Том 2. Глава 3. Дочь Корделии

Часть 3.

Солнце медленно заходило за горизонт, и безмолвная тьма, какая наступает в конце каждого дня, вот-вот должна была накрыть <Безымянную деревню>. Из занавешенного портьерами окна Викторики было видно, как заходящее солнце опаляло дуб огненными красками, а затем кануло в темноту. С заходом солнца деревню закрасило угольно-чёрным, и лишь пелена молочного тумана, как и днём, плыла во мраке, раздуваемая лёгким ветерком.

Чёрные спутанные ветви дуба напоминали полчища скелетов, чьи тёмные кости рождались из самой черноты ночи.

– Я задёрну шторы, Викторика, – Казуя встал и потянул за шнур, свисавший с карниза над окном. Тяжёлые бархатные шторы всколыхнулись и скрыли собой уличный пейзаж.

Викторика, глубоко ютившаяся в своём кресле-качалке, уже какое-то время безмолвствовала в раздумьях. Так было с тех пор, как девочка вернулась в комнату, разделив простенький ужин с Сергием и другими гостями. Слышала она его или же нет, но, когда Казуя окликнул её, та даже не попыталась ответить, поэтому мальчик со вздохом опустился на своё прежнее место… маленький чемодан девочки, что и в прошлый раз сослужил ему службу вместо стула.

Вдруг в дверь постучали, и не успел Казуя ответить, как дверь медленно открылась. Казуя немного привстал. Под тихий шелест одежды внутрь кто-то вошёл.

… Харминия.

Обеими руками она несла большую латунную ёмкость с горячей водой. Низким голосом она доложила:

– Вода для ванны. Пожалуйста, разбавьте её холодной перед использованием.

Она прошла вглубь комнаты, открыла тонкую дверь в ванную, оставила там ведро и поспешила уйти. Казуя нахмурился.

Харминия совершенно не стучала каблуками по полу…

Как будто её ноги и вовсе его не касались…

Казуя ощутил резкий контраст с походкой рыжеволосой Сестры Милдред. Всякий раз, как она опускала ногу на пол, топот стоял такой, какой издавать не под силу даже рослому мужчине. В то время как шаги Харминии, да и само её присутствие, ощущалось настолько слабо, неясно…

Уже в дверях Харминия вдруг обернулась. Выпучив глаза так, что они едва из орбит не выскакивали, женщина смерила Казую с Викторикой немигающим взглядом.

Её губы медленно разомкнулись.

Тонкие бесцветные губы.

– … Если понадоблюсь, не стесняйтесь позвонить в сонетку.

{

"type": "bulletList",

"content": [

{

"type": "listItem",

"content": [

{

"type": "paragraph",

"content": [

{

"type": "text",

"marks": [

{

"type": "italic"

