На следующее утро.

Настала пора идти на работу, но поступь Альмы была тяжела.

— Эй, отпусти!.. Идти тяжело!

Серена повисла у него на поясе.

Стоило ей проснуться, и она повторяла одно и то же. И это...

— Я решу все твои проблемы! Проси о чём угодно!

Вот так. В ней будто пробудился дух служения, и Серена не унималась.

Неизвестно, что она задумала, но Альма явно был озадачен.

— Да, отцепись от меня. Хватит липнуть. Так ты всё решишь!

— Хорошо. Ты переживаешь о своих семейных отношениях.

— Ты меня вообще не слышала! И ты сама предложила просить о чём угодно.

— Не говорила!

Она точно это говорила, но принялась возражать.

Альма серьёзно задумался, что не так у неё с головой.

Тут раздался голос ждавшей в прихожей Оливии.

— Подполковник Альма, вы ещё долго?

— Иди без меня. Не хватало, чтобы ещё и ты опоздала, увидимся в штабе!

— Хорошо! Я соберу ваши останки!

— Почему ты сказала это так, будто я умереть должен?!

Оливия убежала. После неё только и остался след её фиолетовых локонов.

Хотелось пойти за ней, и Альма пытался сбросить с себя свои оковы...

— А, если применишь силу, на моих хрупких руках останутся синяки! Смотри, у меня уже на пальцах заусенцы! И сюда смотри, под глазами круги!..

— Не выставляй на показ свою слабость! И разве можно вот так пострадать, просто двигаясь? Я с этим вообще никак не связан, мешки под глазами у тебя вообще от того, что ты не высыпаешься! — опроверг обвинения Альма.

Но увы, Серена и правда была слабой. Можно было использовать силу и с лёгкостью сбежать, но не мог он поранить её. Хотя можно было начать переживать, что она поранит себя, пока хватается за себя. Она хрупкая как маленькая птичка.

Пока размышлял, что делать, он услышал шаги на лестнице.

— ... Расшумелись. Чем вы занимаетесь? — потирая сонные глаза, показалась Элизе.

И вот она увидела, что Серена висит на поясе у Альмы. Она сразу же нахмурилась и побледнела.

— Выглядишь жалко. Просто позор.

— ...

— Ни стыда, ни совести. Стоит женщине прилипнуть, и ты ничего не можешь. Посмотри на себя в зеркало, я бы такого не вынесла.

— Буквально позавчера ты сама так же мешала мне уйти.

— ... В общем отцепись от неё.

— Эй. Не меняй тему. Ты же точно помнишь, так что просто признай!..

— Серена, ты тоже виновата. Плохая, — проигнорировав слова Альмы, Элизе протянула руку. Она взяла Серену за шкирку и сняла её так просто, будто отклеила пластырь.

Выпутавшись из затруднительной ситуации, Альма неловко поправил воротник.

Наблюдая за ним, Элизе тяжело вздохнула.

— Эх... Ты слишком снисходительно относишься к Серене. Ничего не можешь сделать. Ты не вырвался и не ушёл, потому что боялся сделать ей больно?

— И что с того?

— Да ничего. Просто я подумала, что ты слишком добрый для человека, известного своей жестокостью. Или попробуешь обвинить меня? Что я недостаточно хорошо понимаю своего мужа.

— Ха, даже не подумаю. Я просто удивлён тем, насколько ты была саркастична. Не думал, что ты с твоим вспыльчивым характером, решишь вот так изъясняться.

— ... Странно, я даже не злюсь. Особенно при том, что имею дело с тобой.

— Так может перестанешь притворяться тихой, а заодно прекратишь бить меня по голове? Не сильно больно, но это очень раздражает...

С виду Элизе была спокойной, но при этом била Альму в пределах силы, когда он не закипит от гнева. И от этого раздражение только нарастало.

— ... Ох, нечего мне тут дурью маяться!

Он вспомнил, что время не ждёт, и закончил спор с Элизе.

Когда собирался уходить, позади прозвучал раздражённый голос.

— Уходишь, потому что не можешь терпеть мои атаки. Похоже я слишком сильно издевалась над слабаком.

— Подожди, Альма. Мы ведь не договорили, позволь мне разобраться с твоими проблемами!

— Ух! С одной поспорить хочется, от другой сбежать, у меня от этого уже голова болит!..

Он выбежал из дома и направился в западный штаб.

Оставшись наедине с Сереной, Элизе спросила:

— Так что... Что ты от него хотела?

Её перестали держать за воротник, и Серена недовольно надулась:

— Просто хотела решить одну из двух проблем, которые его беспокоят!

— Двух проблем?..

— Да. Одна заключается в ухудшении ваших отношений. А вторая в спасении моей жизни.

— Все эти проблемы связаны с тобой.

— Я просто шикарно умею создавать проблемы!

— Только не надо вести себя так, будто тут есть повод для гордости. За это хвалить точно никто не станет...

Элизе поражённо посмотрела на неё, а Серена подняла указательные пальцы обеих рук.

— Для грубой работы я не гожусь, потому могу решить лишь домашние проблемы, чтобы Альма сосредоточился на спасении моей жизни.

— Что за эгоцентризм... Серена, характер у тебя намного хуже внешности.

— Спасибо!

— Это не было похвалой... Смотришь на тебя и сильнее убеждаешься, что по внешности судить не стоит.

Элизе потёрла брови. По лицу Серены было ясно, что она делает это не из злого умысла, но...

Складывалось впечатление, что с её человечностью случилось что-то не то. Глядя на её симпатичное улыбающееся лицо, Элизе задала ещё вопрос:

— Кстати, а что именно ты собиралась делать?

— Я думала выслушать его и всё обдумать. Не волнуйся. Я очень умная, для меня нет не решаемой проблемы!

— Ну знаешь...

Понимая, что плана у женщины не было, Элизе сжала губы.

... На сердце точно тёмная пелена опустилась.

Элизе хотела прояснить, действительно ли Альма ей изменил. А ещё она хотела знать, почему он относится к Серене так, будто она особенная.

Ей хотелось знать. Хотелось разоблачить.

Даже если придётся отвернуться от фактов... С нынешними чувствами она просто не могла быть с ним.

Но даже когда Элизе спросила, Альма не стал ничего рассказывать. И даже армия Федена, на которую девушка положилась, не предоставила ей никаких сведений.

И раз так...

«Я спровоцирую Серену и услышу от неё про истинные чувства Ала...»

Ей показалось, что шанс успеха тут довольно высок.

Не важно, изменил ли он, она сможет узнать, что испытывает Серена к Альме. Вполне возможно, что Альма ей не интересен.

Но не так важно, нравится ли Серене Альма. Пока чувства Альмы устремлены к ней, Элизе не волновало, кто его любит.

— ...

... Всё же её это волнует. Но в любом случае.

Элизе хотела узнать, действительно ли Альма предал их любовь.

Если использует Серену, возможно сможет получить нужные ответы. В таком случае у неё нет причин колебаться.

И всё же немного.

«... Я переживаю...»

Она понимала, что сердце увязло в сомнениях, но может осталось что-то? Ей хотелось верить в своего мужа... У неё осталась слабая надежда.

Элизе не хотела делать ничего, что могло бы сократить расстояние между Альмой и другой женщиной. Пусть даже это отличный способ раскрыть измену, подбивать к этому... Ей не хотелось.

— Элизе. Ты чего? — сияющими глазами Серена смотрела на неё.

В глазах буквально читалось: «Если тебя что-то тревожит, положись на меня, и я всё решу, а потом хвали, хвали, хвали меня!»

Поколебавшись, Элизе покачала головой:

— Ничего.

— Вот как? Жаль...

Желая, чтобы у Элизе были проблемы, Серена расстроилась.

Похоже ей нужна была одна только похвала. Ничего плохого в этом не было, но с этим было непросто, потому Элизе вздохнула.

— В общем веди себя тихо. Если не будешь ничего делать, больше проблем не случится.

— А! Я в полной фрустрации! С тех пор, как попала сюда, я вообще комплементов не получала, мне надо выпустить все эмоции наружу!

Не способная скрыть недовольства, она отчаянно высказывала желание получить одобрение.

А Элизе не думала проявлять понимание такому отчаянию.

— Мне надо уйти. Не хотелось бы оставлять тебя одну... Но придётся тебе побыть одной.

— У... Ты меня совсем не слушаешь, Элизе! — цеплялась Серена за безразличную девушку. — В этот раз я буду вести себя тихо, так что похвали хоть немного. Я присмотрю за домом. Верь в меня. Ну, Элизе.

— Да, да... Молодец. Верю, верю.

