– Это же… леди Глэдис!

Осознание этого пришло к Баньши в ту же секунду, как Поль показал ей портрет.

– Эта картина была у меня. Возможно, именно поэтому тебя потянуло ко мне.

Баньши нежно погладила золотистые волосы пальцами, словно чувствуя заключённый в них янтарь.

– Здесь слёзы, что я пролила. Янтарь, предсказавший смерть леди Глэдис.

– Это не твоя вина. Думаю, благодаря ему она хотела, чтобы её воля жила и после её смерти. Она желала, чтобы кто-то унаследовал имя её семьи.

Поль упорно пытался убедить её не вставать на сторону Улисса.

Он не знал, сколько Лидии удастся притворяться Баньши, прежде чем Улисс раскроет её.

В этом месте, созданном магией фейри, Полю нужно было как можно быстрее уговорить девушку. Он отчаянно желал помочь Лидии и Эдгару: её необходимо было увести отсюда.

– Баньши, если янтарь способен запечатывать твои воспоминания, тогда ты можешь использовать его силы, чтобы вернуть их?

– …Нет, на это способен только Улисс.

По правде говоря, Поль понимал это. Бесполезно было врать, что Эдгар может сломать печать. Ему ничего не оставалось, кроме как замолчать.

Баньши лучше, чем кто бы то ни было другой, знала, кто унаследовал силу графа.

Если Улисс снимет с неё печать, Баньши признает его преемником леди Глэдис и немедленно передаст ему наследие семьи Эшенберт.

– Думаю, ты так и не хочешь возвращаться со мной к графу Эшенберту, верно?

Поль понурил голову. Девушка, извиняясь, посмотрела на него.

– Мистер Поль, ваш граф, конечно, выдающийся джентльмен, но он всё-таки не мой господин…

В этот момент дверь в комнату распахнулась.

Испуганный, Поль вскинул голову и увидел перед собой разъярённого парня.

Это был Улисс.

– Я пустил чёрных псов по следу Баньши. И, как оказалось, она даже не покидала эту комнату. Итак, кто же была та женщина в зелёном плаще?

Улисс зашёл в комнату, следом за ним потянулись псы. Его тяжёлый взгляд был прикован к Полю.

– Сам бы ты сюда попасть не смог. А значит, это была та девка.

Он слабо усмехнулся.

– Не думал, что она сможет сюда пробраться. Только если… у кого-то из вас при себе янтарь Баньши?

Поль в панике наклонил голову, тем самым выдавая себя.

В ту же секунду его крепко схватили за рубашку, а сильный удар отправил его на землю.

Баньши истошно закричала. Прежде чем Поль смог хотя бы открыть глаза, на него обрушился град ударов.

От боли он лишился возможности дышать и не мог встать. Набросившийся на Поля чёрный пёс превратился в огромного мужчину. Затем одной рукой он схватил художника

за грудки и поднял его в воздух.

– Где янтарь? И не пробуй сказать, что скорее умрёшь. Этот с удовольствием покажет тебе, что такое беспощадность.

– …Лорд Улисс, умоляю, не надо…

Джимми оттолкнул Баньши от Улисса и обрушил на Поля ещё один удар.

Этого художник уже не выдержал: он упал на землю, не в силах пошевелиться. После чего ещё один чёрный пёс принялся обыскивать его. Но повернулся к своему хозяину ни с чем.

– Возможно, янтарь у той мелкой докторши, – проговорил Улисс, наблюдая за удерживающим Баньши Джимми.

– Этот человек отдавал тебе янтарь?

Баньши не знала, что должна ответить. Джимми проследил за её взглядом, метнувшимся к кровати, где она спрятала портрет леди Глэдис. Он мгновенно принялся перерывать постель.

И почти тот час же нашёл портрет и вручил его Улиссу.

– Что это?

– Это… мистер Поль подарил мне портрет. Он, наверное, думал, что он мне понравится, вот и показал. Пожалуйста, отдайте.

Голос Баньши дрожал, когда она просила вернуть ей картину.

Она считала Улисса своим господином, но почему же не рассказала ему правду?

Поль на мгновение удивился этому, но, главным образом, надеялся, что Улисс сочтёт портрет безделицей и вернёт его девушке.

Он не смог обнаружить янтарь внутри картины. Улисс просто посчитал её самой обыкновенной мазнёй. Но, вместо того, чтобы отдать её, швырнул в камин.

– Тогда янтарь должен быть у фейри-доктора.

– …Лорд Улисс. Картина не горит.

Услышав слова Джимми, Улисс резко обернулся. «Дело плохо», – пронеслось в голове у Поля. Баньши от страха замерла на месте.

Улисс подошёл к камину, глядя на портрет. Пламя как будто избегало золотистых волос женщины.

Он улыбнулся.

– Так вот где настоящий янтарь!

Улисс продолжил улыбаться, в то время как Джимми выхватил портрет из огня. Затем он направился к Баньши, причём на его лице застыло зловещее выражение.

– Ты знала, что этот человек пытается обмануть меня, и всё-таки посмела подыгрывать ему?

– Нет-нет, как могу я…

– Только я могу сломать печать, так что даже думать не смей предать меня. Идём со мной. Я хочу, чтобы ты передала мне наследие леди Глэдис.

Баньши, силой утаскиваемая чёрным псом, не могла остановиться и лишь оглядывалась на художника.

– Мистер Поль!..

– Пока будешь хорошей девочкой, я не убью его.

