Раздался гулкий и протяжный свист, тут же десятки моих соратников, перебравшись через стену окопа, ринулись мясной волной вперед.

Прозвучал до дрожи пугающий скрежет – противник зафиксировал "катушку".

Лишь стоило моим товарищам добраться до середины поля, послышался звук раскрутки энергоблока, который в нашем корпусе называли последним, однако это полный бред. Последним, что ты услышишь, будет звук плавления твоего собственного обмундирования, а затем сознание покинет тебя.

Долго гибельный дождь ждать не пришлось. Совсем скоро после раскрутки в сторону наших окопов полетели десятки лазерных лучей, в тот же миг я набрался смелости поднять голову и взглянуть на бегущих вперед, как один из снарядов врезался в землю рядом со мной, обуглив ее и оставив небольшие раскаленные кусочки. Я сразу растерял всякую храбрость, пригнувшись еще ниже, чем раньше.

Однако я не смог скрыться надолго, ведь моё недостойное поведение заметил один из офицеров.

一 Гвардеец! 一  окликнул он меня и, не испугавшись шального выстрела, направился ко мне почти в полный рост. Лишь только я услышал его окрик, как меня за шкирку словно котёнка подняли на ноги.

一 Как ты смеешь позорить форму имперской гвардии!

Я тут же выпрямился, словно находясь в строю, забыв про всякий страх получить шальным лазером.

"Боги всех миров, прошу лишь бы он..."

一 Страх перед врагом империи, перед врагом императора, это тяжкий грех, гвардеец, и ты это прекрасно знаешь,一  продолжал офицер.

На моей форме, рядом с сердцем, зажегся красный огонек. Голова вдруг сама собой закружилась, однако я и не думал шататься, это лишь ухудшило бы положение.

一 Потому, 一 офицер привычным движением запустил руку под плащ, из-под которого показался небольшой свисток. Свободной рукой он нажал на висок, и тут же нижняя часть шлема сдвинулась, открывая щетинистый подбородок.

一 В следующей волне будешь и ты. В моих глазах под защитной маской темнело, но даже так, заученным движением, я топнул ногой об землю, прижал винтовку ближе и прокричал.

一 Слава Империи! Слава Императору!

На лице офицера появилась улыбка - гордая с четким намеком на похвалу.

Медленно, будто наслаждаясь, он прижал свисток к губам. Секунды предательски тянулись, пока в одно мгновение не случилось то, чего я так боялся. Раздался остервенелый свист, в моем шлеме послышалось пиканье – знак того, что мне не избежать дальнейшей судьбы. Отстраненно взглянув на улыбающегося офицера, я обернулся и в пару движений перебрался через окоп.

Я вместе с остальными рванул вперед, хлюпая отравленной грязью, неосознанно, вслух считая шаги.

一 Пять, шесть, семь…

Послышался скрежет. Я сжал зубы покрепче.

一 Пятьдесят семь, пятьдесят восемь, пятьдесят девять… 一  я неожиданно, даже для самого себя, осознал, 一 половина.

Раздался пугающий звук раскрутки орудия.

"Последние три секунды".

一 Один, два, 一 я не сумев сдержаться, сглотнул, 一 черт.

Первый снаряд вылетел из орудия, однако я не услышал этого, ведь в тот же миг где-то за спиной послышался громогласный взрыв.

Красный огонек на моей груди перестал светиться, сенсоры в шлеме отключились вместе с пиканьем. В изумлении, я пробежал еще один десяток шагов, лишь затем мое лицо посетила широкая улыбка.

"Они отрубили все!"

Я взглянул на винтовку, что сжимал в руках - допотопное, стреляющее пулями без разгона или разрывных снарядов с примкнутым штыком.

Сейчас она для меня была именно тем, что нужно было, никаких технологий, лишь проверенная механика.

"Как я не догадался!"

Присмотревшись во вражеский окоп, я увидел, как солдаты побросали оружие и достали орудия ближнего боя - небольшие молоты, ножи, у офицеров сабли и короткие мечи.

И тут в мою голову пришла лишь одна мысль.

"Нужно просто их убить".

Остановившись вблизи окопа, я наставил ствол на первого попавшегося.

Послышался выстрел, и тело моего противника рухнуло, пробитое пулей допотопного образца.

"Да, нигде на обычных солдат не тратятся", - я тут же передернул затвор и выстрелил второй раз в лезущего из окопа врага.

Однако скорости стрельбы не хватало, но это с лихвой заменили численностью. Ведь лишь стойло прогреметь взрыву, как позади послышался оглушающий свист. Каждый из офицеров с удовольствием приложился к свистку. И теперь та улыбка командующего уже не казалась мне улыбкой фанатика.

"Он мне что помог?", - я хмыкнул в очередной раз передергивая затвор.

Однако выстрела не последовало. Я обернулся и взглянул на стреляющего позади сослуживца.

一 Перезарядка, 一  услышав меня, тот лишь кивнул, продолжая стрелять, но куда избирательней, прикрывая меня и давая возможность спокойно перезарядиться. Однако к моменту того, как я вставил новый магазин, вся вражеская линия заполонила окоп своими трупами.

К сожалению это был совсем не конец. В отсутствии связи офицеры по старинке во всю глотку орали.