Элизе никогда не умела врать, потому любой мог понять, что она кривила душой...

Но Серена тут же выставила грудь и довольно заговорила:

— Ах... Какое блаженство!

— Тебя даже это порадовало?.. Тебя вообще всё устроит?

— Хм. В удовлетворении моих желаний я не могу быть придирчивой. Количество важнее качества, а простой комплемент всё равно остаётся комплиментом. Ещё, скажи что-нибудь ещё!..

— Похоже в твоём сердце поселился ужасный монстр.

Тут на Серену точно снизошло озарение, и она щёлкнула пальцами.

— Точно! Покажи эту одобрительную позу Альме.

— ... А? — девушка ничего не поняла.

А Серена пожала плечами.

— Ты слишком резкая. Лучше притворяться, что Альма «хороший муж», чем подозревать, что он «плохой муж». В таком случае он сам успокоится и отдаст приоритет моему спасению!

— С чего бы мне это делать?.. И в итоге ты думаешь только о себе.

— Ну да, — Серена так же невинно продолжала. — Меня не волнует, хорошо это или плохо. Или важно ли. Лучше ведь просто делать то, что мне самой хочется.

— ...

— Ты подозреваешь Альму в измене, и это вполне справедливо. Я считаю это правильным. Не будь у меня проблем, я бы поддержала тебя. А... И вообще, — она весело улыбнулась. — Ты ведь скорее веришь в измену, а не подозреваешь.

— ... А? — низким голосом заговорила она. — Это не так.

— Ага. Хи-хи, я просто предположила.

— ... Ну тебя, — Элизе улыбнулась и схватила Серену за щёки.

— Афуэ?.. Ты собираешься сломать что-то милое?

— Решила разок подорвать твою самоуверенность. Да уж, забавно... На удивление мягкое мяско.

— Ва, ты так говоришь, будто я еда!..

— Чего ты так радостно это говоришь?

Оставив непостижимые чувства Серены, Элизе принялась мять её щёки.

А сама при этом размышляла.

«Я хочу подозревать Ала в измене... Это не так. Я ненавижу подобные чувства, потому скорее хочу отделаться от них...»

То есть она хочет, чтобы стало легче. То, что Элизе желала этого, не было ложью.

Но тут есть два возможных результата. Либо пара помирится, либо разойдётся.

И Элизе толком не задумывалась, чего именно она хочет. Нет, старалась не думать.

Она была в замешательстве. Всё же Элизе не из тех, кто привык думать наперёд.

Пока не выяснит, правда ли Альма изменил ей, желаемого результата не будет.

«Тогда... Справедливо ли то, что я его подозреваю?»

Это было сложно принять. То есть она сама была не уверена.

Пусть это касалось её лично, но она относилось к этому как к чужому делу... И оказалась в тупике.

«Разве можно без доказательств верить в то, что муж не изменяет?»

Доверие. Это выбор, на который Элизе не могла пойти. Она не хотела подозревать, но методом исключения оставалось лишь это.

— Эх... — девушка тяжело вздохнула.

Пока её щёки мяли, Серена наблюдала за выражением на лице Элизе.

Её глаза стали сеять ярче, а плечи опускались и поднимались.

Поглощённая своими мыслями Элизе не замечала её странного поведения. А если бы и заметила, то не придала бы значения, считая, что она воспринимает это как похвалу.

— ... Что же делать?

— Для начала можешь отпустить мои щёки!

Элизе говорила сама с собой, а уже начавшая ощущать боль Серена закричала.

Позднее...

Освобождённая Серена потирала щёки, взволнованными глазами глядя на входную дверь.

— Вот я непутёвая... — проговорила она. Явно обращаясь к себе самой.

Теперь дверь на улицу выглядела для неё как какое-то сокровище. Ей нужен был свет, сочившийся с той стороны.

По ту сторону ждали люди, которые могут её похвалить. Там есть те, кто в отличие от этой семейки будут её хвалить. Те, кто сразу разглядят её непревзойдённую красоту.

Ей хотелось похвалу... Выйти в город и получить комплимент. Она сопоставляла желание с риском быть обнаруженной и убитой врагом.

Женщина скрестила руки, закрыла глаза и замычала... Более серьёзно думая обо всём.

Серена размышляла. Она рациональный человек. Потому-то она избежала смерти, оторвалась от преследовательницы и скрылась там, где её не найти.

Она не была глупа, чтобы отказываться от более выгодного положения. Выйдя на улицу, она ничего хорошего не получит.

Разве что временно испытает удовольствие быть признанной.

Однако же...

«... Как же хочется!»

Серена женщина благоразумная, но в то же время она честна в своих желаниях.

Получить похвалу — всё равно что заставить другого признать поражение. Несравненное удовольствие. Как если бить кого-то палкой. Такова человеческая природа.

Серена жила для того, чтобы получать удовольствие.

— ... Вот только эта одежда не подчёркивает моё очарование.

Как же ей хотелось избавиться от одежды с «юнифами», которую ей дала Элизе.

Желая достать сменную одежду, лёгкой походкой Серена прошла по коридору.

***Альма добрался до штаба, и вот через какое-то время.

— ...

Он сидел за своим столом и разбирался с документами...

И краем глаза заметил, как кто-то смотрит на него.

Подняв взгляд, он увидел Оливию.

— Подполковник Альма... У вас найдётся немного времени?

Её голос был тихим, а на лице читалась озабоченность.

У Альмы было предположение, зачем она его звала.

Когда пришёл в штаб, она сама с ним заговорила. О том, что ходила к Ховайту, чтобы отчитаться о выполнении задания.

Рассказала она про Серену... Женщину, с которой предположительно изменил Альма, и которую кто-то хочет убить. В итоге девушка усомнилась, стоит ли выгонять её из дома семьи Стрен...

Говорить о таком у всех на виду не стоило, потому она хотела переместиться в безлюдное место.

— Так что случилось?

— ... Моя миссия продолжается. И сильнее всего меня беспокоит, что вы можете развестись. В случае чего придётся увести госпожу Серену от вас, — Оливия смотрела на него, будто пытаясь понять, что он по этому поводу думает.

Альма молчал и ничего не выражал. Для армии это не было проблемой, которая могла нести угрозу миру между востоком и западом, потому тут ничего удивительного.

Если в чём они и ошибаются, так это в том, что Альма и Элизе могут быть нацелены на развод. Альма не собирался этого делать. Но как бы ни говорил, окружающих он убедить не мог...

Он уже и так пытался развеять подозрения.

«Пока Серена у нас дома, это будет непросто... И это может даже усугубить подозрения по поводу развода...»

Как солдат он не мог идти против воли армии. Это не было чем-то невозможным, но в худшем случае его ждал трибунал. На такое требовалась определённая решимость.

Задумчиво приложив руку к подбородку, он спросил:

— Как думаешь, армия предпримет какие-то действия, узнав об обстоятельствах Серены?

— Хм... Нет. Генерал-лейтенант Ховайт отнёсся к этому скептически. Пока она сама не обратится, помогать ей никто не будет.

— То есть армия ничего не предпримет?

Это он и так знал. Просто убедился.

Вроде армия Федена не пыталась силой разлучить их.

Но... Он не думал бросать дело Серены. Конечно дело было не в любви... Он собирался избавиться от тех, кто её преследовал, и защитить страну.

Нельзя отпускать Серену... Однако.

Можно сделать всё, не контактируя. То есть вполне можно было проделать всё, оставив армию позади. Альма был уверен в своей справедливости.

Проблемой была лишь Элизе. Он мог обмануть армию, притворяясь, что ему плевать на Серену, но обмануть жену сложнее.

Её проницательность, точнее интуиция соответствует званию героини.

Он не настолько бесчувственный, чтобы притворяться, что следует приказу армии, а сам продолжает общаться с Сереной на глазах у Элизе.

«Так она ещё сильнее будет подозревать, что я ей изменяю. В худшем случае «убедится» в этом».

Тогда Элизе может захотеть развестись. И неважно, возможно ли это. Альма понимал, что в их браке возникнет брешь.

С грустью на лице он меланхолично вздохнул.

... Почему его вообще должны подозревать в неверности? Объективно он понимал, что выглядел подозрительно. Но тут ничего не поделаешь.

Но когда его стала подозревать Элизе, ему стало неприятно.

Холодный взгляд кольнул его в сердце, и чтобы отогнать это чувство, он довольно грубо заявил о своей невиновности.

Альма не думал предавать свою жену... Тут он уверен.

Он хотел, чтобы его любимая жена доверяла ему.

«... А?»

Он размышлял об этом, и тут... Он подумал, что хотел слишком многого.

