Pov Эльза

Мысли в голове у Эльзы кружились быстрее, чем снежный вихрь вокруг. Она пробежала весь фьорд, и вода под ее ногами обращалась в прочный лед, как только Эльза касалась ее. Затем она углубилась в лес и мчалась по нему без оглядки, пока высоко в небе не показалась луна. Ноги несли ее прочь от замка, прочь от города, прочь от той жизни, которую она знала.

Анна жива.

Отныне самое важное для Эльзы - разыскать ее.

Лиловая мантия металась на ветру, и ее длинный подол бил Эльзу по ногам, мешая идти. Она с усилием оттолкнула его от себя и попыталась сориентироваться. Где она оказалась, она не знала, но это было и не важно. Ей просто надо бежать как можно дальше, пока преследование за ней не прекратится. Новый порыв ветра толкнул ее в сторону. Метель завыла словно человеческим голосом: «Чудовище! Чудовище!»

Это слово, оброненное герцогом, эхом отзывалось у Эльзы в голове. День ее коронации закончился не тем, что она взошла на королевский трон, а тем, что всем открылись ее колдовские способности, и у нее не осталось иного выбора, кроме как бежать из Эренделла. Вплоть до этого дня она знала только, что с помощью волшебства может создавать лед, но теперь на ее глазах вокруг менялась погода. Это наблюдение одновременно воодушевило ее и встревожило. Все-таки сейчас лето. Никто не готов к снежным заносам. Как люди Эренделла переживут такой внезапный поворот? Они, наверно, страшно напуганы...

Перед мысленным взором Эльзы снова возникла та женщина с ребенком на руках: она повернулась к Эльзе спиной, чтобы защитить от нее свою малышку. «Чудовище». Разве не так теперь о ней думают подданные, зная, на что она способна? Ей вспомнилось вытянувшееся лицо лорда Петерсена, когда перед ним выросла стена из ледяных лезвий. У Ханса то же удивление вызвало еще голубое сияние, которое появилось вокруг ее ладоней, перед тем как волна мороза пронеслась по коридору. Что теперь понарассказывает о ней герцог Варавский в ближних и дальних королевствах? Остается только представить. А ведь многие думали, что хорошо ее знают. Только по-настоящему ее не знал никто.

А как же Анна?

И только тут Эльзе пришел в голову вопрос: знает ли Анна, что Эльза - принцесса Эренделла? Может, ее тоже все это время держали в неведении, как Эльзу? И вообще, почему само существование Анны хранилось от нее в тайне? Родители, очевидно, все-таки хотели, чтобы она в конце концов вспомнила сестру, иначе бы не спрятали ни семейный портрет, ни тем более письмо за подкладку шкатулки. Но почему все эти годы их держали порознь?

«Как я могла уйти, оставив письмо там?» - ругала себя Эльза. «И Олафа тоже!» Что, если кто-нибудь зайдет к ней в комнату и обнаружит его? Или прочитает письмо? При одной этой мысли у Эльзы потемнело в глазах. Вокруг пальцев появилось знакомое свечение. Она нетерпеливо встряхнула руками и попыталась сосредоточиться. «Хватит!» Больше она не хотела позволять своей магии управлять ею.

Единственный способ спасти Олафа и завладеть письмом - вернуться обратно в замок. Эльза неуверенно побрела назад - точнее, как ей показалось, назад. Из-за снежной метели ничего не было видно. Даже решись она твердо вернуться домой, ей не найти обратной дороги.

Да если бы и нашла... «Чудовище». Слова герцога. А если лорд Петерсен и остальные придворные тоже так считают? Ее посадят в темницу. Она потеряет корону. Ей никогда не видать Анны.

«Дыши глубже», - приказала она себе, и голубое свечение вокруг ладоней исчезло.

Олаф был мастер играть в прятки. За те три года, что он провел в ее покоях, они вместе отыскали несколько отличных мест и в спальне, и в гардеробной, где бы он мог надежно спрятаться, если кто-то внезапно войдет. Он и сейчас не растеряется - обязательно юркнет в укромное местечко, стоит ему заслышать снаружи чей-то голос. К тому же никто не смел заходить в ее покои с самого дня гибели родителей. Вряд ли и сейчас туда кто-нибудь сунется. Остается надеяться, что Олаф услышал, что творилось за дверью, схватил письмо и спрятался до лучших времен. Когда все уляжется, Эльза найдет способ вернуться за ним. Олаф знает, что она его ни за что не бросит. Значит, из двух бед остается только непрочитанное письмо.

