрели на поднесённые к груди ладони. Похоже она что-то держала... Возможно это причина её хорошего настроения?

Но Альму её настроение мало волновало.

Она его не услышала или просто решила проигнорировать?

Что бы там ни было, Альма нахмурился и закричал:

— Эй, Элизе!

— ...

Она подняла взгляд.

И на её лице сразу же появилось отвращение.

Будто хорошего настроения и не было вовсе.

— Не кричи так внезапно. Что случилось?

— Внезапно? Я тебя звал. Заходи.

— Привёл меня сюда, ничего толком не объяснив. Я вообще-то приехала на распродажу «Юнифами».

Говоря, она протянула правую руку.

Женщина держала что-то кончиками пальцев. Фигурка на цепочке. Белая лошадь с рогом на лбу... Причудливый единорог.

«Юнифами» — это известный бренд со всякими персонажами, официальное название которого «Unicorn Family».

Любительница милых вещей и страстная коллекционерка Элизе обожала их. И в хорошем настроении она была, потому что наслаждалась своими трофеями.

Но эту радость отодвинуло назад раздражение, вызванное Альмой.

— Я так и не смогла собрать ограниченную серию.

— Плевать. Знать не знаю. Заходи.

— Ты проявил неуважение к «Юнифами»? Это заслуживает смерти, — взгляд Элизе стал резким.

Обычный человек вздрогнул бы, если бы на него так посмотрели.

А Альма даже бровью не повёл.

— Хватит уже, заходи!

— Не нравится мне, когда мне бесцеремонно велят что-то делать. Ты похож на жестокого робота с острова Гаракуда, соперника главного героя «Юнифами», Юни.

— Не разговаривай. Раздражаешь.

— Я с места не сдвинусь, пока ты низко не поклонишься и не извинишься, — заявила, что обиделась, Элизе. С такой сложно поспорить.

Разговор не клеился, и на лбу Альмы выступила вена.

Но тут заговорил Ховайт, дожидавшийся в кабинете:

— Элизе, ты скоро?

— Ах. Уже иду, — отказавшись от предыдущего заявления, девушка лёгкой походкой вошла.

Поражённый такой переменой Альма так и остался стоять в коридоре. С небольшим запозданием он последовал за Элизе.

Без него всё было бы проще?

Хотелось пожаловаться, но Элизе уже здоровалась с Ховайтом.

— Давно не виделись, генерал-лейтенант. Вы похудели?

— Ха-ха, скорее потолстел. Давно не виделись, Элизе.

— Полгода. Вы так помогли нам со свадьбой, потому я просто не могла вас проигнорировать. Если бы только можно было сменить день...

— Ты выглядишь очень расстроенной... Прости, похоже я помешал важному делу.

Он слышал спор в коридоре, потому испытывал вину.

А потом он робко спросил у Элизе:

— Это... Я слышал от Альмы, вы правда разводитесь?

— Да.

— Н-но ведь с заключения брака даже года не прошло. Не рановато ли думать об этом, может передумаете?

— Нет.

— ...

Тень накрыла лицо Ховайта, он прижал руку ко лбу.

— Это, у меня ещё вопрос... Элизе, что у тебя на поясе?

— Мой любимый меч. Я слышала, что мы пришли сообщить о разводе.

— Странно... Кажется ты всё неправильно поняла...

— Я подумала, что он здесь будет нужнее всего остального.

И для чего его можно применить в данной ситуации?!

— Хи-хи-хи-хи.

— Страшно! Не улыбайся так, это слишком страшно! — обхватив себя за плечи, Ховайт побледнел.

На лице появилась лёгкая улыбка, а от меча исходил скрежет стали.

Ощутив озноб, Ховайт замолчал, а потом глубоко вдохнул и снова сел на диван.

Напротив сели Альма и Элизе. Они смотрели друг на друга так, будто два диких зверя, бьющихся за территорию, и температура в комнате резко упала.

Между супругами разлетались искры.

— Вот ведь... Хочешь, можешь нападать. Всё равно пустая трата времени.

— Прежде чем критиковать других, на себя бы посмотрел. Может сделаешь что-то со своим грубым отношением ко мне? С другими ведёшь себя так уважительно, так чего со мной не можешь?

— Не наговаривай на мою вежливость. Как военный я просто соблюдаю иерархию. И я сам решаю, кто заслуживает уважение.

— Какие мы загадочные. В таком случае тебе стоит быть более уважительным со мной.

— Хватит верить в собственное превосходство. Это глупо!

— Сам прекрати смотреть на меня свысока, будто это очевидно. Это очень неприятно.

— Ха, похвалы захотела? Ну ладно, тебя есть за что похвалить. Никто не превзойдёт тебя в недальновидности, когда ты думаешь только о собственной обиде и не учитываешь ситуацию в целом.

— Хи, хи-хи... Сказал такое. Но... Если бы я была недальновидна, я бы уже обнажила меч. Иными словами твои заявления ошибочны.

— Ах. Мне показалось? Или твой голос дрожит? Похоже твоё терпение на пределе. Ты стараешься вести себя непривычно серьёзно, но уже выдаёшь себя. Вот какая ты.

— Вот от такого как ты мне бы точно этого слышать не хотелось!

— ...

— ...

— Эй, прошу, прошу успокойтесь, вы оба!

Поняв, что может пролиться кровь, Ховайт отчаянно попытался остановить их.

Парочка недовольно фыркнула и отвернулась друг от друга.

Столько стресса за такой короткий промежуток времени, плечи Ховайта опустились.

— Понимаю ваши чувства... Но нельзя же вот так просто разводиться.

— ...

— Почему? — спросила Элизе, хотя Альма просто сидел, сжав губы.

Атмосфера изменилась. Ховайт продолжил деловым тоном:

— Ваше положение особенное. Вы привлекаете слишком много внимания.

Его взгляд был направлен в прошлое.

— Как вы знаете, Феден долгое время находился в состоянии войны с нашим западным соседом Вегисом. Война закончилась год назад, мы заключили мир, и теперь обе страны восстанавливаются, но во время войны такая мирная сцена скорее напоминала бы чудо.

— ...

— И новую эру принесли те, кто объединил войска западной и восточной армий, совершив государственный переворот против предыдущего правительства, которое стремилось к полному уничтожению Вегиса. Чтобы положить конец войне, пришлось вступить в сговор с армией Вегиса. И руководили этим... — Ховайт посмотрел на них. — Да, это были вы. После войны вы поженились, преодолев укоренившуюся вражду между востоком и западом, и получили благословение обеих стран. Это начало мирной эпохи. Вы «символ мира» для обеих стран.

Ховайт встал и подошёл к окну.

Там под голубым небом по городу сновали обычные жители.

С горящими глазами он снова повернулся.

— Повторюсь: вы, супруги Стрен — «символ мира» для запада и востока.

Его зловещий тон заставил затаить дыхание.

Ховайт выглядел серьёзным и говорил так, будто слова давались ему нелегко.

— Если вы разведётесь, и об этом станет известно, начнутся беспорядки. Начнутся взаимные обвинения между Феденом и Вегисом, которые могут перерасти в новую войну. Вы это понимаете? Если это случится, то мир между востоком и западом... Будет разрушен!

— ?!

— ... Мне кажется, что вы преувеличиваете... — Элизе была искренне поражена, а Альма слегка прикрыл глаза, понимая, что подобное вполне возможно.

Понимая, что они не так сильно переживают, мужчина нерешительно продолжил:

— В-вообще-то это далеко не пустяковый вопрос. Возможно вы сами не в курсе, но для остальных это очень важно...

— А.

— И-и вообще, я просто не могу в это поверить. Когда женились, вы были такой чудесной парой. Я ведь прав?

Он надеялся, что это вызовет воспоминания и соединит их сердца... Однако.

— ... Бу-бу-бу... Э-э-э-э-эх...

... Этот брак изначально... Хм.

— Вам так это неприятно?!

Элизе издала самый протяжный вздох, какой он только слышал, а вечно спокойный Альма иронично хмыкнул, и всё это заставило Ховайта закричать.

Однако же... Ховайт покачал головой. Знакомая ему пара оказалась не такой уж и любящей!..

Перед бездушными глазами пары он стал придаваться воспоминаниям.

Это романтическая история героев, зародившаяся на поле боя.

До своего печального конца эта сцена была такой счастливой...

***День свадьбы супругов Стрен вошёл в историю как востока, так и запада.

В мероприятии участвовали влиятельные люди обеих стран, и его освещали крупнейшие СМИ. Те, кто не могли присутствовать лично, собрались возле радио и телевизоров.

Для церемонии был арендован самый крупный собор на западе Федена.

И находившиеся там жених и невеста, Альма и Элизе...

— Ты такая красивая, словами не передать. Я так тебя люблю...

— ... Я тоже тебя люблю. Я люблю тебя, Ал. Больше всего на свете.

Были увлечены только собой, ни на кого не обращая внимания.

— Это, мы ещё не дошли до клятвы в любви!

Священника игнорировали, потому он с криками влезал в их мир.

Уж и не сосчитать, сколько раз его слова пропускали мимо ушей.

Присутствующие могли только посочувствовать священнику. Церемония не продвигалась, но никому не хватало смелости вмешаться в эту слащавую атмосферу... Так это выглядело.

— Хватит на этом, а то священнику неудобно.

— Генерал-лейтенант Ховайт.

Ховайт вернул в чувства Альму, и тут к нему обратились восхищённые голоса.

Альма находился далеко, но голоса слышал, к тому же появился его доверенный начальник, что разрушило сложившуюся атмосферу.

— Простите. Не заметил.

— А-ха-ха... Вы так увлеклись. Здорово, что вы так близки.

— Вы давно здесь?

— С самого начала!

— Ах, простите. Кстати, церемония уже ведь во всю идёт.

— Может ли ещё кто-то вот так забыться. Кроме непосредственных участников.

— ... Элизе. Ты прекрасна.

— Вы слишком быстро возвращаетесь в собственный мир!

В итоге продолжать свадебную церемонию было невозможно.

Присутствующие посмеялись над результатом, а Ховайт пожал плечами и сел на своё место.

Понимая, что больше ничего не может, священник закрыл глаза, остановить проявление любви Альмы и Элизе было невозможно.

— Элизе. Я тебя люблю.

— Позволь мне услышать это ещё.

— Элизе... Я тебя люблю! — жених ответил на слова невесты, желавшей больше слов любви.

Такой громкий голос заставил зрителей отстраниться. Позже его будут называть «кричащим героем».

Охваченная эмоциями Элизе прикрыла глаза и выставила губки.

С привычным почтением на лице Альма медленно приближался к ней.

Пусть и игнорируемый, священник не мог позволить, чтобы церемония прошла абы как, потому повысил голос.

— ... Сделаем же это здесь и сейчас! Никто ведь не возражает? Готовьтесь звонить в церковный колокол, быстрее! Ждать они нас не намерены, так что быстрее, быстрее, быстрее... Уже?! Звоните живее, ну же, звоните!

Колокол зазвонил. Камеры запечатлели момент торжества.

***

«Ну как же так вышло?..»

Покинув мир воспоминаний, Ховайт посмотрел сквозь щели между пальцами на то, что происходило перед ним.

Элизе без конца ела сладости и пила чай, её челюсти не останавливались. Хоть разговор и серьёзный, ей интереснее были сладости.

Благодаря утончённым движениям могло показаться, что это простое чаепитие.

Видя отсутствие самоконтроля, Альма поражённо посмотрел на неё:

— ... Ты слишком много ешь. Про сдержанность не слышала?

Услышав его жалобу, девушка резко взглянула на него.

— Фы фо нифоф? Азве ошно каыаться от хастиимста?

— Не разговаривай, пока жуёшь! Я совершенно не понимаю, что ты говоришь!

— Вехно тея сякие еочи беспооят. Наоео.

— Это мне надоело. Нашла что сказать, что меня всякие мелочи беспокоят.

— Ну вот, совсем общаться не умеешь. И как это понимать?

Они закатывали глаза, но похоже всё не так плохо.

Ховайт вклинился между ними.

— Как же так, вы ведь так чудесно ладили. Так что... Не торопитесь и выслушайте. Развод — это не то решение, которое стоит принимать легкомысленно. Может у вас есть какие-то серьёзные причины для этого? — осторожно спросил он, и Альма сделался более кротким.