}

],

"text": "\u0421\u043e\u043d\u0435\u0442\u043a\u0430 \u2014 (\u0444\u0440\u0430\u043d\u0446. sonnette) (\u0443\u0441\u0442\u0430\u0440.). \u0412 \u0431\u0430\u0440\u0441\u043a\u0438\u0445 \u0434\u043e\u043c\u0430\u0445 \u0437\u0432\u043e\u043d\u043e\u043a, \u043a\u043e\u043b\u043e\u043a\u043e\u043b\u044c\u0447\u0438\u043a \u0434\u043b\u044f \u0432\u044b\u0437\u043e\u0432\u0430 \u043f\u0440\u0438\u0441\u043b\u0443\u0433\u0438, \u043e\u0431\u044b\u0447\u043d\u043e \u043f\u0440\u0438\u0432\u043e\u0434\u0438\u043c\u044b\u0439 \u0432 \u0434\u0435\u0439\u0441\u0442\u0432\u0438\u0435 \u0448\u043d\u0443\u0440\u043a\u043e\u043c. \u041d\u0435 \u0443\u0432\u0435\u0440\u0435\u043d\u0430, \u0438\u043c\u0435\u043b\u0430\u0441\u044c \u043b\u0438 \u0432 \u0432\u0438\u0434\u0443 \u043e\u043d\u0430, \u0438\u043b\u0438 \u043e\u0431\u044b\u0447\u043d\u044b\u0439 \u0440\u0443\u0447\u043d\u043e\u0439 \u043a\u043e\u043b\u043e\u043a\u043e\u043b\u044c\u0447\u0438\u043a, \u043d\u043e \u0441\u043b\u043e\u0432\u043e \u547c\u3073\u9234\u00a0\u043e\u0437\u043d\u0430\u0447\u0430\u0435\u0442 \u043a\u043e\u043b\u043e\u043a\u043e\u043b\u044c\u0447\u0438\u043a/\u0437\u0432\u043e\u043d\u043e\u043a (\u0434\u043b\u044f \u0432\u044b\u0437\u043e\u0432\u0430 \u0438\u043b\u0438 \u0432 \u043a\u0430\u0447\u0435\u0441\u0442\u0432\u0435 \u0441\u0438\u0433\u043d\u0430\u043b\u0438\u0437\u0430\u0446\u0438\u0438) \u0438\u043b\u0438 \u0431\u0430\u0437\u0437\u0435\u0440 (\u043e\u043d \u0436\u0435 \u00ab\u043f\u0438\u0449\u0430\u043b\u043a\u0430\u00bb). \u042d\u043b\u0435\u043a\u0442\u0440\u0438\u0447\u0435\u0441\u0442\u0432\u043e \u0437\u0434\u0435\u0441\u044c \u043f\u0440\u043e\u0432\u0435\u0434\u0435\u043d\u043e, \u043d\u043e \u043d\u0435\u044f\u0441\u043d\u043e, \u0435\u0441\u0442\u044c \u043b\u0438 \u0432\u043e\u0437\u043c\u043e\u0436\u043d\u043e\u0441\u0442\u044c \u0432\u044b\u0437\u043e\u0432\u0430 \u043f\u0440\u0438\u0441\u043b\u0443\u0433\u0438 \u043a\u043d\u043e\u043f\u043a\u043e\u0439, \u0438\u043b\u0438 \u0437\u0434\u0435\u0441\u044c \u0432\u0441\u0435-\u0442\u0430\u043a\u0438 \u0441\u043e\u043d\u0435\u0442\u043a\u0430."

}

]

}

]

}

]

}

– Хорошо.

Дверь за ней закрылась.

Викторика вдруг расцвела, соскочила с кресла-качалки и вприпрыжку побежала по полу, словно пританцовывая, в сторону ванной. Под любопытным взглядом Казуи девочка выплеснула горячую воду в ванну кремового цвета на латунных кабриолях и начала понемногу доливать холодной. Она упёрлась коленями в пол, выложенный плиткой в чёрно-белую клеточку, и радостно заглядывала в ванну, полную горячей воды.

Казалось, она вот-вот начнёт напевать, чем сильно удивила Казую.

– … Ты чего это?

Викторика подняла на него глаза и ответила так, будто это было естественно:

– Обожаю горячую ванну.

– … Хе-е-е? Хм-м. Вот как. Правду говорят – в путешествиях друзья открываются с неожиданной стороны. Викторика, так ты не только любишь всё красивое, но и ванну принимать?

– …

– И книги со сладостями, верно? Оборки и кружева. А ещё… что? Почему ты так убийственно на меня смотришь?

– Не говори так, будто видишь меня насквозь.

– … Погоди, чего это ты!

Викторика проигнорировала мальчика и достала из вещей банный набор – поблёскивающую расчёску из слоновой кости, душистое мыло, источавшее аромат роз, и туалетное зеркальце в золотой оправе. Она обернулась и вперила в Казую пристальный взгляд.

– … Что?

– Леди хочет принять ванну. Уйди.

– А… П-п-прости! – мальчик подорвался с места. Он помчался к двери, но по пути обернулся. – Я буду стоять в коридоре. Если заметишь что странное – тут же зови.

Ответа не последовало.

Казуя вышел в коридор и прикрыл за собой дверь. Он неволей выдохнул.

Оставшись за дверью в полном одиночестве, мальчик остро ощутил волной накатившую тревогу. Таинственная деревня в глубине гор и её не менее странные жители. Четвёрка незнакомцев, с которыми сюда прибыли дети. Радио смолкло ни с того ни с сего, а в кувшине с водой почему-то плавал глаз…

От мыслей о случившемся Казую мутило: казалось, коридор качало, а стены и потолок надвигались на мальчика, не оставив пути отхода. Тот сильно тряхнул головой, стараясь не поддаваться панике.

Викторика точно скажет, что не вернётся ни с чем. Я должен убедиться, что ей ничего не угрожает…

Наконец…

Из-за двери послышалось тихое журчание воды. Бульк, плюх, бултых… – шум был негромким, больше напоминало плескавшегося в тёплой воде котёнка, нежели девочку.