Армин, Лидия и Эдгар, наконец, выбрались из заснеженного леса. Они пошли прямо по коридору, каждый шаг отдавался скрипом. В итоге, они вернулись в комнату, куда первоначально отвели Баньши.

Армин первая вошла туда, но помещение было пусто.

– Мистер Поль уже увёл Баньши?

Лидия искренне надеялась, что дело именно в этом. Но Эдгар сомневался.

Несмотря на то, что боль заставляла его опираться на стены, он, собирая последние силы, шёл вперёд.

Чтобы кровь не капала на пол, он обмотал руку сорванной в коридоре занавеской. Но на ней почти сразу же расплылось кровавое пятно, которое продолжало увеличиваться…

Однако, что удивительно, его голос по-прежнему оставался чётким.

– Невозможно, чтобы Поль так быстро уговорил девушку.

«У нас тут не любовная сцена была».

Тем не менее, Лидия тоже не понимала, что здесь произошло. Эдгар, кажется, обращая внимание на каждую мелочь, вошёл в комнату.

– Поль!

Как только Эдгар выкрикнул его имя, Лидия тоже увидела Поля, лежащего лицом вниз в тёмном углу.

– …Лорд Эдгар?.. Мисс Лидия? А-ах, слава Богу.

– Что случилось? Где Баньши?

Когда Поль увидел Армин, он поражённо выпрямился.

– Мистер Ферман, вы в порядке?

– А, да. Со мной всё хорошо, просто из-за вот этого вот разум, как в тумане…

Поль втянул воздух, пытаясь прийти в себя. После чего повернулся к Эдгару и опустился на колени, извиняясь.

– Лорд Эдгар, мне очень жаль. У меня забрали янтарь, и Улисс теперь сможет снять печать Баньши.

– Тогда вернём его, – без раздумий ответил Эдгар.

Вот только каждый второй считал, что у них нет времени на это. Лидии было необходимо как можно скорее найти Нико, чтобы вывести отсюда Эдгара. Но самого его, кажется, совсем не заботило его состояние.

– Лидия, ты останешься здесь с Полем.

– Не хочу. Я пойду с тобой.

Но граф, посмотрев на Армин, быстро вышел с ней из комнаты и захлопнул дверь.

– Эдгар, стой! Открой дверь!

– Прости, Лидия. Я обязательно найду Нико и скажу ему, чтобы он вывел тебя отсюда.

– Нет! Это здание создано с помощью магии Улисса. Ты не выберешься отсюда без меня.

– Лорд Эдгар, я тоже пойду. Пожалуйста, откройте!

Лидия и Поль остервенело бросились к двери. Но, сколько бы девушка ни стучала и ни звала его, дверь продолжала оставаться закрытой. Кроме того, от Эдгара не доносилось больше ни слова.

«Что же делать? Эдгар собирается пожертвовать собой».

Лидия принялась осматривать комнату, пытаясь понять, нет ли здесь ещё какого-нибудь выхода. Однако, кроме двери, было лишь окно.

Но оно не открывалось. Под воздействием магии тонкое стекло не желало ломаться.

Поль заглянул в замочную скважину, пытаясь понять, можно ли открыть замок.

Лидия смотрела на пейзаж за окном. Две луны по-прежнему висели в небе.

С того самого момента, как вошла в это здание, она была обеспокоена этим странным небом.

Магия, казалось, была сосредоточена снаружи, что очень было похоже на то, как пользовались ей мерроу.

Но, как ни сильна магия фейри, она не может изменять природу, то есть Луна должна быть только одна.

«Тогда откуда же взялась вторая?»

Создавалось впечатление, что одна из Лун поднялась чуть выше, чем когда они только пришли. Вторая же продолжала оставаться на том же месте.

«Почему?..»

– Мисс Лидия, у вас в руках пистолет?

Услышав голос Поля, Лидия вернулась из мыслей в комнату и, вспомнив, посмотрела на оружие.

– Ох, замечательно. С его помощью можно открыть дверь.

– Но звук выстрела может привлечь внимание Улисса и чёрных псов…

Лидия и Поль постарались придумать что-нибудь ещё, но, прежде чем успели, с той стороны двери раздался голос:

– Лидия, ты там?

Голос Нико! Девушка подбежала к двери.

– Нико! Скорее помоги открыть дверь! Дела плохи. Эдгар ранен, но ушёл с Армин к Улиссу.

Дверь тут же была отперта и распахнута. За ней Лидия увидела Рэйвена и Нико с маской на мордочке.

– Лорд Эдгар ранен?

Рэйвена окружила внушающая ужас аура.

– Ну, янтарь украли, поэтому Улисс теперь способен развеять печать Баньши. Эдгар собирается не дать ему завладеть наследием Глэдис, даже если это будет стоить ему жизни.

– Тогда идёмте.

Поль и Лидия поспешили выйти из комнаты.

Нико же, беспомощно пожав плечами, проговорил:

– Сколько не говори ей не впутываться в графовы дела, она всё равно не слушает.

Эдгар собирался вместе с Армин устроить Улиссу засаду.

Однако это не Эдгар заманивал его в ловушку, а Улисс приглашал Эдгара к себе, через некоторое время один из чёрных псов нашёл их и отвёл к нему.

– Я был слишком беспечен. Как я мог забыть, что ты – мастер обмана.

Улисс стоял посреди большого зала с высокими потолками, не пытаясь приблизиться к Эдгару и прижимая руку к груди. Кажется, он был весьма раздражён.

– Желаешь узнать исход нашего пари?