— Да, мне неловко говорить об этом. Я не собирался прекращать наш брак ранее, чем через год, но это дура... Простите. Эта дура виновата во всём.

— Ты не перефразировал, ничего не перефразировал, Альма!

— Мне искренне жаль, генерал-лейтенант. Но жестокий робот, не понимающий людских сердец, слишком жалок и бессилен. Что тут может сказать человек? Что вообще можно было ожидать от робота? Он же как болванчик думает только об эффективности.

— Элизе, не надо его оскорблять! А-А-Альма, прошу, успокойся!

Ховайт пытался успокоить Альму, поднявшегося точно как какой-то демон.

Сделав глубокий вдох, Альма остудил голову и снова заговорил.

— Фух... Как видите, я само спокойствие.

— Спокойствие выглядит совершенно не так.

— Давайте мы вам всё объясним.

— А, да... — шокированный Ховайт кивнул.

И Альма стал рассказывать о том, что случилось вчера...

***

— ... Похитили? Министр иностранных дел Вегиса здесь, на западе? — спросил Альма, услышав о шокирующем происшествии.

Перед ним был бледный штабной полковник Догма. Он должен был отвечать за безопасность министра иностранных дел.

Догма нервно поправил очки и беспокойно замотал головой.

— Нет, пропала дочь министра иностранных дел.

— Дочь? Она приехала сюда с официальным визитом со своей семьёй?..

— На самом деле так и есть. Как бы глупы они ни были, это не повод смеяться, я сам тоже так не думаю. Похоже дочь сказала, что хочет приехать в Феден, и министр не смог отказать. Одни сплошные беды. Хотя я на самом деле так не думаю.

— Вот как...

— Стоило нам, службе безопасности, на миг отвернуться, и она куда-то пропала. И теперь министр иностранных дел в ярости. Он ничего не слушает, утверждая, что её похитили экстремисты с востока. Я слышал, что он излишне нервозен, но чтобы настолько!

— ...

— Хотя конечно же я так не думаю.

— Судя по услышанному нельзя утверждать, что это похищение. Есть ли основания для такого вывода?

— Хи-хи, совершенно никаких. Но как такое скажешь министру?! Расследование похищения уже началось. И если это дело рук террористов, это может привести к конфликту между востоком и западом!

— ... Вы правы.

— Верно. Ну, я знал, что вы поймёте. И хотел бы попросить о сотрудничестве, с вами, подполковник Стрен, получится избежать худшего! — Догма стал более настойчивым. — Любимая дочь министра иностранных дел... Прошу, верните госпожу Нину в целости и сохранности!

— Эх.

Тот ещё приказ начальства. Альма поправил воротник и направился к выходу из штаба.

Даже если возможность призрачная, если мир между востоком и западом может быть нарушен, Альма сделает всё возможное. Сейчас он выглядел как самый настоящий герой.

... В это же время.

Элизе ходила по магазинам в поисках товаров из «Юникорн Фамили», которые пока не смогла найти, но тут вынуждена была прерваться.

— Ты... Потерялась? — она обратилась к девочке. Ей едва ли было больше десяти.

Она шла по улице совершенно одна и вела себя странно. Потому Элизе подумала, уж не потерялась ли она, однако же.

— Потерялась? Я? Конечно же нет, — сама девочка недовольно выстаивал подбородок, всем своим видом показывая, что ей не нравится, что к ней обращаются как к ребёнку. — Я кое-что ищу. Как закончу, вернусь к папе.

— Да?.. А что ты ищешь?

— Тебя это не касается. Я занята, не отвлекай.

Отмахнувшись, девочка собралась уйти, двигаясь размашистыми шажками.

Однако... Тут же остановилась.

На лице была паника, будто она ни при каких обстоятельствах не хотела встречаться с военным патрулём, приближающимся с противоположного направления. Засеменив, она спряталась и затаила дыхание, дожидаясь, пока военные пройдут.

Когда те ушли, она осторожно осмотрелась по сторонам, убедилась, что уже безопасно, и вышла. Она чем-то напоминала котёнка, не привычного к людям.

Наблюдая за всем этим, Элизе поняла.

— Если бы военный патруль нашёл, то взял бы под наблюдение, потому ты и спряталась. И пока не найдёшь то, что ищешь, домой возвращаться ты не хочешь?

— ... У.

Похоже она угадала, и девочка замычала.

Глаза забегали. Былое высокомерие пропало.

Если расстанутся, её быстро поймают. Одинокий ребёнок привлекает внимание. Даже не военные, а любой добропорядочный гражданин попытался бы вернуть её родителям. Для взрослого человека это правильно.

Желанию девочки так не суждено сбыться.

Сама девочка понимала, потому и не полагалась на помощь взрослых. Если у неё ничего не получится, будет обидно.

Но если есть тот, на кого можно было бы положиться, она бы хотела это сделать. Иначе она бы не проявляла столько беспокойства. Если кто-то и встанет на её сторону из взрослых... Он должен уважать её волю и должен быть способным ей помочь.

И по какому-то странному стечению обстоятельств девочка встретила человека с похожим характером.

— Эй. Если хочешь достичь своей цели, почему бы просто не воспользоваться окружающими? Это куда более взрослое поведение, чем простое упрямство.

Девочка опешила, когда поняла, что Элизе не обращается с ней как с ребёнком.

«... К-какая она взрослая!»

Она не проявляла жалости, просто говорила с ней на равных.

Даже если откажется, Элизе будет уважать её решение.

— ... Ух!..

Девочка стиснула зубы. Почему-то такое отношение бесило.

Понимая, что это слишком по-детски, ей хотелось отмахнуться.

Но это было слишком бесстыдно. Воспитание не позволило это девочке.

Покраснев, она попыталась вернуть себе уверенность:

— Хорошо. Я Нина. И ты мне поможешь.

— После всего я просто не могу тебе отказать. Положись на меня.

— ... Да? Спасибо. Итак, а тебя как зовут?

Она признала её. И Нина протянула руку.

Будучи дочерью своего важного отца, ей нелегко было скрыть свой характер.

Элизе улыбнулась, глядя на вытянувшуюся Нину.

— Я Элизе.

— ... Элизе? Хм, как «Западная героиня»?

— Хм? Да, это я.

— ... Какой шок...

— Так что... А, да. Чтобы не поднимать суеты, стоит замаскироваться.

Переживая за свой внешний вид, Элизе натянула шляпу и надела очки.

Истинная личность той, кто опустился на колени перед Ниной, была известна лишь ей.

— ...

Глаза девочки засияли.

Это была легендарная женщина с её родины Вегиса, «Западная героиня».

Одна из двух героев, что положила конец войне между востоком и западом. Её партнёр «Восточный герой» был солдатом Федена Альмой, а ещё её возлюбленным.

Для девочки в чувствительном возрасте это было поводом для зависти.

— ...Г-госпожа Элизе?..

— Госпожа?

— Простите, я не знала!.. Ч-что же делать, я была так груба. Мой папа будет бесконечно кланяться вам!

— Папа?

— ... Он делает всё, о чём я прошу... Прошу вас, госпожа Элизе, окажите мне вашу помощь!

Элизе озадаченно склонила голову, видя, как поменялось отношение Нины.

А дальше точно плотину прорвало. Искала девочка...

— Воздушный шарик?

— Милый, который завязан как зверушка. Его унёс ветер, я поспешила за ним, но догнать не смога.

— Он такой особенный?

— ... Он моей младшей сестры. У неё слабое здоровье, и она не может много играть, но она так же ваша фанатка. В надежде на то, что мы можем встретиться, мы уболтали папу взять нас с собой. Но она быстро устала и уснула. Сейчас она должна отдыхать дома, — выгнув брови домиком, говорила Нина. — Мне так жаль мою младшую сестрёнку. Потому я хочу вернуть ей шарик. Если она расстроится, так я смогу её приободрить.

— Вот как... Я поняла. Ты хорошая старшая сестра, — нежно сказав это, она взяла маленькую ладошку Нины.

Во влажных глазах ребёнка отражалась героическая фигура.

— Положись на меня. Что бы ни случилось, я защищу твоё желание.

... Это обещание добавило хлопот военным, расследующим дело о похищении.

Вызванный в западный штаб Альма получил неожиданное донесение.

— Это правда похищение?! Вы уверены?

— Да. Я и сам подумал, что ослышался. Но это правда... Всё именно так, — говорил полковник Догма, который стал ещё бледнее.

Дрожащим пальцем он поправил очки, и была ясно, что у него мокрые глаза.

— Один солдат видел ребёнка, похожего по описанию на дочь министра иностранных дел. Он обратился к ней, чтобы подтвердить её личность, но когда попытался взять её под охрану, ему помешали.

— Помешали?

— Да, верно, это доказывает, что это и правда похищение. Я с самого начала переживал, что всё может пойти по худшему сценарию!..

— ... М? Разве вы не говорили, что министр иностранных дел скорее всего заблуждается?

— Тц! Не отходите от темы. Возвращаясь к нашему разговору: я слышал, что похитителем оказалась женщина. Её лицо разглядеть не удалось, но она выглядела очень подозрительно.

— Вы делаете слишком много выводов, но надо скорее обезопасить ребёнка.

— Не теряйте бдительности, подполковник Стрен! Пусть враг женщина, но некоторые уже успели поплатиться. За вас можно не волноваться, но провал недопустим. Прошу, будьте осторожны! — крики Догмы переросли в истерику.

... И вот.

Альма прибыл на место, откуда поступило последнее донесение, и задумался, куда могла направиться преступница.

Но это оказалась обычная дорога. Куча развилок, потому сложно предсказать, куда они могли уйти. Обладавший эффективным способом поиска Альма применил его.

Он осмотрелся вокруг и направился в сторону высокого здания.

... Несколько минут спустя.

Альма наконец забрался на самый верх здания. Забрался он сюда удивительно ловко, что говорило о его спортивных способностях.

— ... Отлично. Отсюда можно осмотреть всю округу.

Отсюда можно увидеть весь город с высоты птичьего полёта. Он довольно кивнул.

Военная полиция и солдаты Федена рассредоточились по всему городу, чтобы раскрыть дело о похищении. А Альма наблюдал за потоком людей, снующих по городу.

Если кто-то вступит в контакт с похитителем, станет шумно, и все солдаты ринутся туда.

Альма ничего не упустил. Как коршун он смотрел во всех направлениях.

И вот...

— !..

Есть.

Вдалеке он увидел куда-то спешивших военных полицейских. Солдаты следовали с разных направлений и чётко знали, куда направляются.

Скорее всего они шли за преступником.

Чувствуя, как порыв ветра подталкивает его, Альма перепрыгнул на соседнюю крышу. А потом ещё и ещё, он добирался до места назначения быстрее, чем если бы бежал по земле.

Поблизости находилась достопримечательность Федена... «Мужество и сострадание».

Большой фонтан круглой формы со статуями мужчины и женщины в центре, которые держали в руках поднятые вверх меч и букет цветов. Это место посвятили окончанию войны между востоком и западом.

Было в статуях что-то смутно знакомое, чем-то они напоминали наших супругов... Но он закрыл сердце и не стал думать об этом.

В любом случае это место превратилось в точку встречи для влюблённых, и сейчас, посреди дня здесь можно было увидеть много людей.

Но не в этот раз.

Похоже военная полиция эвакуировала всех гражданских. На площади появлялись солдаты один за другим.

И тут до его ушей донёсся крик.

— У них там война, что ли?

Оценив ситуацию, он поспешил туда.

Все удивились, когда увидели, как Альма буквально спустился с неба.

— Подполковник Стрен, вы пришли оказать нам поддержку, это обнадёживает!

— Так, ты. Расскажи, какова обстановка, — спросил Альма у солдат, которые будто увидели луч надежды.

Только расслабившийся солдат тут же напрягался и стал докладывать:

— Враг один. Военные ведут бой, но ситуация складывается не в нашу пользу... Спасение похищенного ребёнка затруднено.

— Вы смогли подтвердить, что дочь министра в порядке?

— Да. Она за статуей супругов Стрен.

— ... Это не мы. Не помню, чтобы позволял использовать меня как модель.

— Да. Вот как, прошу прощения! Похитительница... А, её как раз видно отсюда. Вон она, перед статуей супругов Стрен!

— Сказал же, что это не мы, — хмурясь и отрицая, Альма посмотрел в ту сторону, куда указал солдат.

