Это случилось около пяти лет назад.

— Кто вы?

— А-а-а-а-а! Молодой господи-и-ин!

— Врача, живо зовите врача!

— Молодой господин, вы в порядке? Видите, сколько пальцев я показываю?

Открыв глаза, я понял, что нахожусь в незнакомой комнате — это раз. Вокруг стояли незнакомые люди и смотрели на меня сверху вниз — это два. И стоило мне спросить, кто они такие, как поднялась невероятная паника — это три. Всего за пять секунд на меня обрушились три мощных потрясения, и это стало моим первым воспоминанием в роли попаданца.

Даже сейчас, когда я вспоминаю тот момент, в ушах начинает звенеть. Хотя, с другой стороны, их реакция была вполне оправданной, так что теперь мне даже немного неловко. Старший сын семьи упал с лошади, потерял сознание, а очнувшись, первым делом выдал фразу, явно намекающую на амнезию. Естественно, они перепугались до смерти. Промедли я тогда еще немного, и полетели бы головы нескольких слуг и горничных, на которых бы повесили ответственность за случившееся.

— Вы точно в порядке?..

— Говорю же, в порядке. Просто голова на секунду закружилась.

К счастью, воспоминания настоящего владельца тела нахлынули на меня бурным потоком, так что мне удалось свести всё к простому недоразумению и выставить всех за дверь. Уж не знаю, было ли это отчаянным желанием прежнего хозяина защитить своих слуг, или милосердием того, кто засунул меня в это тело.

Хотя, вряд ли второе. Будь у этого некто хоть капля милосердия, он бы вообще меня сюда не запихивал.

— Почему именно я?..

Возвращение, переселение душ, реинкарнация. Когда-то это были свежие идеи, но со временем стало трудно найти роман, где не использовался бы хоть один из этих штампов. И вот мне досталось «переселение». Вау! Как же здорово!

Проблема в том, что я понятия не имею, за какие заслуги мне выпала честь стать участником этой великой троицы тропов. Я не следил в одиночку за выходом никому не известной новеллы до самого финала, не строчил автору гневные комментарии на 5700 символов за слитый сюжет, мой монитор не ослеплял меня божественным светом, и меня не сбивал грузовик. Я просто лег спать, а проснулся уже здесь, в этом мире.

Ладно, допустим, это еще можно понять. Само по себе переселение душ — явление нелогичное и внезапное, так что гадать о причинах бессмысленно. Можно подумать, другие главные герои попадали в чужие миры по собственной воле.

«Но могли бы закинуть в тело хотя бы преданного читателя!»

Настоящая засада заключалась в том, что я оказался в романе, которого не знал. Точнее, знал, но почти не читал. «Леди — это любовь…»

«Или как там дальше?»

В общем, это был ромфант с каким-то таким названием. Я прочитал только бесплатные главы и тут же бросил. Да и наткнулся-то я на него случайно, блуждая по сайтам в поисках хоть какого-то чтива, как голодная собака. Просто увидел, что по популярному роману запускают вебтун, и решил глянуть одним глазком.

Но он оказался совсем не в моем вкусе, а вскоре я нашел что-то более интересное и благополучно забыл о нем. Блять, знал бы, к чему всё приведет — прочитал бы от корки до корки!

«…Попаданец в ромфант».

Сначала мне хотелось рвать и метать из-за того, что я очутился в романе, сюжета которого не знаю, но, хорошенько поразмыслив, я понял — условия не так уж и плохи. В ромфанте Король Демонов не явится уничтожать мир, люди не будут пачками умирать от чумы или голода. И масштабных войн, скорее всего, не предвидится. В ромфанте все слишком заняты слащавой романтикой между главными героями, им не до этого.

Получается, создатель закинул меня в мир, где можно расслабиться и жить припеваючи? Более того, мне досталось тело старшего сына имперского графа. Я принадлежу к знати, в моих жилах течет голубая-преголубая кровь!

Не знаю, кто ты, но спасибо за переселение!..

— О, жизнь на легком уровне разблокирована.

Чем больше я упорядочивал чужие воспоминания, тем шире становилась моя улыбка. Прежнего владельца тела звали Карл Крассиус, в этом году ему исполнилось шестнадцать. Старший сын и наследник семьи Крассиус. Не редкий гений, но и не конченый отброс — просто обычный, ничем не примечательный дворянский сынок.

А значит, мне не нужно ничего изображать или из кожи вон лезть, чтобы показать, как я изменился. Можно просто наслаждаться счастливой жизнью аристократа и ничем не выделяться из толпы.

Единственное, что немного напрягало — куда делся настоящий хозяин тела? Но я решил для себя, что он просто умер. А даже если и нет, у меня всё равно нет способа вернуть ему тело. Так что с этого момента я — Карл.

И с этими мыслями я начал радостно наслаждаться счастливой жизнью в другом мире.

— Слава нашего рода — это заслуга благосклонности Императорской семьи, передаваемой из поколения в поколение.

Ровно на один год.

На следующий день после Нового года, когда мне исполнилось семнадцать, глава семьи вызвал меня к себе. Услышав его слова, я рефлекторно закивал.

За этот год я на своей шкуре усвоил: когда этот убежденный сторонник Императора начинает петь дифирамбы Императорской семье, нужно соглашаться без малейших колебаний. И действительно, удовлетворенный моим рефлекторным согласием, отец продолжил без лишних придирок.