Если кто-то впервые встретится с Сереной, и ему сказать, что он с ней не изменяет, поверят ли ему?

Обычно такое очень сложно, но и Элизе обычной не назвать... И раз она не обычная, значит и сложностей должно быть больше, чем обычно. Её любовь куда сильнее.

Сила её любви могла превратиться в силу подозрений.

Альма был горд тем, что не предал их любовь, и потому подозрения жены ему были неприятны.

«... Могу ли я что-то?..»

Казалось, что он упускал что-то совсем тривиальное.

Он потёр рукой морщинку между бровей. Видя такое непривычное выражение на его лице, Оливия широко открыла глаза.

Он задумался, не обращая внимания на окружающих, и тут ему в голову пришла одна мысль.

— ... Кстати.

Серена похожа на двоюродную сестру Альмы, у которой было такое же имя.

Он не рассказывал об этом Элизе... Нет, говорить было не обязательно.

Всё же это не имело никакого отношения к Серене или Элизе, и было его личной проблемой.

... Личной проблемой?

«Нет. Меня не должны волновать личные чувства!..»

Альма хотел защитить страну и спасти как можно больше людей. Здесь нет места для личных чувств. Ради собственных убеждений всё лишнее должно быть отброшено.

Даже если этим чем-то окажутся его собственные чувства. Но...

Он понимал, что ему стоит ухватиться за эту мысль, и тут.

— ... А, Альма. Удачно, что ты тут.

— ... Генерал-лейтенант Ховайт?

Его позвали, и он пришёл в себя.

Пока не позвал, парень не видел, как к нему приближается Ховайт.

Он слишком расслабился. Альма покачал головой, чтобы отогнать лишние мысли.

— ... Подполковник.

— Да. Спасибо, Оливия. Можешь идти.

— Да. Простите. И ещё кое-что... Можно я скажу.

Она приблизилась к его ушу. И кое-что прошептала.

Барабанная перепонка задрожала... И у него перехватило дыхание.

— Оливия, это... Нет, почему мне?

— Потому что я на вашей стороне, подполковник Альма.

Она улыбнулась и убежала. Когда пробегала мимо Ховайта, он крикнул ей: «Не бегай по коридорам!»

Удивлённый Альма смотрел на Оливию, но вот собрался и сосредоточился на Ховайте.

— Генерал-лейтенант Ховайт. Что-то случилось?

— Да нет... Оливия мне обо всём рассказала, и я понимаю, почему ты не можешь выгнать ту женщину.

— ... Вы не считаете, что у меня есть к ней личные чувства?

— А, личные чувства? Нет, я так понял, что она попала в беду, и ты обеспечил ей убежище.

— ... Простите. Да, всё именно так, — кивнул Альма. Похоже он начал понимать, что поторопился, считая, что Альма стал помогать Серене из-за личных чувств.

По крайней мере Ховайт уже начал считать, что Альма не изменял жене. Оливия сказала, что наполовину доверяет ему, и сейчас он был благодарен даже этой половине.

— Да. Если то, что она рассказала правда, то ей стоит помочь. Но не всех это устраивает. Если вы разведётесь, мир между западом и востоком окажется в опасности. И так как отношения между вами натянутые, необходимо что-то сделать.

— ...

Слова Ховайта были логичны. Ему было не возразить.

С учётом всего этого, Серену нельзя оставлять в доме семьи Стрен. Стоит подчиниться приказу.

— Я понимаю. И не собираюсь мешать миссии Оливии.

— П-правда? Это обнадёживающий ответ, но ты уверен? Точно?

Альма не понимал, почему мужчина так удивился.

Он посмотрел с подозрением, а Ховайт замахал руками и заговорил:

— А! Нет, просто я подумал, что ты нетипично понимающий.

— М. Вообще-то я довольно гибок и отзывчив.

— Тогда может помиришься с Элизе...

— Вот этого не могу.

— Ух, как жаль... Тогда в каком ты месте гибкий и отзывчивый?..

— Просто тут виновата Элизе. И я идти на уступки не собираюсь. Пусть даже я доставляю кому-то проблемы, пусть делаю хуже себе, пусть даже это вопрос жизни и смерти.

— Скорее уж ты самый упрямый человек на свете! Хотя ты говоришь... Будто не против, что чувства между вами пропадут?..

Ховайт переживал, а брови Альмы приподнялись.

— Похоже вы что-то не так поняли, любовь никуда не денется.

— Хм?

— По крайней мере я... Всё ещё люблю свою жену.

— ... Это.

— Но хоть я и отрицаю измену, Элизе мне не доверяет. Я не знаю, как выразить свои чувства, сложно их как-то воплотить... Но мне не нравится, что она меня подозревает.

— Это ведь довольно просто. Больше ничего объяснять и не надо.

— Потому мне и сложно простить. Даже если дело закончится разводом, я извиняться не собираюсь!

— А, при том, что ты говоришь, что любишь её?.. Как же с вами сложно.

Бледнея, он просил не говорить о разводе легкомысленно.

После чего Ховайт вздохнул.

— Фух... Прошу тебя быть осторожным в твоих действиях. Даже при том, что ты невиновен, не заставляй людей вокруг беспокоиться.

Голос был мягким и увещевающим.

Альма поджал губы. А Ховайт продолжал говорить:

— Как герой ты можешь заставить других ощутить спокойствие, просто находясь рядом. Но суровый бой и мирная жизнь — вещи разные. Не стоит ровнять их.

— ...

— Чем ближе люди, тем чаще случаются недосказанности. Я давно женат, потому знаю, о чём говорю. Из-за этого случаются недопонимания, и я знаю, как легко их можно было бы избежать, стоит лишь быть немного осторожнее в словах и поступках.

— Это секрет счастливого брака? Мне такой не помешает.

— Ха-ха, тут ничего особенного. Просто врага не перепутай. Вот тебе совет старика.

— ... Врага.

В голове вначале всплыл образ Элизе.

Его гнев был направлен на неё. Он не мог простить её за подозрения в супружеской измене.

Её не волновало, что он доказал свою невиновность.

Виновата Элизе, которую всё это не устаивало. Она слишком уж подозрительная.

«Но враг?.. Серьёзно?»

Если так, то виновата лишь она. Только её и следует ненавидеть.

Альма доверял лишь своему собственному суждению.

И начал задумываться, не видит ли он вещи так, как ему удобнее. Благодаря этому он не сделал поспешных выводов. И мог спокойно пересмотреть свои мысли.

... Ссора с Элизе, слова, которые надо сказать, и враг, которого надо определить.

Да. Важнее всего не сделать из Элизе врага. На деле...

«Я ссорюсь с любимой женой? Именно этого мне бы хотелось избежать».

Как так вообще вышло?

Конечно он требовал от Элизе слишком много, желая признать его невинным. Следовало позаботиться о себе, прежде чем упрекать её.

Теперь он остудил голову. И со спокойным умом искал причину.

Если предположить, что конфликта с Элизе можно было избежать, почему он упустил такую возможность? То, что он не смог представить такого будущего, тяжело давило на Альму.

Если всё как говорила Элизе, и он отводит глаза от личных обстоятельств, теперь, когда признал это, он не мог повторно ошибиться.

— ... Фух.

— Альма? — удивлённо Ховайт произнёс его имя.

На лице парня перемешались разные эмоции, но вот он будто вынул кость из горла.

Он постоял с закрытыми глазами несколько секунд, и вот стал вести себя спокойно, как и всегда.

— Спасибо вам. Генерал-лейтенант Ховайт.

— ... А?

Ховайт не понял, за что его поблагодарили.

Альма расслабил напряжённые плечи и серьёзно спросил:

— Кстати, я бы хотел узнать...

— Ч-что?

Он сделал шаг, и Ховайт напрягся.

Внимательно наблюдая за его лицом, Альма спросил:

— Генерал-лейтенант, вам интересна женщина, которую я укрываю у меня дома?

— А... А-а?! Ты о чём?..

— Да ни о чём таком. Просто хотел узнать ваше мнение.

— М-мне известно лишь, что это красивая женщина, оказавшаяся в опасности... Я понимаю, что ты хочешь ей помочь, но я не могу предоставить тебе для этого силу армии. И... Она правда настолько красивая?

— Да. Полагаю, что вас это тоже беспокоит.

— Надо быть сдержаннее, но я всё же мужчина. Это нормально иметь какой-то интерес. Конечно как женатый мужчина я не собираюсь уходить к другой.

— ... Вот как.

Честно говоря было трудно принять тот факт, что мужа может привлечь другая женщина. Альма всегда думал только так и никак иначе.

