Глава 39

Приподняв Лютера, команда спасателей залезла в дилижанс. Внутри стояла тяжёлая аура. Ольгу сидела возле Харло, Митрин вёл карету, а Алео забрался на укреплённую часть крыши. Дилижанс, скрипя, резко тронулся с места, под отдалённые, нарастающие крики. Они надвигались к выезду. Деревянные колёса с каждым моментом ускорялись по городской каменной мостовой.

Митрин во времена крестового похода начинал как водитель обоза, так что проблем с вождением у него не возникало. Он давил всё, что находилось перед ним — куриц и даже палатку торговцев. Даже не стоит представлять себе лица этих самых торговцев, стоявших на дневном оживлённом рынке. Благо, что дилижанс никого не сбил.

Вскоре, помимо четырёх пар копыт, послышались и другие — это были рейтары сэра Дугласа.

Облачённые в полутяжёлые доспехи, они неслись прямо следом за дилижансом. Синие цвета прорывались сквозь кирасы, а пули от мушкетов свистели в воздухе.

Карета тряслась на каждой выбоине, словно стонала от перегруза. Сквозь закрытые ставни пробивались световые блики — то солнечные, то от вспышек выстрелов. Лютер, бледный и покрытый испариной, лежал на скамье, крепко зажатый между ящиками и телами спутников. Его рука в судороге сжимала обломок цепи с инквизиторской печатью.

— Держитесь! — рявкнул Митрин, хлеща вожжами.

Его глаза сверкали так же ярко, как шипы на рукояти молота, привязанного к сбруе. Он не смыкал век даже на поворотах — всё, чему он научился за десятки лет в крестовых походах, вновь стало оружием. На одном из поворотов он врезался в бочку с дровами — она разлетелась, как гнилой плод, но он даже не оглянулся.

Сверху, на крыше дилижанса, Алео поднял мушкет и на мгновение задержал дыхание. Он знал: будет всего один выстрел — и он должен быть проклято точным. За ним, над облаком каменной пыли, выносились рейтары сэра Дугласа — шестеро, затем восемь. Их кони — угольно-чёрные, на мордах маски с вырезами для глаз. Взгляды из-под забрал сверкали фанатичной решимостью.

— Во славу Семерых! — раздался хор, и мушкеты грохнули.

Пули просвистели впритирку к колёсам. Одна задела металлическую скобу у двери — Ольги дёрнулась, схватилась за пояс Харло и выругалась сквозь зубы:

— Они не сдаются… Боги нас прокляли!

Харло молча прижал её за плечо и вытянул меч. Он не стал дожидаться штурма — распахнул боковую дверь и на полном ходу вылетел наружу, ухватившись за решётку сбоку дилижанса.

— Гони! — рявкнул он Митрину, даже не взглянув вниз.

Один из рейтаров приблизился — его конь шёл вровень с дилижансом. Через секунду он попытался запрыгнуть с седла на скобу. Харло встретил его лезвием — меч вошёл в шею под забралом, и рывком швырнул тело назад, в копыта.

Алео выстрелил. Один рейтар повалился — конь под ним заржал, встал на дыбы и рухнул, вызвав цепную реакцию. Крики, падение, лязг доспехов — трое оказались в пыли.

— Троих сбили! — выкрикнул Харло. — Осталось пятеро!

— инО енылжод сан ьтангод ,ашан льц ьтинурзур их ьсанп и ьтинсвозов ягет, — тихо прошептал Лютер, приходя в себя.

Из правого поворота показались городские ворота. Закованные створки были приоткрыты. Но и там уже маячила опасность: двое солдат, скорее всего, ожидали подмоги.

— Прямо на них! — рыкнул Митрин, сплёвывая.

Карета рванула вперёд и, как штурмовой таран, влетела в ворота. Устрашившись, охранники бросились врозь. Один из них не успел — колесо размазало его по стене, как глиняную игрушку.

Позади вновь загремели выстрелы. Пуля пробила верхнюю обшивку — Алео едва не слетел с крыши.

— Они не отстают! Алео, сними ещё одного! — крикнул Харло.

Даже Алео было трудно перезаряжать мушкет в тряске дилижанса.

Заступив в городскую долину, дилижанс вылетел на узкий мост через Ревалон. Вода под ним бурлила от утреннего ливня. Один неверный манёвр — и всё будет кончено. Митрин резко дёрнул вожжи, врезался в бордюр, но дилижанс выпрямился и пронёсся по каменному пролёту, оставляя за собой клубы пыли и тревоги.

Позади, на мосту, коней рейтаров заносило. Один вылетел в воду — его всадник закричал, пока железо не потянуло его на дно. Оставшиеся, будто почуяв проклятие, замедлили ход.

— Мы оторвались… — прохрипел Харло, забравшись внутрь.

— Пока что, — хрипло ответила Ольги, вытирая лоб. — Но мы не сумеем скрыть это от высших представителей Инквизиции. Никогда.

— Не переживай, я с этим сам разберусь, — отдышавшись, ответил Харло.

Впереди была дорога. За ней — только пепел, долг и проклятие.