Глава 193: Снова тофу (3)

Я бессмысленно вперился взглядом в спину Рютиса. Было отчетливо видно, как он шурует на полках, явно что-то разыскивая.

Значит, он действительно существует. Я-то думал, он просто удачно подыграл моей несмешной шутке, но он и впрямь существует.

«Зачем он ему?»

Фундаментальный вопрос не давал покоя. Зачем, скажите на милость, ему владеть столь зловещей штукой?

Если честно, за всю свою жизнь — и до, и после переселения — я не слышал о торте из тофу вплоть до своего заточения. Я знал про рисовые торты, про торты-мороженое, но тофу? Такого я и представить не мог.

И вот теперь я собирался съесть блюдо, о существовании которого раньше и не подозревал, в третий раз за месяц. Сомневаюсь, что обычные торты я поглощал с такой частотой.

— Эм, старший. В Королевстве Армейн это также считается здоровой пищей.

Луиза осторожно подошла и зашептала, очевидно, по-своему истолковав мой остекленевший взгляд.

Я это знаю. Слышал во время своего прошлого взыскания. Рютис тогда всё очень любезно объяснил, так что я до сих пор помню.

— Думаю, Рютис приготовил его, потому что волновался за вас...

Голос Луизы под конец затих: видимо, ей эта ситуация тоже казалась слегка неловкой.

Да, торт из тофу в Королевстве Армейн считается полезным для здоровья. Судя по всему, его часто дарят вышедшим из тюрьмы.

Раз я тоже освобожденный узник, в его получении нет никаких проблем. Проблем нет, но...

«Ощущается как пляска на беде».

Не получи я торт из тофу во время прошлого ареста, я бы принял это как искреннее утешение.

Но я его получил. В моем сознании торт из тофу уже запечатлелся как символ издевки. Рютис наверняка это понимал, поэтому и не решился вручить его первым.

— Вот он.

Рютис приблизился, наконец отыскав это чудовище.

«Снова я это вижу».

Белоснежный торт из тофу в руках Рютиса. И всё же, по какой-то причине, он выглядел чернее и зловещее любого другого предмета.

Но чего-то не хватало. В прошлый раз он выглядел иначе.

Ах, на нем не написан мой тюремный номер.

«Последнее проявление тактичности?»

Я глянул на лицо Рютиса и увидел неловкую улыбку.

Верно, тебе тоже пришлось несладко. Написать мой номер узника было бы равносильно нанесению добивающего удара.

— ...Благодарю.

После недолгого раздумья я принял торт из тофу. Прошлая «пляска на беде» случилась из-за моего ареста, а арестован я был за то, что впечатал Рютиса в землю. Сам виноват.

Честно говоря, не позови меня Эрих без нужды или не накопи Рютис плохую карму своим дьявольским языком, ничего бы этого не произошло.

Так или иначе, я сам это накликал. На этом и порешим.

— Одному мне столько не осилить, так что давайте есть вместе.

— А, да.

Рютис послушно кивнул. Остальные члены клуба тактично взялись за вилки.

Торт из тофу, который я ел уже в третий раз, оказался невероятно мягким. Неужели таков вкус торта, пропитанного слезами?

«Черт побери».

Вкус, который я больше никогда не хочу ощущать.

......

Сразу после окончания занятий в клубе я направился в кабинет Ректора. Ректор тоже наверняка был поражен моим арестом. Мне следовало показаться ему и доложить о возвращении.

— А, Директор Департамента инспекции.

Когда я вошел, мы обменялись неловкими взглядами, после чего воцарилась удушающая тишина.

— Вам пришлось через многое пройти.

Ректор прервал затянувшееся молчание. Похоже, он решил, что краткое слово утешения лучше долгих причитаний или расспросов о моем самочувствии.

Разумеется, это был верный ход. Было бы тяжко, начни еще и ректор проявлять чрезмерное беспокойство.

— Вам пришлось тяжелее, чем мне, Ректор. Прошу прощения за внезапное отсутствие на посту.

