Женщина вернулась на балкон, неся что-то в руках. Я пригляделся.

Что это у нее в руках?

Приглядевшись, я увидел, что это новорожденный ребенок, которому не исполнилось и года.

Не может быть...

Я оглянулся на троицу у аптеки. Они бросили все, что купили в аптеке, после того, как поняли, что происходит в жилом комплексе, но не для того, чтобы убежать. Наоборот, двое из них удерживали третьего мужчину, который сопротивлялся им. Его голова была прижата к земле, лицо исказилось в немой агонии. Другой мужчина прижимал его к земле, в то время как женщина держала его за руки, оценивая ситуацию в жилом комплексе.

Я не смог разглядеть все то, что они уронили, но был уверен, что видел на земле подгузники. Именно такими обычно пользовалась Со Ён когда только родилась.

При виде подгузников у меня екнуло сердце, и я почувствовал, как на глаза наворачиваются слезы.. Что-то в глубине души заставило мое сердце сжаться, а дыхание участиться.

Они не были глупыми. И они определенно не были идиотами. Они просто пытались спасти жизнь новорожденного ребёнка.

– Нет, нет...

Я начал бормотать себе под нос, как будто вот-вот сойду с ума. Я не мог сдержать слез. Все начало складываться воедино. Было бы гораздо разумнее купить подгузники в ближайшем круглосуточном магазине или супермаркете, учитывая, что там можно было бы  и едой припастись. Но раз уж они намеренно пошли в аптеку вместо этого… становилось ясно, что ребенок болен.

Вероятно, им нужны были жаропонижающие, и, похоже, что они прихватили пару подгузников. Нередко бывает, что у новорожденных температура достигает 39-40 градусов по Цельсию, и несвоевременный прием лекарств может привести к аутизму. [1]

Всё это, связанное с зомби не имело бы значения, если бы с моим ребенком происходило то же самое. И хотя "они" в течение дня действовали медленнее, тот факт, что "они" были опасны, не менялся.

Я не мог представить, что чувствовал человек, лежавший на земле. Мое сердце болело как никогда раньше. Я хотел как-нибудь им помочь.

Дрррр... Бам!

Я издалека услышал, как открывается балконное окно. Я быстро вытер слезы и посмотрел на седьмой этаж квартиры 101. Женщина вышла с новорожденным на руках. Переведя взгляд, я увидел, что их входная дверь была уже наполовину снесена. Она стояла на балконе и после минутного колебания шагнула на перила.

У меня невольно вырвался вздох.. Я молил Бога, чтобы она не оступилась.

Неужели нет способа помочь ей? Как бы я мог ей помочь?

В этот момент мне в голову пришла мысль.

Я направился прямиком к зеркальному столику моей жены в спальне и вернулся с ее маленьким зеркальцем. Ярко светила луна. И это зеркальце... их последняя надежда. Я использовал его, отразив лунный свет, чтобы она знала, что я здесь.

Внезапный луч света, упавший на нее, казалось, заставил ее остановиться. Мне показалось, что она была в квартире 704 [2]. Без колебаний я направил луч на балкон квартиры 705. Ее глаза проследили за светом.

Расстояние не было слишком большим. Добраться до квартиры 703 было непросто, но до квартиры 705 было более чем возможно. Женщина направилась к квартире 705, разглядывая землю, балкон квартиры, и снова землю, не в силах оторвать взгляд.

Сдаваться было определенно слишком рано. Я сжал кулаки и молча болел за неё.

Ты можешь это сделать. У тебя все получится!

Она глубоко вздохнула и прыгнула на балкон.

Глухой звук.

Лязг!

– О, Господи Боже!

Я не смог сдержать свой выкрик.

Мне показалось, что время остановилось. Сцена передо мной застыла, как на фотографии, сделанной "Полароидом". Из всего, что могло произойти,… ее лодыжка просто зацепилась за перила, когда она совершала прыжок.

Она потеряла равновесие и использовала обе руки, чтобы удержаться на ногах. Когда она замахала руками, ребенок, который был у нее на руках, упал.…

Я смотрел как он падает.

Я не мог поверить в то, что происходило перед моими глазами. Я не мог унять дрожь, словно у меня начался припадок. Чувствуя головокружение, я сделал глубокий вдох, гадая, насколько долго я до этого затаил дыхание. Я глубоко дышал, чтобы восполнить недостаток воздуха.

Мое сердце готово было разорваться, и я плакал. С налитыми кровью глазами я снова посмотрел на них. Женщина рухнула на пол, ее голова выглядывала из-за перил, она смотрела вниз, на землю.

Она была неподвижна и молчалива, как могила, как будто погрязла в болоте отчаяния и вины. Прежде чем она успела это осознать, "они" выбрались на балкон квартиры 704 и с криками и рычанием потянулись к ней. Звуки привели ее в чувство, и она посмотрела "им" прямо в глаза.

– Ааааа!!!

Нет, она не пришла в себя. Вместо этого она издала крик, который, как я и предполагал, не способен издать ни один человек.. Это был крик, не поддающийся описанию. Это был крик проклятия и ненависти к "ним". Однако она не могла "их" убить.

Казалось, она тоже это понимала. Без колебаний она снова взобралась на перила.

– Нет, нет!

И в этот момент я стал свидетелем... свободного падения человека.

Шлеп!

