Завеса ночи ещё не полностью спала, когда к «Ноеву Ковчегу» начали стягиваться люди.

Тени нескольких десятков человек замерли на пирсе. Большинство из них являлись лондонскими богачами и могли позволить себе такую роскошь, как дорогостоящий билет.

Охваченные страхом перед болезнью, с ненасытностью зверя проглатывающей и богатых, и бедных, они хватались за призрачный шанс на спасение.

«Ноев Ковчег» казался им волшебной обителью, отгороженной от враждебного мира.

Они проходили через двустворчатые двери. После чего пассажиров проводили на нижнюю палубу с широкими коридорами.

Окна были заколочены, так что, если бы свет погас, палуба погрузилась бы в полную темноту.

Запертые внутри люди не смогли бы понять, день или ночь снаружи. Даже дышать в зале было непросто, но дело спасала хорошо продуманная вентиляция.

Вибрации, обычно появляющиеся из-за парового двигателя, не ощущались. Эдгар обнаружил, что «Ноев Ковчег» был переделанным парусником. Здесь не использовалась энергия пара. Возможно, вентиляторы под потолком приводились в движение человеческими руками; в любом случае, хитроумных приспособлений найдено не было.

Казалось, что от корабля осталась всего лишь пустая оболочка, не предназначенная для плаваний.

На полу в зале лежал ковёр, однако привыкшим к роскошным убранствам собственных особняков он виделся слишком простым.

«Ценность корабля не в убранстве. Он оборудован по последнему слову науки и техники», – так объяснял цену билета руководитель.

Его речь продолжалась. Якобы из-за новейшей системы вентиляции воздух очищался от болезнетворных организмов. Если оставаться внутри корабля хотя бы час, то можно было в течение суток спокойно выходить на улицу без риска заразиться.

Эдгар, как бы окинув толпу блуждающим взглядом, убедился, что члены «Алой Луны» успешно затесались среди пассажиров.

– Лорд Эдгар, пожалуйста, не пейте здесь ничего.

Рэйвен сказал это, взяв в руки бокал с дорогим вином.

Эдгар кивнул: в напитки было что-то подсыпано.

– За комнатой наблюдают?

– Думаю.

Эдгар огляделся, запоминая, где расположены выходы из комнаты. Без внимания не осталось и расположение люстр.

– Прошу, не стесняйтесь. После недолгого ожидания Моисей Алба встретится с каждым из вас.

После этих слов руководитель вышел из комнаты. Тогда граф шёпотом обратился к своему камердинеру:

– Отправляйся к выходу. Избавься от них.

Рэйвен тут же незаметно приблизился к двери, на которую смотрел его господин.

Перед массивными дверьми стояли двое охранников. Однако Эдгар был уверен, что слуга без труда с ними справится.

Сам он подошёл к лампе. И притворился, будто случайно наткнулся на стоящую рядом вазу с водой.

Угол тут же заполнился темнотой. Граф почувствовал, как Рэйвен разобрался с охранниками.

Они не успели даже застонать.

Только по шороху одежды можно было сказать, что что-то случилось. Эдгар на ощупь прошёл вдоль стены к дверям.

Люди в основном толпились на противоположной стороне зала. Один за другим они исчезали в других дверях.

Тёмная лестница вела в трюмы, однако внизу не ощущалось присутствия людей.

– Все собравшиеся засыпают. Что эти люди пытаются сделать?

Эдгар с Рэйвеном за спиной спускался вниз.

– Будем надеяться, что члены «Алой Луны» ничего не пили.

– Да.

Они замолчали, останавливаясь.

Перед вторженцами была тускло освещённая комната, из которой доносились тихие голоса.

Граф и слуга осторожно приблизились. В комнате оказались знакомый Поля и сопровождавший Албу человек, которых они видели несколько дней назад в кафе.

Видимо, разговором они просто пытались убить время.

– С Албой всё хорошо? И как всё так обернулось…

– Ну, сопровождающий из отеля говорит, что иногда он выглядит как сущий мертвец. И как его угораздило?

– Он говорил на неправильном английском и заявлял, что он не Алба. И только что, когда раздавал нам приказы, вдруг начал плакать, прося о помощи.

– Думаю, он сумасшедший.

Эдгар нахмурился.

Видимо, несмотря на обучение Принца, душа этого человека, Албы, не была полностью уничтожена.

– И братишка у Албы странный. Вроде бы, он совсем не считается с Албой, а иногда из их комнаты доносятся крики. Жуть, да и только. Они и правда братья?

– Но если они не братья, зачем ему вкладывать такие деньги в «Ноев Ковчег»? И пассажиры… зачем они этому мальчишке?

«Это Улисс.

Он затевает что-то, и это связано с кораблем и пассажирами.

Я обязан выяснить, что именно».

Эдгар сделал слуге знак. Тот кивнул и тут же начал действовать.

– Эй, а почему наверху стало так тихо? Сходи посмотри.

– И правда. Может, ты пойдёшь?

И хотя парочка насторожилась, ни один не собирался куда-то идти. В это мгновение около них оказался Рэйвен.

Слуга ударил успевшего вскочить человека, и тот отлетел к стене вместе со стулом. Через секунду напавший уже держал за шиворот второго, повернув его лицом к господину.

– Вынуждаете людей покупать билеты и похищаете их… Интересно, что же происходит?

Эдгар подошёл к знакомому Поля; кажется, его звали Грег.

– Вы… вы чего?

– Что случилось с пассажирами?

– Очень скоро сюда придут.

– О, тогда нам стоит поторопиться.

Дуло пистолета упёрлось в лоб пленника.

– Если не заговоришь, умрёшь раньше, чем кто-либо покажется. Где Алба и его брат? И хотелось бы знать, что они затевают.