一 Вперед! На вторую линию, ублюдки! Выкосить каждого Кондарийца!, 一 ор сопровождался свистом, и никто не думал останавливаться. Шагая по вражеским трупам, перебравшись сквозь окоп, мы приблизились ко второй линии. Однако судя по количеству людей, чьи головы виднелись из-за окопных стен, там была уже явно не одна окопная линия.

Это заметил не я один, но и офицеры всем видом показывали недовольство, раскричавшись друг с другом придумали, что делать дальше. А именно, не изменяя своим традициям, они решили отправить мясную волну.

一 Те, чей порядковый номер нечетный, вперед!, 一 прокричал один из офицеров, попутно дунув в свисток. Однако теперь он не оставался сзади, а вместе со всеми ринулся на вражеский окоп, в числе нападающих был и я.

Лишь стойло нам приблизиться достаточно близко, чтобы начать попадать по прятавшимся в окопах, как они единой волной выбегали из укрытия.

Выстрел! Я тут же передергиваю затвор и стреляю еще. Один из солдат прорывается ко мне и тут же падает от пули в колено. Оставшиеся позади ведут огонь. Нет, не все, лишь те, у кого присутствует оптика.

Стойло бегущему на меня рухнуть, я тут же, не мешкая, втыкаю в его тело штык. Тот в агонии хватается за ствол винтовки, но я просто вновь выдергиваю штык и втыкаю снова. Только хочу вырвать оружие из бездыханного тела, как слышу хлюпанье впереди. Свист офицерской сабли буквально в паре сантиметров от меня. Мне не остаётся ничего другого, кроме как отпустить винтовку, откинуться назад и упасть на отравленную землю.

Мгновенно вытаскиваю нагрудный нож, и тут на меня сверху вниз летит длинное лезвие. Я только успеваю сбить его в сторону, выигрывая себе пару мгновений, что становятся для меня спасительными. Сбоку к вражескому офицеру подлетает один из солдат моей дивизии. Штых врезается офицеру в бок. Тот сквозь боль пытается ударить моего товарища, но тут раздается хлопок. Пуля пробивает бок офицера, и он в окончательном бессилии падает на землю.

一 Подъем, 一 проговорил сослуживец, протягивая мне руку.

Я без вопросов хватаюсь за нее и встаю на ноги, подхватывая лежащую неподалеку винтовку.

***

Черная кожаная перчатка скрипит, сжимая оружие. Холодный ветер не проходит сквозь снаряжение. Я оглядываюсь на окружающих меня людей. Мы уже преодолели третью линию, как и ожидалось, на ней почти не осталось солдат, да и их дух оставлял желать лучшего. Они просто сдавались, однако я уверен, это лишь отсрочит их гибель.

Почти каждый из пленников был коренным жителем этой планеты. Их легко можно было отличить по странному строению лица и пустому взгляду. К тому же их окутывала мрачная аура, аура проигравшего, аура того, кто вскоре будет рабом. Даже после сдачи на их телах появлялись новые синяки, ссадины, порезы и самые различные раны. Мы, имперские гвардейцы, не забываем о убитых товарищах.

На третьей линии наш марш не закончился. Мы продолжали идти вперед под строгим надзором командующих офицеров. Наш путь лежал к обители греха, к покоям еретиков, восставших против воли империи. Предводителями еретической свиты была группа из трех человек - высшая аристократия этой планеты, которая уже сотни лет держала власть в своем узком кругу. Но их надменному покою пришел конец, как только на их землю ступили посланники империи. Местные правители имели глупость пленить, а затем казнить послов, что милостиво даровали этой планете пойти под власть императора.

"Ну как милостиво".

На деле все было иначе. На Кондарию приземлился корабль с вооруженной группой, в которой были и послы. Добившись аудиенции, послы, как обычно, поставили условие - сдача или война. Плохо ли это? Для империи уж точно нет. Все таки она на войне и держится, вечные завоевания, религия, что завязана на служение и войне, либо на создании технологий для войны и тому подобное.

Из потока мыслей меня вырвал командный свист офицера, как раз того, что отправлял меня вперед мясной волной. Свист командовал остановиться, что и было сделано.

Взору нашей военной силы предстала самая настоящая крепость, башни с автономными орудиями, которые, к несчастью обороны, не работали и по всей видимости в ближайшее время не собирались.

"Красиво".

Я не мог не признать красоту этого места. Нет, не земли, она давно отравлена. Меня привлекла архитектура. Мать рассказывала мне, что в древнейшие времена человечества такие замки были почти везде. Может быть, она и выдумывала, но я буду надеяться, что нет.

Я поднял голову вверх.

"Звезд не видно, планетные формирования поистине ужасают, так безжалостно губить природу."

Вновь послышалась команда - подготовка к штурму. Тут же сотни носильщиков, что на своем горбу таскали амуницию, различные приблуды и оружие, скинули с плеч тяжелую ношу и принялись доставать из крупных рюкзаков различные трубки, заполненные неизвестным содержимым, скорее всего взрывчаткой. Вскоре трубы лежали у главных ворот. Офицеры сомкнули губы на свистках. Я ожидал какого-то пафосного вступления, однако уже через пару мгновений послышалась команда.

一 Штурм!