Действительно, жизнь непредсказуема.

Шада подумала, что это прекрасно описывает ее нынешнее положение. Непредсказуемость. Неожиданность. Нервотрепка.

Ее руки и ноги тревожно дрожали, когда она стояла в новой униформе горничной.

Тяжелая тишина давила ей на плечи.

Мужчина скрестил длинные ноги и смотрел на встревоженную служанку прямо перед собой.

Его дорогие брюки, которые могли позволить себе только аристократы, были хорошо сшиты и прочерчивали тонкую линию, ведущую к гладким кожаным туфлям.

Он заговорил с ней, скрестив перед собой пальцы. Это был голос воина с приятным, но монотонным акцентом.

- Имя?

Маленькие плечики подскочили. Шада вежливо склонила голову, стараясь по возможности скрыть стук своего бьющегося сердца и дрожь в пальцах.

- Меня зовут Шада.

- Шада, - граф Киршнер словно распробовал ее имя своим изящным языком.

Хотя он был знаменитым рыцарем, на первый взгляд он выглядел как человек, не имеющий ничего общего с кровавыми или жестокими битвами.

Шада видела только свои возможные профессиональные опасности в холодных, жестких глазах графа и незнакомое выражение лица. Интуиция била тревогу, чувствуя опасность в каждом углу.

Самое худшее для служанки - нечитаемый хозяин.

Он даже не надел свою обычную маску с томной улыбкой с тех пор, как привел Шаду в свой особняк.

Она вспомнила отвратительное зрелище, которое пугало ее в детстве: холодная змея медленно выворачивала челюсть, чтобы проглотить скулящую мышь.

- Ты знаешь, зачем я тебя привел?

- Нет.

Был ли какой-нибудь способ узнать?

Несмотря на это, она была им спасена, благодаря чему и стояла здесь, но Шада не имела представления о текущей ситуации. Она попыталась не обращать внимания на пот на носу и вспомнила ряд событий, которые произошли до того, как она вошла в особняк.

***

- О чем ты?..

Граф был спокоен перед своей невестой, лицо которой мгновенно окаменело, и ее маска дала трещину.

- В моем особняке с недавних пор не хватает горничных. И эта вполне мне подходит.

-...Хо-хо-хо. Если это так, то другая любая горничная, кроме этой неполноценной, будет лучше. Я тебя в этом уверяю.

- Нет, - Граф вяло оборвал ответ принцессы.

Но последовавший за этим голос был тверд:

- Я хочу ее.

Шада была ошеломлена даже сквозь туман в своей голове, когда заметила, что обычно холодное и утонченное лицо графа внезапно озарилось такой милой улыбкой, что это разгорячило сердце и растопило разум.

Принцесса Джулия, прямая мишень его соблазнительной улыбки, покраснела.

Едва сознавая это, она сердито закричала:

- Почему эта девка?

- Это дело принципа.

Граф усмехнулся.

- Я думаю, все будет в порядке, если она будет работать на меня.

Его замечание заставило толпу разинуть рты от удивления.

Тем временем Граф обнял Шаду, подхватил ее и поднял ее голову.

- Благодарю вас за вашу любезность. За этим я откланяюсь.

Он ушел, не оставив ни единого шанса остановить его.

Находясь в его объятиях, Шада глупо разинула рот, не в силах осознать свое положение.

«Я понятия не имею, что, черт возьми, происходит... но одно я знаю точно - я жива».

Она осторожно приподнялась над спиной графа и, встретившись взглядом с искаженным выражением лица принцессы и ее убийственным взглядом, испуганно склонила голову. Благодаря этому она оказалась в объятиях странного мужчины. Она была занята тем, чтобы успокоить свое трепещущее сердце, звенящее в ушах.

Если бы Шада была более сообразительной и понимала, что она делает, то девушка бы умерла уже сто раз.

Но у нее кружилась голова от невероятного эмоционального потрясения, случившегося в течение нескольких минут.

Всего лишь мгновение назад она пересекла яму смерти, впервые в жизни взбунтовавшись, но сейчас ее спасает жених принцессы, что вселяет только страх. Да он еще и взял горничную лично в свои объятия!

Что происходит?!

- Мисс горничная.

- Ч-Что?! - спросила Шада в ответ, вздрогнув от его низкого голоса.

- Как насчет того, чтобы перестать дрожать? Я не думаю, что это вам пойдет на пользу.

- Извините! - слишком громко ответила Шада.

Граф Киршнер посмотрел на ее застывшее тело, едва осмелившееся дышать, и скривил губы.

- Нет, я не возражаю против этого, - «но это не принесет тебе никакой пользы», - заключала остальная мысль.

Шада не могла понять, что означают его тревожные слова.

Усадив ее в карету, Граф безэмоцианально наблюдал за Шадой.

Он вдруг рассмеялся.

С его восхитительной улыбкой, снова появившейся на его лице, Шада без стеснения пристально рассматривала его.

- Я рад, что у нас будет много времени.

Дверь закрылась окончательно.

Шада понятия не имела, что означают его загадочные слова.