Он прищурился, узнал очертания... И обомлел.

Сильные солдаты Федена, что выше Альмы, падали. А перед ними устрашающе выставив ладони стояла блондинка.

За милыми очками на маленьком носике можно было увидеть пару холодных глаз.

Даже стойкие солдаты Федена вздрогнули перед её кровожадным взглядом. И лишь Альма здесь затаил дыхание совсем по другой причине.

— Вы видите, подполковник?! Похитительница не так проста. Но есть в ней что-то знакомое, точнее я будто что-то такое уже видел, — говорил военный полицейский. А у стоявшего рядом Альмы дёргался уголок рта.

Ну да. Все здесь видели статую мужчины и женщины, и статуя женщины очень походила на похитительницу.

Губы Альмы дёргались в полуулыбке.

— ... Может я слишком устал на работе? Почему-то она выглядит как моя любимая жена...

— А? О чём вы, подполковник Стрен?

Похоже окружающие не расслышали его монолог.

Альма замотал головой. Перепутать Элизе он ни с кем не мог.

Даже если бы повстречал идентичную копию или увидел галлюцинацию из-за усталости, он бы сразу же отличил подделку от настоящей. Не глазами, а сердцем.

Вот какова сила любви мужа и жены. Мужчина хмыкнул, а солдат восхищённо посмотрел на него:

— Что и ожидалось от подполковника Альмы. Вас даже подобное не может напугать.

— А? — переспросил Альма. Его явно не так поняли.

Однако он боялся ситуации меньше, чем все остальные. Ведь мужчина единственный узнал преступницу, но... Так ли это на самом деле?

— Эй. Офицеры военной полиции правда не знаю, кто преступница?

— Да, выше шеи мы ничего не видим.

— Вот как. Что с вами в таком случае? Ваша способность распознавать лица на уровне детей. С вами только в пикабу играть.

— ... Слава богу. Подполковник Стрен. Вы прибыли на место!

Он обернулся, услышав голос позади, и его похлопал по плечу полковник Догма.

Похоже он тоже сразу же бросился сюда, чтобы раскрыть дело. Сейчас мужчина пытался привести в порядок дыхание.

— Фух, хха... Это и есть преступница?

Он поправил очки и внимательно посмотрел своими интеллигентными глазами.

Холодок пробежал по спине Альмы. Положение Элизе было крайне шатким. Так её схватят как преступницу.

— Кажется, я где-то её видел...

— Подождите. Полковник Догма, это...

— Она кажется мне знакомой, но я не могу вспомнить, откуда.

— Вы тоже?! Ну всё, полковник, отведите своих людей. Я сам обо всём позабочусь.

Отгоняя ненадёжных союзников, Альма двигался вперёд.

Зная о его героических поступках, его быстро пропустили.

— Эли... Нет, незнакомка, которая прекраснее всех на свете, а ну остановись! Успокойся! — он не стал произносить её имя, чтобы никто не узнал, кто она на самом деле такая.

Глаза Элизе округлились, когда она увидела его выбирающимся из толпы.

— А? Ах... Вот я удивилась. Я-то думала, что за потрясающий джентльмен, при виде которого у меня чуть ноги не подкосились, а это ты. Ал. Я так удивилась, подумав, что есть ещё один не уступающий моему мужу мужчина.

Несмотря на наличие мужа, она чуть было не отдалась сиюминутному порыву, но вот узнала её, и ей стало легче от мысли, что она не такая легкомысленная.

Альма тепло улыбнулся.

— Хи-хи. Будучи супругами, мы даже думаем одинаково.

— Ты так говорить, неужели тоже?

— Да. Я и сам удивился, что увидел человека, в которого был готов влюбиться, и это не ты. Но что тут вообще происходит?

— Я... Просто пытаюсь помочь.

— ?..

Находясь в центре всех этих событий, она говорила так же уверено.

Её достойный вид говорил об отсутствии сожаления.

Хотелось узнать больше, но если и дальше будет говорить, люди вокруг что-то заподозрят. Солдаты и так уже смотрели с подозрением на то, что Альма пока так и не попытался задержать преступницу.

Было не так много времени. Альма должен выполнить свой долг.

— ... Прости. Я бы хотел поговорить с тобой ещё, но мне надо выполнить мой долг. Где ребёнок, который был с тобой? Верни девочку скорее.

— Нет, не могу. Я сама возьму ответственность и отведу её домой. Прости, мог бы ты отослать солдат?

— М? Нет, нет, это невозможно. Я же сказал, что тут на миссии.

— ... Хм? — Элизе вопросительно склонила голову.

То же относилось и к Альме. Никто не ожидал, что их просьбы будут отклонены.

Чтобы заполнить молчание, Элизе высказала свои мысли:

— Я дала обещание Нине. У неё есть её собственные обстоятельства, и я не могу просто отвести её домой. Предоставь всё мне и возвращайся. Пожалуйста.

— Это... Я принять не могу. Какими бы ни были обстоятельства, для меня это ничего не меняет. Возможно ты не в курсе, но речь касается мира между западом и востоком, потому необходимо решить всё быстро.

— Ал, ты не понимаешь. Если о чём и надо беспокоиться... Так это об обстоятельствах человека, попросившего о помощи.

— Нет. Ты не права... Если не будем действовать, видя картину в целом, мы не можем утверждать, что кому-то помогаем. Надо отбросить личные желания и противоречащие спасению чувства. Есть куда более серьёзные вопросы.

— ... Отступи, Ал. Сколько ни проси, я не могу послушать тебя. Ведь я не могу проигнорировать чувства Нины.

— ... Где ребёнок? Я нигде её не вижу, — спросил он, не отвечая на просьбу Элизе.

Так они не сдвинутся с места. Всё как-то подозрительно.

Недовольная Элизе молчала, но вот, поколебавшись, сказала:

— Не скажу, — ответила девушка.

В алых глазах, направленных на Альму, было недоверие.

Давно она на него так не смотрела. Сразу же вспомнились времена, когда они ещё не были знакомы. В те времена они были солдатами враждующих стран.

... Альма закрыл глаза. Это возродило воспоминания о собственной беспомощности, которые он испытывал во время войны. Потому он и не любил вспоминать прошлое.

Хотя от того, что он выжил, будущее ясным не становилось.

«... Самое важное вырезано в наших сердцах. Как рана, что никогда не заживёт».

Он так сильно сжал кулаки, что затрещали любимые перчатки.

Они дорожат миром, чтобы спасти как можно больше людей. Поддерживать мир непросто, но именно к этому стремился Альма.

Если что-то будет угрожать миру, какой бы мелочью это ни было, он уничтожит это. Именно это было правильным образом героя для Альмы.

— ...

Он отвернулся, чтобы не видеть Элизе.

Обострив свои чувства, мужчина собирал информацию. Маленький ребёнок вряд ли сможет прорваться через военную полицию. Значит она где-то поблизости.

Тут Альма уловил шелест листьев. Он посмотрел на высокие деревья.

Покрывшись потом, он уставился на неестественно покачивающуюся ветку. С виду ничего особенного, но если присмотреться... Можно было увидеть девочку, взбирающуюся на дерево.

— Что она там делает?.. Вот же сорванец.

— Подожди. Последнее предупреждение. Если приблизишься к Нине, лучше будь готов.

— Будь готов? Ты опоздала. Мне уже надоело выслушивать всё это.

— ... Да? Я поняла.

Элизе... Нагнулась, склонив голову.

Такого он не ожидал, потому уставился на неё.

— Прошу. Проходи. И не переживай. Со спины я бить или пинать не стану.

«... Что?» — думал Альма, проходя мимо.

Как только прошёл, по голове ему прилетел сильный удар с ноги.

Внезапный, из слепой зоны и без всякой жалости...

Однако Альма смог уклониться, пригнувшись.

Элизе вытаращилась, не ожидая, что так случится.

Подол юбки развевался на ветру, ноги оказались обнажены. Согнув ногу, она поставила её на землю.

— Если бы просто свалился... Моё сердце не болело бы так сильно.

— Тогда хотя бы не смотрела бы так. Хотя ты никогда не умела скрывать свои истинные чувства, — Альма кончиками пальцев пригладил чёлку и повернулся к девушке. — Ты понимаешь, что если используешь свою силу, отступать будет некуда. Это недальновидно. Это явно не повод для похвалы.

— Ты игнорируешь мои чувства, пытаешься силой забрать Нину. Ты действительно считаешь, что прав?

— Конечно. Я смотрю на восток и запад объективно. Я воспринимаю помощь людям не так, как ты.

— ... Не нравится мне, как ты это говоришь.

Взгляд её алых глаз стал резче. Боевой дух жалил Альму.

Он бросил взгляд на пистолет Федена, висевший на поясе.

— Это последнее предупреждение. Я тоже не хочу тебе ничего делать. Так что просто уйди.

— ...

— Я больше не могу тратить время на глупые споры.

— ... Почему ты вечно говоришь именно так?..

Элизе опустила голову, её голос дрожал.

Она подняла голову... И зло уставилась на Альму.

— Ненавижу, когда ты смотришь свысока. Я всегда считала, что твой главный недостаток, это неумение сопереживать другим! — её крик был точно выпущенной стрелой.

Элизе высвободила боевой дух и напала.

Альма тут же выхватил пистолет. Чтобы сдержать, он выстрелил три раза.

Его навыки стрельбы были одними из лучших в стране. Пули пролетели так, как он и хотел, едва не коснувшись кожи Элизе.

Обычно люди начинают бояться. Они избегают оружия, которое может проделать дыру в теле.

Но Элизе не так проста. Она даже не думала останавливаться.

— Ты не размякла, живя мирной жизнью... Впечатляющие нервы.

— Мой любимый муж стреляет в меня, хуже и быть не может! — ругаясь, Элизе схватила его за правую руку.

Решила отобрать пистолет?.. Нет, вопреки ожиданиям Альмы она прижала ствол к собственному плечу. Альма ахнул, а она нажала на курок пистолета.

Прогремел выстрел. Пуля прошла навылет.

Такой поступок заставлял сомневаться в её здравомыслии. Но зато теперь сам Альма открылся.

Эльзе выхватила пистолет из ослабшей хватки и направила на мужчину.

— Я не очень хорошо умею обращаться с огнестрельным оружием. Но на таком расстоянии даже я не промахнусь.

Между дулом и Альмой едва ли мог поместиться кулак.

Не сомневаясь, Элизе нажимала на курок, пока патроны не закончились.

... Фигура Альмы стала расплывчатой.

Обычный человек не мог увидеть, что происходит.

От трения подошвы обуви задымились, но он великолепно смог уйти от выстрелов.

Движения Альмы превосходили того, на что способны люди.

Он совершил ошибку, позволив отобрать пистолет, но когда у него получилось уклониться, он смог выдохнуть.

— ... Жена, стреляющая в мужа, ничем не лучше.

— По крайней мере я более искренняя.

— Ты разве не пыталась убить меня?

— Я бы сразу же вылечила. Ты даже моргнуть не успеешь.

... Кровотечение из раны Элизе прекратилось.

И это не всё. Она протёрла пальцем кожу, на месте попадания даже шрама не осталось.

То есть она исцелилась. Буквально за одно мгновение.

— Да, точно. Ну да... Я упустил этот момент. А должен был учесть.

Он вынужден был признать, что размяк, живя мирной жизнью. Забыл, какой была её тактика.

... «Западная героиня» Ализе не так проста. У неё сверхъестественные способности к исцелению, а ещё она может с помощью жидкостей своего тела, например крови или слюны, исцелять других.

Её лечебный эффект неизмерим. Потому её поведение было безумным, но не безрассудным.

И у ненормальной силы Альмы была причина.

Это технологии совершенствования людей Федена... Дар «хирургии».

Операция улучшает силу, скорость и ловкость. Пройдя через тренировки и «хирургию», солдаты Федена становятся сверхлюдьми.

Солдаты становятся обладателями огромной силы. Потому-то все соседние страны боялись Феден. Милитаристическая страна Феден расширяла свои территории, вторгаясь на земли других стран. Единственная страна, которая могла противостоять им, — Вегис.

И отпор они смогли дать в том числе благодаря уникальной способности Элизе.

Её способность была приобретённой. Как Феден развивал «хирургию», они тоже развивали свои технологии.

Помимо вполне очевидного усиления тела, есть и другие сверхъестественные способности. Например, пиромания, телепортация, ясновидение и телепатия...

