Элайджа Брегас с благодушной улыбкой и прищуренными глазами запихивал в себя нечто, что сложно было назвать едой. Всё потому, что София Брегас следила за ним ястребиным взором. Ким Сончхоль заметил, как при каждом глотке этого обугленного кошмара веко аристократа едва заметно подрагивало.

«Сверхчеловеческое терпение», — подумал он.

Уничтожив примерно половину «не еды», Элайджа перевел взгляд на Ким Сончхоля и мягко произнес:

— Восхитительно. Но, признаться, сейчас мне хочется чего-то особенного. Прошу прощения за такую просьбу к гостю, но не могли бы мы снова насладиться вашей стряпней?

Только услышав эти слова, Сончхоль окончательно понял ситуацию.

«Вот оно что. Этому парню просто захотелось нормальной человеческой еды, поэтому он меня и задержал».

Что ж, ладно.

Сончхоль оставил едва начатую порцию, к которой почти не притронулся, и резко встал.

— Надеюсь, ты не собираешься снова готовить то вонючее красное варево? Сразу предупреждаю: я терпеть не могу еду Рыцарского ордена Железной Крови.

Стоило ему направиться к выходу, как холодный голос Софии Брегас вонзился в спину словно стрела. Сончхоль обернулся и посмотрел на её тарелку. Лежащий на ней уголек ничуть не уменьшился с момента подачи.

«Эта женщина...»

Сказать хотелось многое, но он сдержался. Истинный кулинар доказывает свою правоту не словами, а мастерством. Выйдя из шатра, Сончхоль достал из мешка свежую печень.

«Это подойдет».

Кухня располагалась чуть поодаль, за палаткой. Хоть она и называлась походной, но, как и подобает влиятельным аристократам, здесь имелись всевозможные специи, овощи и даже вино. Ким Сончхоль взял одну из бутылок и спросил слугу, следившего за огнем:

— Можно использовать?

Тот кивнул. Откупорив вино, Сончхоль понюхал содержимое. Не высший сорт, но и не дешёвка. Для готовки в самый раз.

Растопив на сковороде немного масла, он начал обжаривать лук с помидорами. Когда овощи подрумянились, добавил вустерский соус, заранее припасенный в Хранилище Душ, а когда смесь загустела, щедро плеснул красного вина.

Взгляд слуги, до этого скучающего у очага, сам собой приклеился к сковороде. Уж слишком дразнящий аромат поплыл в воздухе.

Пока винный соус выпаривался, Сончхоль подыскал ингредиенты для гарнира. На глаза попались картофель и рис. Картофель он нарезал тонкой соломкой, а рис размолол в муку.

Бам! Бам!

Чтобы превратить зерна в пыль, ему хватило пары сжатий кулака. Глаза слуги округлились.

— А вы, похоже, сильны?

— ...

Сончхоль промолчал, щедро налил масла на другую сковороду и начал жарить картофельную соломку, обвалянную в рисовой муке. Пока картофель доходил до готовности, соус из красного вина загустел, источая божественный аромат. Сдвинув гарнир на край огня, Сончхоль приступил к главному — печени.

Секрет в том, чтобы быстро обжарить её на сильном огне до корочки, а затем залить уваренным винным соусом и протушить.

— Сахар есть? — внезапно спросил он.

— Да, вон там.

— Спасибо. Кстати, любопытно узнать: какое любимое блюдо у твоей госпожи?

— Как же его... Говорят, это еда из Иного мира. Она обожает филе трески в кляре, жаренное с картошкой до легкой мягкости.

— Английский вкус, значит, — холодно бросил Сончхоль и вернулся к готовке.

Свежей оленьей печени требовалось время, чтобы пропитаться сладковатым винным соусом. Пока суд да дело, он быстро настругал простой салат и начал сервировку. Картофельные оладьи в рисовой панировке, салат и, наконец, печень оленя под винной глазурью.

Пока блюдо томилось на медленном огне, вокруг стояла тишина.

— Похоже, вы мастер своего дела? — вдруг заговорил слуга.

— Разумеется. Я...

Сончхоль едва заметно усмехнулся и достал из Хранилища Душ брошь. Золотой дракончик, сжимающий в лапах вилку и нож, сиял, испуская необычную ауру.