Холодный взгляд и лёгкая улыбка: Эдгар действительно выглядел так, будто был готов спустить курок.

Это не было пустой угрозой. И Грэг разумно рассудил, что лучше не врать.

Тут и речи не шло о милосердии. Замешкается с ответом – ему тут же крышка.

– Я… ничего не знаю. Я просто подрабатываю у Албы… И всё.

Грэг чувствовал, что он в большой опасности. Дрожа, он выдавил из себя несколько слов.

– И Албы здесь нет. Мы должны были только проводить пассажиров на корабль.

Парень врал, и Эдгар это чувствовал.

Судя по только что имевшему место разговору, эта парочка прекрасно знала, что случилось с пассажирами. Непонятно было, почему он колеблется.

Пистолет опустился на голову допрашиваемого.

Грэг лишился сознания и повалился в бок, но Рэйвен поймал его. Когда через некоторое время он пришёл в себя, граф продолжил дознание.

– Тогда позвольте мне задать ещё вопрос. Что вы сделали с Полем?

На лице пособника Албы отразилась паника.

– Недавно вы были в восточном районе и встретили своего старого знакомого, Поля Фермана.

– …Поля?..

Взгляд Грэга, избегая Эдгара, скользнул по стене за ним.

Граф понял, что в этом месте есть проход. Он тут же обследовал стену и, обнаружив зазор, не замедлил открыть потайную дверь.

– Рэйвен, веди его сюда.

За ней открылся тёмный проход.

– Постойте, туда не надо идти.

Рэйвен недоумённо посмотрел на господина.

– Там темно.

Грэг запаниковал ещё сильнее. Слуга, взяв свечу из комнаты, скрылся в обнаружившемся коридоре.

В этом подозрительном месте Эдгар заметил ещё одну дверь в конце прохода. Но она оказалась заперта.

Впрочем, надавить на дрожащего за свою жизнь прохвоста было совсем нетрудно. Палец на курке дрогнул.

– Нет! Вот ключ!

В этот момент у Эдгара появилось плохое предчувствие касательно того, что находилось в комнате. Рэйвен, взяв ключ, поставил канделябр на пол.

Дверь отворилась. В комнате было очень темно, но, кажется, что в углу что-то шевелилось.

– …Грэг? Сколько сейчас времени? Совсем не могу определить отсюда, – прозвучал голос Поля.

Рэйвен, помня, в каком положении они находятся, с осторожностью вошёл в комнату и посветил в угол.

Поль был привязан к столбу.

Когда свет попал на него, художник подслеповато прищурился и изумлённо разинул рот.

Он сильно похудел и побледнел, но не настолько, чтобы опасаться за его жизнь. Тревога несколько отпустила Эдгара и он огляделся: весь отсек заполняли большие деревянные ящики. Исходивший от них запах будоражил, наполнял воздух предчувствием беды.

В ящиках был порох.

Именно из-за него боялся Грэг. Граф подозревал, что здесь могут быть и нефть с углём, но основную массу всё равно составлял порох.

– Рэйвен, уходим.

– Лорд Эдгар… на корабле слишком опасно. Пожалуйста, быстрее покиньте его.

Поль, смекнув, что к чему, тоже заволновался.

– Ты идёшь с нами.

Эдгар быстро достал нож и перерезал верёвки.

– Но почему они так с тобой обращались?

– …Они собираются потопить корабль. Я случайно здесь оказался. Я подумал, что судно может иметь отношение к эпидемии в восточных кварталах, поэтому пошёл сюда. Но потом я наткнулся на порох, и меня засадили сюда.

Грэг, видимо, не хотел, чтобы начальство проведало о его промашке, поэтому запер Поля здесь. К счастью, Улисс не узнал о нём. Немало радовало и то, что Грэг, раньше знакомый с Полем, не стал над ним издеваться.

И хотя художник был истощен, он выглядел неожиданно сильным.

Но кое-что Эдгар всё ещё не мог понять.

– Разве нужно столько пороха, чтобы потопить один корабль?

Граф, помогая другу, не сводил глаз с Грэга.

Незаметное движение глаз – и Рэйвен выкрутил тому руку. Заложник зашёлся в крике и тут же принялся выкладывать, что знал.

– …Мост, они хотят уничтожить мост! Корабль должен врезаться в мост и подорвать его. А все пассажиры станут жертвами.

«Лондонский мост?..»

За Лондонским мостом располагались западные районы Лондона, так называемый Старый город. В основном здесь жили представители высшего класса. Поэтому Лондонский мост одновременно был крепостью, защищавшей элиту страны.

Эдгар, наконец, понял.

Мост сдерживал не только людей, но и живущих по берегам реки злых фейри, которые сейчас бушевали на востоке. Столпом магической защиты Лондона, о которой говорила Лидия, был этот самый мост.

Теперь Эдгар прекрасно понимал, как Принц собрался обратить Лондон в руины, и не мог не содрогнуться.

Если мост падёт, Лондон захлестнёт болезнь.

– Когда они собираются это сделать?..

Грэг уже открыл рот, чтобы ответить, но его прервали громкие крики.

Но они доносились издалека. Кажется, члены экипажа преследовали кого-то.

Беспорядочный шум всё приближался. Несомненно, лунарии опять во что-то ввязались.

– Поль, идём.

В любом случае, он должен был вывести художника отсюда.

Рэйвен бросил уже ненужного пленника на пол, ударом лишив его сознания. Трое вышли из комнаты и быстро пошли по уже знакомому проходу.

Но Эдгару не давали покоя мысли. Если они просто сбегут отсюда, ни о какой победе и речи быть не может.