И…

Затем из глубин комнаты донёсся голос Викторики:

– О, о, о…

– … Викторика! – в панике обернулся Казуя. Мальчик торопливо открыл дверь и заскочил в комнату, вновь как следует прислушавшись.

И…

– Ванночка, нравится-я…

– !?

– Так теп-ло~

… Поёт? – мальчик устыдился своей паники; он прислонился спиной к двери и нарочито резко сказал:

– Что ты делаешь? Викторика.

– … Пою.

– Ну и паршивенько-о!

Волна праведного гнева прокатилась от ванной до Казуи, сотрясая воздух. После минуты молчания, когда Казуя уж было решил снова выйти в коридор, Викторика заговорила тихо, её голос словно доносился из глубин Преисподней.

– … Паршивенько, значит? Тогда, Кудзё, спой ты.

– Э-э? Н-нет уж. Я стесняюсь.

– Кудзё… пой.

– …У-у, – Кудзё уже успел пожалеть о своих поддразниваниях Викторики, но, не в силах воспротивиться, упёр руки в бока.

Он припомнил детскую песенку, которую распевал у себя на родине, и напел вслух.

…В детстве Казуя пел своим невинным голоском, что ещё не начал ломаться, и мать с сестрой аплодировали в унисон, приговаривая: «Казуя хорошо поёт» или «А отец с братьями петь не умеют», к его радости. Но после того как отец с братьями застали его за пением и хорошенько распекли за недостаток мужественности, Казуя в принципе перестал петь – даже в одиночестве, – но чем больше он пел сейчас, тем больше пение будоражило его дух.

И когда Казуя раскрепостился окончательно, напевая от души, – бух – последовал глухой стук, будто в дверь ванной изнутри что-то швырнули. И голос:

– Умолкни уже!

– … Т-ты же сама сказала мне петь! – мальчик аж прослезился от досады, но замолк.

После чего шепнул:

– Хорошо ведь получалось?

Ответом, как обычно, послужило молчание.

Казуя безмолвно повесил голову.

В комнате вновь повисла тишина, и, не считая тихого журчания воды, было слышно лишь гулко стучащее сердце мальчика с шуршанием бархатных штор на ветру.

Изредка белый туман забредал в комнату через щель промеж штор, но таял на глазах.

Было тихо.

Вдалеке вновь эхом отдался волчий вой.

Послышался шорох птичьих крыльев.

…Краем глаза мальчик заметил, как что-то шевельнулось.

Вдруг почуяв неладное, Казуя вскинул голову. Казалось, что-то и правда сдвинулось с места, и его взгляд это уловил. Он медленно обвёл глазами комнату, но не заметил ничего необычного.

… Быть того не может. Я же точно видел какое-то шевеление…?

Кровать с балдахином.

Маленький чемоданчик.

Кресло-качалка и изящный патефон.

{

"type": "bulletList",

"content": [

{

"type": "listItem",

"content": [

{

"type": "paragraph",

"content": [

{

"type": "text",

"marks": [

{

"type": "italic"

}

],

"text": "\u041d\u0435 \u0441\u043e\u0432\u0441\u0435\u043c \u0443\u0432\u0435\u0440\u0435\u043d\u0430, \u0447\u0442\u043e \u0438\u043c\u0435\u043d\u043d\u043e \u0438\u043c\u0435\u043b\u043e\u0441\u044c \u0432 \u0432\u0438\u0434\u0443, \u043d\u043e \u0432 \u043e\u0440\u0438\u0433\u0438\u043d\u0430\u043b\u0435 \u0431\u044b\u043b\u043e \u30bf\u30fc\u30f3\u30c6\u30fc\u30d6\u30eb=turntable. \u041c\u043e\u0436\u043d\u043e \u043f\u0435\u0440\u0435\u0432\u0435\u0441\u0442\u0438 \u043a\u0430\u043a \u043f\u0440\u043e\u0438\u0433\u0440\u044b\u0432\u0430\u0442\u0435\u043b\u044c (\u043f\u043b\u0430\u0441\u0442\u0438\u043d\u043e\u043a, \u0438\u043b\u0438 \u0441\u0430\u043c \u043f\u043e\u0432\u043e\u0440\u043e\u0442\u043d\u044b\u0439 \u043a\u0440\u0443\u0433 \u043f\u0440\u043e\u0438\u0433\u0440\u044b\u0432\u0430\u0442\u0435\u043b\u044f)."