Баньши сидела рядом с ним на большом стуле с опущенной головой, на щеках виднелись полосы от слёз. Видя это, Эдгар сочувствующе обратился к ней:

– Не нужно тревожиться за Поля. Мои друзья отправились к нему.

– Даже если у тебя есть сторонники, против меня тебе не выстоять.

Улисс долгим взглядом посмотрел на Армин.

Но даже так Эдгар всё ещё сомневался, что она состояла в тайных сношениях с Улиссом.

– Знаешь, пожалуй, тебе стоит начинать умолять. Тогда я, возможно, пощажу тебя.

– Хочешь сказать, до тех пор, если я соглашусь отдать тело Принцу, я буду спасён?

– Можешь считать, как тебе угодно. Я всего лишь хочу, чтобы ты увидел, как наследие Глэдис переходит ко мне.

Улисс встал.

Эдгар, несмотря на слабость, тоже стоял прямо.

– Чем бы ты ни завладел, дворянином тебе всё равно не быть. Ты не сможешь называться последним наследником графов Блу Найт. Ты, кто даже не знает историю или значение английских титулов, не понимает суть долга дворянина, не обладает духом рыцарства, всё-таки намерен бороться со мной?

– У тебя есть лишь твои слова. Не забывай: твоя жизнь, как и твоё будущее сейчас в моих руках.

Несмотря на самодовольный тон Улисс, должно быть, чувствовал тревогу, поскольку его кулаки сжимались и разжимались.

В Англии стать аристократом было совсем нелегко{1}. Даже если Улисс пытался вести себя по-аристократически, его поведение и манера речи выдавали в нём простолюдина.

Эдгар продолжил:

– Принц такой же. Он выставляет себя чем-то большим, чтобы к нему относились как к королю? Он просто фигляр под маской. Этот человек и вправду недооценивает старую английскую аристократию.

На самом деле, Принц тоже умел превосходно преподносить себя, но в данный момент Эдгар пытался просто спровоцировать Улисса.

Однако на этот раз он не повёлся.

– Закончим бесполезные разговоры. Снимаем печать.

Проговорив это, Улисс положил портрет на маленький столик и прикоснулся пальцами к золотистым волосам. Эдгар не мог не поразиться. Так вот где был настоящий янтарь.

Он был прекрасно спрятан.

Вполголоса Армин спросила, должна ли она вернуть портрет. Он не знал, честна ли она была в своём вопросе, но шансы явно были невысоки. Эдгар покачал головой.

– Есть только один способ заставить янтарь баньши загореться и расплавиться. И для этого нужно как раз то, чего тебе не хватает.

Улисс взял нож и легко провёл им по кончикам пальцев. Сочившаяся из ранок кровь окрасила волосы леди Глэдис. Это должен был быть выдающийся момент, но Улиссу не хватало изящества и красоты, так что Эдгар неодобрительно скривился.

Но было это впечатляюще или нет, окровавленные волосы охватило пламя.

Янтарь загорелся, и огонь побежал по портрету.

Баньши большими глазами уставилась прямо на портрет, встала и попыталась подойти к нему, но пошатнулась и рухнула на землю.

Эдгар дернулся, желая помочь ей подняться, но Джимми схватил его за запястье.

Специально вонзив ногти в по-прежнему кровоточащую рану, оставленную его же клыками.

– Не прикасайся ко мне, глупая псина.

Джимми, взбесившийся из-за этих слов, мгновенно вернулся к собачьему облику.

Армин немедленно заслонила графа, но Джимми вовремя отпрыгнул, избегая удара её ножа.

Эдгар воспользовался этим шансом, чтобы приблизиться к Баньши, но был окружён другими чёрными псами.

Один из них бросился на него, так что Эдгар схватил канделябр и с его помощью отбросил его. Но другая демоническая псина напала на него сзади.

Её граф остановить уже не смог.

Он повалился на землю.

Однако в этот момент перед ним появился темнокожий юноша.

– Милорд, извините за опоздание.

Затем Рэйвен, перехватив поудобнее нож, бросился в бой.

Для человека убить демонического чёрного пса было невероятно трудно. Но Рэйвен и чёрные псы в ту же секунду завязали драку.

Собаки, кажется, поняли, что внутри юноши таится свирепый дух. Поэтому они не двигались, лишь рыча на него.

– Ах!

Вдруг раздался крик Баньши, к горлу которой Армин приставила нож.

Этого не ожидали ни Эдгар, ни Улисс.

– Армин, что ты делаешь...

– Лорд Эдгар, если баньши умрёт, наследие леди Глэдис никому не достанется. Я обладаю магией фейри, так что могу убить её.

– Стой!

Улисс не мог не напрячься.

– Рэйвен, быстро уводи лорда Эдгара. Его раны срочно необходимо обработать, иначе он умрёт.

Услышав такое, Рэйвен поражённо посмотрел на запястье Эдгара. Однако, по-прежнему окружённый собаками, он не мог двинуться с места.

– Убери их, а не то я перережу девчонке горло.

Улисс, весь в сомнениях, не мог даже предположить, какие же намерения были у Армин.

Эдгар не понимал причин её действий, но, учитывая ситуацию, которую она создала, он знал, что сможет выкарабкаться. Но, что ни говори, а проблема всё ещё не была решена.

Он вздохнул и приказал Армин:

– Армин, отпусти её. Я не собираюсь жертвовать ей, чтобы уйти отсюда.

В конце концов, Баньши была членом графской семьи. Даже если он не обладал силами истинного графа, он унаследовал меч Мерроу. Так что он собирался целиком и полностью нести прилагающуюся к нему ответственность.

