Там 1 Глава 0

Нежность

На улице стоял приветливый субботний денёк. Лёгкий ветерок гулял между низкорослыми домами, трепля свежевыстиранное тряпьё, и направлялся вверх по улице к старой бастилии. Это величественное сооружение служило городу Ланс несокрушимым щитом на протяжении многих столетий, пока мирные годы и смена королевских указов не отняли у него былую славу. Ныне его холодные каменные стены укрывали лишь нянек-гувернанток да бастардов нынешнего лорда — барона Калисто де Ланса. Несмотря на все его достоинства — силу воина, верность короне, щедрость землевладельца и честность, он обладал огромной слабостью к прекрасным дамам, что сделало его род необычайно разветвлённым.

Среди внебрачных детей барона, обитавших в бастилии, была одиннадцатилетняя девочка по имени Ария, названная в честь одной из Богинь ветров. В этом возрасте юная леди была невысокой, стройной, с узкими плечами, на которые мешковато ложились длинные платья. Из-за них ей нередко приходилось приподнимать подол, чтобы не испачкать его о пол, особенно на лестницах, но чаще всего на той, что вела в маленькую библиотеку на втором этаже.

Уютный лабиринт из стеллажей, пропахший предвкушением и осевшей на корешках книг пылью, стал для Арии местом покоя. Многие книги здесь были руководствами или сборниками рецептов, но среди них попадались и неизвестные сказания — о героях и чудовищах, сотрясавших мир своими деяниями, и пожелтевшие свитки со странными письменами, которые она не могла разобрать. Однажды, в поисках новой истории, Ария наткнулась на спрятанную за поваренным сборником блюд из капусты книжку. На простеньком переплёте значилось: «Пленница его прекрасных глаз и крепких рук». Ария подняла книгу, её пальцы дрожали от восторга. Она подбежала к Филии, которая чистила подсвечник у окна библиотеки.

— «Филия, посмотри, что я нашла! — Ария помахала книжкой. — «Пленница его прекрасных глаз и крепких рук». Это про любовь, да?»

Филия отложила тряпку, её ореховые глаза блеснули лукавством.

— «Где ты только это откопала? — Она скрестила руки, сдерживая улыбку. — Такие истории не для юных леди.»

— «Но я хочу знать! — Ария топнула ногой, притоптав подол платья к полу. — Элис и Гретта шептались об этой книги, а мне нельзя такое читать?»

Филия вздохнула и присела рядом, понизив голос: «Ладно, слушай. Ещё девчонкой я таскала мешки для кухни и видела, как в повозки из замка прячут записки под тряпьё. А иногда — такие вот книжки. Но это тайна, поняла? Не болтай никому.»

Её тяга к неизведанному увлекла настолько, что она нередко забывала о вечерних уроках фехтования — искусстве, которому барон велел обучать всех своих детей. Не осознавая до конца постыдной стороны любовных романов, Ария стала просвещённее некоторых старших сестёр.

Каждое воскресенье после комендантского часа прислуга, отобранная настоятельницами храма, впускала в бастилию повозку с символикой баронского дома. Ария же однажды заметила, как возница бросил колючий взгляд на окна бастилии, прежде чем исчезнуть за воротами. За скромную плату стражники закрывали глаза на тайные заказы прислуги — любовные романы, безделушки и прочие товары из города, спрятанные под простынями в углу повозки.

После откровения Филия нередко захаживала проверить Арию в маленькую библиотеку, а иногда её визиты сопровождались необычной картиной: с первыми лучами солнца Ария вбегала в комнату с зажжённым подсвечником, пробиралась к своему месту, по пути хватая недочитанную книгу. Филия входила следом, держа гребень, и покачала головой.

— «Опять полночи читала свои романы? — начала она, поправляя чепец. — Волосы как воронье гнездо, а ты всё про пленниц да рыцарей.»

Ария хихикнула, листая страницы.

— «А вдруг я стану такой же храброй? Представь: я с мечом, спасаю всех нас!»