}

]

}

]

}

]

}

Гардероб.

Бархатные шторы.

Встроенное в стену зеркало.

… Зеркало?

Казуя уставился на него.

В зеркале что-то шевелилось. Кровать. Она была застелена мягким пуховым одеялом. До недавних пор оно лежало плоским, как лист бумаги, слоем, но ныне почему-то вздулось посередине.

Казуя обернулся. Его взгляд упал на кровать за спиной, но та была по-прежнему идеально ровно застеленной.

Он вновь обратил свой взор к зеркалу.

… На кровати в отражении горб продолжал набирать в высоте.

Свет в комнате мерцал, слегка затеняя помещение.

В зеркале одеяло продолжало неустанно вздуваться по центру. Бугор вырос настолько, что под ним уместился бы человек, и всё равно продолжал нарастать, больше и больше…

Казуя завопил.

Он уже кинулся было к двери в коридор… но в последний момент понял, что Викторика по-прежнему принимает ванну, и метнулся в другую сторону. Он забарабанил кулаками в тонкую дверь, крича:

– Викторика! Викторика!!! У тебя всё в порядке!?

… Ответа не последовало.

Казуе снова вспомнились резко вырубившееся радио и глазное яблоко в кувшине с водой.

Не так… Что-то не так!!! Викторика!!!

…Свет в комнате погас.

Спальня разом утонула во мраке.

Казуя вцепился в дверь ванной в желании защитить Викторику. Он раз за разом окликал ту по имени, но ответа не было.

Казуя закричал.

И…

Свет вспыхнул так же внезапно, как и погас.

Кровать с горбом под одеялом неведомо как вернулась в прежний, тщательно заправленный вид.

– … Что за суматоха? Какого чёрта ты так вопил?

Минут через десять Викторика показалась из ванной.

На ней была воздушная ночная сорочка с белыми оборками и бирюзовым кружевом-лесенкой, а также круглый атласный чепчик. Одну половину её длинных золотых волос девочка спрятала под чепцом, другая же половина каскадом ниспадала по спине.

{

"type": "bulletList",

"content": [

{

"type": "listItem",

"content": [

{

"type": "paragraph",

"content": [

{

"type": "text",

"marks": [

{

"type": "italic"

}

],

"text": "\u041d\u0435 \u0441\u043e\u0432\u0441\u0435\u043c \u043f\u043e\u043d\u044f\u043b\u0430, \u0447\u0442\u043e \u0437\u0430 \u00ab\u043a\u0440\u0443\u0436\u0435\u0432\u043e-\u043b\u0435\u0441\u0435\u043d\u043a\u0430\u00bb \u0438\u043c\u0435\u043b\u043e\u0441\u044c \u0432 \u0432\u0438\u0434\u0443. \u0412 \u043e\u0440\u0438\u0433\u0438\u043d\u0430\u043b\u0435 \u68af\u5b50\u30ec\u30fc\u30b9(hashigo\u00a0r\u0113su), \u043f\u0435\u0440\u0432\u043e\u0435 \u0441\u043b\u043e\u0432\u043e \u043e\u0437\u043d\u0430\u0447\u0430\u0435\u0442 \u043b\u0435\u0441\u0442\u043d\u0438\u0446\u0443, \u0432\u0442\u043e\u0440\u043e\u0435 \u2013 \u043a\u0440\u0443\u0436\u0435\u0432\u043e. \u041f\u0440\u0435\u0434\u043f\u043e\u043b\u0430\u0433\u0430\u044e, \u0447\u0442\u043e \u044d\u0442\u043e \u0447\u0442\u043e-\u0442\u043e \u0432\u0440\u043e\u0434\u0435 \u0432\u043e\u0442 \u0442\u0430\u043a\u043e\u0439 \u043a\u0440\u0443\u0436\u0435\u0432\u043d\u043e\u0439 \u0442\u0435\u0441\u044c\u043c\u044b: https://www.furnitura-gusto.ru/catalog/kruzhevo/chernoe/5935/"

}

]

}

]

}

]

}

Казуя сидел в кресле-качалке, обессиленный.

Викторика угрюмо насупилась:

– Это, знаешь ли, моё кресло.

– … – Казуя встал.