Принц собирается разрушить создаваемый мостом барьер, к каким бы методам не пришлось прибегнуть.

Он ни за что не откажется от своего намерения.

Тёмные фейри, которых сдерживал мост, уже забрали множество жизней в трущобах.

Их появление затрагивало не только на трущобы; в скором времени эпидемия могла перекинуться и на другие части города. Не говоря уже о том, что в порту Лондона стояли сотни кораблей со всего мира. Если это случится, город окажется полностью парализован, в скором времени начнётся нехватка продуктов.

Просто остановив «Ковчег», они не смогут победить.

До тех пор, пока Принц жив, им не выбраться из его тисков.

Над этим размышлял Эдгар, следуя по коридорам корабля, как вдруг он резко остановился, услышав приближающиеся шаги. Рэйвен тут же насторожился.

– Граф, с вами всё в порядке? – послышались голоса братьев из «Алой Луны», Джека и Льюиса, бегом направляющихся к ним.

Когда они заприметили Поля, Эдгар сейчас же передал его им.

– Там лодка к кораблю двигает. Должно быть, подкрепление. Надо уходить.

– Верно, так что уводите Поля.

– Но, лорд Эдгар, вы…

Художнику явно не понравилась эта затея.

– Быстро уходи. Я отвлеку внимание. Лодка противника приближается со стороны порта, так что идите к правой стороне.

Проговорив эти слова, Эдгар развернулся.

– Лорд Эдгар!

– О том, что происходит на корабле, вам расскажет Поль. У меня для вас поручение: соберите всех вместе. Будет бой.

Растерянные близнецы остались на месте, в то время как Рэйвен отправился за своим господином.

Куда бы Эдгар ни пошёл, хоть в саму Преисподнюю, он будет следовать за ним. Однако таково было не приказание графа, это было желание самого Рэйвена.

– Рэйвен, насколько бы ни была опасна и сложна задача, ты выполнишь её?

– Да, лорд Эдгар.

– Я должен увидеть Принца. Если Улисс схватит меня, я смогу это сделать. До нашей встречи, что бы со мной не происходило, не появляйся. Я сам позову тебя. Следуй за мной, но скрытно.

Приказ и вправду был чрезвычайно странным. Рэйвену придётся в одиночку идти в логово Принца. Если его поймают, то убьют на месте в назидание Эдгару.

– Понял.

Но слуга всё равно не колебался.

Эдгар повернулся, посмотрел ему в глаза и кивнул. После чего отдал ему свой пистолет.

– Обнаружив убежище Принца, оповести членов «Алой Луны».

Затем граф открыл дверь, которая вела на палубу, а Рэйвен тихо растворился в тенях.

Эдгар вышел из чрева корабля и облокотился на перила.

Над волнами реки расстилался утренний туман. Он слышал, как с плеском опускались в воду и выныривали из неё весла вражеской лодки.

Граф специально встал рядом с фонарём. Свет его сиял на золотистых волосах, похожих на кудри Феба[1]. Люди в лодке должны были прекрасно видеть его.

Он устремил взгляд туда, где предположительно находилась шлюпка, туда, откуда – он чувствовал – со злобой смотрели на него.

Улисс».

Словно бы говоря: «Я не уступлю никому, даже Принцу», – Эдгар презрительно посмотрел ему в глаза.

​

Волшебное царство и мир людей были отделены друг от друга тонкой завесой и в то же время тесно связаны между собой.

Человеческий глаз неспособен был проникнуть сквозь эту завесу, однако фейри, подобно воде и воздуху, просачивающимся через ткань, могли легко путешествовать из одного мира в другой. Но всё же люди тоже могли случайно оказаться в царстве фейри, переступив тонкую грань.

Но если вместо воды пролить на ткань чай, останется тёмное пятно. Похожее случалось, когда фейри ступали на человеческие земли. А происходящее в мире людей так или иначе влияло на обитель фейри.

Лидия, несомая силой серебряного фейри, наконец, почувствовала, что они начали снижаться. Внизу сизой змейкой притаилась река.

Это была Темза.

Разномастная зелень не пестрила гигантскую ленту узорами, лишь непроглядная темень окружала её, съедая края. Девушка знала, что эта тьма – скопление зданий.

Её не разгоняли светлячки фонарей. Обычно в это время главные улицы сияли огнями, но сегодня город был полностью погружён во тьму. Это делало его похожим на чёрные развалины.

Таким представал Лондон, когда фейри-доктор смотрела на него из-за грани.

По улицам, залитым лунным светом, не сновали люди, даже извечные пьяницы не сновали в подворотнях. Только тени зданий стали жителями опустевшего города. Но и они словно бы уменьшились и сжались: в волшебных землях человеческие дома не существовали в полной мере.

Серебряный фейри направился к одной из улиц.

В этот момент Лидия поняла, что они приближаются к низовьям Темзы, где тьма копошилась тысячей червей. Густыми чернилами были залиты многочисленные улочки и здания. Мгновениями казалось, что дома окутал рой чёрных мух.

Такое ощущение появлялось из-за магии тёмных фейри, которые заполонили всё вплоть до Лондонского моста. «Поразительно», – пронеслось в голове фейри-доктора.

Окружённые серебряным светом, путники неслись по улицам вдоль реки и остановились только у моста.

Здесь было светлее. Лидия сразу поняла, что причиной тому магическая сила Лондонского моста.

Ведь он стоял на страже мира и спокойствия в городе.

Однако магическое сияние подавлялось злой сущностью. Девушка видела массивное нечто, лениво лежащее на мосту.

Бесформенное тело не давало ни одной подсказки, кем бы он мог быть, но Лидия ещё ни разу не видела такого огромного демона.