Во время войны столкновения этих сил происходили постоянно.

... Прямо как между Альмой и Элизе сейчас.

Выбросил за спину бесполезный пистолет, Элизе приложила руку к груди.

— Я всё говорю и говорю, а ты ничего не понимаешь. Какой бы ни была ситуация в целом, это не повод не помогать тому, кто перед тобой. Если сейчас не помочь, некоторых уже никогда не спасти.

— Я не собираюсь отбрасывать жизнь. Но посмотри правде в глаза. Ты недооцениваешь реальные проблемы, которым надо уделять внимание в первую очередь. Если не можешь защитить будущее, бессмысленно спасать настоящее... А ты обязательно придёшь к этому. Ради сохранения мира иногда надо отказаться от сиюминутных чувств.

— А я говорю, что это неправильно. Вот ты запёртый!

— Упёртый! И... Это не я, а ты.

Элизе помешала его миссии, и у Альмы на лбу вздулась вена.

В воздухе между ними стали расходиться электрические заряды.

Все присутствующие видели, какой вихрь разгорается.

В этот момент образовалась брешь, которую было не залатать.

— ... Я достала шарик! Поверить не могу, что он застрял на дереве!

Забравшаяся на дерево Нина обняла шарик, который так пыталась вернуть. Она сидела на толстом дереве с радостной улыбкой на лице.

Теперь она сможет отдать его сестрёнке. Девочка почти сдалась, когда появилась военная полиция, но Элизе смогла выиграть ей время.

... И даже не заметила, что сейчас Элизе и её муж были в центре сурового противостояния.

Площадь, символизирующая мир, теперь превратилась в поле боя, на котором камни летели в сторону солдат Федена.

— ... Что это сюда летит?.. Пья-а-а-а-а-а-а!

Разлетевшиеся камни попали в дерево и сломали его. Прозвучал крик Нины.

***

Услышав подробности, Ховайт закивал.

— Понятно... То есть вы собрались развестись из-за того, что не сошлись во мнении, как помочь потерявшейся девочке?.. — спросил он, и пара одновременно закивала.

— Да. Эта девочка — дочь министра иностранных дел Вегиса. Что бы ни случилось, ответственность будет нести Феден... Это дипломатический вопрос. В худшем случае это могло привести к конфликту между востоком и западом. Однако...

— Да. Нина искала потерянный шарик своей младшей сестры. Нет причин игнорировать ребёнка, который хочет подбодрить грустящую сестрёнку. Однако...

— Она мне помешала!

— Он мне помешал!

Они заговорили хором.

С теплом в глазах Ховайт наблюдал за ними, и вот вздохнул.

— То есть вы разошлись. Пути назад уже нет?..

«Нет!»

— А... Понятно...

После их крика, плечи Ховайта опустились.

Он слышал об истории, рассказанной ему супругами. Подробностей он не читал, но вроде доклад где-то здесь... Ховайт стал рыться в куче бумаг на своём столе, считая, что он где-то здесь.

Он игнорировал крики парочки «не повторяй за мной!» и искал нужный отчёт. И вот наконец нашёл.

Инцидент у фонтана «Мужество и сострадание».

Ховайт принялся просматривать документ.

— Так. А... Ужас. «Статуя наполовину разрушена, площадь серьёзно пострадала, а ребёнок едва остался в целости»... Что с этим отчётом? И... Странно, про похищение тут ни слова... — бубнил мужчина, изучая отчёт до конца.

Тот факт, что спасали дочь министра иностранных дел, был скрыт, а фонтан официально пострадал из-за неправильного давления воды.

Ховайту это казалось надуманным, но стоило и обстоятельства учитывать.

Важно было сохранить лицо армии, и дело об огрехах в безопасности, поданное министром, не было предано огласке. Так как любимая дочь вернулась в целости, министр смягчился.

Записи о похищении не было, потому что в итоге военные выяснили, что за всем стояла «Западная героиня» Элизе. Никто не хотел, чтобы пострадала репутация пары, называемой «символом мира»... Так все рассуждали.

«В таком случае армия Федена... Высоко ценит эту пару. Нет, не только наша армия, но и Вегис тоже...»

То что министр иностранных дел Вегиса пошёл на уступки, как раз говорило об этом.

Так думал Ховайт... Но было понятно, что этот инцидент мог внести брешь между востоком и западом.

Брешь... Да, пара героев собралась развестись.

— Угу... Эй, вы что, всё ещё ссоритесь?!

— Да. Только что закончили. Я больше не могу иметь дел с великовозрастной малолеткой, которая думает лишь о сиюминутной выгоде.

— Ты просто сбежал. Совсем не по-взрослому и дальше унижать тебя, так что ладно. Можешь поджать хвост. Будь благодарен... Хотя способен ли на это жестокий робот, защищающий будущее без людей.

— Я тебя вообще не понял! Хватит называть человека жестоким роботом. Что это вообще означает?!

— Я же уже говорила, что это противник Юни с острова Гаракута.

— Я не о том! Я не понимаю, почему ты сравниваешь меня с ним!

— Потому что ты бессердечный робот. И твой случай более запущенный, так как ты жил, ни разу не слыша о «Юнифами». Даже мне тебе не помочь. Тебе стоит навсегда остановиться и упасть.

— Ты мне так смерти желаешь?! Хватит меня роботом звать!..

— Так-так! Всё, я всё понял, успокойтесь, вы оба!

Точно судья, Ховайт вмешался в их ссору.

Ещё бы немного, и началась бы словесная перепалка. Это раздражало, но надо было восстановить между ними отношения. Ховайт переживал, что уже может быть поздно.

Но сдаваться не собирался.

Если герои востока и запада разведутся, они утратят «символ мира», и тогда может рухнуть мир между Феденом и Вегисом, и это может привести к тревожным последствиям не только внутри страны, но и за её пределами.

Это идеальная возможность для противников их союза, чтобы начать новую войну. И так как правительства востока и запада пытаются сохранить мир, надо всячески пытаться удержать нынешнее положение дел.

Если заставить их передумать, пара и дальше будет вместе...

— Сразу предупреждаю, что бы вы ни говорили и ни делали, я разведусь с ней. И даже если между востоком и западом разгорится конфликт, я не позволю начать войну.

— Я придерживаюсь схожего мнения. Я разведусь с ним. И я не пожалею сил ради людей, которые живут мирными жизнями. Можете передать это тем, кто попытается поднять шум по этому поводу.

— ... Похоже менять решение вы не намерены... Так вы не вернётесь к тому, как всё было?!

В голосе Ховайта, отчаянно пытавшегося удержать пару, была печаль.

***

На следующий день, как стала известна шокирующая информация о героической паре.

В центре Федена в канцелярии верховного главнокомандующего раздался телефонный звонок.

Мужчина с глазами хищной птицы заговорил со стариковской улыбкой.

— Мне-то всё было интересно, что случилось. Что человек вашего калибра начал действовать лично.

Мужчину звали Галэден. Он являлся главнокомандующим вооружённых сил восточной страны Феден и занимал должность главы государства.

Вежливо он обратился к человеку на другом конце трубки.

— Понимаю, что дело срочное... Ваше величество.

«Я рада, что вы всё сразу поняли», — в ответ прозвучал приятный женский голос.

На фоне слышалось, как трётся что-то твёрдое.

Потом что-то проглотили. Она пила чай.

«Я бы хотела сказать прямо. Страна в опасности».

— ... Ваше величество.

«Что?»

— Мне кажется, вы преувеличиваете.

Тут прозвучал грохот.

Галэден улыбнулся. Прозвучал кашель, который специально разметил паузу в диалоге.

«Кхем... Жизни влиятельных людей нашей страны подвергаются нападкам».

— Вы... Уверены?

«К сожалению. На днях наши пограничники вступили в бой с неизвестным отрядом. Мы подавили и захватили их, а потом доверенные лица изучили их воспоминания».

— ... Психометрия. Вот до чего дошли технологии Вегиса.

«Да, наша страна гордится этой силой. Но если мы неправильно распорядимся этой силой... Достаточно взглянуть на предыдущее правительство, которое вело страну к взаимному уничтожению... Ради мира мы должны использовать нашу силу».

— Вы правы.

«Простите... Я отошла от темы. Цель врага — эта пара».

— Пара? Неужели?

«Да. Герои, положившие конец войне запада и востока Альма и Элизе. Те, кого называют «Восточным героем» и «Западной героиней». Они сделали себе имя на войне и стали легендарными супругами...»

Они оба представили «символ мира».

Надо быть осторожнее с врагами, которые собираются причинить им вред.

«Супруги пользуются поддержкой со стороны граждан востока и запада. Я считаю, что их существование важно для будущего мира».

— Хм... Надо принять необходимые меры.

«Да. Нам удалось схватить лишь мелких сошек, но основные силы наверняка создадут проблемы Федену, где живут супруги. Чтобы со всем справиться, Вегис окажет вам всю доступную помощь», — тон её величества нёс облегчение.

Обдумав слова, Галэден заговорил:

— Я благодарен за это. Но подождите. Неужели это вся информация, которую вы добыли с помощью психометрии?

«... Враг тоже принял меры. Как только мы стали читать мысли, сработал защитный механизм, и все их воспоминания оказались стёрты. Они даже не помнят, кто они такие».

— Хм. У вражеских сил есть даже такие активы... Расслабляться не стоит.

«Да. Неизвестно, что может случиться в Федене и Вегисе. Главнокомандующий Галэден, будьте осторожны».

— Спасибо, ваше величество... И кстати.

«Что?»

— У меня есть информация, которую я бы хотел вам сообщить.

«Ах. Главнокомандующий, вы уже успели принять какие-то меры?»

— ... Это касается супругов Стрен... Они хотят развестись.

«А?» — королева не ожидала такого.

На несколько секунд воцарилась тишина, наконец она всё поняла и была поражена.

«А?.. Что... А?»

Её величество лишилась самообладания и была в полном замешательстве.

Галэден притворился, что не услышал и с достоинством вздохнул:

— Они ещё молоды, для них нормально сомневаться. Меньше года — это слишком маленький срок, ваше величество, а вы что думаете?

«... Опустимо».

— ?

Мужчина внимательно прислушался.

И тут он в голове точно увидел мощный взрыв.

«Не признаю! Это недопустимо!»

— Га-ха-ха, точно. Я тоже, — поражённый её криком, Галэден засмеялся.

— Тогда я позабочусь об этой паре.

«... Да. Прошу вас. Не забудьте...»

От волнения она дышала неровно.

Разговор подошёл к концу... Мужчина собирался отключаться.

Но тут Галэден заговорил:

— Ах да. Ваше величество королева Сеника. Невежливо говорить об этом по телефону.

«... Что на этот раз?» — уставшая женщина вернула себе самообладание.

А Галэден продолжил с мягкой стариковской улыбкой на лице:

— Сегодня вам ведь исполняется двенадцать? Поздравляю.

«... Спасибо за заботу, командующий Галэден. Да!»

В ответ в голосе зазвучали детские нотки, и можно было понять, что дух неповиновения заставил её показать язык.

Представивший это старик улыбнулся.

На этом разговор закончился, и было ясно, что у приближённых её величества начался переполох.

***

На западе Федена есть развалины, куда никто не приходит.

Большая часть страны была восстановлена, но это место будто забыли. Место было огорожено забором, чтобы никто не заходил... Запретная зона, опасно, не входить.

Иными словами это неизгладимый шрам, оставленный войной между востоком и западом.

«Город Мистори» был одним из таких мест.

Экстрасенсы Вегиса пустили сюда ядовитый туман во время войны, и он до сих пор никуда не делся. Красно-фиолетовый туман стелющийся по земле в высоту с человеческий рост уничтожал все формы жизни.

Это территория смерти. Живые сюда не приходят.

... Как предполагалось.

Лунной ночью можно было разглядеть силуэт церкви и две фигуры, стоящие на крыше.

И не только на церкви. На крышах других зданий, куда не доставал туман, располагались ещё небольшие группы. Всего шестьдесят семь человек, и почти все вооружены огнестрельным оружием.

Все были серьёзными и ждали приказа.

Одна из фигур, стоявших на церкви, подошла к краю и обратилась ко всем:

— Рада, что вы здесь, воины, истинно заботящиеся о Вегисе!

— ... Командир Руми...

