«Мега Циклоном» активно пользовался Полубог, с которым Сончхоль столкнулся в Башне Отшельника. Помимо внушительной разрушительной мощи, это заклинание обладало высокой тактической ценностью — оно позволяло возводить на поле боя своеобразные барьеры-препятствия.

«Разрыв Грома» — еще один козырь в рукаве того самого Полубога. Именно этой магией Аквироа пыталась уничтожить Воина. Требуя долгой концентрации, заклинание обрушивало на окрестности шквал яростных молний, от которых невозможно было уклониться. И хотя урон по одиночной цели уступал «Звездному Свету», этот навык демонстрировал поразительную стабильность против многочисленных или изворотливых врагов.

Однако истинная ценность Магии ветра крылась не в высокоранговых заклинаниях седьмого уровня и выше, а в более скромных техниках. Взять хотя бы «Цепную молнию». Шестой ранг. Сконцентрированный до предела электрический разряд, поражающий первую цель, безудержно перескакивал на стоящих рядом противников, испепеляя всё на своем пути. Относительно низкий уровень с лихвой компенсировался тем самым балансом характеристик, который так искал Сончхоль.

Мгновенное применение, огромная убойная сила и внушительный радиус поражения. Потратив на чтение заклинания столько же времени, сколько требовалось для слабенького «Сияния», можно было нанести урон, превосходящий его в десятки раз. Единственным существенным недостатком оставался колоссальный расход маны и низкая эффективность против одиночных целей. Но для Воина, обладавшего огромным запасом Магии, а теперь еще и впечатляющей Волей, это не представляло проблемы.

К тому же, в списке присутствовал «Щит Ветра» пятого ранга. На первый взгляд, он ничем не отличался от защитных заклинаний других стихий, но почему-то требовал более высокого уровня освоения. Взамен он обеспечивал исключительную защиту именно от физических атак.

«Хм».

Наученный горьким опытом столкновения с клинком Каза Алмейры, Сончхоль твердо решил заполучить «Щит Ветра».

— «Мега Циклон» обойдется в шесть эликсиров, «Разрыв Грома» и «Цепная молния» — по пять, а «Щит Ветра» — в три, — с энтузиазмом огласил расценки джинн ветра.

Цены кусались.

— С какой стати «Разрыв Грома» и «Цепная молния» стоят одинаково? — тут же возмутился покупатель.

Накручивая на палец кончик длинной косы, дух невозмутимо ответил:

— А что поделать? Спрос на «Цепную молнию» огромный. И вообще, забудь о стереотипе, что высокоранговая магия всегда лучше или дороже. Высокий уровень — еще не гарантия качества.

— Он прав. Откровенно говоря, местная система магии... как бы это выразиться... не слишком сбалансирована, — встрял в разговор Мастер Подземелья. В качестве весомого аргумента он решил кое-что продемонстрировать. — Эгехиос. Покажи-ка нашему другу, что там происходит.

Повинуясь приказу, из пустоты шагнул здоровяк с головой быка и развернул перед Сончхолем иллюзорную проекцию. На изображении предстал разрушенный скалистый берег — окрестности Эгехиоса. В руинах затаились бесчисленные члены Культа Судного Дня.

— Эти ребята разбили там лагерь с того самого момента, как ты вошел в подземелье. Сначала их была горстка, но сейчас собралась целая армия. И, судя по всему, они притащили с собой игрушку, способную вытягивать силу из другого мира.

«Решили использовать Эгехиос как приманку и устроить мне засаду?»

Для фанатиков это был шанс убить двух зайцев одним выстрелом: избавиться от Ким Сончхоля и захватить древнее подземелье.

— Для зачистки подобного мусора «Цепная молния» — идеальный выбор, — подзуживал хранитель, ярый фанат ветряной стихии.

Душа Воина больше тяготела к «Разрыву Грома», но он прекрасно понимал, что мгновенная «Цепная молния» гораздо универсальнее. Выбор был очевиден.

«Ничего не попишешь. Против такой оравы лучше 'Цепной молнии' действительно ничего не придумать».

В итоге Сончхоль остановил свой выбор на Магии ветра. Окно статуса пополнилось двумя новыми навыками: «Цепной молнией» и «Щитом Ветра». Однако на этом сюрпризы не закончились — Мастер Подземелья приготовил особый подарок.

— Отдай мне оставшийся эликсир, и я уговорю светового джинна обучить тебя «Славе». Сделаю это как Мастер Подземелья!

Предложение звучало как одолжение, но Воин остался не в восторге.

— «Слава»?