– Кажется, кошмар не заметил нашего появления. Мы приземлимся на южной стороне моста. Будьте добры, ни звука.

Путница не могла представить подобного. Её знаний не хватало даже на то, чтобы понять, кто он, этот кошмар. От этого всё тело покрывалось мурашками.

Серебряноволосый фейри осторожно пролетел над Найтмером и тихо опустился на землю.

На этом плане мост был всего лишь иллюзией, но, оглядевшись, Лидия не увидела никаких отличий от того, что стоял в человеческом мире.

Фейри ступил на лестницу, ведущую к подножию моста, фейри-доктор с Нико последовали за ним.

Они остановились у опор моста. Их проводник небрежно коснулся ближайшей.

В каменной глади разверзлась тёмная дыра. Открывшийся проход, казалось, не имел конца.

– Отсюда вы сможете попасть в Святые владения. Прошу, – прошептал так и оставшийся неизвестным фейри.

– О, он в таком месте?

Лидию охватили лёгкие сомнения.

Когда девушка глянула на своего компаньона, тот, вздыбив шерсть, отчаянно затряс головой.

– Неа, ты первая.

– Как только я войду, проход может закрыться.

– Это невозможно, – вставил пару слов фейри.

– Лидия, да стой ты! Ты же даже не знаешь, что он за фейри, как ты можешь спокойно отправляться к чёрту на куличики?

– Когда вы прибудете на место, вы всё поймёте, – с непоколебимым спокойствием прибавил серебряноволосый.

– Эй, если она вдруг окажется неподходящей и нас решат прибить, ты нам на выручку не кинешься! Так и будешь стоять с постной мордой…

И вдруг всё вокруг потемнело. Что-то закрыло луну. Подняв головы, троица увидела гигантскую тень, свесившуюся с моста. Среди безграничной тьмы ярко полыхали красные глаза, неотрывно наблюдавшие за Лидией.

Найтмер обнаружил их.

– Скорее! Идите! – крикнул фейри, но острые когти Найтмера уже неслись к ним.

От страха Лидия застыла на месте.

Фейри бросился перед ней, защищая, и в то же время толкнул девушку в дыру, крикнув напоследок:

– Пожалуйста, найдите стрелу жертвенной девы…

«Что это значит?»

Лидия падала.

Она видела только спину серебряного фейри и когти кошмара. Но и они вскоре исчезли.

Невеста графа оказалась в полной темноте.

Когда под ногами появилась земля, Лидия обнаружила себя в тёмной пещере. Света вокруг не было, но каким-то образом дорогу перед собой можно было разглядеть. Вероятнее всего, она оказалась на пути фейри.

– Нико? Ты где?

Фейри-доктор испуганно огляделась.

– А… ой! – послышалось сбоку.

Маленький серый комок летел прямо в неё, и Лидия неосознанно отступила.

Нико покатился по земле, пару раз кувыркнулся и только потом оказался на четырёх лапах.

Фейри-кот тяжело дышал… но всё равно поднялся на две ноги и принялся поправлять галстук, усы и мех. После чего сложил руки за спиной и выразительно повернулся к хозяйке.

– Ох уж этот фейри. Я ему не кот!

«Он не виноват, по виду ты – просто вылитый кот».

– Ну, уже повезло, что ты не повредил лицо.

– Слушай, Лидия, тот парень закрыл проход. Он зашвырнул нас сюда со всей силы.

– Мы в ловушке? Отсюда не выбраться?

– Только пещера и путь к месту назначения.

– То есть Найтмер не сможет сюда попасть?

– Но того Найтмер точно схватил. Может, его уже съели. Вопрос, что нам теперь делать?

– Фейри хотел отвести меня сюда. В любом случае, нам остаётся только сделать, как он сказал. Видимо, его хозяин где-то рядом.

Никто не знает, как сильно серебряноволосый пострадал от когтей Найтмера, но он защищал её.

Он ничего не рассказал, не дал ей никаких подсказок, но всё же спас Лидию. И сейчас она ни в чём не была уверена, кроме одного: этот фейри не был плохим.

– Он сказал, что мы окажемся в Святых владениях. Так что это Святая земля, – сказала фейри-доктор, направившись по проходу.

– Ох, каменная стена принадлежит мосту из мира людей. Вероятно, кто-то создал разрыв в пространстве и соединил миры.

Узкая пещера была похожа на лабиринт. Очень сложно было понять, куда нужно идти.

И так как свои ходы люди строили по-своему, даже Нико не мог сориентироваться.

Фейри-доктор и её компаньон продолжали двигаться вдоль стены. И по-прежнему ничто не говорило Лидии, что она должна сделать.

Хозяин того фейри действительно где-то здесь?

Но сейчас важнее было найти ту «стрелу жертвенной девы», о которой говорил фейри.

Если она найдёт её, то докажет свою «пригодность». А когда они встретятся, хозяин фейри сам разберётся, что делать со стрелой.

– Стрела – ключ… стрела жертвенной девы… Что бы это значило?..

– Жертвенной… девы?..

– Фейри хотел, чтобы я нашла такую.

Нико встал и недоумённо потёр подбородок.

– Ладно, Лидия. А что, если этот фейри хотел не одолжить твою силу, а сделать тебя жертвой?

– Меня? Жертвой?

– Он с жаром говорил о своём желании остановить кошмар на Лондонском мосту. И, скорее всего, не в его силах остановить наводнение, которое должно его смыть. Так может он хочет обменять на его сохранность жертву?

Лидии были знакомы подобные истории. Она знала, что, принеся жертву, фейри могут воспользоваться чрезвычайно сильной магией.

– К тому же, ну найдёшь ты стрелу, и что дальше? Из чего стрелять будешь? Он точно собрался тебя убить!