Длинные рыжие волосы трепал вечерний ветер, черты лица женщины средних лет раскрывал свет луны.

Громкий голос Руми разносился вокруг:

— Близится час, когда наше желание осуществится. Мы убьём «символ мира», чету Стрен, и тогда с этим отвратительным миром будет покончено. Вспомните о чувствах, что таятся у вас в груди!

— ...

— Мы «Отряд пепла» знаем, что такое истинное единство. Почему? Потому что мы разделяем благородные идеалы. Разве вы хотите видеть, как Вегис идёт по пути мира с Феденом?

Уголки её губ приподнялись.

Руми ожидала от них героического выкрика, но все ответили бесстрашным согласием.

Они не стая бродячих псов. Все они ветераны войны между востоком и западом.

Нельзя не заметить высокий уровень мастерства. Хоть и не получила той реакции, что ожидала, Руми довольно кивнула. Их любовь к Вегису искренна. И все считали, что миром с Феденом они запятнали честь страны.

«... Бедненькие, хи-хи... Они не знают, что я воспользовалась их энтузиазмом».

На губах женщины появилась жестокая улыбка.

Но лишь на миг. Она закричала, чтобы поднять общий боевой дух.

— Часть наших товарищей пала, пока мы бежали из Вегиса и проникали в Феден! И лишь мы можем отомстить за них. Это место оказалось идеальным укрытием для нас, и после подготовки мы совершим убийство...

Тут Руми заметила. Один из присутствующих вытянул руку.

— Ты, что такое?

— Да. Простите, что прервал, командир. Когда шёл сюда, я видел солдат, патрулирующих вдалеке. Похоже поблизости застава, и они патрулируют территорию. Потому нам не стоит слишком шуметь.

— ...

Получив дельный совет, Руми задумалась, а потом ответила:

— ... Я-я поняла. Спасибо, что рассказал, — её голос стал куда тише.

Её товарищи сражу же подумали: «Сразу же всё поняла».

— ... Отдохните и приготовьтесь к бою. И позаботьтесь о вашем оружии...

Услышать её было сложно, потому они все вытянулись и прислушались. Руми довольно хмыкнула, не догадываясь об их сложностях.

Вот разговор закончился, и все стали исчезать.

И тут заговорила фигура, находившаяся позади женщины.

— Изображаете святую невинность, госпожа Руми. И они вам верят.

— ... Маро. Воздержись от неуместных заявлений. Не хватало, чтобы кто-то услышал...

— Долго вы ещё будете шептать, госпожа Руми?

Тут были лишь они вдвоём. Потому голос и был удивлённым.

Из тени вышла женщины по имени Маро, явив свою крупную фигуру.

Она была настолько крепкой, что не уступала даже мускулистым мужчинам.

Женщина была на три головы выше Руми, у неё была угловатая фигура, но мягкая кошачья шерсть придавала ей более женственный вид. У неё красивые черты лица, но при этом резкий взгляд и недружелюбное отношение. Её взгляд даже самоуверенного человека заставит съёжиться. Называемая штабным офицером Руми взглянула на своего надёжного полевого офицера.

— Н-ну да. Уже можно нормально говорить. Я знаю!..

— Угу. Вы не изменились, госпожа Руми.

— В каком смысле? Что-то на похвалу не похоже.

— Я впечатлена вашей честностью. В собственных желаниях...

Маро скрестила толстые, точно ноги Руми, руки и посмотрела в глаза товарищу.

— Ты обманула подчинённых, но на самом деле ты хочешь...

— Заработать! В это мирное время зарабатывать стало непросто на этой скучной работе. Ты же понимаешь? После войны безопасность в странах улучшилась, появилась стабильная и хорошо оплачиваемая работа, и в будущем всё станет только лучше! — Руми сжала кулаки, будто это могло только бесить. — Кому сдалась порядочная жизнь, которая всё равно приведёт к смерти? Ради моей жизни я буду сражаться. Я убью супругов Стрен, и мир между востоком и западом развалится. Настанет моё тёмное время!

— ... В странных вопросах вы становитесь серьёзны...

— Эй, ты вообще слушала?! Ты слишком шумишь, давай тише!

— Госпожа Руми, вы шумите куда больше, — Маро пожала плечами.

Руми с прищуром посмотрела на неё:

— ... Кстати, у тебя ведь твоя собственная цель.

— М? Как необычно, госпожа Руми проявила интерес.

— Не сказать, что мне интересно. Даже если спрошу, всё равно забуду. Просто мне показалось, что не стоит одной мне говорить, вдруг что-то упущу. Так что я решила спросить тебя и закрыть на этом дело.

— Всё так же лишь о себе думаете... Да уж.

Маро тяжело вздохнула, понимая, что Руми думает лишь о том, что выгодно ей.

А потом заговорила исключительно по делу:

— Я считаю технологии востока и запада опасными. Я хочу начать вторую войну востока и запада, чтобы они уничтожили друг друга, и тогда технологии модификации людей Федена и технологии сверх способностей Вегиса будут уничтожены.

— ... В каком смысле?

— В самом прямом.

— Эти технологии опасны? С чего ты вообще стала думать об этом?

— ... Так можно избежать ещё большей войны. Технологии востока и запада дают людям слишком большую силу. В этом ничего хорошего.

— Почему?

— Мир этого не выдержит. Если сверхлюди будут жить, как им хочется, войны никогда не закончатся. Бессмысленные конфликты могут привести не только к кровопролитию, но и появлению мёртвых мест вроде «дорога Мистори». Именно технологии востока и запада сделали это возможным.

— ...

— Когда поняла это, мной стало двигать чувство долга. Я должна остановит поток технологий. И потому...

— ... Ты собралась стереть с лица земли целую страну. Маро, ты явно не в своём уме.

— Вот от вас я этого слышать точно не хочу.

Говоря гадости, они усмехнулись.

И тут Руми заметила.

— Если так подумать, я ведь тоже отношусь к тем людям, что живут как им хочется. Разве я не должна считаться твоим врагом?

— А если так?

— Не уверена, что смогу тебя победить. Ты уж не трогай меня, если что.

— Если передумаете и будете жить скромной жизнью, то никаких проблем. Хотя с учётом ваших способностей, мне тоже будет нелегко в бою.

— ... Скажи, что ты всегда будешь моей союзницей. Мы ведь так давно знаем друг друга.

— Хи-хи. Буду стараться, чтобы после окончания работы госпожа Руми стала правильным человеком.

— Погоди-ка. Я не о том. Не хочу я жить мирной жизнью!

Видя непреклонную Руми, Маро улыбнулась.

Хоть их взгляды и расходились, они сходились в вопросе грядущей войны.

***

Джонпорт — центральный западный город где располагается штаб западной армии Федена.

Во время войны он подвергся серьёзному нападения Вегиса, военные объекты были серьёзно повреждены. Но восстановление проходило настолько быстро, что в это было сложно поверить.

Раннее утро. Солнце освещало новый красивый дом в Джонпорте.

Получающий неплохую зарплату Альма жил там с Элизе.

Спальня располагалась на втором этаже. И изначально супруги спали на одной кровати... Но всё изменилось.

— ...

Когда часовая стрелка указала на шесть, Альма перестал мерно дышать и открыл глаза.

Сложно было поверить, что ещё миг назад он крепко спал. Но его жизнь была настолько дистиллированной, что он казался ещё более безликим.

Он собирался как и всегда сесть.

... Хрясь!

Деревянная кровать с громким шумом упала.

— ... Не выдержала...

Он поднял верхнюю часть тела, его уставшая голова кружилась.

Кровать, которую Альма использовал с первой ночи... Была наполовину сломана.

И для этого была причина. С позавчерашнего конфликта у фонтана он постоянно бился с Элизе дома за личное пространство.

Самые горячие споры касались единственной кровати.

Да, изначально она была вдвое больше, и на другой половине спала Элизе. Вот только договориться у них не вышло.

Оба хотели владеть кроватью. Всё затянулось, и в порыве гнева Элизе разрубила кровать своим любимым мечом.

Тут им оставалось каждому выбрать по спальне и использовать для сна неприглядные кровати с ножками только с одной стороны. Вот настолько им не хотелось быть вместе.

Хоть он и поставил подпорки подходящей высоты, они не были закреплены, и в итоге кровать сдвинулась.

— Терпи, пока не доставят новую кровать, это даже не поле боя... — точно загнанный в угол Альма приободрил себя и вернул самообладание.

Сегодня с утра заседание военного совета. Время ещё есть, но он не мог позволить себе опоздать. Потому начал готовиться.

Приняв холодный душ, он надел брюки и глаженую рубашку. Повязывая галстук перед зеркалом, он выискивал, есть ли какие-то недостатки, и совершенно довольный кивнул.

Он был готов, дальше надо позавтракать.

Он положил на сковороду яйца и бекон, а рядом жарил багет.

В то время, когда чудесный запах стал расходиться по кухне.

... Хрясь!

На втором этаже прозвучал громкий звук.

— ... Похоже проснулась, — с горькой усмешкой он посмотрел на потолок.

Прошло несколько минут, и его предположение подтвердилось.

— Больно... Вкусно пахнет...

Появилась Элизе, которая держалась за свою растрёпанную белобрысую голову.

Похоже у неё были такие же сложности с конструкторскими недостатками новой кровати. В глазах были слёзы, похоже пробуждение далось болезненно, и в таком состоянии Элизе шла на запах вкусной еды.

Пробуждение ей даётся непросто, потому ноги держат её с трудом. А ещё Альма по себе знал, как она беспокойно спит. Часть пуговиц расстегнулась и была застёгнута неправильно.

Дотошному Альме было больно смотреть на это, но его внимание привлекло нечто иное.

— ...

Он холодно посмотрел на её левую руку.

Это совершенно точно меч. Не было никакого смысла ходить по дому с мечом, но Элизе разгуливала с ним наперевес.

И взгляд девушки был прикован к еде на столе.

— ...

— ...

Им было что сказать, но никто не мог произнести ни слова.

Между ними сохранялась дистанция. Не физическая, а психологическая.

Альма отщипнул кусок багета и закинул в рот так, будто ничего не происходит. Разговор он не начал, лишь с прищуром наблюдал за Элизе.

Ничего не говоря, она стала моргать, как и Альма она сохраняла дистанцию. Так это выглядело.

— ... Хс, хс.

Вдруг с губ шатавшейся Элизе стало разноситься сопение.

Альма плотно сжал губы... Он понял, что она просто не успела ничего сказать, прежде чем заснуть.

Если оставить её вот так, она будет мешать. Потому пришлось заговорить с ней.

— Эй, не спи здесь. Просыпайся.

— ... Я не сплю, — приняв уверенную позу, она резко посмотрела на него и возразила.

Любой другой вздрогнул бы, но для Альмы было очевидно, что она просто спит на ходу. Причин пугаться не было.

— ...

Немного проснувшись, Элизе покинула это место, переместившись на кухню.

Там она увидела сковороду.

В ней готовил Альма. Она ещё не успела остыть. Элизе протянула руку, подняла крышку и заглянула внутрь.

Там было пусто.

— ...

Стоит заметить. До вчерашнего объявления о разводе Альма готовил по утрам для них двоих. И дело не в том, что она плохо готовила. Скорее уж у неё были безупречные навыки как у домохозяйки. Но пробуждение ей давалось тяжело, потому за завтраки отвечал Альма.

И сегодня не должно было стать исключением.

— ... Хс...

Элизе втянула воздух.

Точно скалящаяся голодная горная кошка она обнажила любимый меч и убрала назад.

Обычный человек, ничего не понимая, уже просил бы сохранить ему жизнь. Но она просто осталась без завтрака.

Это не повод бояться. И Альма молча продолжал есть.

Нетрудно догадаться, о чём она думала. Приготовить самой было несложно, но она была слишком вялой для этого. Проще просто украсть.

Альма усмехнулся, считая это недальновидным.

И тут. Он услышал, как скворчит масло на кухне.

Мужчина сразу же посмотрел туда.

— ... М?!

К его удивлению Элизе взяла сковороду и принялась готовить. Выглядела она воинственно.

Сонливость пропала, и сейчас её будто лихорадило.

Наблюдая за ней, Альма покрылся холодным потом.

Он ещё никогда не видел Элизе такой активной с утра. И ему не нравилось то, что обычно она себя вела как вялая лягушка перед спячкой.