— Всё в порядке. Директор Департамента инспекции заранее прислал уведомление, так что проблем не возникло.

Я неловко ответил на слабую улыбку Ректора.

Я и впрямь поставил его в известность после подавления «Красной волны», сказав, что мне нужно отлучиться для урегулирования последствий.

Он вряд ли ожидал, что под «последствиями» подразумевалось тюремное заключение.

— Я знаю, на какие жертвы идет Директор Департамента инспекции ради Академии и Империи. Поэтому, пожалуйста, не корите себя.

— Благодарю за ваши добрые слова.

От теплой речи Ректора мне стало еще совестнее.

Ректор наверняка думает, что я оказался за решеткой из-за «досадного инцидента при защите Академии». И как глава заведения, он может лишь выражать благодарность и утешать.

Это не совсем ложь. Я действительно был задержан после инцидента во время защиты Академии от «Красной волны».

«Досадного лишь для меня».

Издалека — трагедия, вблизи — комедия.

Знай Ректор все детали того «досадного инцидента», какова была бы его реакция? Может, он бы расхохотался, а может, оцепенел от изумления...

В любом случае, мне было бы одинаково больно.

......

Я мерила комнату шагами, то и дело поглядывая на магический шар связи. Я несколько раз вертела его в руках, гадая, не сломан ли он.

Каждый раз я лишь убеждалась, что устройство в полном порядке. Оно довольно прочное, всё-таки сделано в Магической башне.

— Ниа. На тебе лица нет.

Лаура нахмурилась, наблюдая за моими метаниями.

— ......

— И чего ты на меня так смотришь?

— Ничего. Совсем ничего.

Когда я уставилась на ноги Лауры, она резко меня одернула, явно смутившись.

Ноги Лауры уже приличное время дрожали так, будто началось землетрясение. И кто тут еще места себе не находит?

Впрочем, я её понимала. Лаура вырастила Карла и Эриха вместо этой матери, которая и матерью-то толком не была. Она заботилась о Карле как о собственном сыне, заменив им ребенка, которого когда-то так бессмысленно потеряла.

— ...Сегодня ведь тот самый день, верно?

— Да.

Но даже Лаура не выдержала долгого ожидания, задав вопрос голосом, полным тревоги.

Сегодня тот самый день. Эрих определенно сказал, что это случится сегодня.

[- Его задержали всего на пять дней. Обращение приличное, так что он велел особо не волноваться.]

- И всё же, стоило его хотя бы навестить...

[- Он и так через многое прошел и очень устал. Брат сказал, что сам свяжется с нами сразу после выхода, так не лучше ли просто подождать?]

Таков был мой разговор с Эрихом три дня назад.

Я хотела броситься к Карлу немедленно, но уговоры Эриха помогли мне с трудом сдержаться.

Я не могла сидеть сложа руки, зная, что мой драгоценный сын в холодной темнице, но, услышав, как он измотан, я заколебалась. Что, если я лишь обременю его своими эгоистичными чувствами?

Поэтому я ждала, как и советовал Эрих. Он сказал, что сегодня Карла выпустят и он свяжется первым, поэтому я доверилась и ждала.

«Жду с самого утра».

Я снова дрожащими руками взялась за шар связи.

Сегодня я не расставалась с ним ни в ванне, ни за едой, ни во время работы.

— Так вот, насчет банкета в честь дня рождения Кронпринцессы: мы не пойдем... Ниа?

— Прости. Что ты сказала?

— Что-то не так?

Даже общаясь с другими, я нервничала, боясь пропустить звонок Карла.

И словно издеваясь над моим беспокойством, вестей не было вовсе.

— Может, мне стоило... пойти и навестить его?

— Как будто ты могла пойти, когда даже с кровати встать была не в силах.

Мое лицо вспыхнуло от резких слов Лауры. По правде говоря, даже пожелай Карл визита, я была не в том состоянии, чтобы ехать.

Когда Эрих внезапно запросил мага телепортации и я узнала, что это для визита к задержанному Карлу, у меня в глазах потемнело.