— Что это?

— «Похоже, он не знает о Знаке кулинара».

То, что держал в руках Сончхоль, было особым предметом, доступным лишь обладателям класса «Повар». Знак кулинара. Его нельзя передать другому, он привязан к владельцу, и хотя сам по себе не дает никаких способностей, для повара он так же важен, как собственное лицо. Ибо этот знак подтверждает мастерство.

У обычного повара брошь цвета чугуна, но чем выше навык, тем благороднее сияние. У Ким Сончхоля, обладающего рангом Мастера кулинарии, она была золотой. Уровень, которым можно гордиться.

— ...Ничего особенного, — ответил Сончхоль, цепляя брошь на нагрудный карман.

— Ай!

Видимо, пристегивая украшение, он уколол иглой Бертельгию, спрятанную в кармане.

— Ч-что это за звук? — вздрогнул слуга, озираясь по сторонам. — Неужели крыса?

Он схватил метлу и отошел проверить углы.

— Больно же! — яростно запротестовала Бертельгия, как только слуга отдалился.

— ...

Сончхоль не извинился. Вместо этого он молча помешивал соус, полностью сосредоточившись на готовке.

— Ох, ну ты и... Совести у тебя нет!

Соус на сковороде медленно, но верно густел. Сончхоль не торопился, уделяя внимание каждой мелочи на финальном этапе. И в этой тишине из шатра донеслись приглушенные голоса.

— Пока готовилась еда, пришли новости: фронт Рыцарского ордена Железной Крови полностью рухнул. Две их гордости — мобильные крепости — уничтожены, деревни разорены.

Это говорила София Брегас. Сончхоль, помешивая содержимое сковороды, проанализировал услышанное.

«Я слышал, что у Ордена дела плохи, но чтобы пали даже деревни, обеспечивающие тыл... Ситуация и правда висит на волоске».

Странным казалось поведение Мартина Брегаса. Здравый смысл подсказывает: если на одном участке фронта прорыв, нужно стягивать резервы с других направлений. А он вместо этого отправляет Крестовый поход Спасения черт знает куда. Разве что, если бы этот поход направили на помощь Ордену...

— Может, нам просто вернуться? Честно говоря, мне этот маг не нравится, — продолжала София.

Следом послышалось низкое бормотание. Голос был тихим, почти неразличимым, но Сончхоль, сконцентрировавшись, смог разобрать слова Элайджи Брегаса:

— ...У нас осталось мало шансов. Считай, это последний. Если вернемся сейчас, всё пойдет именно так, как задумал тот человек.

— Но...

— Мне этот маг тоже не по душе, признаю. Но запомни: единственный способ спасти нас, брата и сестру — находится в Мире Демонов.

Разговор стих.

Соус полностью выпарился. Легкий запах гари вернул Сончхоля к реальности.

«Эти двое... Они и впрямь отправились в Мир Демонов не с пустыми головами».

Что именно им нужно — пока загадка. Но сам факт, что дети Мартина Брегаса идут туда с конкретной целью, уже ценная информация. Похоже, этот поход не ограничится простым сбором алхимических ингредиентов.

Сончхоль закончил сервировку дымящейся оленьей печени в винном соусе.

— Ах... Как же это... Какой вкус! Я просто потрясен.

Эффект от блюда был поразительным. Элайджа Брегас, отбросив дежурную улыбку, с которой ел стряпню сестры, уплетал еду Сончхоля с искренним наслаждением на лице.

— Как можно подавать на стол аристократа какие-то потроха... — пробурчала София, явно недовольная выбором ингредиентов.

Сончхоль, как бы невзначай откинув полу плаща, продемонстрировал золотую брошь и произнес:

— Вы сначала попробуйте.

Сверкнув знаком отличия, он скрестил руки на груди и с невозмутимым видом уставился на брата и сестру.

— София, ты чего? Не будешь? Это правда вкусно. Намного лучше того, что нам подавали в поместье, — сказал Элайджа, уже уничтоживший половину порции и запивающий еду вином.

София скривилась, но все же неохотно отрезала кусочек почерневшей печени и поднесла ко рту.

— ...?!