Нико с ужасом посмотрел вокруг.

– Тем более, как можно пустить стрелу в этом извилистом проходе?

Возможно, Нико был прав, и принесённая жертва действительно могла спасти Лондонский мост.

Мост создавал мощный барьер, который защищал город от нашествия злых фейри. Чтобы поддержать его силу, требовалось очень сильное заклятие.

Лидия слышала, что людские души – самый лучший товар при обмене.

Сама по себе девушка никак не могла защитить Лондонский мост. Но как жертва она прекрасно бы подошла на роль разменной монеты.

Она стала бы одной из опор Лондона.

Возможно, магию моста всегда поддерживали бесчисленные жертвы.

Это наводило ужас. Но фейри-доктор старалась думать спокойно.

– Нико, если фейри собирается принести жертву, чтобы защитить мост, значит, он против пытающегося разрушить его Принца. Кто, кроме Эдгара, враждует с Принцем?

Глаза Нико вдруг широко распахнулись.

– Значит, его хозяин – граф Блу Найт?

– Род графов Блу Найт прервался, и сейчас графом является Эдгар, никак не связанный с ними, так?

– Наверное, но век назад была одна графиня, последняя наследница графского рода. Её звали леди Глэдис Эшенберт. Я слышал, это она прогнала из Англии Принца, рождённого силами тёмных фейри.

Лидия чувствовала, что должна это знать. Но не могла вспомнить.

– Что случилось с леди Глэдис Эшенберт?

– Вроде, она исчерпала свои силы и умерла, изгоняя Принца. Вроде наследников не оставила.

«Ясно».

– Погоди… Нико, она умерла на Лондонском мосту. Чтобы Принц никогда не вернулся в Англию, она принесла себя в жертву…

Леди Глэдис пыталась сделать так, чтобы её враг не смог захватить Лондон через злых фейри.

И, выдворяя его из страны, в итоге пожертвовала собой?

– Барьер моста не пускает в Лондон злых фейри, но не оказывает влияние на людей.

– Принц, должно быть, уже вернулся. Я не заметил, чтобы люди из организации обладали особой силой, кроме магии фейри.

Фактически Принц никогда не имел право наследования престола. Он был обычным человеком. И из-за этого бессилия ему понадобилась магия Неблагого Двора.

Чтобы воплотить в жизнь планы по вторжению в Лондон.

В прошлый раз графиня защитила Лондонский мост, но кто должен сделать это сейчас?

– Получается, серебряного фейри отправила леди Глэдис? Если так, то он должен был обратиться за помощью к нынешнему графу.

– Он пришёл ко мне, потому что я фейри-доктор графской семьи?

– Не глупи, Лидия. Только кто-то из графской семьи обладает достаточной силой, чтобы сделать это. Поэтому, несмотря на пол, граф или графиня – единственные люди, которые могут стать жертвой.

– Тогда, Нико… Могли меня выбрать на эту роль, потому что я его невеста?

Теоретически, обручившись с графом, она вошла в дом Блу Найт.

Лидия опустила глаза на лунное кольцо на пальце. Они ещё не поженились, но для фейри, кажется, носительница кольца сразу становилась женой графа Блу Найт.

И потому обязанностью Лидии было защитить Лондон, как когда-то сделала леди Глэдис?

– Нужно бежать, Лидия. Ты никому ничего не должна. Разве успела ты стать графу женой? Вы ещё даже официальную помолвку не заключили. Ты никак с ним не связана.

– Да, но…

– Ты ничего не помнишь, так ведь? А граф может умереть ещё до того, как ты скажешь: «Да».

В словах Нико был смысл. По правде говоря, Лидии и самой совсем не хотелось умирать.

Но больше всего на свете она желала помочь Эдгару.

– Слушай, Нико, сначала ты должен успокоиться. Мы ещё не знаем, действительно ли фейри искал жертву. Кроме того, мы так и не разобрались со «стрелой». Что же это такое? Фейри сказал, что мне нужно её найти. К тому же, он обещал, что будет защищать меня, если помогу ему.

Фейри-кот громко вздохнул.

– Его уже схватил Найтмер. И сейчас он, скорее всего, мёртв.

И тут он вдруг упёрся лапами в стену и, словно бы нашёл что-то неожиданное, изумлённо вскрикнул.

– Лидия, здесь можно выйти наружу!

Каменную стену прорезала трещина, и, видимо, это создало разрыв в окружавшем их магическом поле. Из трещины тянуло свежим воздухом.

Можно было даже разглядеть Темзу и корабли на ней. А ещё – фигуры маленьких лодчонок.

– Это Лондон.

– А если начнётся прилив, это место не затопит?

– …А-а!..

Фейри-кот, как ошпаренный, отлетел от стены и спрятался в самом безопасном месте – под юбкой.

– Мы должны срочно подниматься наверх!

– Эм… а куда и как?

– В трещину. Надо выбираться отсюда!

Нико был так напуган, что Лидия и сама испугалась и побежала. В груди так и клубился ужас.

Если она утонет во время прилива, то на самом деле станет жертвой.

К тому же, её действительно привели сюда по воле умершей леди Глэдис?

Если её принесут в жертву ради Лондонского моста, цель графа Блу Найт будет достигнута. Но разве защита барьера не долг нынешнего графа Блу Найт, Эдгара?

Он знал, что мост имеет большое значение в защите Лондона. Так что он планировал сделать с Лидией? Помолвка – просто способ ввести её в семью Блу Найт, чтобы потом принести в жертву?

Для Эдгара ничего не стоило воспользоваться её добротой. Но фейри-доктор всё равно не могла заставить себя возненавидеть его, и желание помочь новому графу никуда не исчезало.