И открыв рот, мальчик на одном дыхании выпалил о недавно случившемся. Девочка зевнула, почему-то выглядя лишённой какого-либо интереса, аккуратно убрала свой банный набор и огляделась по сторонам в поисках пакета с макаронами.

– Викторика, давай завтрашним утром же вернёмся в Академию, – напряжённо произнёс Казуя, и та недоумённо подняла на него глаза.

– … Почему?

– Потому что здесь опасно. Всё произошедшее не укладывается у меня в голове… вся деревня какая-то странная. Кроме того, тебе самой разве не было жутко, когда радио ни с того ни с сего сломалось?

– Радио? – Викторика застонала.

До мальчика донеслось её невнятное бормотание: «Тоска неимоверная…».

– … Ч-чего?

– Простая уловка, видишь ли.

– Да ну!?

Викторика протяжно зевнула. И с видом, так и говорившим: «ничего не поделаешь», пустилась в объяснения.

– Помнишь, что помимо радио стояло на сундуке?

– На сундуке? Эм-м, не считая радио, статуэтка Девы Марии и декоративный компас… – глубоко задумался Казуя. Викторика не удержалась от очередного зевка.

– Компас намагничен. Оказавшись рядом с магнитом, техника начинает сходить с ума. Уж не знаю, совпадение это или же кто-то нарочно поставил его туда.

– … Викторика, неужели, – нахмурился Казуя, – ты поняла всё ещё тогда?

– Разумеется.

– Так надо было сказать! Все распереживались, и я в том числе!

– Мой разум занимало кое-что другое.

– Ну, зна-аешь…

Викторика забралась в кресло-качалку, безразлично наблюдая за стенаниями одноклассника.

Затем она встала и, словно потеряв терпение, сдалась:

– Кудзё, ты просто эгои-ист!

– … Это мои слова!

– Ничего не поделаешь. Так и быть, Кудзё, изложу всё понятным тебе – эгоистичному недо-вундеркинду – языком.

– … Ну прости уж.

– А взамен перестань требовать от меня вернуться в школу. Я не уйду.

– … М…гм.

Викторика медленно вышла в коридор. Казуя попытался было отправиться следом, но услышал:

– Оставайся там.

– … Хорошо.

– Закрой глаза и поразмышляй, пока не разрешу снова открыть.

– Поразмышлять!? Над чем?

{

"type": "bulletList",

"content": [

{

"type": "listItem",

"content": [

{

"type": "paragraph",

"content": [

{

"type": "text",

"marks": [

{

"type": "italic"

}

],

"text": "\u041e\u0431\u044b\u0447\u043d\u043e \u0433\u043b\u0430\u0433\u043e\u043b \u53cd\u7701 \u0443\u043f\u043e\u0442\u0440\u0435\u0431\u043b\u044f\u044e\u0442 \u0432 \u0441\u043c\u044b\u0441\u043b\u0435 \u0441\u0430\u043c\u043e\u0440\u0435\u0444\u043b\u0435\u043a\u0441\u0438\u0438, \u00ab\u043f\u043e\u0440\u0430\u0437\u0434\u0443\u043c\u044b\u0432\u0430\u0442\u044c \u043d\u0430\u0434 \u0441\u043e\u0431\u043e\u0439\u00bb."

}

]

}

]

}

]

}

Выбора у мальчика не было: он закрыл глаза, как было велено.

Он услышал, как девочка куда-то ушла. Дверь закрылась с тихим щелчком.

Повисла тишина.

Откуда-то… совсем рядом он уловил странный дребезг и скрежет. Казуя с трудом сдержал желание открыть глаза.

Наконец…

Совсем рядом раздался голос Викторики – а ведь она, казалось, ушла из комнаты.

– … Достаточно. Открывай глаза.

Казуя поднял веки.

… Почему-то зеркало на стене перед ним отражало макушку Викторики. Из-за узорной рамы выглядывал белый атласный круглый чепчик и сверкающие золотом волосы.

Голос прозвучал вновь.

– Понял, наконец? Недо-гений Кудзё.

– … Ничуть. Где ты, Викторика? – когда мальчик подошёл к зеркалу и заглянул в него, обнаружил, что посеребрённое стекло каким-то образом пропало, оставив зияющую дыру, больше напоминавшую внутреннее окно. Расположенная по соседству спальня Казуи была симметрична таковой у его юной подружки, и, находясь в ней, Викторика тянулась во всю силу, пытаясь высунуть лицо из квадратного проёма.