Но теперь его разум стал более гибким, и он задумался, действительно ли это так. Парень понял, что возможно его ход мыслей довольно закостенелый.

Пока Альма не знал, хорошие это изменения или нет.

Придёт время, и он поймёт. Теперь он точно сможет разрулить конфликт с Элизе.

— ... Ты говоришь, что она очень красивая... Неужели...

Услышав слова, Альма поднял голову.

Это был неуверенный голос Ховайта:

— Э-эй, Альма. Как именно она выглядит? Какого цвета у неё волосы?

— ... Почему вы так странно себя ведёте? Неужели она вас заинтересовала?

— К-как обычно я себя веду! М-мне просто интересно!

— Что-то не похоже... Но да ладно.

С подозрением глядя на него, Альма представил Серену.

— У неё...

Он сделал вдох, а потом.

— У неё... Короткие чёрные волосы, спокойные и добрые раскосые глаза, она скромная и стеснительная, не любит выставлять свою кожу на показ.

Соврал. Это была полная противоположность правде.

Говоря совершенно безразлично, он вспоминал.

То, что недавно прошептала ему Оливия перед расставанием.

Тогда она сказала Альме следующее:

«Я забежала в кабинет генерал-лейтенанта Ховайта не постучавшись... И увидела».

Прежде чем он спросил, что именно, девушка продолжила.

«Он так удивился поему появлению, что выронил документы... И пока поднимал... Я увидела в них фотографию госпожи Серены».

Генерал-лейтенант сразу спрятал бумаги, явно давая понять, что обсуждать ничего не собирается.

Вот что сказала ему девушка.

... И это определённо странно.

Информации недостаточно, чтобы понять, что это был за документ. Но раз в нём было фото Серены, значит это как-то связано с ней.

Вопрос в том, почему она у Ховайта... Главнокомандующего западным штабом армии Федена. Что это может значить?

Военные могли проверить биографию Серены, подозреваемой в романе с Альмой. Но тут точно что-то не так. Судя по реакции Ховайта, он ничего не знает о Серене. Для него она простая гражданская.

И потому это странно. К чему ему это?..

«С изменой это никак не связано, армию Федена почему-то заинтересовала Серена?..»

Только так и оставалось думать.

И судя по странному поведению Ховайта, делиться этой информацией он не собирался.

Возможно это не его решение, а приказ свыше. Возможно это секрет, известный лишь высшим эшелонам власти. Распространение информации ограничил лично главнокомандующий?

Слишком много непонятных моментов. Альма соврал, потому что считал, что если скажет правду, то Серена может пропасть. Она изначально говорила, что не может полагаться на военных. Похоже потому что её преследуют.

Если она исчезнет, неважно по собственной воле или из-за вмешательства армии Федена... Ситуация станет необратимой.

Хотелось бы лучше понимать ситуацию. Для этого Альма и обманул Ховайта.

... И теперь бегал от одной догадки к другой.

Одно чувство крепло внутри Альмы.

До этого он и не думал о таком, сам не понимал, зачем ему это.

«... Хочу увидеться с женой», — думал Альма. Сейчас он думал лишь о том, что является мужем Элизе.

Сейчас его разум более спокойный и гибкий, он сможет встретиться с женой и узнать, как это повлияет на их брак... И выяснит, что было не так.

Но это не желание примирения. Гнев по отношению к жене в его сердце ещё не остыл. Пока он не решился простить жену, которая не доверяла ему.

... Но если будет ясно, что он был не прав, то честно признает это. Парень понимал, что его непреклонный нрав, нацеленный лишь на будущее, может стать проблемой в выборе настоящего. Осознавая это, он не мог пойти на компромисс с собой.

В конце концов он герой, преследующий идеал спасения множества жизней...

Он верный муж, который превыше ценит свои чувства к любимой жене.

И вот.

Когда его охватило желание встретиться с Элизе.

— ... П-подполковник Альма, беда!

Вернувшаяся Оливия выглядела встревоженной. Это случилось где-то через пять минут после того, как они расстались, и он стал говорить с Ховайтом.

Её юбка задиралась всякий раз, как она поднимала ноги на бегу, а потом девушка резко затормозила на пятках...

— Вафу?!

Хоть она и смогла затормозить, но всё равно уткнулась носом в грудь Альмы.

Получив удар и испытав мягкость, он не упал. Перед столкновением мужчина сместил центр тяжести, сделав всё, чтобы поймать её как можно мягче.

К счастью, Оливия тоже не пострадала и смущённо посмотрела на него.

— С-спасибо... Вам...

— Генерал-лейтенант Ховайт вроде говорил тебе не бегать по коридорам. Ты слишком резвая.

— Э-хе-хе, спасибо!

— Это не похвала.

Улыбающаяся Оливия напоминала верного пса, виляющего хвостом. Устав от этого, Альма взялся за лоб и тяжело вздохнул.

Не обращая внимания на её поведение, Альма с подозрением спросил:

— Так что такое, что-то случилось?

— Д-да, подполковник, госпожа Серена!.. — начав говорить, девушка замолчала.

Её взгляд был направлен на Ховайта. По лицу было видно, что тут есть тот, при ком она не хочет говорить.

Это было настолько очевидно, что Альма сразу это заметил. А вот судя по выражению Ховайта было ясно, что он ничего не понял. Надо было как-то выкрутиться.

— ... Оливия.

... Не ясно, о чём речь, но всплыло имя Серены. Не хотелось говорить об этом при Ховайте.

Потому-то она и назвала её имя.

Оливия посмотрела ему в глаза и уверенно кивнула.

Отлично. Чтобы Ховайт не заподозрил лишнее, они поговорят, когда покинут кабинет.

К размышлявшему об этом Альме обратилась Оливия:

— Похоже я подняла шум из-за мелочи. Я поняла!

— Не кричи! Ты смогла передать, что думаешь, но с первого же шага споткнулась!

— А... Вы о чём? Как-то вы себя странно ведёте.

— Видишь! — закричал Альма, видя, что их подозревают.

После такого непросто уйти от разговора. По Оливии видно, что она очень торопилась, и пусть это подозрительно, стоит сохранять дистанцию.

Взяв Оливию за руку, он стал быстро удаляться, обращаясь к Ховайту:

— Простите, генерал-лейтенант Ховайт. Похоже поблизости появился подозрительный человек, так что мы пойдём и задержим его!..

— А? Я не слышал, чтобы Оливия об этом говорила.

— Такие товарищи как мы понимаем друг друга без слов... Ну, Оливия, идём, идё... Эй, не пытайся импровизировать! Не можешь, не начинай! Нечего сиюминутным порывам поддаваться!

— Как разозлился! Похоже у них всё плохо!

Оставив поражённого Ховайта, Альма удалился.

***— ... Серены нет дома? — удивился Альма, идя по коридору западного штаба.

Как и Оливия, он тоже напрягся.

— Да. После того, как мы расстались, я зашла к вам домой, и её там не оказалось, и госпожа Элизе тоже куда-то ушла.

— Она пропала?.. В доме был беспорядок?

— Нет. Ничего такого.

— А что замок? Дверь открыта?

— Д-да. Верно. Мне показалось это странным, ведь я попала внутрь, не использовав дубликат ключа.

— Вот как... Ну раз так.

У Элизе есть собственный ключ. Если бы она пошла одна или с Сереной, то заперла бы дверь. Но этого не случилось.

Если Элизе ушла, а следом за ней ушла и Серена... То она уже никак не могла закрыть дверь.

Возможно её забрал нападавший, который смог не оставить никаких следов.

Но первый вариант более вероятен.

Что не понятно, так это почему Серена ушла из дома.

Она понимает, что её жизнь будет в опасности, если она покинет дом. Потому-то и сидела в доме семьи Стрен.

Что-то случилось?.. От этой мысли по спине заструился холодный пот.

— Надо её найти. Оливия, помоги мне.

— Конечно!

— В худшем случае придётся столкнуться с врагом, нацелившимся на Серену. Будь осторожна.

— Э-хе, положитесь на меня! Я лучшая выпускница академии, потому где бы госпожа Серена ни спряталась, я найду её с помощью интеллекта и ног!

— А интеллект у тебя откуда? — усмехнулся Альма, видя, как девушка гордится своими умственными способностями.

И вот они покинули западный штаб.

Они остановились на дороге, и парень дал указания Оливии.

— Разделимся. Не уверен, пройдёт ли всё гладко, но если найдёшь Серену, верни её назад. Даже если ничего не получится, потом встретимся дома и поделимся информацией. Есть вопросы?

— Никак нет.

— Отлично, тогда за дело!

Разделившись, Альма побежал... И сразу же.

— Подполковник Альма, нашла!