На мгновение на её бледных щеках проступил румянец.

«В-вкусно же?!»

Стоило кусочку попасть в рот, как печень буквально растаяла на языке, раскрывая симфонию скрытого мясного сока и винного аромата. Мысль перевернуть тарелку после первой же пробы исчезла без следа. Сама того не замечая, она начала жадно поглощать еду незнакомца.

И дело было не только в печени. Хрустящие и ароматные картофельные оладьи в рисовой панировке идеально дополняли слегка влажную текстуру мяса, а свежий салат безупречно восполнял нехватку легкости.

Спустя короткое время тарелки Брегасов сияли чистотой. Элайджа с довольным видом вытер губы и обратился к сестре:

— Ну как? Правда ведь вкусно?

София лишь холодно фыркнула:

— Ну, есть можно. Не совсем отрава.

Слова звучали надменно, но, учитывая вылизанную тарелку, убедительности в них было мало.

После трапезы Элайджа рассыпался в похвалах мастерству Сончхоля и вручил ему золотую монету в качестве платы.

— Это скромная благодарность от чистого сердца.

Игнорируя испепеляющий взгляд Софии, он твердо попросил готовить для них и впредь. Сончхоль охотно согласился. Дети Мартина Брегаса, одного из Шестерки Континента, вызвали у него интерес. Зачем отпрыски известнейшего рода Иного мира рискуют жизнью, отправляясь в Мир Демонов? Если повезет, это знание может принести неплохую выгоду.

— Зовите в любое время. Я всегда готов проявить своё мастерство.

Говоря это, Сончхоль снова слегка приподнял полу, демонстрируя сияющий золотой Знак кулинара. Однако брат с сестрой так и не поняли значения этой броши.

Прошел день, и Крестовый поход Спасения вместе со Штрафным отрядом продолжили свой путь к Миру Демонов.

Через час ходьбы крутые скалы закончились, уступив место бескрайней, уходящей за горизонт пустыне с багровым отливом. Эти места называли Землями, проглотившими солнце. Несмотря на малое количество солнечного света, частые дожди и холодный воздух — условия, далекие от типичной пустыни, — перед путниками расстилался океан песка.

Секрет кроется в земле. Повсюду разбросанный красный песок круглый год хранит жар. Геотермальная энергия, бурлящая под поверхностью, нагревает его снизу. Поэтому даже зимой здесь активны демоны, а в песках обитает печально известный на Передовой Мира Демонов монстр — Смертельный песочный ад.

Чудовище, которое тысячи лет назад видел сам Сазатос, до сих пор скрывается здесь.

Любой разумный человек никогда не пойдет через Земли, проглотившие солнце напрямик. Вместо этого выбирают путь вдоль побережья, где температура ниже, а почва тверже. Однако в этот раз здравый смысл был отброшен.

— Время — деньги! Мы прорвемся через эту пустыню кратчайшим путем!

Гангас Арон, номинальный проводник экспедиции, выбрал наихудший маршрут — прямо через красную пустыню. Среди ветеранов начались волнения, но они были в меньшинстве, а Гангас, как обычно, настоял на своем, встав во главе колонны.

— Пока я впереди, мы преодолеем любые трудности! — громогласно заявил он.

Лица бывалых вояк, слушавших эту речь, помрачнели.

— Кто-нибудь скажет этому юному командиру? Этот туголобый болван собирается скормить Смертельному песочному аду не только нас, но и весь Крестовый поход, — проворчал Акард, оглядываясь по сторонам.

Но они были всего лишь заключенными. Рядовому смертнику добиться личной аудиенции у старшего сына семьи Брегас и командира Крестового похода было практически невозможно.

За единственным исключением.

Ким Сончхоль.

Он тайно подошел к Элайдже Брегасу и сообщил о проблеме.

— Хм. Вот как? — безучастно переспросил Элайджа, но эффект не заставил себя ждать.

Вскоре Сончхоль и остальные ветераны наблюдали, как Элайджа отчитывает Гангаса Арона на глазах у сотен солдат.

— Ты меня за дурака держишь, Гангас Арон?

Под гневным окриком Элайджи Гангас лишь понурил голову, не смея возразить. Маршрут был изменен в сторону побережья.