Точно так же было во время поисков драгоценного меча.

Тогда Эдгар тоже хотел сделать её жертвой, чтобы получить силу, с которой он смог бы противостоять Принцу.

И если теперь ситуация повторится, это будет ужасно. Липкие руки страха уже хватали её за сердце. Девушка очень хотела отмахнуться от этих мыслей, но…

В прошлую встречу Эдгар пообещал, что они снова увидятся. Но, выходит, он сказал это лишь для того, чтобы Лидия, бросив всё, помчалась в Лондон?

«Неужели всё было ложью?»

В этот момент она вспомнила влюблённые глаза и страстные поцелуи…

И обращённые к ней слова: «Если мы сможем встретиться снова, магия келпи развеется». Они тоже въелись в её память.

Он сказал это, потому что и не надеялся встретить её снова?

«Он обманул меня…»

Экипаж, в который посадили Эдгара, прибыл в старинный особняк в двух часах езды от Лондона.

К сожалению, в карете с закрытыми окнами граф не мог определить, по какой дороге они ехали. Однако он знал, что особняк располагался далеко от города. Вокруг главного здания были выстроены стены с большими воротами, что делало его похожим на замок.

Когда Эдгар спросил, где прячется Принц, Улисс ничего не ответил, только презрительно хмыкнул. Неужели Принц запретил ему разбрасываться ядовитыми словами, которые обычно так больно задевали преемника?

Должно быть, тёмному фейри-доктору было очень скучно.

Как бы то ни было, он спокойно сопроводил его к особняку.

Графа повели по коридорам. Улисс выглядел сущим мальчишкой, но на самом деле был близок к Принцу и работал на организацию уже несколько десятилетий. И, конечно, стоило ему открыть рот, как из него посыпались всякие мерзости.

– Твой слуга скоро обнаружит это место, лорд, и окажется погребённым заживо вместе со своим хозяином… Больше мальчишку ты не увидишь.

– Убить Рэйвена тебе не удастся.

– А если умрёшь ты? Скажу сейчас, лорд: Его Высочество не одобряет ни твоё предательство, ни отвратительное поведение. Он хочет прикончить тебя лично и только поэтому приказал не вредить тебе. Естественно, я не стану лишать Его Высочество такого удовольствия.

– Прости, но я и сам намерен разобраться с Принцем.

Улисс, скрывая смех, скривил губы.

– У тебя нет оружия, не говоря уже о магии, не так ли?

«Так и есть…»

И всё же пленник беспечно улыбнулся. И это разозлило Улисса ещё сильнее, заставив его нахмуриться.

– Сюда, лорд. Приятного ожидания смерти.

– О, мне оно уже знакомо.

Улисс изо всех сил сопротивлялся смеху, стараясь даже не улыбнуться. Но губы предательски дрожали.

Эдгар переступил порог. Окна до половины были закрыты деревянными щитами, из-за чего в комнате было темновато, несмотря на белый день.

– Не хватило средств на лампу?

– В прошлый раз, чтобы сбежать, ты поджог собственную комнату и создал неразбериху. Чтобы подобное не повторилось, мы убрали отсюда всё: свечи, лампы, грелки... Так что уж потерпите, лорд, – издевательски проговорил Улисс, закрывая дверь.

Раз Принц не собирается оставлять Эдгара в живых, значит, он решил воспользоваться телом Албы?

Он намерен использовать «фрею», чтобы вселиться в него?

Если это так, то, чтобы избавиться от Принца раз и навсегда, он должен уничтожить не только тело Албы, но и магию, поддерживающую существование Принца.

– Алба здесь?

Эдгар задал вопрос, однако в комнате не было никого, кто мог бы на него ответить. Тем не менее, граф был убеждён, что Рэйвен неподалёку, и потому продолжил говорить.

– Найди его и скажи, что он не единственный, кто способен стать наследником Принца. Возможно, это его обеспокоит.

В гавани, когда Эдгара сажали в карету, он заметил, как Рэйвен спрыгнул с кучи ящиков на крышу одного из экипажей. Тогда он сразу же отвёл взгляд.

Что случилось после, он не знал. Однако Рэйвен не мог ослушаться приказа, это было невозможно.

Английская база была маловата по сравнению со штабом организации в Америке. Видимо, у Принца было недостаточно ресурсов и времени, чтобы построить настоящую крепость. Если Рэйвен спокойно проник сюда, в дальнейшем проблем возникнуть не должно.

До родовитого пленника не доносилось ни звука, и он решил просто ждать, для чего удобно устроился на диване.

Сейчас он находился во вражеском логове, так что Эдгару хотелось как можно скорее растормошить Албу. Если он всего лишь кукла, то, скорее всего, больше всего на свете боится, что Принц его бросит.

Этим можно воспользоваться.

Вокруг царила тишина, секунды превращались в минуты, минуты – в часы, а те проносились мимо. В комнате становилось всё темнее, только лунный свет ровными пятнами лёг на пол.

Абсолютное безмолвие окружало графа. И всё же тот, кто упорно стряхивал с себя руки Принца, спокойно ждал.

Тишина словно бы пошла рябью, сообщая: вокруг что-то изменилось.

Эдгар мог расслышать слабый шум.

Он закрыл глаза, обратившись в слух. Негромкий звук издавал ключ, вставленный в замок и медленно повернувшийся. За ним тихо щёлкнула ручка. Дверь приоткрылась.

Комната освещалась только лунным светом. Вторженец увидел интересующую его личность на диване. Пленник не двигался, глаза его были закрыты. Напрашивался наиболее логичный вывод: граф спит.