— Не слишком быстро?!

Позади прозвучал голос Оливии.

Поражённый, он обернулся, не веря в это.

Оливия там куда-то указывала.

— Там!

— Так легко удалось найти в таком населённом городе... Да как?..

Он не мог не восхититься Оливией, которая сразу же нашла цель. Подбежав, он посмотрел.

Указывая, Оливия говорила:

— Она весело смеётся в окружении людей.

— Эта дура внимание привлекает?! — начал злиться мужчина.

Там он увидел добрую сотню людей.

Из-за такой толпы было сложно разглядеть, но он точно увидел светло-рыжие волосы. Между ними мелькнуло и лицо.

Альма увидел сиявшую Серену.

— ...

— Это... Хорошо, что с ней всё в порядке, — девушка неловко улыбнулась, видя его резкий взгляд.

В основном Серену окружили мужчины. Скорее всего восхищённые её красотой.

Все говорили ей пылкие слова. Атмосфера горячая, но грубости не ощущалось. Они просто хотели насладиться общением с Сереной.

Все выглядели счастливыми, но кое-кто чуть не таял от счастья...

— Хи-хи-хи, хи-хи-хи-хи-хи! Хвалите меня ещё! Кажется, что я забыла что-то важное, но потом об этом подумаю. М, как же классно!

— ...

В голосе Серены был один восторг.

Альма заметил, как нетерпение переросло в другое чувство.

«Я-то думал, в чём дело, а она вышла, чтобы похвалы послушать...»

Судя по лицу, она похоже забыла, что её жизнь находится в опасности.

— ... О чём она только думает?

— П-подполковник Альма...

Щека Оливии дёрнулась, когда она ощутила гнев рядом с собой.

— Оливия.

— Д-да!

— Я не хочу, чтобы Серена оставалась у всех на виду. По крайней мере хочется скорее уйти подальше от штаба. Заметив шум, соберутся солдаты, так что выиграй немного времени. Я могу положиться лишь на тебя.

— П-поняла. Только не потоните там!

— Постараюсь быстро взять ситуацию под контроль.

Оставив Оливию, которая могла положиться лишь на свой энтузиазм, он направился к толпе.

Все взгляды были направлены на Серену, никто не обращал внимания на тех, кто проходил мимо. Надо остановить всё до того, как толпа станет неконтролируемой.

Однако это гражданские. Вести себя грубо нельзя.

— Простите. Пропустите, пожалуйста.

Он обратился к молодому парню, стоявшему рядом.

Тот озадаченно обернулся, посмотрел в глаза Альмы и отшатнулся.

И столкнулся с человеком, стоявшим позади. Тот тоже обернулся, увидел Альму и напрягся.

Волнение расходилось, люди возбуждались.

«... Сработало величие героя».

Альма удивился такому результату. Чаще всего внимание ему было ни к чему, но тут оно впервые пригодилось.

Благодаря этому он смог переключить внимание с Серены. Так как здесь в основном были мужчины, возможно они ощущали его серьёзное превосходство.

И не сказать, что это было неприятно...

Хотя Альму немного напрягало отношение расходившейся толпы.

— Хи!

— ...

— Ува!

— ...

— Не-е-е-ет!

— ... Хм.

С холодным выражением на лице Альма шёл вперёд, а те, кто видели его глаза, вскрикивали.

Он говорил про величие героя, но это было немного другое, нет, совершенно другое... Он ожидал бурную реакцию, но теперь испытывал вину от того, что люди выглядят напуганными.

Гнев, направленный на Серену, всё ещё был на его лице. Кстати, недавно Оливия тоже выглядела нервной.

Всё же такой страх немного ранит. А ведь раньше, как бы ни смотрели, он не был таким чувствительным...

Начав привлекать внимание как «символ мира», похоже он стал более чувствительным к негативному мнению окружающих.

Размышляя о всяких мелочах, с недовольством на лице Альма добрался до центра толпы.

И стал свидетелем того, чего точно не ожидал увидеть.

— ...А?

— А?..

С противоположной стороны тоже вышла женщина, пробившаяся через толпу.

Длинная до носа чёлка развевалась, а алые глаза пристально наблюдали.

Всё случилось совершенно случайно, но момент был судьбоносный.

Пусть она замаскировалась, выйдя на улицу, но это точно была его жена Элизе.

— ... Почему ты здесь?

— ... А ты?

Хоть они и спросили, но что ни думай, причина была лишь одна.

Элизе и сама поняла, что толпу эту собрала Серена.

Если присмотреться, в руках у девушки ничего не было. Скорее всего она вернулась домой, поняла, что Серена пропала, и пошла искать.

— Что? Не пялься так.

— ... Ты сама на меня пялишься.

Они пререкались, но слишком резкими не были.

Почему-то он не мог отвести взгляда от Элизе. У него была другая цель, но стоило увидеть жену, и он уже не мог думать ни о чём, кроме Элизе.

Он хотел с ней встретиться. Грудь переполняли чувства.

«Что это?.. Я странно себя чувствую».

Оказавшись перед ней, он не ощутил того чувства, что не позволяло её простить.

Он был недоволен тем, что она заподозрила его в измене. Он не думал отворачиваться от любви, так почему она ему не доверяет? Если бы только Элизе не отнеслась к нему с подозрением... Вот о чём он думал. И признавал, что просить о таком слишком тяжело.

Но это ещё не всё. Альма был недоволен собой.

Он хотел быть подходящим мужем для Элизе. Даже во время ссоры ему хотелось всего этого избежать. Всё вышло так, потому что он игнорировал семена раздора.

Так какими же были семена раздора? Альма начал интуитивно понимать.

«... Оно одно».

Скорее всего... Ещё до того, как встретился с Сереной.

Он жил счастливой жизнью со своей женой.

Альма любил Элизе, а Элизе любила Альму. Они друг друга очень любили, и теперь он прекрасно это осознавал.

... Эти гармоничные отношения были построены на шатком балансе любви. У него было основание так думать. В своей счастливой супружеской жизни он иногда испытывал недовольство... В ответ на любовь Элизе.

Он бы не сказал, что не был счастлив от того, что жена его любит. Он правда был счастлив... Но ещё больше его радовало спонтанное проявление любви к Элизе.

То есть ему больше хотелось любить, чем быть любимым.

Сам Альма и, насколько он знал, Элизе вот такие.

Так что... Да, в тот пасмурный день.

Когда он встретился с Сереной, ещё до выхода из дома, когда он общался с Элизе.

Он не испытывал той же радости, как Элизе, когда она счастливо жалась к нему. И дело не в том, что он спешил и ему надо на работу.

Вопрос в чувствах Альмы. Ему даже не пришлось просить у жены любви... Элизе сама дала ему всё.

«Я... Сам не знал, что был счастлив. Не знал, про свои страстные желания...»

Вот так. Потому когда в браке случился разлад, он искал доверия. Так же как любовь, которую получал от Элизе.

Если выразиться одним словом, то он был наивен. Теперь он это отлично понимал.

И что тогда делать с семенами раздора?

Наконец он нашёл ответ... Что делать.

«Я... Наконец понял. Надо усердно работать, чтобы заслужить любовь и доверие Элизе!..»

Что-то застоявшееся в его голове будто рассеялось.

Его зацикленность Элизе пропала, а горизонты расширились. Он видел всё вокруг, в том числе и голубое небо.

Потом он опустил взгляд... И снова посмотрел на Элизе.

— Элизе. Я бы хотел сказать.

— Прости. Я не хочу ничего слушать.

Хоть девушка и отказалась, он всё равно сказал:

— Я был неправ.

— !..

Ему стало легче от того, что он честно выразил свои чувства.

Когда Элизе услышала его слова... На серьёзном лице глаза округлились, а потом она посмотрела с подозрением и крепко сжала кулаки.

Она снисходительно подняла голову, а потом опустило, скрыв выражение под чёлкой.

Тишина длилась несколько секунд.

А потом цок, цок... Элизе медленно подошла.

И вот они оказались так близко, что они могли коснуться друг друга. Тут Элизе остановилась.

Вблизи они смотрели друг на друга. С точки зрения Альмы выражение на её лице...

— ... Прости. Это всё, — он поклонился и извинился.

Парень был готов принять любой удар. Цель у него высокая, но это был первый шаг получишь одобрение Элизе.

Тут её рука поднялась вверх.

— !..

Её нежные пальцы скользнули по его щеке.

Слабое усилие, она подняла его голову.

И вот...

— Не прощу.

— ...А?

У державшей двумя руками голову Альмы Элизе на лбу вздулась вена.

— Никакое не... Это всё! — закричав, она ударила его головой.