Присущее дворянам чувство долга разбудила в нём Лидия. В то же время она помогла ему приобрести титул графа Блу Найт, чем он гордился.

Он не мог жертвовать членами семьи.

Армин озадаченно посмотрела на него, но всё же послушалась.

Улисс торжествующе рассмеялся, и его смех эхом прокатился по залу.

Слегка отстав от Рэйвена, в зал вбежали и Лидия с Полем. Они остановились у лестницы на галерее, идущей по верхней части зала. Отсюда они могли видеть окружённого Эдгара, а так же смеющегося Улисса.

– Ты же не раз и не два жертвовал своими товарищами в битвах. Так с чего такая наивность?

-Мои прежние товарищи и эта девушка – ситуации совершенно разные. К тому же, моё положение также изменилось.

– Ты говоришь о гордости дворянина? Если для этого нужно стать бесхребетным слабаком, мне она не сдалась.

Напряжённая атмосфера пронизывала зал.

Лидия, прячась и наблюдая со стороны, пыталась придумать, как разобраться с происходящим.

– Печать Баньши уже сломана? – пробормотал Поль.

– Должно быть. Кажется, на столе лежит пепел. А значит, янтарь сожгли.

Услышав слова Нико, художник не мог не нахмуриться.

– Эх… Такая прекрасная работа теперь…

Для Поля художественная ценность картины во много раз превышала ценность янтаря.

– Баньши, иди сюда.

Девушка, испуганная криком, на подгибающихся ногах пошла к нему.

– Теперь ты должна была всё вспомнить. У тебя есть то, что ты должна передать следующему графу Блу Найт, верно?

Наследие леди Глэдис ни в коем случае не должно было попасть к Улиссу, но что они могли сделать?

Лидия проглотила ком, вставший в горле. Сейчас она могла только молча наблюдать за происходящим.

Баньши остановилась перед Улиссом. Она слегка поклонилась ему, как если бы он был аристократом, и проговорила:

– Лорд Улисс, пожалуйста, оставьте этому джентльмену жизнь.

Улисс, не ожидавший от неё такой просьбы, ту же нахмурился.

– Пожалуйста, отправьте его туда, где светит солнце. И я сразу же отдам вам наследие леди Глэдис.

– Пытаешься диктовать мне условия? Смеешь говорить такое своему господину?

– Нет, я только…

По её лицу катились слёзы, а тело дрожало. Она, верно, очень боялась псов и самого Улисса. Затем, бросив взгляд на Эдгара, она, наконец, собрала храбрость в кулак и, решительно посмотрев на Улисса, продолжила:

– Я не считаю вас своим господином.

Не только Лидия – все были чрезвычайно удивлены. В помещении на мгновение повисла тишина.

А в Улиссе взыграла холодная ярость.

– Тогда я сейчас же убью его. У тебя просто не останется выбора.

Улисс махнул рукой Джимми, приказывая начинать.

Пёс, оборотившись мальчиком, бросился к Эдгару. Естественно, Рэйвен накинулся на него с ножом.

Но другие чёрные псы тоже не стали стоять на месте. Зал погрузился в хаос.

– Хватит!

Лидия не удержалась и громко закричала, выбегая из укрытия.

– Лидия? Назад!

Эдгар, пытаясь остановить её, закричал. Девушка начала спускаться по лестнице, но натолкнулась на чёрного пса с оскаленными клыками.

Не имея другого выбора, она тут же нагнулась, избегая удара. Когда она, наконец, подняла голову, увидела, что смолисто-чёрный пёс собирается наброситься на Эдгара.

– Эдгар! Берегись!

Граф тоже заметил собаку, но мог лишь устало привалиться к стене. Вероятно, у него перед глазами всё расплывалось.

Но в этот момент между ними мелькнул силуэт.

Это Баньши загородила собой Эдгара, после чего вместе с собакой покатилась по полу.

«Как такое возможно…»

Но у Лидии не было времени думать об этом.

«Нужно выбираться отсюда».

У неё было лишь предположение, и она не знала, сработает ли её задумка, но другого выхода просто не было.

Таков был долг фейри-доктора.

Она крепко сжала пистолет, что дал ей Эдгар, и, устремив его дуло в потолок, громко закричала:

– Чёрные псы! Немедленно возвращайтесь в своё логово. Прочь на кладбище! Или я впущу сюда солнечный свет!

Взгляды собравшихся здесь чёрных псов обратились к Лидии. Они зарычали в замешательстве.

– Возвращайтесь к себе раньше, чем свет выжжет вам глаза!

– О, хотелось бы мне видеть, на что способна вроде как фейри-докторша.

Смех Улисса прозвучал издевательски. Но, не стушевавшись, Лидия продолжила кричать:

– Ты использовал магию, чтобы привязать ночь к этому зданию. Но, насколько бы ни был ты умён, луна выдаёт эту связь. Левая луна не движется, словно нарисована на стекле. Если это и есть источник, на котором держится твоя магия, то, как только я уничтожу его, солнце вновь будет освещать это место.

Чёрные псы завыли в смятении, если не в страхе. Догадка Лидии оказалось верной, но это было лишь полдела.

– Как я вижу, понять ты смогла. Хотелось бы мне похвалить тебя. Но, даже если ты выстрелишь, стоит тебе промахнуться – и здравствуй собачья пасть.

До этого момента Лидия никогда даже не держала в руках пистолет. Луна висела далеко в окне, и, как только она выстрелит, возможности сбежать уже не будет.