Человек подошёл, делая всё, чтобы скрыть своё присутствие. Но чувства Эдгара были обострены до предела: он ощущал не только местонахождение пришельца, но и каждое его движение.

Он чувствовал желание убить.

«В его руке нож?»

Когда рука с клинком яростно опустилась, Эдгар молниеносно уклонился.

Лезвие увязло в подушках дивана. В ту же секунду бывший бандит оказался за спиной неудачливого убийцы и повалил того на землю.

Он умело вывернул ему руку и надавил на шею, прижимая к земле.

Эдгар развернул тело, подставляя лицо лунному свету. Убийца носил маску на пол-лица. Именно его он видел несколько дней назад. Алба.

Граф, сорвав маску, всмотрелся в черты лица лжепророка. Как и сказал Слэйд, правый глаз был изувечен, а по щеке прополз шрам от резаной раны.

– Моисей Алба, это твоё собственное решение? Ты должен знать, что теперь тебя ждёт выговор от Принца.

– Немедленно отпусти! Я и есть Принц, – в его голосе слышался вызов.

– Сомневаюсь. Если так, зачем ты явился сюда, чтобы убить меня?

– Ты… неужели ты думаешь, что я просто так позволю тебе уйти?

– Вот как? Тогда скажи мне, прямо сейчас ты заправляешь здесь всем?

– …Я Принц, выбранный самой судьбой. Ты… умрёшь в любом случае. Я знаю, что даже если избавлюсь от тебя сейчас, это не принесёт мне больших проблем. Я всё просчитал, мой разум подсказал мне, как я должен поступить.

«Кажется, он прав».

Уничтожение личности этого человека и взращивание вероятного наследника уже завершилось?

Но пока Алба не был Принцем, и Принц не был Албой.

Если бы его становление Принцем уже было делом решённым, лжепророк не видел бы в Эдгаре опасность.

И граф собирался в полной мере воспользоваться его слабостью.

Его губы медленно раздвинулись в улыбке. Сейчас он был безумно похож на Принца, когда тот с жестоким удовольствием собирался наказать одну из своих марионеток.

– Ты не способен заменить меня. На самом деле Принцу нужен я. Ему ни к чему использовать твоё тело, тело простолюдина. Он желает получить то, в котором течёт кровь королей. Моё.

В глазах Албы замерцала тревога.

– Принц ненавидит меня, настолько, что хочет отправить в пучины ада. Однако, если бы он просто желал убить меня, то не стал бы тратить время и привозить меня сюда.

Сам Эдгар не считал, что Принц всё ещё намерен сделать из него преемника. Скорее всего, глава организации действительно лично хотел помучить его перед смертью, как и сказал Улисс.

Как вместилище злобной души Принца Эдгар больше не рассматривался.

Из-за этого Принц теперь должен чувствовать к нему отвращение, а желание изувечить его тело, а затем уничтожить, скорее всего, достигло заоблачных высот. Предполагаемый наследник стал существом, для которого быстрая смерть стала непозволительной роскошью.

Но сейчас Эдгар поворачивал всё так, будто Принц всё ещё хотел заполучить его в свои руки.

– Вижу, ты хорошо понимаешь Принца. Тебя тоже обучали соответствующе? Тогда ты должен знать, кого он хочет видеть своим преемником.

Лицо Албы исказилось.

– Как думаешь, если ты больше не нужен, что с тобой сделают? Правильно, порубят на куски и выкинут.

Испуганный Алба побледнел так, словно уже был мертвецом, его губы задрожали.

– …Нет, ты ошибаешься. Церемония почти готова. Скоро я стану им… – выдавил из себя лжепророк.

Несмотря на страх, он оттолкнул от себя Эдгара. Но затем тяжело опустился на пол.

И, схватившись за голову, застонал от боли.

– …Церемония… я исчезну… умру…

Голос резко изменился, стал слабее и тише. Перед графом сидел взъерошенный и испуганный бедняга.

– Что за церемония?

Услышав вопрос, Алба ещё больше заволновался.

– Пожалуйста, пожалуйста, прости… я не могу сказать, не могу, мне нельзя ничего говорить.

Мужчина изменился до неузнаваемости.

Этот человек и был настоящим Албой.

Его сознание всё время дремало где-то глубоко внутри?

Кажется, об этом и говорил Грэг. Он упоминал, что иногда в пророке просыпается другая личность.

– Я твой товарищ по несчастью. Поэтому не бойся, я не собираюсь тебя наказывать.

Похоже, приспешник Принца не стеснялся в средствах. Тогда обратиться к запасному кандидату за помощью будет правильным решением.

– Товарищ…

– Я здесь, чтобы помочь тебе. И я надеюсь, что ты расскажешь мне, что за церемонию планирует провести Принц?

– А… помочь? …Это ложь… это ловушка. Могу поспорить…

– Ты ведь не хочешь принести свою жизнь в жертву Принцу, верно? Даже если ты ничего не сделаешь, тебя убьют. Таким образом, ловушка это или нет, у тебя нет другого выбора, кроме как принять мою помощь, не так ли?

Алба молчал.

Боль и страдания, которые чувствовал лжепророк, были живы в его памяти. Принц заставил Эдгара перенести похожие.

Но пока его сердце ещё живо. Он не отчаялся.

Он снова обратился к лжепророку.

– Я хочу остановить церемонию. И мне нужна твоя помощь.

– Такое… просто невозможно…

– Я наследник графа Блу Найт. Когда-то Принца изгнал из Англии человек из этого рода. Вероятно, тебе приходилось часто слышать это имя в окружении Принца.

Хотя Алба, не веря, мотнул головой, в его глазах Эдгар уловил проблеск надежды. Он продолжил.

