Том 2. Пролог. Невиновна.

Иди и без подснежников не возвращайся!

── [Двенадцать месяцев] Самуил Маршак

{

"type": "bulletList",

"content": [

{

"type": "listItem",

"content": [

{

"type": "paragraph",

"content": [

{

"type": "text",

"marks": [

{

"type": "italic"

}

],

"text": "P.S. \u0412 \u044f\u043f\u043e\u043d\u0441\u043a\u043e\u043c \u043f\u0435\u0440\u0435\u0432\u043e\u0434\u0435 \u0438\u043c\u0435\u0435\u0442 \u043d\u0430\u0437\u0432\u0430\u043d\u0438\u0435 \u00ab\u0416\u0438\u0432\u043e\u0439 \u043b\u0435\u0441\u00bb (\u68ee\u306f\u751f\u304d\u3066\u3044\u308b)."

}

]

}

]

}

]

}

Странная вещица – золотая, круглая и блестящая…

Она сияла в темноте.

То была маленькая узкая комната в задней части большого особняка, утопавшая в темноте и безмолвии столь напряжённом, что, казалось, резало уши будто ножом.

Корделия опустила взгляд на странную золотистую, округлую, сверкающую вещь.

– … Что это?

Воздушные вьющиеся локоны, напоминавшие сладкую вату, мягко обрамляли щёки Корделии. Она была милой маленькой горничной. В руках она сжимала железный подсвечник, что казался неуместным в её маленьких пухлых детских ручках.

Тревожный оранжевый огонёк свечи освещал пол мрачной комнаты, но только слегка.

На полу лежал странный предмет.

Корделия протянула руку и осторожно подняла его.

– … Как краси-иво!

Он был гладким, а когда девочка поднесла его поближе к лицу и внимательно рассмотрела, выцепила взглядом на круглой и плоской вещице вырезанный профиль чьего-то лица. По какой-то причине там же виднелись и цифры. Что же это такое?

Пламя свечи мягко колыхалось под тихим дыханием Корделии.

И вместе с ним поблёскивала странная безделушка.

– … Впервые вижу что-то настолько прекрасное! – глаза Корделии засверкали, пока она раз за разом гладила пальцами неведомый предмет. Странная вещица заблестела пуще прежнего, будто бы из радости подобной ласке. Корделия, счастливо на неё глядевшая, вдруг кое-что заметила и поднесла подсвечник поближе к полу.

Справа, слева.

Спереди и сзади.

Она обвела свечой утопавший во тьме пол.

–… Раз, два, три, – у Корделии закралось недоверие. – … Сколько же здесь этих странных вещиц! Столько всего, и всё на полу!

Корделия медленно присела и нерешительно протянула руку. По полу были рассыпаны те странные предметы. Золотые кругляшки отдавали таинственным блеском в пламени свечи. Милое личико горничной окрасили золотистые блики.

– … Сокровища! И так много! Красота-а! – Корделия восторженно собирала неведомые диковинки, но их было так много, что в руках не умещались.

Наконец её юное личико постепенно исказилось в волнении. Руки ослабли, и золотистые вещицы с лёгким звоном вновь посыпались на пол.

– … Что это? Почему они лежат? Верно, разве здесь не должен был быть… тот человек? – она в спешке огляделась.

Мрак, окутавший комнату, залил её в угольно-чёрный цвет.

Корделия окликнула того человека дрожащим голосом, но ответа не последовало. Голос девочки стих, словно и его поглотила темнота. Её алые губы дрогнули.

Пш-ш…! – пламя свечи с треском замерцало.