– Лидия, это не проблема. Ты обязательно попадёшь…

Опустившийся на пол у стены Эдгар смотрел на Лидию и улыбался. Казалось, будто он вот-вот потеряет сознание.

Сдерживая дрожь в руках, девушка постаралась прицелиться.

«О Господи…»

– Это… будет хороший выстрел.

Подбадриваемая Эдгаром, Лидия помолилась про себя и нажала на курок.

В следующий момент луна вместе с окном разлетелась осколками.

– П-попала? Я попала?

На самом деле, не пуля разбила стекло: она впечаталась в стену рядом с окном. Однако в момент выстрела Рэйвен метнул свой нож, который и заставил луну разбиться. Но Лидия не подозревала об этом и считала, что выстрел и вправду вышел удачным.

Рассеянный солнечный свет заструился из сломанного стекла.

В то же время ночь, притаившаяся в зале, начала таять в его тёплых лучах, открывая голубое небо.

Магия, покрывающая здание, рассеялась. Оно вновь вернулось в человеческий мир.

Поэтому многие чёрные псы исчезли, убегая. Но Джимми, в человеческой форме поспешно распахнул дверь в углу.

– Лорд Улисс, скорее!

Глубины коридора, кажется, были по-прежнему связаны с царством злых фейри.

Улисс встал у двери, недовольно глядя на Лидию. Затем он повернулся к Эдгару и проговорил:

– Лорд, на этот раз тебе повезло, но не рассчитывай больно на удачу. Скоро Его Высочество будет в Англии. Думаю, мы оба знаем, что это значит. Его Высочество видит насквозь тебя и все твои дешёвые трюки. Возможно, тебе же было бы лучше, если бы я прикончил тебя.

Бросив эту последнюю угрозу, Улисс исчез за дверью.

Рэйвен почти тут же распахнул её, но за ней оказался лишь самый обыкновенный коридор.

– Эдгар!

Лидия бросила бесполезный уже пистолет и подбежала к Эдгару.

– Слава Богу, ты спасён! Теперь всё будет хорошо.

Эдгар поднял запястье, в которое впились зубы чёрного пса, и посмотрел на то место, где была рана. Кровь пропала. Даже испачканная алой жидкостью ткань вновь стала чистой.

– Рана и кровь исчезли…

– Это потому что ты был не по-настоящему ранен. Это всё магия тёмных фейри, а свет солнца развеял её.

Слегка запутавшийся Эдгар склонил голову.

– Но предсказание Баньши всё ещё в силе.

– Всё будет в порядке. Оно не коснётся вас, моё пророчество.

Объяснила Баньши, опираясь на руку Поля.

– Мистер Поль, я верю в вашего графа. Пожалуйста, отведите меня к нему.

Поль кивнул и, взяв её на руки, отнёс к Эдгару.

Она опустилась перед ним на колени и улыбнулась.

– Благодарю за то, что спасла мне жизнь, Баньши. Ты всё ещё чувствуешь боль? Она должна была исчезнуть под солнцем.

– Я фейри, так что не могу избавиться от магии других фейри. Солнечный свет рассеивает магию, наложенную на людей, но не на нас.

– Как же так… – потрясённо прошептал Поль севшим голосом.

Эдгар, тоже удивлённый, посмотрел с надеждой на Лидию. Однако та лишь покачала головой.

– Это совсем не важно. Я тоже член семьи графа. Моё пророчество исполнилось, и никто другой не умрёт.

– Но почему ты пожертвовала собой… Почему отвергла Улисса, который снял с тебя печать?

Образ Баньши начал таять. Крови не было, но Лидия чувствовала, что жизнь покидает её.

– Потому что я, наконец, вспомнила мою задачу.

Баньши стала быстро объяснять.

– Мы предсказываем смерть членов нашей семьи, но можем пожертвовать собой, чтобы спасти одного из них… Я очень хотела спасти леди Глэдис, потому что она была последней в нашем роду. Она осталась бы в живых и дала жизнь потомкам. Но из-за Принца Бедствий она сама выбрала смерть и оставила всё на меня.

Слушая, Эдгар кивнул. Он смотрел в глаза Баньши, вслушиваясь в каждое слово.

Возможно, для Эдгара слова Баньши были оставленными лично ему указаниями леди Глэдис. Да, он любил играть роль беспечного дворянчика, но порой показывал истинно лидерские качества.

Лидия видела, что тело Эдгара излучает яркий свет.

– Когда леди Глэдис умерла, сила её солдат слилась с её. В итоге сила графа Блу Найт была навсегда утеряна. Но даже так, моя хозяйка сильно рисковала, чтобы её наследие не попало не в те руки. Именно поэтому она решила передать его следующим поколениям. Госпожа искренне надеялась, что в Англии могут существовать другие потомки графа. Кто-нибудь, кто смог бы получить Меч Мерроу и унаследовать титул. Поэтому она возложила на меня последнюю миссию: огромную ответственность выбрать следующего графа Эшенберт. Англия была землёй обетованной, где люди и фейри могли мирно сосуществовать, а граф Блу Найт был фейри-доктором королевства…

Первый граф Блу Найт действительно был фейри-доктором, но совсем не обычным.

– Всякий раз, когда на страну опускалась напасть, связанная с фейри, долгом графа Блу Найт было вновь принести мир на эти земли. Чтобы выразить свою благодарность ему, несмотря на то, что он исчез много лет назад и даже, возможно, не оставил после себя наследников, королевство всё равно присуждает титул графа Блу Найт тому, кто достоин этого.

