Лютер тяжело дышал, его грудь сотрясалась в судорожных вдохах, а руки, разбитые и едва слушавшиеся, безвольно лежали на земле. Булава чудовища врезалась в пол так, что каменные осколки полетели в стороны, оставляя на стенах глубокие шрамы. От удушающего запаха серы и гнили хотелось кричать, но Лютер сосредоточился: он должен выжить.

Монстр приближался, шагая тяжело, как горный обвал. С каждым шагом его нога, покрытая волосами и кишащая червями, оставляла следы липкой слизи. Казалось, что этот исполин был создан не природой, а самими кошмарами.

Существо отложило булаву, сжало руки в кулаки и, оттолкнувшись от земли, прыгнуло в сторону Лютера. Лютер быстро вскочил, и через мгновение чудовище пролетело мимо него. Однако оно тут же остановилось, развернулось и схватило Лютера за талию. Пальцы монстра начали сжимать его ребра, и только когда хруст сломанных костей отозвался эхом в обшарпанных стенах канализации, Лесли пришла в себя.

Шок от вида существа был ничем по сравнению с ужасом от звука захлебывающегося собственной кровью Лютера. Он барахтался, но существо было неумолимо: его пальцы, словно железные клещи, вдавились в тело инквизитора, едва не пронзая легкие. Затем монстр с размаху швырнул Лютера в сторону Лесли. Она в последний момент успела увернуться, и тело Лютера, вращаясь, с плеском приземлилось в зловонную лужу. Его движение остановилось у ног только что подошедшего Уильяма.

— Боги! — воскликнул Уильям. Он тут же схватил свою булаву и ринулся на монстра.

Чудовище, будто не замечая его, обернулось и взглядом начало искать свою булаву. В этот момент Лесли, скользя по мокрому полу, разрезала сухожилия на его ногах. Чудовище взревело, и на Лесли обрушился поток смрадной гнили. Быстро развернувшись, оно нанесло ей сокрушительный удар по животу, от которого она отлетела прямо на Уильяма.

— ДТНО! — вскрикнуло существо и, будто не замечая разрезанных сухожилий, рванулось на оставшихся инквизиторов.

Но что же стало с "мертвым" инквизитором?