И вот еда уже стояла на столе напротив него.

Она использовала дорогие ингредиенты из холодильника, чтобы приготовить роскошный завтрак. Оставалось давиться собственной слюной.

Элизе села, продолжая бороться с сонливостью...

— ... Хм.

Но вот она победоносно улыбнулась.

А Альма подскочил со стула, опрокинув его.

— Бесишь! Дураком меня выставить пытаешься? Хочешь сказать, что можешь и сама приготовить себе роскошный завтрак, если захочешь!

— ... Даже жутко, как ты точно угадываешь.

— Смеёшься?! К тебе в голову умные мысли не приходят, легко догадаться, о чём ты думаешь!

— Хм... Только оскорблять и можешь. Но лучше не недооценивай меня. Пусть я не в лучшей форме, но показать себя могу... Эх...

— А, этот вздох, это: «Я так разошлась, что наготовила слишком много, смогу ли я всё съесть?» Всё же те, кто не думают наперёд, бесполезны. Наготовила, чтобы просто покрасоваться. Показать, на что способна...

— А, всё, достал. Не шуми во время еды!

Стоило начать упрекать её, и Элизе разозлилась.

А Альма даже бровью не повёл, лишь пожал плечами.

— Ох, и правда. Здорово услышать от тебя правильные слова. Потому в этот раз послушаюсь.

— Мужчина, который никогда не затыкается... На ссору нарываешься? Ну да. Считай, нарвался! — приняла решение Элизе и вытащила свой любимый меч. Взяв его обратным хватом, она бросила оружие в лицо Альме.

— Эй, дура, ты что... Ва?! — завопил Альма и повернул голову вбок, чтобы избежать попадания.

Любимый меч Элизе разбил горшок с цветком, а потом вонзился в стену.

Точно демонстрируя силу броска, он раскачивался в стене.

На полу валялись осколки горшка, земля и растение, и Альма шокировано смотрел на этот ужас.

После чего он гневно закричал на девушку:

— Не ломай дом! Совсем тупая!

— ... Ты больше за дом переживаешь, чем за свою жизнь...

— Кровати тебе оказалось мало, и ты решила разгромить всё? Ты мастер по демонтажу? Или решила, что твоя способность вообще всё восстанавливать позволяет?

— Я могу лечить лишь людей. А чинить ничего не могу. Или ты забыл?

— Не думай, что я серьёзно. Я в курсе. Это был сарказм!

— Но я начинаю сомневаться, что могу лечить только людей. Твои же раны я залечить могу.

— Говоришь так, будто я не человек... Хотя ты меня жестоким роботом зовёшь. Так что я не удивлён.

— Не зазнавайся. Ты на уровне промышленных отходов.

— Ещё понизила?!

— Кстати, в киноверсии «Юнифами» вместо жестокого робота, очищенного силой рога Юни, появился истинный правитель острова Гаракута, король металлолома.

— То есть ты даже не можешь привести пример за пределами «Юнифами»?! И король металлолома — это то, что ты под промышленными отходами понимаешь? И ты так оскорбляешь жестокого робота!

— Хм... Понимаю. И я исправлюсь. Больше никаких грубых слов.

— У меня получилось отчитать Элизе... Сомнительное удовольствие. Сколько ни пытался, ни разу не получалось, вот каково это...

— Ладно, я уберу бардак на полу. Ты же не против, жестокий робот?

— Да. Хоть свой статус вернул... Стоп, ты издеваешься? Чего я с этим вообще соглашаюсь?!

Он уже было кивнул, но вдруг его шокировало собственное поведение.

Он был подавлен, а Элизе оставила его в покое и пошла прибираться.

Она вытащила из стены меч и убрала в ножны.

— ... Неправильно проделывать дыры в стенах нового дома. Вот ведь... — Альма использовал собственный гнев, чтобы привести себя в чувства.

Их семейная жизнь дошла до такой стадии, что чинить нечего, но если они разведутся, то недолго им ещё жить вместе. И от этой мысли стало легче.

— Удачно... Элизе, погоди немного.

— ?

Альма вышел в другую комнату, а девушка вопросительно склонила голову.

Она закончила прибираться и села за стол.

А мужчина вернулся и показал ей документ.

— Вчера подписал. Думаю, дальнейшие объяснения ни к чему, просто заполни.

— ... И что это?

— Заявление на развод. Передадим его в государственное учреждение, пройдём через все процедуры, и мы официально чужие люди.

— Вот как. Хм.

Он говорил официально, а Элиза отпила из стакана и облизнула губы.

После чего она вздохнула и взяла листок, чтобы положить конец их отношениям.

Взяв ручку, она прижала её к листку.

— ...

Ничего сложного. Просто надо заполнить несколько полей.

Тут Альма нахмурился. Он ждал, но ничего не происходило.

— Что такое?

— ...

Молчавшая Элизе сгорбилась.

Вела она себя странно. Он положил руку девушке на плечо и поднял её голову.

— ... Хс, хс...

— ... Спит? Вот дура!

Конечно его такое не порадовало. Тут он кое-что заметил и проверил её стакан. Посмотрел на цвет, понюхал. Это точно алкоголь.

Это было самоё лёгкое фруктовое вино, которое хранилось у них дома.

— Налила к своему роскошному завтраку с утра пораньше? Вот прямо так?

Ответа не последовало.

На лбу выступила вена, и Альма закричал:

— Ты ведь никогда пить не умела, после глотка засыпаешь. Так куда тебя понесло! Вот же дура!

— Хм... Сам дурак...

— Ой, да плевать! Давай, держи ручку. На листок смотри, не спи. За поля не выходи! Почерк кривой, ничего не прочитать, а, чёрт!

Пусть это и было непросто, Альма заставил Элизе, напоминавшую греющуюся на солнце кошку, подписать документ.

В итоге он чуть было не опоздал на совещание.

***

Придя в штаб и убедившись, что он успевает на собрание, Альма испытал спокойствие.

В кармане его формы лежало заявление на развод. Правительственный офис ещё не начал работу, потому надо было найти время, чтобы улизнуть туда. Элизе заполнила заявление точно на иностранном языке, но дело требовалось довести до конца. Чтобы развестись поскорее.

Разогревшись, он успокоился и вошёл в помещение.

— ... Хм.

И сразу понял, что что-то не так.

Атмосфера в штабе была напряжённой. Лица у всех были серьёзными, они работали пуще прежнего... Даже казалось, что их плечи не выдержат напряжения.

Остановившись, он задался вопросом, что случилось, и тут к нему кто-то подбежал.

— А, Альма. Сюда, сюда.

— Генерал-лейтенант Ховайт... Что-то случилось?

— Да, всё серьёзно. Ну же, следуй за мной!

Взволнованный Ховайт потянул его за руку, похоже дело было безотлагательным.

Он был очень серьёзен. Молча его привели к кабинету генерал-лейтенанта.

Ховайт взялся за дверь, но тут же передумал и повернулся к Альме.

— Генерал-лейтенант Ховайт?

— ... Да уж. Что-то я слишком взволнован. В помещении тебя ожидает важная персона.

— Важная персона?

— Не могу сказать, мне запретили.

— Почему?

— Чтобы сильнее удивить.

— ... Похоже этому кому-то весело, — саркастично улыбнулся Альма. — Но вы меня предупредили, что я удивлюсь, потому я буду готов. Кто бы там ни был, я встречусь с этим человеком.

— Т-только постарайся не грубить, — сказав это, Ховайт открыл дверь.

Альма вошёл внутрь, решив, что его не удивит ничего, что бы он там ни увидел.

Там был седой солдат, окружённый охраной.

На плечах старика были знаки отличия верховного командования Федена... Не было того, кто бы жил в этой стране и не знал его.

Заметив их, мужчина прервал разговор и небрежно поднял руку.

— Пришли?

— Г-главнокомандующий Галэден?!

Поняв, что за влиятельный гость, Альма был удивлён.

Ховайт не упустил это и сказал:

— Ну вот. Удивился. Он прибыл без предупреждения.

— Тут никто спокойным не останется...

Теперь стало понятно, откуда такая атмосфера в западном штабе.

Тот, кто создал это напряжение, мягко улыбался.

— Давно не виделись. Подполковник Альма, как поживаешь?

— Да. Вашими молитвами.

— Твоя репутация дошла до центрального штаба. Ты отлично справляешься со своей работой.

— Для меня честь слышать это.

— Га-ха-ха! Не будь таким напряжённым. Расслабься немного.

— Ха, ха-ха-ха... Постараюсь.

Галэден похлопал его по плечу, и парень улыбнулся.

Главнокомандующий при учёте его положения был на удивление дружелюбен. Сам он будто был полон энергии. Его речь настолько моложавая, что даже не верится, сколько ему лет.

Из-за чего молодёжи вокруг было не по себе, и они даже были напуганы.

— Хм. Тогда перейдём к делу... Наедине, — Галэден взглядом велел охране покинуть помещение. После чего он велел Альме и Ховайту сесть перед ним на диван.

Альма тут же решил уточнить:

— Разговор настолько важный, что надо было попросить других уйти?

— Хм. У меня были срочные дела, по которым я заехал в Джонпорт, и я решил заглянуть сюда.

— ... Главнокомандующий лично решил вмешаться.

— Я не мог оставить этот нерешённый вопрос на других. И так никто не вмешается.

Главнокомандующий Галэден контролировал армию и нынешнее правительство. И было ясно, что случилось «нечто», что заставило такого человека насторожиться.

Осознавая серьёзность происходящего, Альма напрягся.

— Что-то произошло?

— Вот... Посмотри. Ты сразу должен будешь понять.

Старик достал письмо и бросил на стол.

Альма поймал его. Он посмотрел на спокойно откинувшегося на диване Галэдена и принялся читать письмо, чтобы понять, в чём дело.

— ?!

Там было написано то, что заставило его усомниться в собственном зрении.

По затылку побежал холодный пот. Он даже пожаловался старику.

— О чём вы думаете? Такой приказ... Невыполним.

— Приказ? Прости-ка, — Ховайт взял документ у поражённого Альмы.

Хмурясь, он стал отмерять расстояние, чтобы стало удобнее читать.

— Это, так, ну-ка... Вот это?

Пусть это было непросто с его дальнозоркостью, но он смог разобрать буквы.

— «Подполковнику вооружённых сил Альме Стрену. Вам запрещается разводиться с вашей женой Элизе Стрен. Вопрос не обсуждается»... Это приказ главнокомандующего?! А, не может быть, серьёзно?!

— ... Верно.

Перед верховным командованием было не возразить.

Если бы это оказалось глупой шуткой. Хмурившийся Альма не был уверен в этом.

— Это военный приказ... Развод будет означать нарушение приказа командования, что повлечёт за собой военный трибунал. Но я не понимаю, зачем доводить до такого. Это ведь личное дело супругов.

— А-Альма, перед тобой главнокомандующий. У-успокойся!..

— Да. Я понимаю, что хочет сказать подполковник.

Ховайт пытался успокоить Альму, в чьём голосе просочилось раздражение. И бледному мужчине на помощь пришёл сам Галэден:

— Тут мнения разошлись.

— ... Что это значит?

— Ты не понимаешь? Помимо вас никто не считает это простым разводом.

Выдохнув весь воздух из лёгких, старик бросил взгляд на Ховайта.

Тот понял смысл, колебался, но в конце концов согласился:

— Да. Тут я согласен с главнокомандующим.

— Генерал-лейтенант Ховайт...

— Прости, Альма. Мы считаем, что твой брак имеет огромное влияние на мир между востоком и западом. Возможно вы сами не воспринимаете это, но факт остаётся фактом.

— ...

— Скажу ещё раз. Для только закончивших войну востока и запада супруги Стрен являются важным стабилизирующим элементом. Вы герои, внёсшие значительный вклад в обе страны, и ваш развод может стать сигналом к тому, что между странами назревает конфликт. С другой стороны, если все уверены, что вы живёте душа в душу, все верят в сосуществование.

— ...

— Потому прошу не делать ничего опрометчивого. Я прошу об этом не как свидетель на свадьбе, а как лицо заинтересованное.

Благодаря осторожным словам Ховайта Альма вернул самообладание.

Погрузившись в тёплые воспоминания, парень наконец смягчился.

Его мягкость помогала поверить, что он выпустил всё.

Ховайт и сам улыбнулся, и вот Альма нарушил тишину.

— ... Отказываюсь!