– ...Принц Бедствий связан с этими напастями?

– Да.

– Но кто такой Принц?

– Насколько мне известно, он порождение обиды и злости враждующих семей английской крови времён войны за Шотландские горы{2}. Под влиянием тёмной магии родился он…

Война за Шотландские горы велась век назад. Они были связаны с потомками изгнанного Джеймса II.

Чтобы вернуть трон, они подняли за Джеймса II шотландцев. Бессмысленная беспощадная война, закончившаяся лишь множеством жертв.

Лидия слышала только малую часть этой истории. Она знала, что Принц был потомком изгнанного короля.

– Когда Англия одержала победу в Шотландских горах, в стране вновь наступил мир. Однако для леди Глэдис битва не закончилась. Она должна была продолжать войну и вновь и вновь страдать от Принца, о котором даже не знал король Англии. Однажды леди Глэдис сказала мне, что если появится кто-то, кто сможет развеять мою печать, я должна решить, достоин ли он быть графом Блу Найт.

Баньши вновь посмотрела на Эдгара, словно убеждаясь, что вынесенный ею вердикт верен.

– Я всегда считала, что кровь важнее всего. Но, кажется, была неправа. Я верю, что леди Глэдис обрадуется принятому мною решению.

Баньши почтительно прижалась к руке Эдгара лбом.

– Мой господин, я здесь, чтобы передать вам ключ семейства Эшенберт, чтобы вы и ваши потомки могли присматривать за волшебным царством. Ради добрых фейри на островах и в английских землях, пожалуйста, воспользуйтесь этой силой рода Эшенберт, чтобы избавить мир от проклятого Принца Бедствий.

Тело Баньши начало светиться, но в то же время оно истончалось: они уже могли видеть через него пол и стены.

Полупрозрачная Баньши повернулась к Лидии, и её взгляд упал на кольцо с лунным камнем на её пальце.

– Луна графа… Ах… Я даже не вспомнила это кольцо. Какой позор. Фейри-доктор, вы жена графа. Пожалуйста, простите мне мою грубость.

– Что? А, ну…

– Да прибудет с вами извечно защита фейри.

Баньши не обратила внимания на колебания Лидии. У неё просто не было времени. Девушка медленно встала.

После чего, наконец, повернулась к Полю и застенчиво улыбнулась.

– Мистер Поль, спасибо, что заботились обо мне. Благодаря встрече с вами я смогла найти наследника семьи Эшенберт. А теперь могу с чистой совестью отправиться к леди Глэдис, туда, куда возвращаются человеческие души. Для меня это самый настоящий праздник…

Баньши исчезла, растаяв в воздухе, но её голос ещё задержался в зале и пустующих коридорах, эхом отдаваясь от стен. Поль продолжал смотреть в окно, не шевелясь и словно не понимая, что произошло. Казалось, будто он наблюдает за уходом Баньши.

Повисла мёртвая тишина, никто не проронил ни слова.

Пыльная пустая комната была залита безмолвным светом. Создавалось ощущение, будто время остановилось

Наконец Эдгар нарушил тишину слабым голосом:

– …Ключ семейства Эшенберт? Я не вижу и не чувствую его, – недовольно пробормотал он, разжав руку, к которой прикоснулась Баньши. – Лидия, а ты его видишь?

– Нет, тоже не могу. Возможно, только тот, кто унаследовал его, способен чувствовать его.

Тогда этот ключ определённо был тем, что принадлежит только графу Блу Найт. И никто, даже Улисс, не сможет забрать его.

– Я не могу видеть фейри, как и этот ключ. И не знаю, как воспользоваться им, ключом, что она доверила мне. Я уже не оправдал её ожиданий.

Эдгар нанял карету до Лондона. Он покосился на пушистые нежные облака, через которые время от времени пробивался яркий солнечный свет. Он вновь перевёл взгляд на пейзаж за окном и ушёл глубоко в свои мысли.

Здание, которое использовал Улисс, располагалось в нескольких милях от Лондона, и поэтому им пришлось возвращаться в экипаже.

Граф упоминал, что хочет поговорить с Лидией наедине. Но после того как они сели в экипаж, он не проронил ни слова. Лидия сидела рядом с ним, как на иголках.

В любом случае, если бы Эдгар решил воспользоваться преимуществами тесной кареты, она бы, чтобы избежать повторения недавнего недоразумения, твёрдо отказала ему, раз и навсегда.

Несмотря на то, что она повторяла про себя, что должна быть осторожной, девушка отметила, что его мысли, видимо, были весьма серьёзны. У него было такое сосредоточенное лицо, что она не могла не беспокоиться.

«Ключ» Баньши, что был доверен Эдгару и который он не знал, как использовать, взваливал на его плечи незаконченную миссию последней графини Блу Найт. И он должен был продолжить это дело.

Эдгар, вероятно, не понимал даже, как относиться к столь тяжкому долгу.

– …Бриджет? – вдруг произнёс он.

– Что?

– Так звали собаку, которая у меня когда-то была.

– …Ясно.

– Не то? Лидия, умоляю. Хотя бы назови мне первую букву.

– Т-ты и вправду думал о такой ерунде с таким серьёзным лицом?!

– Это очень важный вопрос.

Если бы Баньши знала истинную сущность Эдгара, её ожидания вмиг стали бы прахом.

Из груди Лидии вырвался тяжёлый вздох.

– Лидия, если ты не простишь меня, мы не сможем продвинуться дальше.

– Ты преувеличиваешь.