Видимо, наконец убедившись, что дотянуться не выйдет, девочка куда-то умчалась и вернулась уже с небольшой коробкой, что сошла бы за подставку для ног. Та была очень лёгенькой на вид, но Викторика медленно несла её, стиснув зубы, будто в коробку натолкали кирпичей.

Наконец девочка взобралась на неё и поравнялась ростом с Казуей. Викторика высунула голову из дыры:

– … Ну что?

– Ха-а.

Поняв, что Казуя, видимо, так и не раскусил трюк, Викторика раздражённо топнула по коробу.

– Другими словами, кто-то вошёл в твою комнату и снял зеркало. Кудзё, то, что ты увидел, не было отражением. Ты заприметил, как кто-то спрятался в постели в твоей комнате и устроил то представление, чтобы тебя запугать.

– …

Казуя с Викторикой не сводили друг с друга взгляда.

Раньше их взгляды особо не пересекались, но, поскольку ныне девочка стояла на возвышении, её лицо оказалось почти на той же высоте, что и его. И теперь он не мог оторвать глаз от больших зелёных очей Викторики.

– … Теперь ясно? – Викторика уставилась на него широко распахнутыми глазами, будто задаваясь вопросом, оказались ли объяснения исчерпывающими. Но тот внезапно потемнел лицом. Вызвав у девочки лёгкую панику. – Т-ты чего, Кудзё?

– Другими словами, за произошедшим ранее стоит человек.

– А-а, верно. Поэтому-то всё в порядке.

– … И вовсе не в порядке! – вдруг повысил голос он, и глаза девочки округлились пуще прежнего. Казуя, остро ощутив собственную беспомощность, на эмоциях топнул по полу. – Если бы это был призрак – не страшно. Ведь в таком случае это просто дом с привидениями. Но во всех странностях замешан человек… И сейчас я в твоей комнате, Викторика, не в своей. Кто-то изначально нацелился на тебя, именно тебя пытался испугать. Разве я неправ?

– …

– Викторика…

– …

– Кто мог пойти на такое и зачем?

– Сама не знаю, кто. Предполагаю, кто-то из деревенских. Но догадываюсь о его мотиве. Всё потому, что я дочь Корделии, – тихо отозвалась Викторика.

Маленькое личико у него перед глазами потеряло выражение, и даже глаза подёрнула тень. Казуя пристально всмотрелся, выискивая малейшую мелочь. Голос Викторики же начал дрожать.

– Это дело рук жителей деревни, уверенных, что Корделия – преступница, навлёкшая на деревню несчастье, или… настоящего преступника, который страшится, что я могу раскопать истину…

– Викторика…

Мутные зелёные глаза деревенских то возникали, то таяли в сознании Казуи, словно рябь на воде. Эти люди подняли оружие в попытке прогнать их. Под конец явился Сергий, и именно он позволил путешественникам войти в деревню. Харминия обнажила склеру глаза, заметив Викторику среди новоприбывших, и тотчас обличила грех Корделии. И пускай Амброз поначалу вёл себя дружелюбно, при упоминании одной темы резко охладел…

Однако создавалось и такое впечатление, что за всем стоял Сергий. Он твёрд в своём стремлении защитить деревню, и поиски правды Викторики могут оказаться…

Девочка настойчиво повторила:

– Но отсюда я не уеду.

– Это опасно!

Казуя с Викторикой дружно топнули, сверля друг друга взглядом – каждый со своей стороны стены.

– Но Кудзё, ты… – Викторика оборвалась посреди слова, немного смутившись. Пока, наконец, с серьёзным лицом не продолжила, – Ты ведь защитишь меня, верно? …Даже проследовал за мной всю дорогу сюда, не прихватив ничего из вещей.

– … Разумеется! – выкрикнул Казуя.

Оба уставились друг на друга во все глаза.

В детях не чувствовалось привычного дружелюбия, они прожигали друг друга взглядами так, словно… собирались начать дуэль. Позабыли даже моргать, храня молчание.

Вдруг…

Дверь в комнату Викторики с грохотом распахнулась.

В проёме стояла Милдред, её кудри Долли взметнулись рыжим облаком. Казалось, она чем-то рассерженна.