— Изначально кровь нашего рода была не голубой, а красной. Но триста лет назад мы совершили великий подвиг во время вторжения в Апельс.

— Благодаря этому Эйманка Великий даровал нам титул и земли, позволив войти в ряды аристократии. А его преемник, Эйманка Второй, сделал семью Крассиус имперскими графами. Как наследник семьи Крассиус, я ни на миг не забываю об этой великой милости.

— Да, ты хорошо это усвоил.

«Учитывая, что я слышу эту историю каждую неделю, только животное бы ее забыло».

Я ответил на довольную реакцию отца улыбкой, стараясь поскорее замять тему. Ну всё, сейчас он скажет: «Продолжай и впредь усердно трудиться на благо Императорской семьи», и отпустит меня. Предсказуемо.

— И вот у нас появилась возможность хоть немного отплатить за эту милость.

— А?

Вот этого я не ожидал.

Не обращая внимания на мой удивленный возглас, глава семьи достал какой-то документ и продолжил:

— На Севере начались волнения. Глупцы, осмелившиеся пойти против Империи, не знают своего места и поднимают бунт. Масштаб беспорядков таков, что их нельзя игнорировать, и Его Величество выразил свою обеспокоенность.

— Какая жалость.

— Верно. Поэтому семья Крассиус, как имперские графы и вассалы Его Величества, намерена внести свой вклад в искоренение мятежников, которые посмели потревожить покой Императора.

— Вы отправляетесь в поход?

Отец спокойно кивнул. Семья Крассиус владеет титулом графов Тайлглехен — одних из прямых вассалов Императора.

Если глава семьи лично поведет частную армию графства Тайлглехен на Север, чтобы помочь в подавлении бунта, Император примет это с радостью. Значит, отец позвал меня, чтобы поручить управление графством на время своего отсутствия.

«Тю, делов-то. Всё равно всю работу делает дворецкий».

Что наследник, что заместитель графа — нужно просто вовремя ставить печати. Глава семьи и так делегирует большую часть дел по управлению территорией дворецкому. А я-то испугался, когда тема разговора сменилась. Зря переживал.

Но, словно прочитав мои мысли, отец снова сменил курс.

— Думаю, тебе тоже пора поступать на государственную службу.

— А? Мне?

— Да. Тебе семнадцать, ты можешь либо поступить в Академию, либо пойти на службу.

— Но если и я покину графство, кто будет заниматься делами?

— Всё равно всю работу делает дворецкий, так что всё в порядке.

«Ты не должен говорить такие вещи вслух, никудышный ты лорд!»

— Я уже подыскал тебе место. Отправляйся туда, и тебе объяснят, что делать.

«Убежденный сторонник Императора, мать твою…»

Поступить на госслужбу в семнадцать лет. По законам Империи это возможно. Но обычно все поступают в Академию.

Да и какой прок на государственной службе от семнадцатилетнего юнца, который только-только стал совершеннолетним? Гораздо выгоднее пойти в Академию, набраться знаний и обзавестись полезными связями среди других дворянских детей и талантливых простолюдинов.

Но сидящий передо мной глава семьи плевать хотел на здравый смысл и отправлял старшего сына на службу. Почему? Потому что Его Величество обеспокоен, а значит, нужно отправить лишние руки из семьи работать на благо государства.

И заявить об этом с гордостью: «Наш наследник, едва достигнув совершеннолетия, поступил на государственную службу, чтобы посвятить себя Императорской семье и Империи!». Всё очевидно. Зная, как этот человек печется о том, как его нестандартные решения будут выглядеть в глазах Императора, мотив понятен.

«А может, это не так уж и… плохо?»

Внезапно я понял, что это не самый худший вариант. Академия? Если вспомнить, как в прошлой жизни я без передышки отпахал школу, универ, а потом танцевал чечетку на грани того, чтобы меня насильно утащили в магистратуру, то учиться мне как-то не хотелось. К тому же, большинство крупных аристократов проходят программу Академии дома с репетиторами, а связи можно завести и до, и после этих трех лет учебы.

С другой стороны, должность на госслужбе мне подготовил сам глава семьи Крассиус — прямого вассала Императора великой империи Кфеллопен и представителя знатнейшего военного рода. Мне всего семнадцать, так что многого от меня не потребуют, а с такой-то крышей я смогу жить припеваючи... Слушайте, а ведь и правда неплохо!

— Я с радостью посвящу всего себя служению Его Величеству Императору.

Услышав это, отец улыбнулся, и я тоже улыбнулся ему в ответ. Два отца и сына, улыбающиеся по совершенно разным причинам, направились в столицу. Отец — чтобы повести армию на Север, а я — чтобы нагреть местечко на должности, текущей молоком и медом (как я предполагал).

Так прошло еще четыре года.

— Блять, надо было стиснуть зубы и идти в Академию.

Должность, которую мне подыскал отец, текла не молоком и медом, а кровью и слезами, и оттуда постоянно доносились чьи-то рыдания. За эти четыре года я повидал такой лютый пиздец, что словами не описать.

Этих четырех лет с лихвой хватило, чтобы превратить жизнерадостного семнадцатилетнего юношу, мечтавшего о легкой жизни, в измученного жизнью двадцатиоднолетнего взрослого, страстно желающего выйти на пенсию. Вот, только что мне пришлось два часа слушать оглушительные крики министра, прежде чем я смог сбежать.

— Чертова жизнь госслужащего.

Академия… Туда берут в двадцать один год?..