Настороженности фейри-доктора не было предела. Её руки были сложены на коленях. Но Эдгар быстро накрыл их своими.

Он, как и раньше, с присущей ему самоуверенностью смотрел на Лидию. Тем не менее, его тон был невероятно серьёзен.

– С самого начала моей основной целью была месть Принцу. Но сейчас, когда я обстоятельно поразмыслил над этим, я понимаю, что, возможно, никогда не желал одолеть его. Видимо, я просто хотел, чтобы он пожалел о том, что сделал со мной, с моими родителями и всей семьёй Сильвенфорд. Кроме того, меня никогда не волновало, умру ли я.

Лидия была согласна со словами Эдгара. Особенно это стало понятно в результате, слава Богу, счастливо закончившихся событий, когда он намеривался расправиться с Улиссом. Даже если это означало, что он и его соратники должны расстаться с жизнью.

– Однако, когда я получил столь смехотворную травму и оказался на пороге смерти, ты была рядом. Если бы я умер, ты бы досталась другому мужчине. Он бы обязательно шептал тебе на ушко слова любви, держал бы тебя за руку и даже смотрел бы прямо в твои волшебные глаза, а это мои исключительные права.

«Ничего подобного!»

– Кроме того, я всё ещё не владею тобой всецело. Так как я могу позволить другому мужчине приблизиться к тебе, даже не зная, что ты – только моя?

«Ты несёшь всё большую бессмыслицу».

– Я действительно хочу продолжать жить. До того, как мы вернёмся домой, до того, как ты полюбишь меня… до того, как я подарю тебе истинное счастье, я должен продолжать ж

только хочу продолжать жить, но и исполнить все желания твоего сердца вот этими вот руками.

Когда она услышала такое, в девушке пробудилось жгучее желание сбежать отсюда как можно дальше. Но даже когда она отодвинулась в дальний угол, Эдгар просто придвинулся к ней.

– Лидия, не можем ли мы начать заново? Я не хочу расставаться с тобой.

«Мы никогда не сходились. Что это за «начать заново? Расставаться?»

– Я знаю только одно. Я смог завладеть титулом графа Блу Найт не благодаря своим силам, а благодаря леди Глэдис и Баньши, чьи ожидания я надеюсь оправдать. С твоей поддержкой, с помощью Поля, Рэйвена и остальных я смогу успешно исполнять роль графа Блу Найт. Поэтому я больше не позволю себе жить одной лишь местью. Я больше не смогу бороться в столь саморазрушительной манере.

Эдгар крепко сжимал её руки, а девушка пребывала в растерянности. Её сердце, которому она приказала оставаться спокойным, после такой горячей исповеди со стороны Эдгара, не смогло оставаться равнодушным и, напрочь забыв о желаниях разума, билось в груди, словно птичка в клетке.

– Я не желаю терять никого и ничего больше. Я хочу защитить всех и не позволить никому из вас стать жертвой. Баньши вместе со своей жизнью отдала мне и имя графа Блу Найт, и я не могу назвать их орудиями для моей мести. Но, что более важно, я надеюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы люди и фейри жили в мире и согласии… И сделать это я могу только с тобой.

– Но у меня нет силы графа Блу Найт. Я не смогу сравниться с величайшим фейри-доктором всех времён.

– Тогда я стану великим графом Блу Найт. Моя семья не была связана с магией фейри, но Баньши сама сказала, что родословная не так важна. Долг графа Блу Найт одолеть Принца. И я одолею его. Я знаю, что так подвергну тебя опасности. Но всё же я не вижу будущего, где не будет этой борьбы. Я только надеюсь, что мне всё ещё позволено верить в светлое будущее подле тебя. Поэтому я прошу тебя выслушать мою эгоистичную просьбу.

Всё это время Эдгар искренними глазами смотрел на девушку, из-за чего сердце Лидии готово было вырваться из груди и у неё началось головокружение.

– Я надеюсь, что верно пойму свой долг и смогу решительно принять его, чтобы быть в состоянии защитить тех, кого я должен защищать. Поэтому я уповаю на то, что ты навечно останешься со мной.

– Навечно… Если ты про должность советника семьи графа…

– Нет, пока смерть не разлучит нас.

«Это он так мне очередное предложение делает? Какое уже? Третье?»

Воздух был наполнен любовью. Лидия чуть кивнула, но затем поняла, что он имеет в виду, и отчаянно замотала головой.

Граф слегка потупил глаза, словно бы посчитав это дело более проблемным, чем он думал.

– Эх, по крайней мере, поведай мне вот что. Я нравлюсь тебе больше, чем обычный друг?

– Ты слишком самоуверен.

Лидия вспыхнула и опустила голову. Рука Эдгара мягко лежала на её, ни к чему не принуждая, так что его слова казались менее эффективными.

Но в целом девушка чувствовала большее давление, чем обычно.

– Лидия, насколько бы добра ты ни была и насколько бы сильно не хотела меня утешить, девушка ни за что не вошла бы в спальню просто друга. Я думаю, ты должна иметь это в виду.

– Т-так ты решил…

– Тем не менее, в тот раз ты всё-таки уступила моим посягательствам.

– Я просто не знала, что делать.

– Тогда я подумал, что ты, как чересчур добросердечная девушка, настолько волновалась за меня, чересчур испорченного человека, что не могла оставить. Другими словами, я для тебя – идеальный вариант.

«Он и в самом деле с головой ушёл в свои заблуждения».

– Я не считаю, что моя любовь безнадёжна.