– Только послушайте, детишки! – она с громким топотом прошла внутрь. И вновь Казуя, вспомнив, как ранее Харминия и звука не издала при ходьбе, когда принесла горячую воду, чётко ощутил контраст между этими двумя женщинами. Войдя, Милдред заметила торчавшую из квадратного проёма голову Викторики, хихикнула и выставила палец, ткнув Викторику в кончик носа. Плечи девочки дрогнули, она была как котёнок перед лицом хулигана-взрослого. Её глаза удивлённо моргнули.

– Чем занимаешься, гномик?

{

"type": "bulletList",

"content": [

{

"type": "listItem",

"content": [

{

"type": "paragraph",

"content": [

{

"type": "text",

"marks": [

{

"type": "italic"

}

],

"text": "\u041c\u0438\u043b\u0434\u0440\u0435\u0434 \u043e\u0431\u0440\u0430\u0442\u0438\u043b\u0430\u0441\u044c \u043a \u043d\u0435\u0439 \u304a\u30c1\u30d3\u3061\u3083\u3093(ochibichan), \u0433\u0434\u0435 \u30c1\u30d3(chibi) \u043e\u0437\u043d\u0430\u0447\u0430\u0435\u0442 \u043c\u0430\u043b\u0435\u043d\u044c\u043a\u043e\u0435 \u0442\u0435\u043b\u043e \u0438\u043b\u0438 \u0447\u0435\u043b\u043e\u0432\u0435\u043a\u0430\u00a0\u0441 \u043c\u0430\u043b\u0435\u043d\u044c\u043a\u0438\u043c \u0442\u0435\u043b\u043e\u043c. \u041c\u0430\u043b\u044b\u0448. \u0418\u0441\u043f\u043e\u043b\u044c\u0437\u0443\u0435\u0442\u0441\u044f \u043b\u0438\u0431\u043e \u0447\u0442\u043e\u0431\u044b \u043f\u043e\u0438\u0437\u0434\u0435\u0432\u0430\u0442\u044c\u0441\u044f \u043d\u0430\u0434 \u043a\u0435\u043c-\u0442\u043e, \u043b\u0438\u0431\u043e \u0432\u044b\u0440\u0430\u0437\u0438\u0442\u044c \u043f\u0440\u0438\u0432\u044f\u0437\u0430\u043d\u043d\u043e\u0441\u0442\u044c. \u0422.\u0435. \u0441\u043b\u043e\u0432\u043e \u043e\u0434\u043d\u043e\u0432\u0440\u0435\u043c\u0435\u043d\u043d\u043e \u0438 \u043c\u0438\u043b\u043e\u0435, \u0438 \u043e\u0431\u0438\u0434\u043d\u043e\u0435. https://konnichiwa.ru/115/"

}

]

}

]

}

]

}

Викторика тут же изменилась в лице. Казуя втайне диву дался.

Неужели её так беспокоит её низенький рост…?

Милдред ничуть не обиделась и заговорила, расхаживая по комнате.

– Вот ведь идиоты! Я про тех… ту троицу! Алан Бородатый, Дерек Богатый и Рауль Молчаливый – этих троих. А знаете что, я ведь пыталась сдружиться с Дереком, ведь он рассказывал о своём тугом кармане.

– Т-только поэтому…

– Я страсть как люблю деньги! – с чего-то сердито огрызнулась Милдред. – Больше всего на свете, больше вкусного вина или симпатичных платьев я люблю деньги!

Казуя с Викторикой поневоле переглянулись.

Им вспомнилась украденная с базара дрезденская тарелка, предположительно – этой женщиной.

Почему-то, как только речь зашла о деньгах, прежде грубое и бурное настроение Милдред разительно переменилось. Воздух наполнил сладкий густой аромат, словно женщина вылила на себя добротную порцию цветочных духов, и не обделённое формами тело, казалось, сочилось манящей вожделенной сладостью.

Как-то это немного… – Казуя в лёгком шоке уставился на Милдред, повторявшую «деньги, деньги» как заведённая.

Викторика сболтнула:

– … Вино и платья покупаются за деньги.

Милдред полностью её проигнорировала.