Пронзительный звук удара эхом разнесся по жилому комплексу, и голова сразу опустела. Мой взгляд помутился, мешая взору. Разум говорил мне отвернуться, перестать смотреть. Я задавался вопросом, было ли это из-за выброса адреналина, или это был страх, охвативший меня. Я чувствовал, что мой разум затуманивается все больше и больше. Я сжал виски и глубоко вздохнул.

– Черт возьми...

Я ничем не мог помочь. Все, что я сделал, - это удобно устроился здесь, предлагая женщине варианты действий.

И тот вариант, который я ей предложил, привел ее к гибели. Я задавался вопросом, кто был причиной ее смерти, я или "они".

Я тупо смотрел на свои дрожащие руки. Я был всего лишь бесполезным, дрожащим трусом. Я был всего лишь слабым и немощным наблюдателем. Все, что я мог делать, это тихо плакать. И все это время я прижимал руки ко рту, надеясь, что Со Ён не проснется.

Я был не более чем лицемером.

* * *

Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз видел сны.

Мне снилось, как я впервые встретил свою жену. Как она сидела одна в кафе и смотрела на улицу. Я сел за столик напротив нее и не мог сдержать улыбки, наблюдая за ней.

Мы встретились взглядами, и она заговорила со мной с улыбкой на лице. По какой-то причине я не мог понять, что она говорит. Я наклонился к ней, и ее слова шокировали меня.

– Просыпайся, трус.

Я проснулся с ноющим сердцем, хватая ртом воздух. Луч солнечного света заливал комнату, и я повернулся, чтобы посмотреть на часы. Было уже больше пяти вечера.

Я глубоко вздохнул и потер лицо. Интересно, когда я успел заснуть? Я надеялся, что погрузился в сон не из-за обморока. Но прежде всего… почему мне приснился такой странный сон? Возможно ли, что моя жена умерла? Неужели моя покойная жена явилась мне во сне, чтобы проклясть меня?

Я прикусил губу и крепко зажмурил глаза.

– Папа, я слышу странные звуки снаружи.

Я понимал, что эти звуки беспокоили Со Ён. Она ерзала, на её лице отразился страх. Ее глаза были полны волнения.

Грр…

Только тогда я пришел в себя я услышал "их" крики. Я снова выглянул в окно, чтобы оценить ситуацию, и не мог поверить своим глазам. В шоке я быстро задернул шторы.

"Они" смотрели на нас, когда кричали.

Почему, почему?

Неужели все это тоже сон?

Я ударил себя по щеке, чтобы убедиться, что это не сон. Я все еще слышал "их" крики, но моя щека горела. Это был не сон. Разволновавшись, я, слегка заикаясь, спросил Со Ён:

– Дорогая, ты шумела пока я спал?

Она покачала головой.

– Ты не бросала что-нибудь в окно… или делала что-либо подобное?

Она снова покачала головой.

– Тогда что ты наделала, чтобы привлечь их внимание к нам?!

Пока я расспрашивал ее, выражение моего лица стало пугающим, отчего она чуть не расплакалась. Я почесал затылок и вздохнул.

Нужно успокоиться. Это не ее вина. Я не могу здраво мыслить.

Я опустился на колени и обнял Со Ён, надеясь, что она поймет, как мне жаль.

– Папе жаль.

– Я не делала ничего плохого!

– Папочка знает… Папа только что проснулся и ещё не пришел в себя. Мне жаль.

Я успокоил ее и подошел к окну. Я приподнял занавески, чтобы посмотреть, что происходит. Я заметил, что один из "них" сверлит меня убийственным взглядом. Это была женщина, у которой не было ноги. Это было существо, которое все время размахивало руками, глядя на балкон пятого этажа.

Когда я пригляделся, у меня по спине побежали мурашки. Видимо это из-за неё. Она заставила всех "их" собраться здесь… скорее всего это она.

Но почему? Я имею в виду, оно видело меня, но никогда не нападало на нас.

Я начал размышлять, хотя мой разум был не в самой лучшей форме. И тут я вспомнил, что делал прошлой ночью.

Миниатюрное зеркальце.

Вероятно, это дало "им" понять, что здесь тоже есть выживший. Это просто моё предположение... но это была единственная возможная причина, которая пришла мне в голову.

Я схватил сумку и быстро набил её всей едой, которая в нее поместилась, а также одеялом и кое-какой одеждой, чтобы переодеться. Я хотел положить в нее больше вещей, но моя сумка уже была заполнена до краев. Пока я собирал вещи, я не мог перестать думать о "них".

Неужели "они" тоже могут видеть?

До сих пор я думал, что при охоте они полагаются только на свой слух и обоняние. Но мое внимание привлек тот факт, что… она, без каких-либо сомнений, пристально смотрела на меня. Так было и в прошлом, так продолжалось и на этот раз.

Это означало, что "их" зрение работало отлично... но те, кто погнался за воробьем, явно были лишены зрения. Мог ли вирус мутировать, позволив некоторым из них сохранить способность видеть? Мутации, казалось, прекрасно объясняли мою нынешнюю ситуацию. Но если так, то вся информация, которую я получил, наблюдая за "ними", теперь была бесполезна.

Примечание англ. переводчика:

1. Это личное мнение главного героя. Нет никаких свидетельств того, что это могло бы привести к развитию аутизма у ребенка.

Примечание переводчика:

2. То здесь пишут 104, то 704. Я вообще не понимаю систему квартир, и просто перевожу что написано:(