– Значит, в ходе церемонии твоя душа будет уничтожена и Принц займёт опустевшее тело? Мне хотелось бы знать подробности ритуала.

Алба по-прежнему колебался, но всё-таки ответил:

– О, они собираются использовать красный флюорит, чтобы переместить все воспоминания в новый сосуд. Эти воспоминания принадлежат первому Принцу. Флюорит быстро заменит ими мои…

– Воспоминания? Не саму душу?..

– …Я тоже не совсем понимаю. Я слышал только это…

– После передачи воспоминаний нынешний Принц останется жив?

– …Ну, честно говоря, его нынешнее тело уже на грани. Так что… ему нужна оболочка, в которую он может поместить свои воспоминания. Получив новое тело, он сможет продолжить отдавать распоряжения по поводу важных планов.

– Планов? Ты имеешь в виду дело с «Ковчегом»?

Алба уверенно кивнул.

Если «фрея» способна переместить воспоминания Принца, не лишая жизни его тело, тогда он не сможет выполнить свою задачу.

– Но действительно ли она способна на перенос воспоминаний?

Если так, то Алба действительно мог стать новым Принцем.

И хотя он был в глубоких раздумьях, Алба вдруг рассмеялся низким голосом.

– Ну… воспоминания… когда пламя «фреи» воспылает между двумя людьми, воспоминания будут переданы. Именно пламя соединит старое и новое тела.

Волосы лжепророка давно растрепались, он пристально смотрел на графа.

– Получив воспоминания Принца, фактически ты просто узнаешь, как он жил. Даже если ты увидишь всю его жизнь, это всего лишь информация. Невозможно превратиться в Принца, всего лишь получив его воспоминания.

– Человек, который примет воспоминания, должен сначала утратить свою личность, а также обладать знаниями и привычками Принца. Этого добиваются во время «обучения», которое подготавливает преемника к церемонии. В результате преемник может полностью слиться с Принцем.

Таким образом, обучение и разрушение личности другого человека занимало первое место в ритуале.

– Тебя не волнует, что ты умрёшь?

– Умру не я. Потому что я – Принц. Ты ничтожество, которое не усвоило свой урок, не так ли? Поэтому ты непохож на Принца. Существует вероятность, что твоя личность останется, так что выбор пал на меня.

Алба громко рассмеялся.

А потом вдруг вернулся настоящий Моисей и кинулся к Эдгару.

– Нет… помогите… я не хочу исчезать…

Граф схватил его за плечо.

– Не переживай, я помогу тебе.

Эдгар, смотря на этого человека, вспоминал, каким был он сам.

Некоторая часть его тоже была уничтожена. Бесчисленные шрамы на теле говорили о пытках, которые пришлось перенести.

Истязания, голод, бессонница. Так поступали со всеми пленниками. Но сложнее всего было видеть, как умирали отчаявшиеся и дрожащие от страха люди.

И Эдгар, и Алба вынуждены были идти по одному пути.

И поэтому граф желал помочь ему.

– Скажи, как зовут тебя на самом деле.

– …Шарль Нодье. Я жил обычной жизнью, пока вдруг не нагрянули эти люди. Они убили мою жену и родню, а дом сожгли.

Такая же трагедия поставила крест на прошлой жизни Эдгара. Граф сочувствующе похлопал по плечу товарища по несчастью.

Лишь в одном расходилось их обучение: организации пришлось изуродовать лицо запасного тела, потому что они не могли избавиться от всех, кто знал его. Так что им оставалось только изменить его до неузнаваемости.

– Больше тебе не придётся это выносить.

Услышав уверенный голос Эдгара, Алба поднял голову.

– Пожалуйста, я не должен подходить к «фрее». Если я прикоснусь к ней, то тут же окажусь связан с кровью Принца и его воспоминания вольются в меня. После этого я…

– Да, я знаю. Поэтому очень важно прервать церемонию. Ты знаешь, где «фрея»?

Алба не знал, поэтому только покачал головой.

– Я даже не знаю, что это такое. Я передаю лишь то, что слышал.

И тут личности Алба снова поменялись местами.

В тот же момент Эдгар решительно схватил его за шиворот и, притягивая к себе, ударил в солнечное сплетение. Тот потерял сознание.

– Прости, но придётся связать тебя, чтобы ты не поднял шум.

Эдгар крепко связал руки и ноги лжепророка его собственным галстуком, и, чтобы тот не мог издать ни звука, заткнул ему рот платком. Далее граф обыскал бессознательное тело: в пиджаке лежал ключ от комнаты, который быстро перекочевал в его карман. Здесь же обнаружился сложенный лист.

Это была записка от Рэйвена, грубо нарисованная карта комнат и коридоров.

В ней же было сказано, что восточное крыло особняка бдительно охраняется. Никто, кроме людей из близкого окружения Принца, не мог попасть туда.

Комната Принца, вероятно, находилась там.

Граф поднял и надел маску Албы. Они сильно отличались друг от друга, даже цвет волос не совпадал, но в тёмную ночь, когда источником света были лишь канделябры со свечами, обмануться было совсем нетрудно.

Так же Эдгар забрал нож, который так и торчал в диване.

– Рэйвен, захватим восточное крыло.

Даже несмотря на невозможность прямого контакта, Рэйвен смог передать карту особняка. Приведя Албу в комнату Эдгара, он уже ждал дальнейших распоряжений. Поэтому он точно слышал приказ.

Эдгар вышел из комнаты и закрыл дверь на замок.

Охранники, которые должны были следить за ним, уже были без сознания, как и связанный Алба.

Граф уверенно шёл по коридорам, поэтому, завидев его издалека, никто не подумал бы, что он заключённый.

Он решил сначала наведаться к Улиссу.

​