– Как бы там ни было, эти парни вздумали осмотр достопримечательностей провести. В канун празднования солнцестояния, когда все в деревне на взводе, дурни пошли посмотреть собор. Судя по всему, собор пустует лишь раз в году, в определённый период во время фестиваля. Кажется, правил целая уйма. Так я отправилась с ними, и как вы думаете, что они там учудили? Они нашли старую вазу, которую явно хранили со всей скрупулёзностью. И опустили её в громадный чан со святой водой. Подняли шум, требуя рассмотреть поближе, ибо интересно, а как понаблюдали, так со смехом заявили: «И зачем вам только беречь такое барахло?», чем привели деревенских в ярость, а потом снова – плюх! И не один раз. Все трое хотели поглазеть, так что бросали поочерёдно… Не знаю, как только уцелела ваза. Ну и ну… Сергий, староста деревни, взбесился так, что пар повалил из ушей. Эти дурни гонятся только за новизной и не ведают настоящей цены вещам. …Гхо! – вот так рассказывая без остановки, Милдред подняла стакан из красного стекла с ромбовидной отделкой граней возле кувшина и залпом осушила его, даже не заглянув внутрь. Женщина зашлась кашлем. – Гхо! Кха! Ч-что в нём было…! Что-то круглое… ты что оттуда пил?

– … А! – лишь тогда мальчик понял: Глаз…!, но решил не говорить лишнего. На вопрос, была ли это конфета или что подобное, он машинально кивнул.

… Лишь когда Милдред вновь удалилась, гулко стуча башмаками, в комнате вновь повисла тишина.

Из соседней комнаты по коридору вернулась Викторика.

Оба почти не говорили, а Казуя, в свою очередь, кропотливо проверил дверной замок, задвинул шкафом зеркало, чтобы никто не проник через соседнюю спальню, плотно закрыл окно и запер дверь.

– Викторика, сегодня я переночую здесь. Буду рядом с дверью, так что, если кто войдёт – дам отпор.

– М-м, как смело с твоей стороны.

– … Слушай, будь немного серьёзнее! Говорю тебе, это на тебя нацелились в деревне! – Казуя поставил перед дверью кресло-качалку. Устроившись в ней поудобнее, мальчик закрыл глаза.

…Кажется, ему всё-таки не спалось. Казуя – один из самых чувствительных в своей семье – с трудом засыпал, даже просто сменив подушку. Более того, спать приходилось сидя в кресле, так что крепко заснуть он не смог бы в любом случае.

Казуя невольно пробормотал это себе под нос, и Викторика повернулась к другу с крайне довольным видом:

– Ты… помнишь, в моей поклаже была хорошенькая раскладушка?

Казуя с любопытством осведомился:

– Твоя поклажа это… тот смехотворно гигантский чемодан, с которым целая семья могла иммигрировать в Новый Свет?

– Мх!? Это ты смешон. Я задействовала всю мудрость своего разума, чтобы заполнить чемодан лишь жизненно необходимым… Ты сам его бросил, зачитав мне напыщенную проповедь, так возьми ответственность и теперь спи в кресле-качалке.

– … Сомневаюсь, что мне были нужны ваза или чайный сервиз, – парировал мальчик, и в ответ в него прилетел очередной макарон. Казуя сердито поднял упавшую на пол сладость и положил на место…

– Викторика…? – он поднял глаза, но девочка настолько ушла в свои думы, что даже не удостоила мальчика взглядом. Казуя лишь вздохнул и вернулся в кресло-качалку.

С наступлением ночи в особняке наконец воцарилась тишина.

Казуя приглушил свет настенных ламп и решил тоже немного подремать.

Викторика лежала на большой кровати с балдахином и уже слабо посапывала во сне. Казуя вновь утонул в кресле-качалке и закрыл глаза.

Он силой пытался заставить себя заснуть.

Вдруг… мальчик посмотрел в сторону уже мирно спавшей Викторики.

Он видел лишь миниатюрный затылок девочки. Она спала на животе, глубоко уткнувшись лицом в пышную подушку.

– … Какая странная поза для сна.

– Ху-у~, ху-у~, ху-у~… – тихое дыхание той не сбивалось ни на миг.

С места Казуи крохотная Викторика, спавшая на слишком большой для неё кровати, больше походила на заснувшую на ходу маленькую собачку с длинной белой шерстью, нежели на человека

Вскоре снизу раздался звон часов с маятником.

… Бом-м! Бом-м! Бом-м!

Один, два… – начал считать Казуя. Когда счёт дошёл до двенадцати, бой часов стих. Поняв, что уже полночь, мальчик решил попробовать хорошенько выспаться…

Чувствуя подбирающуюся тревогу, Казуя медленно опустил веки.