– …Но выходить за тебя замуж я не собираюсь.

– То есть ты признаешь, что любишь меня?

Лидия не могла опровергнуть его слова, так что промолчала.

Потому что, признайся она в этом, и уже её любовь была бы безнадёжной.

Эдгар, обхватив за плечи, притянул её поближе к себе. Лидия, почувствовав касающуюся щеки руку, приподняла голову. Она не знала, как должна отреагировать, так что вновь опустила её.

– Мы договорились, что, когда вернёмся, ты подаришь мне поцелуй. Ты же не откажешься от своих слов?

«Совсем забыла.

И что мне теперь делать?..

Это нехорошо! Тогда я должна была сказать нет! Верно. Я должна была быть непреклонной, или…»

Когда Эдгар увидел затравленное выражение на лице Лидии, словно успокаивая её, он проговорил:

– Однако этот поцелуй должен идти от самого сердца. То, чего не жаждешь всей душой, не имеет смысла. Я готов ждать, пока ты не примешь меня.

Пальцы Эдгара нежно коснулись её губ.

Испугавшись, Лидия отпрянула. В то же мгновение её взгляд рванулся вверх и встретился со взглядом Эдгара. Прищурив пепельно-лиловые глаза, он тепло улыбнулся ей. Чувствуя прилив необъяснимой печали, Лидия со слезами на ресницах смотрела на графа. Поражённый, он сейчас же убрал пальцы от её губ. Но слезы продолжали капать из глаз девушки, и, поскольку ей не удавалось остановить или сдержать их, Лидия смотрела на него мокрыми глазами.

– Прости. Прошу, не плачь.

– Почему ты извиняешься?

– Не знаю, но мне кажется, что я всегда заставляю тебя плакать.

«Да, это ты виноват».

– Довольно. Ты всегда говоришь такое, что бы ни творилось вокруг, - её голова покоилась на его груди, но девушка продолжала плакать.

Несмотря на её слова, Эдгар крепче сжал объятья, и это ощущалось почти так же, как если бы он сказал: «Я люблю тебя».

– Сколько бы раз ты мне не отказала, я никогда не сдамся. Или все мои признания окажутся просто ложью.

«Даже если ты говоришь так, в один прекрасный день поймёшь, что та, кто нужен тебе, – не я».

– …Армин пыталась защитить тебя. Её связь с Улиссом может оказаться лишь недоразумением.

Когда Лидия внезапно сменила тему, Эдгар решил, что она просто стесняется.

– Ну, я в любом случае буду приглядывать за ней.

Лидия не хотела, чтобы предательство Армин оказалось правдой. Хотя бы ради Эдгара. Она искренне надеялась, что ничего такого не было.

«Сколько боли он почувствует, если Армин уйдёт от него?»

Может быть, Армин хотела избавиться от всего, что было прошлым её и Эдгара.

Подумав об этом, Лидия почувствовала острый приступ вины за то, что оставалась рядом с ним.

Подумав об этом, Лидия почувствовала острый приступ вины за то, что оставалась рядом с ним.

Келпи спал на дне озера в Гайд-парке. На рассвете, когда тонкий лёд на поверхности воды потрескался, распуская по сторонам волны, он открыл глаза.

Кто-то вторгся на его территорию.

Келпи решил избавиться от незваного гостя и поплыл к нему. Чёрная грива скользила по волнам, когда он мчался туда.

Перед ним предстала женщина-селки. Однако даже в воде она оставалась в человеческой форме. Но у неё не было шкуры, так что, естественно, и превратиться в тюленя она не могла.

Коротко подстриженная женщина в мужской одежде повернулась, бросив взгляд на Келпи.

– Ты. Что ты тут забыла?

– Иногда мне хочется поплавать.

– Это моя территория.

– Это территория общественного парка.

Как селки она была слишком юна, так что продолжала говорить в человеческой манере.

– Ты не придумал способ разлучить мисс Лидию и лорда Эдгара?

– Как будто это так просто. Помолвку у этих двух расторгнуть нелегко.

– Значит, ты провалился.

– Заткнись. Или повидать мой желудок захотелось?

Армин настороженно посмотрела на Келпи, но он не собирался нападать на неё. Так что селки осталась, где была.

Она снова заговорила:

– Позволь оповестить тебя: невозможно, чтобы мисс Лидия не вмешивалась в сражение лорда Эдгара, потому что вскоре произойдут перемены, которые затронут и лорда Эдгара, и его врага.

– Что ты там бормочешь?

– Принц скоро приедет в Англию. Он, как и Улисс, враг лорда Эдгара. Но Улисса интересует лишь сам лорд Эдгар, до его окружения ему нет дела. Он хочет унизить и уничтожить его. Но только его. Принц же возьмётся за тех людей, которые ему дороже всего.

– Ты-то, чёрт тебя подери, на чьей стороне?

Армин, не обратив внимания на его вопрос, продолжила сухим тоном:

– Есть лишь один способ уберечь мисс Лидию от преследований Принца, и помочь тебе может только Улисс.

– Что?! Кончай шутить, я не стану подчиняться какому-то человечишке!

Келпи никогда не был так зол.

«Чтоб тебя, я терпеть не могу этого мальца по имени Улисс, а теперь должен ему помогать? Поржать можно».

– Улисс не желает, чтобы ты вмешивался в его планы. Поэтому, если договоришься с ним, сможешь обеспечить мисс Лидии защиту. И это будет самое мудрое решение.

Армин осторожно поплыла к поверхности и исчезла с глаз Келпи.

​

​

​