— А-а-а-а-а?! — закричал Ховайт, чьи ожидания обманули.

Альму не волновало, что он расстраивает начальство, его дух был непоколебим.

— Если наш развод может привести к конфликту востока и запада, я приложу все силы, чтобы этого не случилось. Как я уже говорил, я не позволю разгореться второй войне востока и запада.

— Нет, но... Хоть ты и говоришь так...

— Между мной и Элизе всё кончено. Наши отношения не восстановить, — сообщил им Альма и показал заявление на развод.

И так говоривший с трудом Ховайт окончательно лишился рада речи. Глядя на документ, он смог лишь сказать: «Элизе, у тебя какой плохой почерк...»

И тут прозвучал серьёзный голос.

— А вот это нехорошо.

Увидев взгляд Галэдена, Альма понял, что не может дышать.

— В ходе войны Феден был серьёзно истощён. Пока продолжаются мирные времена, мы должны восстановиться и вернуть утраченную силу. Как и в случае в Вегисом ранее, есть страны, которые пытаются нас уничтожить до сих пор.

— ...

Тут было сложно возразить. Альма был вынужден признать, что его личные чувства взяли верх.

Письмо главнокомандующего было не тем, что можно было просто проигнорировать.

— Вот уж не пойму, о чём вы думаете, раз об этом не подумали, — старик тяжело вздохнул, будто говоря, что его это и правда волнует.

А брови Альмы приподнялись, когда он кое-что понял.

— Вы... К Элизе тоже кого-то собираетесь послать?

Пусть это и военный приказ, Элизе не обязана следовать ему.

Скорее всего она будет настаивать на разводе, Альму будет ждать военный суд, но вряд ли они что-то сделают девушке.

Потому-то парень и спросил, а Галэден кивнул:

— Угу... Посланник уже почти прибыл.

После того, как старик сказал это.

Тук-тук-тук.

В дверь кабинета постучали.

Не ожидавший никого Альма посмотрел в глаза Ховайту. И тут постучали настойчивее.

— А, не стучите так сильно. Подождите немного! — Ховайт поднялся и поспешил к двери. — Да, да, да. Кто там?.. А, ты? А, наблюдатель... Понятно, вот до чего дошло...

С той стороны Ховайту что-то сказали.

Он вернулся в кабинет и обратился к Галэдену.

— Главнокомандующий, можно...

— Да. Впусти.

— Вы снова ничего не скажете... Хотя нет, я понял...

Поражённый решением главнокомандующего, Ховайт запустил гостя.

Это был... Мальчик.

Подросток. Но в нём было нечто такое, что говорило, что он не простой городской житель.

Войдя в кабинет, он поклонился.

— Рад встрече, офицеры Федена. Меня зовут Локи Хаинкель.

Парель... Локи махом изменил атмосферу в помещении. Он явно не так прост.

Говорил он хорошо, и в голосе его было достоинство, не имеющее с робостью ничего общего.

— Я офицер разведки Вегиса. Однако в этот раз я получил приказ от её величества, и мне приказано стать наблюдателем, в обязанности которого входит предотвращения развода героической пары.

— ... Наблюдатель?

— Да. Подполковник Альма Стрен. Я буду докладывать о каждом шаге супругов моему работодателю... Её величеству королеве. В случае необходимости мы используем мощь Вегиса, чтобы не допустить развод.

— ...

— Надеюсь, вы понимаете. Вегис тоже не хочет потерять «символ мира».

Глаза Альмы следили за Локи.

Он был выше, но при этом достаточно худой.

Его светлые волосы были сцеплены двумя заколками. Самоуверенные глаза и лёгкая улыбка создавали атмосферу беззаботности.

Воротник его тёмной-алой рубашки был расстёгнут, заправлять в брюки он её не думал. Он был в галстуке, который был не затянут.

Рукава пиджака закатаны, что производило разгильдяйское впечатление.

Одним словом, да...

— Думаете, что появился подозрительный мужчина.

— !..

Альма удивился тому, что его мысли раскрыли, а Локи пожал плечами.

— Ну, не мудрено. Если обидел, прошу прощения от имени Вегиса.

— Хотя бы манеры при тебе. Ты нас явно переоцениваешь... — не зная, насколько он серьёзен, Альма сказал с упрёком.

А Локи вытаращился на него:

— «Восточный герой» оказался на удивление добр. Не думал, что вы можете быть так мягки. Вот уж чего не ожидал. Покажите ваш настоящий нрав.

— Ты считал меня каким-то безумцем?

— Я наслышан о вашем мастерстве.

— Похоже ты привык драматизировать...

Видя подозрительную улыбку Локи, у Альмы задёргалась щека.

Наблюдавший за происходящим Галэден рассмеялся.

— Как и сказал Хаинкель, он один из ваших наблюдателей. Стопор на всякий случай. Хорошо, что вы сразу нашли общий язык.

— Похоже, что так, подполковник Альма. Для меня это честь.

— А я должен задаваться вопросом, в чём тут честь. Или я не прав?

— Передо мной настоящий герой. Это же здорово. Просто потрясающе.

— Может скажешь это более эмоционально?

— Просите произнести то, о чём я не думаю?!

— ... Почему-то я зол и не могу справиться с напряжением...

Будучи скромным, Альма зловеще улыбнулся.

Наблюдавшие за ними старики перешёптывались «они идеально дополняют друг друга», «уже подружиться успели».

... И тут.

Альма обернулся с ловкостью зверя, обнаружившего врага.

По лицу Локи было не похоже, что он что-то понял. Перед ними была дверь, и ничего необычного в ней не было.

И тут прозвучал слабый шум.

Вибрация постепенно усиливалась.

Тут Локи понял. Это звуки шагов.

Предположив кое-что, он отступил от двери, и решение было верным.

Дверь распахнулась так стремительно, что казалось, что она может слететь с петель.

Ховайт закричал, слыша, как она скрипит:

— А-а-а, не открывайте её так. Сломаете!

— ... А? Ва, ва, простите. Извините!

Точно ураган в кабинет ворвалась девушка.

Её короткие чёрные волосы раскачивались при ходьбе. Фиолетовые локоны отлично сочетались с глазами такого же цвета.

Щёки слегка покраснели от бега, а волосы липли от пота.

Расчёсывающая волосы расчёской девушка носила знак орла, доказывающий принадлежность к армии Федена. Насколько Альма помнил, он никогда не видел её в штабе западной армии.

Блузка без рукавов обнажала руки от плеч до кончиков пальцев. Мундир был повязан на поясе, новая юбка, говорящая о том, что она вступила в армию недавно, обнажала румяные ноги.

Ровесница Локи поднесла ладонь ко лбу, отдав честь.

— Оливия Форчун, переведена из центрального штаба сюда. Мне выпала честь служить с подполковником Альмой, потому я не сдержала эмоции и прибежала!

— ...

Оливия с её сияющими глазами поглотила внимание всех присутствующих.

Чуть ли не со стоном Альма спросил у Галэдена, который был в курсе её назначение:

— Её задача такая же, как у Локи?..

— Ага. Она назначенная мной наблюдательница от Федена. Вот все и в сборе.

Явно что-то задумавший главнокомандующий улыбался.

Альме всё это не нравилось, но сделать он ничего не мог.

План вступил в силу, и его было не остановить, довольный Галэден проговорил:

— План по восстановлению супружеских отношений «Стратегия по восстановлению любви».

— ...

Для Альмы с мёртвым выражением на лице голос раздавался как глухое эхо.

Если не кошмар, то как ещё можно всё это назвать?

— ... А?

Прозвучало едва слышимое возражение.

Вокруг застывшего Альмы стали собираться люди.

— Ха-ха. Похоже у меня уже появилось, что рассказать её величеству. А, Оливия, рад знакомству!

— Да, и я тоже. Кстати, а ты кто?

— ... Эй, ты дверь сломала... Ах, отвалилась?!

Оливия и Локи знакомились. А позади Ховайт обнимал дверь, превратившуюся в доску.

Может Альма отбросил все мысли или же нервы не выдержали, но он успокоился.

И пообещал себе.

«... Да, я буду сопротивляться. Всеми силами».

Он так крепко сжал кулаки, что его перчатки затрещали.

Внешне Альма был спокоен, но внутри бушевал боевой дух.

А Галэден небрежно обратился к нему:

— Что ж, подполковник Альма. Ваши «наблюдатели» так же являются и вашими телохранителями.

— Да... Что?

— Неизвестные силы стремятся к тому, чтобы убить тебя и твою жену.

Когда его пронзил ястребиный взгляд старика, Альма едва соображал.

Когда до него дошёл смысл, на лице появилось волнение.

***

Тем вечером Альма вернулся домой после выполнения своих обязанностей.

Он молча шёл по слабоосвещённой улице, где встречались лишь редкие фонари.

Иногда позади проезжали машины, которые своими фарами заставляли тени расти... И тогда Альма видел две фигуры позади.

Тяжело вздохнув, он через не хочу обернулся.

— Долго вы будете следовать за мной, Локи, Оливия?

— Мы наблюдаем за вами и вашей женой!

— Мы ваши телохранители.

Они сказали в унисон.

«Конечно же до вашего дома».

— ...

Одни проблемы.

Вот о чём думал Альма. Из-за приказа главнокомандующего он не смог подать документы о разводе, и теперь на это можно было не надеяться. Он смог лишь ответить:

— Вы с таким энтузиазмом подходите к этой работе...

Когда их снимут с миссии?

Когда супруги Стрен решат не разводиться, в них не будет смысла... Именно тогда. По крайней мере так считал сам Альма.

— ... Да уж.

Размышлять об этом не было никаких сил. Хотелось поскорее вернуться домой и рассказать обо всём Элизе.

Ещё не поздно решить, что они будут делать.

— Локи. Оливия.

Он назвал их имена.

В любом случае скорее всего их отношения будут долгосрочными. Нет ничего хуже наблюдателя, но ещё они будут и охранниками.

Это стоит рассматривать отдельно. Альма никогда не был придирчивым человеком.

Как взрослый он должен уметь идти на компромиссы.

— Если не против, я бы хотел пригласить вас на ужин. У вас найдётся время?

— ... М!

Услышав неожиданное предложение, Локи и Оливия переглянулись.

А потом с радостью на лицах хором ответили:

«Полагаемся на вас!..»

В этот момент их переполняли радость и признательность.

С учётом их положения, никто не обязан вести себя с ними как с друзьями. Но как и все остальные они слышали о достижениях четы героев и испытывали такой же трепет.

Альма и Элизе были для них кем-то заоблачными, потому было странно осознавать, что они прямо перед ними.

Нет причин отказываться от возможности пообщаться с теми, кого ты уважаешь. К добру или худу у Локи и Оливии был непринуждённый характер.

Видя, что они сразу же ответили, Альма улыбнулся.

Первое его впечатление было не лучшим, но было в этом нечто забавное. Вот так в спокойной атмосфере они добрались до дома Стренов.

Альма открыл входную дверь. А Локи и Оливия последовали за ним, с интересом осматриваясь вокруг.

— ... А? — и тут прозвучал удивлённый голос Элизе, проходившей по коридору.

Она не ожидала увидеть ещё кого-то помимо Альмы.

Прежде чем представить Локи и Оливию, мужчина сказал о другом:

— Элизе. Развестись стало намного сложнее.

— ... А? — прозвучал недовольный голос жены.

А Локи и Оливия испытали сожаление.

Всё же они шли сюда со слабой надеждой.

... И испытали разочарование.

***

Слышался лязг тарелок, ножей и вилок.

Альма, Элизе, Локи и Оливия вчетвером сидели за столом.

«...»

Никто ничего не говорил, они в тишине орудовали столовыми приборами.

Первым закончил есть Альма и стал пить кофе, Элизе холодно смотрела на него, продолжая нарезать стейк.

Локи и Оливия смотрели на них со стороны, обливаясь холодным потом.

Стоило посуде издать хоть малейший шум, они сразу же вздрагивали.

Они успели пожалеть, что приняли приглашение.

... Познакомившись в коридоре, они начали готовить ужин каждый для себя. Уже тогда Локи и Оливия начали мрачнеть.

Между молодожёнами была пугающая враждебность.

Хоть как-то пытаясь улучшить атмосферу, Локи заговорил:

— А, ха-ха. Так вкусно, госпожа Элизе! Вы великолепно готовите.