- Ты в сознании?

Когда я снова открыла глаза, то лежала в постели.

- Лаура...? Почему я здесь...

- Ты упала в обморок. На шесть часов.

Какое-то время после этого я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой и просто лежала. Всё было так плохо, что даже Билли, присутствовавший на собрании, вернулся домой.

В таком состоянии визит лишь еще больше обеспокоил бы Карла. Нет, честно говоря, как и сказала Лаура, я бы просто не доехала.

С таким горьким чувством я продолжала гипнотизировать шар связи. Не то чтобы это могло ускорить звонок.

И в этот миг, словно по волшебству, устройство засветилось.

«...Оно работает?»

Теперь, когда контакт действительно состоялся, у меня в голове стало пусто. Что сказать? «Ты через многое прошел»? «Ты в порядке»? «Почему так поздно позвонил»?

— Ниа.

Голос Лауры рядом вернул меня к реальности.

Что я делаю? Даже если слова путаются, я должна ответить немедленно. Вдруг связь оборвется, пока я мешкаю?

[— Мама.]

Когда я поспешно активировала устройство, появилось лицо Кала.

— Карл.

Я крепко сжала кулаки, чувствуя, как наворачиваются слезы.

«Он осунулся вдвое».

Наверняка он не мог нормально есть ту еду, что дают в тюрьме. В возрасте, когда он должен расти, еще совсем ребенок — и в таких суровых условиях.

Как же сильно он страдал? Как сильно был напуган?

— ...Ты в порядке?

[— Да, у меня всё было хорошо.]

При этих словах слезы, что я сдерживала, едва не хлынули вновь. Такая очевидная ложь. В тюрьме просто не могло быть «всё хорошо».

Невзирая на собственные тяготы, он печется об этой непутевой матери. Почему такой хороший ребенок должен был оказаться за решеткой?

Но я не нашла в себе сил возразить. Этот вопрос лишь вновь разбередил бы сердце Карла, которое он так старался скрепить улыбкой.

[— Я хотел поприветствовать вас лично, но, кажется, это будет затруднительно.]

— Ничего страшного. Достаточно и того, что ты позвонил.

[— Тогда я спокоен.]

Дальнейший разговор я помню смутно. Я была слишком занята тем, что сжимала кулаки и закусывала губы, стараясь сохранить самообладание.

Но лицо Карла не выглядело расстроенным, так что я вряд ли ляпнула что-то странное. И то хорошо.

[— Пожалуйста, передай мои приветы главе семьи и главной горничной.]

При этих словах лицо Лауры рядом заметно просветлело.

— Да, я обязательно передам, не волнуйся.

Билли тоже будет рад услышать, что Карл спрашивал и о нем.

......

Я завершил звонок маме так быстро, как только мог. Это могло показаться поведением не самого заботливого сына, но я просто не мог долго смотреть маме в лицо.

«Как и ожидалось».

Я не сдержал вздоха. Ну еще бы. Какая мать останется спокойной, узнав об аресте сына?

Как бы она ни старалась скрыть чувства, тело не обманешь. Странно напряженные глаза, покрасневшие веки, дрожащие губы.

...Хватит анализировать. Если я продолжу в том же духе, мой сыновний пыл из обычного превратится в испепеляющий.

«Стоило ли позвонить раньше?»

При виде состояния мамы треугольник в моем сердце снова зашевелился. Маргета, клуб, Ректор. Последовательно докладывая им о своем возвращении, я так и не нашел времени связаться с мамой.

И всё же хорошо, что я позвонил сегодня. Иначе мама могла бы проплакать всю ночь.

А на следующее утро..

— Госпожа желает, чтобы всё дурное стерлось из памяти, а дни ваши полнились лишь добром.

Маг телепортации из семьи с почтением вручил мне коробку.

Внутри лежали свежеприготовленные блюда из тофу вместе с аккуратно написанным письмом.

Ого.

— ...Пожалуйста, передай мою искреннюю благодарность.

Ого-о-о...