Альма думал, что ударят его кулаком или ногой, а получил головой.

Нос заболел. Он пошатнулся, но не упал, а просто держался за лицо.

— ... В-вот ты... Безжалостная.

— Я тебя не прощу, — совершенно не колебалась Элизе.

Серьёзный Альма вздохнул.

— Я понял.

— ...

Он взглянул на девушку, зло смотревшую на него со скрещёнными руками.

— Можешь не прощать. Всё так, как ты сказала.

Всё же Альма поспешил. Он это отлично понимал.

... Это ещё один корень супружеских разногласий.

Тут тоже всё было понятно. И сделать с этим он ничего не мог.

— ... Альма, Элизе? На запирайтесь в собственному мире, пока я тут. Обратите на меня внимание! Поплачьте и покажите, как цените меня!

«...»

Голос Серены привлёк их внимание, и они посмотрели на неё.

Так как они были заняты друг другом, только сейчас вспомнили про неё... И широко открыли глаза.

На ней была не одежда «юнифами», которую ей выдали.

— Ну что? Эта одежда подчёркивает моё очарование!

Волосы были собраны сзади, а глаза сияли.

На Серене было настолько откровенное чёрное платье, что её можно было назвать полуголой. В откровенном декольте отлично виднелись два чудесных холма. У неё была идеальная узкая талия, и разрез сбоку шёл до уровня пупка, обнажая стройные ягодицы.

А ещё на ней был белый мех, потому она производила впечатление высокородной дамы. Перед ней молодые и старые, мужчины и женщины истекали слюной. Всё же у неё взрывоопасная красота.

Ей было вполне по силам собрать столько людей.

Конечно она обладает несравненной красотой, и всё же Альма задавался вопросом.

— Серена, ты чего... Вышла на улицу? Попробуй придумать что-то ещё, помимо банального поиска похвалы.

— Я безумно хотела, чтобы меня хвалила целая толпа.

— Ух... Я думал, что всё не так... Правда думал!

Мужчина сомневался, что найдётся человек, способный рискнуть своей жизнью, лишь бы услышать чьё-то одобрение. Это глупый поступок, заставляющий усомниться в здравомыслии.

Дорогую одежду она точно не у них дома взяла. Если это не подарок от доброго человека, значит она купила эти вещи, вот только откуда у неё деньги? Альма хмурился, вспоминая деньги, которые остались дома. Ему это не нравилось, но ничего. Сейчас это неважно.

Серена цела, и они её нашли. Элизе разогнала толпу.

Теперь, избегая внимания, надо было отвести Серену в дом Стренов... Нет, в другое безопасное место.

Тут удачно в их направлении бежала Оливия.

Можно было попросить её отвести женщину в безопасное место.

... Альма надеялся, что прогулка Серены не привлечёт внимание её преследователя, а заодно и людей из армии Федена.

***— ... Это, — проговорил Ховайт, стоя у окта в конференц-зале, где кроме него никого не было.

Он только расстался с Альмой, ему казалось, что тот ведёт себя странно, потому он перебрался в зал, откуда было видно ворота штаба.

Пока шёл, он успел одолжить бинокль, и теперь смотрел на улицу.

Перед ним был мирный пейзаж Джонпорта, но в одном месте собралась толпа. Там было в районе ста человек.

А Ховайт сосредоточился на женщине в центре.

Светло-рыжие волосы и преступно откровенное чёрное платье, а красота слепила даже на таком расстоянии.

«Надо же... Это точно она».

В голове всплыли материалы, которые ему прислал Галэден.

Он вспомнил суть вчерашнего телефонного разговора.

«... Маркет. Вам доводилось слышать об этом гениальном инженере?»

То, о чём говорил Галэден было скрыто под грифом «секретно».

То было четыре года назад в разгар жестокой войны между Феденом и Вегисом.

Они использовали всё доступное оружие, в том числе технологии модификации людей, которыми гордились обе страны. Множество учёных приложили свои знания для победы, тут и там появлялись новые изобретения.

И среди них был гениальный инженер, не работавший ни на одну из сторон. Этот человек разработал революционные технологии в сферах этнологии, физики и биологии. Его влияние на миг неизмеримо. Говорили, что тот, кто заполучит технологии этого гения, заполучит весь мир.

Всякий, кто слышал слухи, хотел заполучить курицу, нёсшую золотые яйца.

Консолидацией спроса стал «рынок».

Однако четыре года назад гений почти перестал появляться. Поговаривали, что его взяли под стражу, а те, кто помогли сбежать, успели пожалеть.

И догадка была совершенно верна.

«... Четыре года назад мы, милитаристическое государство Феден, прибрали Маркет к своим рукам. Предыдущий главнокомандующий приказал мне следить за ней, что я и делал. Ей предоставили отличные условия для жизни, а взамен она предоставляла нужные стране разработки».

Чего они не ожидали, так это того, что помимо исследований, еды, одежды и жилья она просила людей, которые будут хвалить её... Так сказал Галэден голосом, говорившим о том, как ему в то время пришлось нелегко.

Его впечатление сменилось от «талантливого гения» до «бестолкового ребёнка», но важно было не это обсуждать.

Феден полностью завладел Маркет, но три года назад война закончилась. Технологии были полезны не только для их страны, но ещё их можно было выгодно продать.

Феден высоко ценил Маркет и не относился плохо.

Но на днях... Случился инцидент.

У Маркет было два помощника, пока она работала на правительство. Одного уволили, и он исчез, но проблема была со вторым.

Звали её Ламента. Четырнадцатилетняя девочка.

Маркет и Ламента были учителем и учеником. Как эксперт в области механики, Ламента долго следила за ней.

И именно она попыталась убить Маркет. На месте были солдаты, которые наблюдали за лабораторией, но она подкупила одного человека, чтобы тайком пробраться туда.

Вот только план убийства провалился. Маркет, которая для всех была золотой жилой, обыграла всех.

Маркет сбежала из лаборатории, и преследующая её Ламента тоже пропала.

«... Эту информацию я получил от солдата, подкупленного Ламентой. Маркет лишилась доверия к нам, потому и сбежала, но мы не можем её отпустить. Она нужна нам для быстрого восстановления Федена».

Подводя итог, Галэден велел взять под стражу Маркет. К тому же они не должны были допустить утечки информации, об этом было известно лишь высшим эшелонам армии Федена. Ховайту не было разрешено ничего рассказывать его подчинённым.

Найти цель, ни у кого ничего не спрашивая, невыполнимо. Ховайт думал, что он попросту не справится с этим заданием, и тут...

— Альма... Ты.

Он видел женщину со светло-рыжими волосами... И в толпе вокруг неё образовались две трещины, в одной из которых он увидел Альму. Мужчина не понимал, что это вообще может значить.

Напротив него появилась Элизе.

Интуиция подсказывала, что это плохо. Сейчас их отношения нельзя было назвать хорошими.

Хотелось бы верить, что они не будут нести угрозу мирным жителям, но они уже как-то подрались и разрушили площадь с фонтаном. Тут явно не до спокойствия… Мужчина начал паниковать.

Вот только ничего не случилось.

Напротив, Альма стал кланяться перед Элизе. Хоть и не ясно, за что он извинялся, но Ховайт считал это отличной возможностью для примирения.

Однако ожиданиям не суждено было сбыться. Элизе подошла и ударила мужа лбом по голове, после чего пара начала ссориться, а бледный Ховайт опустился на колени. Горожане могли понять, что у пары не всё так радужно. «Символ мира» готов распасться... Ховайт был готов потерять сознание от беспокойства, но не потерял.

— Он... Не сопротивляется?

Альма никак не реагировал. Ховайту впервые доводилось видеть такое.

А ведь раньше во время ссор Альма не отказывал себе в использовании кулаков и резких слов.

— ...

Он молча наблюдал, и вот стали происходить изменения.

Толпа стала расходиться. Мужчина увидел, как Оливия подбежала к Альме, Элизе и Серене.

Похоже они все связаны. Все, в том числе и Маркет, явно не впервые встретились здесь.

Понимая, что происходит, озадаченный Ховайт вздохнул.

— ... Такую суматоху мог заметить кто-то кроме меня.

Ховайт развернулся. И уверился в своих мыслях.

«Я могу остановить их, но после всего, что я видел...»

Он вспомнил, как вёл себя Альма.

Достаточно просто взглянуть на него, чтобы понять. В последнее время он вёл себя странно. Но тут он извинился перед Элизе, а значит уже не такой, каким был раньше.

Как человек... Нет, как муж Элизе он вырос. Сейчас он видел спину Альмы, спину самого настоящего героя.