Филия фыркнула, начиная расчёсывать рыжие локоны.

— «С мечом, говоришь? Сперва стойку на фехтовании выучи, а то барон мне голову снимет. — Она помолчала и, приложив указательный палец к губам, прошептала: и не сиди у окна допоздна. Вчера возница опять пялился на стены, аж мурашки по спине.»

Ария замерла, книга дрогнула в руках.

— «Ты тоже заметила? Он всегда такой странный…»

Юная Филия, худощавая, в простом коричневом платье и белом фартуке, с каштановыми волосами под чепцом, расчёсывала рыжие локоны Арии с заботливой нежностью, что светилась в её ореховых глазах. Её пальцы, сжимавшие гребень, двигались с ловкостью, отточенной шестью годами, как её, дочь кухонной служанки, едва повзрослевшую, поставили нянчить пятилетнюю Арию.

В воскресный вечер, когда солнце уже клонилось к горизонту, а тени от бастилии растянулись по вымощенной булыжником дороге, повозка с символикой баронского дома, как обычно, прогрохотала к воротам. Ария сидела у окна библиотеки, книга лежала раскрытой на коленях. Она подняла взгляд и заметила тёмную фигуру возницы у ворот.

— «Почему он так смотрит? — прошептала она себе под нос, прижимая книгу к груди. — Словно знает что-то, чего не знаю я…»

Любопытство встрепенулось, но голос Филии, зовущий к ужину, отвлёк её. И шорох страниц сменился стуком подошв по каменному полу.

Ночью, когда комендантский час окутал бастилию тишиной, а луна бросала серебристые блики на стёкла, тени зашевелились у внешних стен. Незнакомцы — пятеро в чёрных плащах, с кинжалами, поблёскивающими в полумраке, проникли внутрь через старый ход в погребах, о котором знали лишь немногие. На руке одного из них мерцал знак, от которого поднимался едкий дымок, пахнущий горькими травами. Он переливался в лунном свете зловеще и таинственно. Незнакомцы двигались бесшумно, словно ветер, что некогда гулял между домами, и их цель была ясна: дети барона, чья кровь могла стать залогом мести или выкупа.

Ария проснулась от странного ощущения — лёгкого тепла, что разлилось по телу, и тихого шепота, будто ветер напевал колыбельную. Её изумрудные глаза, ещё сонные, уловили тень, скользнувшую по полу, и слабый аромат трав, витающий в воздухе. Она попыталась схватить подсвечник, но пальцы её ослабели, а веки отяжелели под невидимым заклятием. Тот, у кого был знак на руке, склонился над ней, и дымок окутал её лицо, погружая в глубокий, беспробудный сон. Четверо других детей — её братья и сёстры, спавшие в соседних комнатах, — уже лежали неподвижно, усыпленные той же магией. Няньки, утомлённые дневными хлопотами, спали крепче обычного, не ведая, что их сны тоже были украдены чарами.

Незнакомцы, словно призраки, вынесли пятерых детей к повозке, что ждала за воротами. Та самая телега, что днём скрипела с мешками муки, теперь стояла зловеще тихо, а фигура в знакомом потёртом плаще возницы мелькнула в тени, подавая знак чужакам. Дымок рассеялся в ночном воздухе, оставив лишь слабый след на камнях. Филия, разбуженная скрипом половиц, выбежала в коридор с гребнем в руках — единственным, что попалось под руку. Она влетела в комнату Арии, гребень выпал из её дрожащих рук.

— «Ария? Ария, где ты? — Голос её сорвался, эхо заметалось по каменным стенам.»

Она подбежала к пустой кровати, простыни были смяты. Филия стиснула кулаки, бросилась к окну и увидела удаляющуюся повозку.

— «Нет… нет, только не она! — прошептала она, сжимая гребень, как оружие. — Я найду тебя, клянусь…»

Ветер, гулявший по бастилии, унёс её отчаянный вскрик, и старая крепость вновь погрузилась в холодную, равнодушную тишину, храня свои тайны и проблемы за каменными стенами.