«Вспоминай давай, - твердила себе Эльза, - что успела прочитать». Когда она держала пергамент в руках, ее так волновал совершенно конкретный вопрос, что она пробегала глазами текст по диагонали, ища только одно - жива Анна или нет. Однако все-таки несколько фраз запали в памяти. Речь шла о троллях. Это было понятно. В памяти возникала далекая картинка: вокруг большая толпа троллей, перед ней их глава - Дед Пабби. К нему они долго ехали на лошадях, по пути переходили речку и потом поднимались в горы. Кажется, в мамином письме упоминалась Северная гора? Точно, было. Наверно, там и находится долина троллей! Даже в такую вьюгу Эльза видела вдалеке эту высокую мощную гору. Ее вершина и зимой и летом покрыта снегом без всякого колдовства. Немногие осмеливаются приближаться к ней, так что в ее пределах можно не бояться преследования. Эта гора - настоящее воплощение одиночества, и среди остальных вершин она возвышается словно королева. Эльза направилась в ее сторону. Она будет идти до тех пор, пока не найдет троллей - или пока у нее не откажут ноги. Но второе случится нескоро: она не чувствует ни малейшей усталости. Да и холод всегда ей был по душе.

Два дня Эльза продиралась сквозь снег, пока наконец не оказалась у подножья Северной горы. Поначалу ей казалось, что добраться до нее невозможно, но, подойдя к горе, поняла, что настоящее испытание впереди. Пусть она не чувствует холода и усталости, но у нее нет никакого снаряжения, чтобы забраться на отвесную скалу. Хотя...

Вокруг никого. Незачем скрывать свои магические силы - кто ее увидит посреди заснеженной пустыни? После долгого затворничества в спальне, после нескольких лет жизни в страхе, что кто-нибудь узнает ее секрет, она в кои-то веки свободна делать со своим даром что захочет и колдовать так, как раньше и не мечтала. Наконец-то ей пригодится ее волшебство, ведь нужно создать то, что что поможет ей подняться в горы.

Эльза опустила взгляд на свои руки. Одну по-прежнему облегала перчатка - защита от ее же собственного естества. Пора избавиться от такой «защиты». Эльза одним движением стянула перчатку с пальцев и пустила по ветру. Свобода!

Высоко подняв руку, она представила огромную снежинку. Снежинка кристаллизовалась в воздухе, ровно такая, как Эльза вообразила, а затем плавно растворилась, и ее осколки унес ветер. Эльза подняла другую руку, сделала новую снежинку, проследила, как улетела и та. Все получалось. Сердце забилось от волнения, Эльза творила еще и еще, испытывая границы своих возможностей, и когда она постепенно поняла, что никаких границ нет, ее лицо озарилось счастливой улыбкой. Здесь, в бескрайнем пространстве снега и льда, она могла по-настоящему использовать свой дар и наконец узнать, на что на самом деле способна. Вокруг ее рук свободно сияло яркое голубое свечение. Она представляла снежинки и кристаллы, и они немедленно застывали перед ней в воздухе, а затем распадались на мельчайшие осколки. «Хочу что-то посерьезнее», - подумала она и запустила ледяной струей в сторону неприступной скалы. «Что еще я могу?» - спросила она себя, и в голове тут же возник ответ: «Все. Все, что подвластно воображению!» Еще никогда Эльза не чувствовала такого прилива сил.

Девушка побежала к подножью Северной горы, по пути весело запуская направо и налево потоки снега, но вдруг остановилась как вкопанная: перед ней распахнуло пасть бездонное ущелье. Порыв ветра снова подхватил лиловую мантию, и та больно хлестнула ее. Да какой прок от королевской мантии на вершине горы? Эльза открепила дорогую брошь, и мантию сорвало с плеч, унося прочь в темноту. Жаль, что с ущельем ей так же быстро не расправиться. В ширину оно метров десять - не перепрыгнуть. Однако с такими способностями, как у нее, зачем вообще прыгать?

За последние годы она привыкла скрывать ото всех свою магию, но воспоминания о далеком прошлом, постепенно оживавшие в ее памяти, говорили ей, что раньше ее близкие смотрели на это как на дар. И их можно понять, стоит только взглянуть на то, что она способна сотворить голыми руками! Если в детстве она могла создать целую зимнюю сказку в зале замка, чтобы потешить младшую сестру, разве сложно ей будет сейчас возвести себе собственный замок изо льда там, на вершине горы? «Хватит бояться», - сказала она себе и представила роскошную лестницу изо льда, которая перекинулась от одного края ущелья до другого. Возможно ли это? А как насчет лестницы, которая сразу поднимет ее на горный хребет?

Все возможно, если она будет верить в свои способности так, как верила в них Анна.

Эльза сделала глубокий вдох и отступила назад на несколько шагов. «Лестница!» - подумала она и подняла руки, из которых тут же выстрелили ледяные струи. Перед ней моментально заиндевели несколько ступенек, обрывавшихся над пропастью. Она немного помедлила, но затем осторожно поставила ногу на первую ступень. Кажется, крепкие. Эльза побежала по ним вверх, выбросив ладони вперед и создавая новые ступени прямо на ходу. Лестница, как она и хотела, вела ее на Северную гору. Сознание и руки работали настолько слаженно, что все задуманное появлялось точно в нужный момент.