— Спасибо.

— ... Хм, моё сердце и желудок переполнены после такого пира. Такой уход даже при том, что мы вломились без предупреждения!..

— Не переживай. Я накупила слишком много всего, потому есть можно в своё удовольствие.

— М? А... С утра же всё переготовила.

Альма задумался, было ли в холодильнике место для всего этого, но потом вспомнил, что случилось с утра.

Элиза приготовила шикарный завтрак, что привело к тому, что пришлось идти за покупками.

Взгляд Альмы это подтверждал, у него не было цели кого-то обидеть.

Но кое-кто не мог пропустить эти слова мимо ушей.

— Опять придирки.

— ... Что?

— Не смог сдержаться? Надо же. Ты же на всё предлагаешь смотреть более широко, так может просто стоило не обращать на меня внимание? Мог просто проигнорировать как и всегда.

— Снова твои скоропалительные выводы. Я не придирался. Просто сам с собой говорил.

— Плевала я на твою правду, когда мне что-то не нравится.

— Сколько высокомерия. Может не будешь начинать спор из-за всяких мелочей?

— А ты не можешь просто извиниться?

— Нет, если в этом нет необходимости.

... Воцарилась тишина.

В глазах Элизе появилось ещё больше беспокойства.

А Альма даже бровью не повёл, продолжая пить кофе.

Теперь атмосфера была не удушающей, а грозилась удушить. Локи больше не решался заговорить. Столовые приборы в его руках дрожали.

Удручённый, он вернулся к трапезе.

— Что ж. Перейдём к главному делу.

Закончив есть, Альма скрестил пальцы.

Все трое посмотрели на него. Локи и Офелия испытали облегчение от того, что молчание было нарушено.

— Ты не могла слышать об этом, Элизе... Но похоже есть вероятность, что нас хотят убить.

— ... Убить? Кто и зачем?

— Кто — неизвестно. Зачем... Они предполагают, что если убьют пару, символизирующую мир, это разожжёт конфликт между Феденом и Вегисом.

— То есть это дело рук оппозиции, выступающей против союза востока и запада?

— По крайней мере так считает главнокомандующий Галэден.

— ... Хм.

Факты излагались в довольно спокойной атмосфере.

Только сейчас не было никаких ссор. Они вели себя как подобает героям, и Локи с Оливией смогли вздохнуть с восхищением.

Понимая, что атмосфера стала немного легче, Оливия села ровно:

— Это... Госпожа Стрен! Меня и Хаинкеля прислали сюда, чтобы обеспечить вашу безопасность. Потому давайте работать сообща...

— Просто Элизе. Не надо звать меня так, — на её лице была пугающая улыбка.

Даже выглядя жестокой, в душе Элизе оставалась доброй. Однако её доброта редко выходит на передний план. Когда она испытывала злость, то старалась не пугать посторонних. Только эффект получался обратный, ведь она казалась даже слишком доброй.

Но даже этого бывало недостаточно, чтобы остановить приближение чего-то зловещего, и люди всё равно пугались.

Вот и в этот раз Оливия ощутила давление, скрытое за словами, и закивала точно поджавшая хвост собака.

— Ух... У-у, я поняла. Госпожа Элизе... — она едва не плакала. Выглядела девушка и правда жалко.

С беспокойством в глазах Альма решил подбодрить Оливию:

— Кстати, я слышал главнокомандующего Галэдена. Что ты великолепно проявила себя во время работы в штабе. Ты была его личным телохранителем и сопровождала его во время инспекции в восточный штаб. Это впечатляет.

— ... Да! Я была лучшей выпускницей в моей группе в военной академии!

— В-вот как.

— Госпожа Элизе, в академии я была лучшей выпускницей! Хаинкель, я была лучшей, когда училась в академии.

— Да. Мы поняли. Не обязательно повторять это всем.

Когда получила комплимент, её настроение улучшилось, и девушка напоминала ребёнка, демонстрирующего табель с отличными оценками родителям.

Альма успокоил её и прокашлялся:

— ... Однако ваша роль заключается не только в том, чтобы защищать нас. Вы наблюдатели, присланные, чтобы не дать нам развестись, и теперь будете постоянно следить за нами.

— А? Что, кто они?.. Хотя и так понятно.

— Думаю, ты догадалась. Оливия прислана сюда по приказу армии Федена. Можно сказать, что она представляет главнокомандующего. А Локи...

— А, да. Я здесь по приказу королевы Вегиса.

Поняв всё, Элизе недовольно скривилась.

Узнав про поддержку Локи и Оливии, девушка наконец поняла, почему Альма сказал, что теперь развестись будет трудно.

Но это не значило, что она согласна с такой постановкой.

Брови Элизе приподнялись, а сидевший рядом с ней и явно желавший сбежать Локи заговорил:

— Мы бы хотели, чтобы вы помирились и отказались от идеи развода... Но похоже вы настроены серьёзно. Это даже очень очевидно. Прямо страшно как.

Напротив серьёзного Локи согласно закивала Оливия.

Они одновременно должны защищать пару и наблюдать за ними. А для этого необходимо сотрудничество с супругами.

Если будут делать всё, что вздумается, то защищать и наблюдать не получится.

Если супруги будут сопротивляться, то просто задавят своих наблюдателей. Так как это очевидно, бессмысленно пытаться силой прятать их где-то до тех пор, пока все не перестанут пытаться их убить.

— ...

С другой стороны они совершенно свободны.

В этом случае от парочки требуется просто постоянно наблюдать за супругами. Если попытаются просто приказывать, на содействие можно не рассчитывать, зато их могут выгнать. Потому Локи старался вести себя дружелюбно.

— Мы не будем докучать вам, говоря, чтобы вы снова были вместе. Но это правда, что вас собираются убить, и мы будем признательны, если вы окажете содействие в вашей защите.

Так он сказал, но не отказался от идеи восстановить брак.

Начнёт он с доверия, а потом и восстановит отношения... Всё начинается с маленького шага.

— Понятно. Против охраны я ничего против не имею.

— Ага. Главное, чтобы не ограничивали.

— Не волнуйтесь. Вы будете жить как и прежде. Верно, Оливия?

— Да. Я слышала так же.

«Да?» — Элизе вопросительно склонила голову.

Альма тоже молча слушал. А потом взглянул на настенные часы.

— Уже поздно. Пора закругляться. Кстати, а где вы остановились?..

Он собирался узнать, где остановились Локи и Оливия... Но тут зазвонил телефон.

Прикрыв рот, мужчина покинул столовую. Быстр подойдя, Альма взял трубку.

— Да, кто это?

«А, Альма. Удачно. Это я, я».

— Этот голос, кто-то притворился генерал-лейтенантом Ховайтом?.. Кто ты, представься.

«Ты упомянул даже моё имя, так с чего решил, что я не настоящий?»

— Хм... Простите. Я думал, что мне снова позвонили мошенники.

«Что, я впервые о таком слышу. И ты сказал «снова»... Это часто случается?»

— Да. Это уже тринадцатый раз.

«Ничего себе, какие напористые. И этот раз настоящий! Ты всё ещё меня подозреваешь?!» — с того конца звучал озадаченный голос Ховайта.

И вот, чтобы восстановить самообладание, он продолжил.

«Это, лучше вот что скажи. Локи и Оливия всё ещё у вас?»

— ... Да. Верно.

«Просто надо доставить их багаж, который остался в штабе... Может предоставишь им пару комнат в вашем доме?»

— ...

Между бровями Альмы появились глубокие морщины.

— Вы предлагаете жить вместе с ними?

«Д-да».

— Потому что они наблюдатели и телохранители? И должны жить с нами, чтобы следить за каждым нашим шагом?

«П-подожди. Понимаю, что это может быть неприятно, но тут ведь ничего не поделаешь».

— ... На вас давят сверху?

«Да. Похоже руководство хочет, чтобы они располагались как можно ближе».

— ...

«Альма. Я прошу лично от себя. Мне и самому не нравится, что это надо делать по принуждению. Однако, посчитав, что без этого никак, начальство не станет отказывать себе ни в чём».

— ...

«Понимаю, что вам придётся терпеть, но может пойдёте на уступку?..» — в голосе Ховайта ощущалась вина.

Проблем с размещением не было. Пустые комнаты у них имелись.

Вопрос лишь в их собственном отношении... И нехотя Альма тяжело вздохнул:

— Только в этот раз... Только в этот раз я пойду вам на уступку.

«Альма...»

— Всё же вы постоянно присматриваете за мной.

Раз это предлагает Ховайт, он точно думает об Альме и его жене. Пусть мужчине и не хотелось этого, категорических причин для отказа не было. Они и так хотят развестись, и не стоит делать глупости, привлекая к себе больше внимания.

В крайнем случае от двух наблюдателей они как-нибудь смогут отделаться.

Если так подумать, отношение к ним было щадящим. Никто не ограничивал супругов, но что-то тут всё равно не нравилось.

«Тогда я найду тех, кто свободен, и попрошу доставить багаж. Полагаюсь на вас».

— ... Хорошо.

На этом разговор закончился.

Повесив трубку, он вернулся в столовую, погружённый в собственные размышления.

Заметив его, Альма помахал ему.

— Подполковник Альма! Представляете, я и Оливия с этого дня будем жить здесь.

— ... Могли и сразу об этом сказать.

Плечи Альмы опустились, когда он столкнулся с тяготами жизни.

***

Ночь. Руми пряталась на заброшенной фабрике в Джонпорте.

Она без проблем покинула «город Мистори» и добралась до места, где жили цели. С собой она взяла трёх элитный бойцов и напарницу Маро.

На миссию они отправились небольшой и неприметной группой, снаряжения у них было по минимуму, а одежда гражданская.

Причин в чём-то подозревать их не было, если не считать, что все кроме Руми обладали выдающимися физическими способностями. Пока всё шло неплохо, но Руми прикрыла глаза, скрестила руки и недовольно стучала пальцем.

— ... Скоро мы убьём их. Всё должно быть скрытно, нас не должны обнаружить.

Да, они планировали внезапное нападение на супругов Стрен.

Остальные силы расположились в тылу, в случае поступления приказа, они придут на подмогу. При том, что нескольких товарищей уже схватили, про их существование могли узнать. Но основные силы захвачены не были. Другими словами преимущество первого удара они не потеряли.

Такую возможность нельзя было упустить.

— И вы долго ещё будете тренироваться? Это же пустая трата сил!

— ... Фух, фух... Не берите в голову, госпожа Руми. Для нас это как дышать, там мы только поддерживаем форму в лучшем виде!..

— Маро, в твоём случае твоё тело — это единственный повод для гордости! Вот только из-за тебя и остальные стараются!

На заброшенном заводе можно было увидеть... Как Маро интенсивно тренирует мышцы, а позади неё группа крепких мужчин делает то же самое.

Они старались поддерживать темп Маро, но между ними была слишком большая разница в физической силе. Было очевидно, что их силы заканчиваются на глазах.

С другой стороны Маро вообще не выказывала усталости. Трое товарищей сдались раньше и с восхищением и уважением смотрели на неё.

Мокрая от пота женщина довольно улыбнулась.

— Что? Вам не стыдно? Не смогли обскакать женщину.

— Маро. Тебя едва ли кто-то сможет превзойти...

— Больше энергии. Превзойдите предел. Для чего вы вообще здесь?

— Чтобы совершить убийство. А не для того, чтобы мышцы качать.

— На базу никто не вернётся. Пока тренировка не будет закончена.

— Вы здесь не для качания мышц! Слушайте, что вам говорят, качки чёртовы!

— Госпожа Руми. Для похвалы пока ещё слишком рано. Придержите эти слова до тех пор, пока они не накачаются достаточно.

— Это не было похвалой, а оскорблением! А, чёрт, я выбрала не тех... — Руми схватилась за голову, пока все остальные обливались потом.

Они могут даже забыть, что являются членами «Отряда пепла» и переродиться в обычных людей. Руми потёрла переносицу, думая, смогут ли они провести внезапную атаку.

— Продолжаем операцию со всеми мерами предосторожности... Будем скрываться, и если увидим возможность, воспользуемся ей. Будьте готовы к бою в любой момент!

— ... Нет! Правильная форма вот такая!

«О-о!..»

— ... «Отряд пепла» — это на самом деле клуб качков...

Руми опустилась на колени перед товарищами, которые совсем не слушали важный разговор.