«... Я не могу помешать. Я хочу верить... Он найдёт самый лучший способ добиться мирного конца».

Пусть и обливался холодным потом, Ховайт улыбнулся.

Не теряя надежду, он вышел в коридор... И тут.

— В-вот вы где, генерал-лейтенант Ховайт! — к нему подошёл встревоженный молодой солдат.

Ховайт был удивлён таким поведением, но сказанное шокировало его ещё сильнее.

— О-он пропал. Находившегося под стражей Локи Хаинкель... Нигде нет!

— ... А?

Он не сразу понял смысл сказанного.

Локи, которого завтра должны были освободить, сбежал? Сейчас, и зачем?

В голове Ховайта возникали вопросы. Сердцебиение ускорилось.

Ему стало тревожно. Его обуяло предчувствие, что может случиться нечто нехорошее.

... Незадолго до обнаружения пропажи Локи.

Крыша западного штаба. Там находилась Ламента с одноглазым и многоруким монстром.

Девушка испытывала волнение, видя Маркет внизу.

— Невозможно, чтобы человек, думающий лишь о внимании, долго оставался в бегах, не привлекая к себе внимание. Я знала, что она выдаст себя. А ведь ей стоило быть осторожной...

Уголки губ приподнялись, в глазах была жажда убийства.

— Из торгового города Линвуд она сбежала... Но тут я её точно убью.

Высунувшись с крыши, она заметила.

Вопреки её мнению, металлическое тело двигаться не спешило.

— ... «Элегия»! Цель перед нами, я уже говорила, что как только обнаружим, то нападём. Ты чего меня не слушаешься?!

«... Пи-пи... Невозможно реализовать, мастер Ламента».

— Говорила же не учиться говорить слащавым голосом... Подожди, что? — только было Ламента повысила голос, а потом спросила куда спокойнее.

Она отлично знала, как работает этот механизм. Было бы небрежно считать, что получится победить всех солдат штаба, но если сосредоточится на побеге, сможет спокойно уйти.

Однако анализ показал, что это невозможно?

«... Пи-пи... Там Альма Стрен и Элизе Стрен».

— А?.. Кто?

«А? Вы не знаете?»

— Эй. Просто постарайся не действовать на нервы своему создателю. С твоими глупыми фразочками я потом разберусь, а пока отвечай на мой вопрос! — она стала злиться, а «Элегия» озвучила имеющиеся данные.

Это была информация, озвученная по радио и телевидению. Этого было вполне достаточно для получения общих знаний. Ламента сама позволила ей учиться самостоятельно.

«... Хм. Супруги-герои. Меня они не волнуют, но они настолько сильны?»

Не хотелось отпускать добычу, которая прямо перед ней, но достижение цели у неё в приоритете.

Убийство Маркет там, где эти двое, невозможно... Вот о чём говорил анализ. Пусть возможность и была хорошей, Ламента успокоила себя, решив, что может ещё подождать.

Потом она посмотрела на западный штаб и подумала.

«Пока я в этом городе... Пока на территории армии Федена, есть вероятность, что я столкнусь с Альмой Стреном. Похоже придётся собрать информацию».

Конечно вряд ли она проиграет один на один, но лучше принять дополнительные меры.

— «Элегия». Вышли три разведывательных дрона.

В ответ зазвучал электронный писк.

Из стального бедра вылетели три диска. Оказавшись на земле, они встали на ноги как пауки. После они спустились по стене и забрались внутрь штаба через открытое окно.

... Эти разведывательные дроны так же являются работой Ламенты. Пусть действуют на небольшом расстоянии, они могут передавать сигналы с камеры и микрофона. К тому же можно было выйти через них на связь.

Полученные от дронов данные записывались в «Элегию». Она сосредоточилась на сборе информации, оставив анализ на потом. Ламенте не хотелось надолго здесь задерживаться.

Всего за пару минут они обследовали большую часть здания, но не нашли ничего, что бы пригодилось в бою с Альмой. Понимая, что ничего не найдёт, она недовольно вздохнула... И тут её глаза расширились.

Она смотрела на видео, отправленное одним из дронов.

Она видела небольшой коридор с небольшими камерами за решётками по обе стороны. Ламента поняла, что это центр заключения.

Но в этом месте не было ничего удивительного. Удивил её содержащийся там парень, которого она знала.

С враждебностью на лице, она произнесла его имя.

— ... Локи!

— ... М?

Услышав, как его позвали, Локи сразу же поднялся.

Он осмотрелся, но ничего странного в пустой камере не обнаружил. Странно. Ему показалось, что он услышал приятный точно звон колокольчика голос...

«Ты куда смотришь? Я здесь. Наверху».

— !

Локи задрал голову. Возможно впечатление изменил его мозг, он прислушался и понял, что в голосе скорее уж была враждебность.

— ... Это ещё что?

Локи был удивлён, увидев неживого «паука».

Похоже девичий голос доносился из него.

«Два года не виделись. Вот уж не думала, что ты ещё жив, Локи».

— ...

«Не помнишь меня? Нет... Вспомнил ведь?»

— А... Паук, которого я собирался раздавить позавчера, но успевший сбежать?

«Нет. Я и не знала, что ты можешь быть таким добрым. И таких существ не существует в естественной среде. Это дрон».

«Прости, но я без понятия, кто ты. И дроны все на одно лицо.

«Не веди себя так, будто уже видел их. Это моё личное изобретение, которое я никому не показывала!»

На него накричали. Локи опустил плечи и собрался. Точнее он стал спокойно размышлять, в какой ситуации оказался.

— Позволь ещё раз спросить, кто ты?

«... Не помнишь? Я-то думала, что с твоей психометрической связью ты должен понять...»

— О-откуда ты и об этом знаешь?

По шее Локи стекал холодный пот. Пусть он не знал, с кем говорит, тот человек знал про Локи.

Ему это не нравилось. Он был осторожен, когда к нему снова обратились:

«Похоже воспоминания к тебе не вернулись».

Вот так.

После этих слов он продрог от холода. Реальность показалась ему далёкой, от напряжения он слышал пронзительный звон в ушах.

Это был главный секрет Локи.

Он говорил об этом только с самыми доверенными друзьями... Альмой, Элизе и Оливией, это то, что скрывалось под его непринуждённой улыбкой.

Его продрал озноб, когда он понял, что ему сказали нечто пугающее.

— Что... Откуда, что ты знаешь обо мне?..

«М? А... Похоже ты не перестал думать о том, кем ты был. Твоя внешность отличается от той, которую я знала, но важнее то, что мы пришли к пониманию».

— М!..

Равнодушный голос девушки раздражал. Сейчас у Локи не было былой уверенности.

Неосознанно он поднял руку и взялся за заколку. Мысли, заключённые в ней, были остаточными и размытыми...

В сознании всплыл его собственный образ двухлетней давности.

Но это были не его собственные воспоминания, а те, что он вызвал способностью.

Локи два года назад... Тогда ему было всего тринадцать. Тогда он ещё не вступил в разведку Вегиса. Вначале он даже своего имени не знал, но когда ему исполнилось четырнадцать, он начал вспоминать.

Когда оказался в незнакомом городе Вегиса, был так поражён, что схватился за голову и коснулся заколки. Тогда-то в голове и промелькнул образ незнакомого ему Локи.

... Белое помещение, где стояли непонятные механизмы разных размеров. Он стоял там, когда его позвала женщина.

Она назвала его Локи. Его накрыли эмоции, когда он понял, что это его имя.

... Хочу встретиться с этой женщиной. Остаточные мысли в заколке были едва читаемыми, будто они повреждены, он совсем не мог разглядеть внешность женщины... Но.

Если продолжит собирать информацию, когда-нибудь с ней встретится.

Для Локи тогда эта женщина была ослепительнее, чем солнце на рассвете. Это стало его лучиком надежды. Когда встретится с ней, сможет заполнить недостающие части.

С той же решимостью он продолжил искать остатки своих воспоминаний.

Но это было непросто. За несколько месяцев он так и не получил ничего ценного от заколки... Он уже работал в разведке, узнавая про новые технологии, и тут сделал серьёзный шаг вперёд.

... «Маркет». Он узнал про гениального инженера с таким именем. Всё началось с того, что он принял участие в уничтожении преступной организации, торгующей оружием, выполнив работу оператора поддержки, он проходил мимо схваченного главы торговцев.

Привыкший собирать информацию наугад Локи прочитал остаточные мысли руководителя. Тогда-то он узнал о существовании Маркет. Похоже главарь когда-то знал Маркет, но не это было важно.

Куда важнее была внешность, которую он увидел в остаточных воспоминаниях.