Эльза не верила своим глазам, но вскоре действительно стояла на самом верху. Так странно - лучшим скалолазам редко удавалось покорять вершины вроде этой, а она взлетела сюда без всякого усилия и теперь возвышалась над всем королевством. Далеко внизу Эренделл превратился в маленькое пятнышко.

Здесь, на горном пике, можно отдохнуть и поразмыслить над тем, как найти Анну. Заодно построить себе ледяной дворец, непременно изящный и величественный, под стать пейзажу и новой Эльзе. Той Эльзе, которую она сама в себе открыла. Мама называла ее способность к колдовству даром, и дар этот прекрасен. А красоту незачем скрывать.

Эльза топнула ногой по снегу, и из-под ее туфельки в стороны поползли симметричные лучи огромной снежинки. Они разрастались и разветвлялись, становясь основой будущего замка. Затем Эльза представила, как вокруг нее вздымаются ввысь стены задуманных ею чертогов, и из кромки основы взмыли вверх новые ледяные кристаллы, плоские и прочные. Но на этот раз это не были острые лезвия, торчащие во все стороны, как тогда, когда Эльза случайно соорудила себе защитный барьер в коридоре замка, нет. Эти кристаллы, вырастая, преображались в статные колонны и сходились в элегантные арки, куда более утонченные, чем в каменной громаде Эренделла. В своем доме Эльза продумывала каждую деталь, от зеркальной поверхности пола до башенных пиков. Наконец дворец был готов. Эльза напоследок воздела руку, и под высокими сводами главного зала выросла громадная снежинка. Она тут же разбилась, но осколки не разлетелись в стороны, а сложились в роскошную прозрачную люстру из бесчисленных рядов тончайших кристаллов, изощренно составленных в ажурные узоры. Это было самое замысловатое, что Эльза смогла придумать, - достойный последний штрих для ее ледяного замка.

Остановившись посреди главного зала и любуясь своим творением, Эльза все же не могла отделаться от мысли, что чего-то еще не хватает. Да, ее жизнь приобрела теперь новые формы. Но она по-прежнему ни капли не изменила свою собственную внешность. Эльза потянулась к волосам и немного ослабила тугую прическу. Несколько прядей упали ей на лицо. Тогда она вынула главную шпильку, державшую пучок на затылке, и на плечи опустилась тяжелая коса светлых, почти белых волос. Однако это было только начало. Ведь отныне Эльза - королева своей собственной снежной страны, и ей незачем думать о правилах этикета и предписаниях двора. Она может выбрать такой наряд, какой будет ей по душе. И, взмахнув руками, Эльза дала волю воображению. Начиная от нижнего края подола вверх побежала ледяная волна, обращая ее темное бирюзовое церемониальное платье в сверкающее одеяние всех оттенков голубого. Жесткий высокий воротник исчез, пропали и длинные рукава, сковывавшие движения. Больше никаких бретелек и тугих застежек! Низкий корсет открыл шею, оголил плечи, а руки мягко окутал тончайший слой блестящего шелка. Сзади протянулся легкий шлейф длинной прозрачной мантии, словно составленной из мерцающих снежинок, уложенных в вычурные узоры, такие же уникальные, как хозяйка мантии. Солнце показалось из-за горных вершин, когда Эльза окинула взглядом интерьеры ледяного дворца и собственное отражение в миллиардах кристальных граней. Оставшись довольна своими творениями, она наконец признала, что добавить, пожалуй, больше нечего, и вышла на широкий открытый балкон, огибавший главный зал дворца. Она обвела ликующим взором просторы своего нового королевства.

«Анне бы здесь понравилось», - с удовлетворением подумала она.

Осталось только ее разыскать.

Обводя глазами снежные просторы, богато сверкавшие в лучах восходящего солнца, она задумалась о том, где могут прятаться тролли и их предводитель Дед Пабби. Постукивая пальцами по прозрачным перилам балкона, Эльза перебирала в памяти далекие картинки, пока перед ее мысленным взором особенно отчетливо не встала одна: папа с мамой гонят скакунов во всю прыть - везут ее в горы, к троллям, и у папы в руках карта с отметкой.

«Думай, Эльза, думай. Что именно могло быть отмечено? Горный хребет? Кажется, они с мамой упоминали какую-то долину... Да, долину!»

Долину живых камней! Она уже слышала где-то это название. Там-то и прячется Дед Пабби. Если у нее так много ушло времени на то, чтобы дойти только до Северной горы, то, очевидно, до самой Долины ей идти не меньше суток. К тому же поиски Долины требуют, чтобы она спустилась из своего великолепного замка вниз, к подножью горы... Неожиданно для себя Эльза широко зевнула. Вот уже несколько дней как она не спала. Сейчас надо отдохнуть, но едва она проснется, то сразу пустится в новый путь - тот, что приведет ее к сестре.