Она была красоткой... Он даже удивился, но почему-то светло-рыжие волосы ему показались знакомыми. Сердце предательски сжалось, и чтобы успокоиться, он коснулся заколки, сам не заметив того.

В голове пронёсся образ, который он видел много раз, но впервые...

На размытом образе он увидел прядь рыжих волос.

Будто он стал свидетелем чуда, на сердце потеплело, он задрожал от радости, будто снова обретая себя.

Локи понял, что Маркет — та самая женщина, которую он искал.

И оказалось, что она тесно связана с тёмным миром.

... Так что Локи и сам перешёл на тёмную сторону. Чтобы прочитать остаточные мысли тех, кто знаком с Маркет, и выяснить, где она.

Ему не добраться до Маркет, пока не погрузится глубже. Он часто пересекал опасные мосты, но в случае Локи достаточно было просто коснуться. Так как собирать информацию было легко, он мог действовать достаточно небрежно.

Однако... Крайне неразумно было принять участие в попытке убийства супругов Стрен.

Да, он предал их, чтобы сблизиться с «Отрядом пепла», желая получить от них информацию. Его целью было достать информацию о Маркет.

Когда встретил супругов, он не думал продавать их жизни... Но потом связался с «Отрядом пепла» и понял, что не может упустить такую возможность.

Он не мог противиться своему образу жизни. Если откажется от него, потеряет свет в своей жизни.

«Ты глупый и жалкий. Локи», — проговорил голос Ламенты: «Я никогда тебя не любила. Потому я скажу тебе, насколько бессмысленными были твои действия», — она говорила холодно, пытаясь разбить его сердце: «Как и я, ты был помощником и учеником Маркет. Но ты хотел жить подальше от нас и лаборатории. По какой-то глупой причине захотел жить обычной жизнью!..»

И тут.

— ...

Глаза Локи дрогнули. Точно теряя равновесие, он шаркнул ботинками об землю.

Ламента хмыкнула, так как её забавлял его неуверенный вид.

«И Маркет исполнила твоё желание. Она уволила тебя и стёрла все записи, которые могли как-то связывать тебя с Маркет. А ещё она стёрла твои воспоминания».

Можно было подумать, что у неё есть совесть. Но она возможно просто проверяла устройство по стиранию памяти... Так добавил голос.

«Ну так что? Ты собираешь то, что сам выбросил? Способа более бесполезно потратить время просто нет. Ты же понимаешь, у тебя изначально не было надежды».

— ...

Пусть в его адрес бросали много жестоких слов, Локи молчал.

Ламента же наслаждалась, ходя по нему ногами.

Но длилось это недолго.

«... М».

Похоже она вздохнула.

Разведывательный дрон задрожал, точно выражая волнение.

«Ты... Улыбаешься?..»

— Да просто.

На лице Локи не было печали. На нём была злобная и беззаботная улыбка.

— То, что ты говоришь, не имеет значения.

«А...А?!»

— Слушай, уж не знаю, кто ты такая... Это, судя по голосу, ты женщина. А при том, что ведёшь себя совершенно не как взрослая, я буду звать тебя малышкой, — играя на нервах, Локи продолжал. — Так что, малышка. Похоже ты меня знаешь. Но я уже не тот, что раньше. «Я» тот, кого спасли друзья.

«...»

— Бессмысленный и бесполезный? Нет, куда ты вообще смотришь? Похоже, что я блефую, ты внимательнее присмотрись. Или через свою игрушку не поймёшь?

«... Н-не смей насмехаться над моим творением!»

— Ха-ха, прости, прости. Похоже я тебя разозлил. Прости, что веду не так, как тебе хочется, малышка... Но знаешь, моё желание не было ошибочным. Выбравшись, я смог обрести надежду... Потому-то ты и неправа. Дошло до тебя?

Он говорил всё так же высокомерно. Оппонента он видеть не мог, но она явно соплячка, которая привыкла улучшать себе настроение, обижая слабых. Потому Локи и поступил так.

... Внутри он был ещё более зол, чем ему казалось.

Ему сказали, что его встреча с Альмой, Элизе и Оливией была бессмысленной, и он хотел возразить.

Благодаря им он сейчас здесь. Его желание быть спасённым было правильным решением в его жизни.

«... Убью».

— М?

Услышав голос, он вопросительно склонил голову.

А в следующий миг разведывательный дрон упал с потолка... И ногой зацепил спину Локи.

— Хья! — парень издал жалкий крик. Он пытался стряхнуть дрон, но тот так уцепился ногами, что мог порвать его куртку. Никак не падал.

Локи напрягся, понимая, что происходит нечто опасное.

«... Это наказание за то, что смотрел на меня свысока. Пусть мелкий, но если самоуничтожится, человека пополам разорвёт. Заплати своей жизнью, Локи».

— Это, так неправильно! Прекрати!

«Ты... Раньше не был таким проблемным... Хи-хи, ну и ладно. Может попробуешь умолять меня сохранить твою жизнь? Вслед за тобой, я отправлю в ад Маркет».

— А?.. Ч-что ты собралась сделать с Маркет?

«Я не обязана тебе рассказывать. Прощай, второй помощник».

Дрон на спине Локи замолчал. Ситуация отчаянная, так он точно умрёт. Если он отсюда улетит прямо в небо, как-то неловко перед Альмой и остальными, которые пытались его вытащить из заключения.

— Ух!..

Отчаявшийся Локи тянулся к собственной спине.

Но не мог сорвать разведывательный дрон. Просто касался его кончиками пальцев...

«... А».

Он прочитал остаточные воспоминания.

... В следующий миг парень снял куртку, завернув в неё дрон. Он пытался впиться в кожу мужчины, но Локи швырнул его вместе с курткой за спину.

Из-за ног дрона спина болела, но парень не обращал на это внимания и бежал прочь от дрона. Парень запрыгнул под кровать... И тут.

«!..»

Точно молния ударила.

Так как он был близко, вибрация отразилась у него в груди. Камера была небольшой, но смерти избежать у него получилось.

— Больно... Блин, и за что мне это?..

От удара по спине ему досталось сильнее, чем от взрыва. Со слезами на глазах он радовался, что избежал смерти.

Он поднял правую руку и посмотрел на пальцы, которыми коснулся дрона.

— ... Ламента.

На миг, но он смог прочитать воспоминания. Но так он смог выяснить всё про своего врага и ситуацию в целом.

«... И правда убить собиралась. Маркет тоже в опасности... Почему-то она с Альмой и остальными... Но Ламента решила не нападать в лоб. Значит подполковник не в курсе, что преследователь поблизости...»

Локи посмотрел на потолок камеры.

Благодаря психометрии он так же узнал, что Ламента на крыше штаба.

Однако... Про их связь он не узнал. К нему не вернулись воспоминания о том, как он был помощником и учеником Маркет. Однако...

Она и правда пыталась разбить сердце Локи своими словами.

У парня получилось её спровоцировать, и всё же.

— Эх... Сработало... Хоть и кое-как.

Он вздохнул, выдыхая весь воздух из лёгких.

Локи всегда понимал свою уязвимость. Наполовину его отношение к Ламенте было бравадой. В том, что он пытался собрать то, что сам выбросил, было что-то бессмысленное.

Будь он сильнее, то не стал бы искать свои воспоминания после того, как отбросил их. Лишённый уверенности в себе, Локи понимал, насколько хрупким было его сердце.

Лишь благодаря друзьям он смог показать самоуверенность и противостоять ей.

— ... М?

Отмахнувшись от пыли от взрыва, он заметил.

Металлическая дверь его камеры... Была сломана.

Скорее всего это случилось из-за того, что рядом сломался дрон. Это было сделано неосознанно, но то, что парень снял куртку и выбросил её, было совершенно логичным решением.

А когда он коснулся дрона, сработала психометрия.

«Ламента... Сказала, что я изменился».

Каким Локи был когда-то? Раз смог стать помощником и учеником гениального учёного, значит достаточно умным.

Он не считал себя особо умным, но возможно раньше было иначе.

... Вот только сейчас не время думать об этом.

Он толкнул повреждённую дверь и протиснуться в щель. То есть теперь он сможет сбежать из камеры и рассказать товарищам об опасности.

Но сейчас Локи находился в заключении. Если сбежит, проявит неуважение к чувствам друзей, которые пытались смягчить наказание для него. Это беспокоило Локи сильнее, чем его положение.

— Уверен, подполковник Альма и госпожа Элизе даже в такой ситуации не колебались бы...

Какое-то время он не мог решиться.

«Но я изменился. Благодаря подполковнику и всем остальным. Потому я хочу им помочь».

Локи опёрся на дверь.