Сончхоль рассчитывал на какое-нибудь убойное атакующее заклинание вроде «Мега Циклона» или того же «Разрыва Грома». Но хранитель был непреклонен.

— Самый ходовой товар я тебе не отдам. Не нравится — покупай дешевую магию.

— М-да...

Выбора не оставалось. Скрипя сердцем, Воин обменял два последних эликсира на заклинание Магии света восьмого ранга — массовый бафф «Слава». На этом дела во Дворце Желаний были завершены. Ощутив, как второй магический отпечаток наполняется новой силой, Сончхоль покинул роскошные чертоги и вернулся к лавке феи. Пришло время потратить оставшиеся жетоны на предметы.

Вложив 4 500 монет, он приобрел три Эссенции духа. Одну планировалось пустить на Ловкость, а две — на Выносливость. Таким образом, Сила, Ловкость и Выносливость вплотную приблизятся к отметке 999. Абсолютный воин, лишенный слабостей. Но стоило завершить сделку, как Маракия начал вести себя крайне подозрительно.

— Как... как Король Нахаков, я умоляю тебя, — с пафосом изрек пернатый спутник.

— Опять за свое? — недовольно буркнула Бертельгия.

Опустив голову и мелко дрожа, птицечеловек поднял на Сончхоля полный отчаяния взгляд.

— На самом деле... я так и не купил Последний Эликсир.

— Что? — нахмурился Воин.

Отчаянно отводя глаза, Маракия сбивчиво забормотал:

— Н-ну... Я правда собирался купить Последний Эликсир. Честно. Но... рука дрогнула, и я случайно купил эссенцию.

— И где она? — ледяным тоном осведомился Сончхоль.

Вместо ответа пернатый ткнул пальцем себе в грудь. Сожрал, значит.

— Какая же ты дрянь, — с нескрываемым отвращением выплюнула Бертельгия.

Но потерявшему остатки совести Королю Нахаков было уже плевать на унижения. Склонив голову, он жалобно заскулил:

— У... умоляю, купи мне Последний Эликсир на оставшиеся жетоны! Клянусь... как Король Нахаков, я обязательно... обязательно верну долг!

— И чем же ты будешь расплачиваться? — сухо поинтересовался мужчина.

— Эй, ты серьезно собрался ему это покупать?! — опешила живая книга, пытаясь отговорить напарника от безрассудной траты.

Сончхолю и самому не улыбалась перспектива потакать наглой птице, но он — человек, когда-то сражавшийся ради защиты того, что ему дорого, — мог понять мотивы спутника. Чтобы защищать, нужна сила.

— Я... я расплачусь собственной жизнью!

Видимо, Маракия тоже оказался перед нелегким выбором: купить Последний Эликсир сейчас или вложиться в собственную силу с прицелом на будущее. Пернатый ублюдок, конечно, раздражал, но Воин лишь перевел спокойный взгляд на торговца Шейлока.

— Один Последний Эликсир.

— Слушаюсь, да! Сию минуту! — радостно отрапортовала фея.

Под истошный вопль Бертельгии со счета списались три тысячи жетонов.

— Я не забуду твоей доброты... даже в следующей жизни! — Маракия бережно, словно величайшую святыню, прижал флакон к груди и поклялся в абсолютной верности.

У Сончхоля остались лишь сущие копейки. Жалкие остатки, на которые ничего путного не купишь. Отыскав забившуюся в угол трусливую фигуру, он всучил просидевшему десять тысяч лет без дела Дило Бурону оставшиеся восемьсот жетонов и купон на проживание в отеле.

— З-зачем ты мне это даешь? — ошарашенно вытаращился тот.

— Ты ведь всё равно отсюда не выберешься.

Воин прекрасно понимал: даже если этот жалкий трус и выйдет наружу, ничего хорошего его там не ждет. Уж лучше пусть коротает вечность в подземелье, проедая остатки жетонов и отсыпаясь в отеле, чем бесславно сгинет в бушующем пламени Бедствий.

— С-спасибо! Я... я обязательно верну долг!

Внезапно став благодетелем для одного человека и одной птицы, Сончхоль с легкой улыбкой посмотрел на Мастера Подземелья и Эгехиоса.

— Пожалуй, мне пора.

— Куда ты так торопишься? Мог бы погостить еще пару дней, — с нескрываемым сожалением протянул хранитель. Ему явно не хотелось расставаться с интересным гостем.

— Дела не ждут. Задерживаться не могу, — с мягкой полуулыбкой ответил Воин.

Уловив в его глазах стальную решимость, человек в маске поправил свое деревянное лицо и грустно усмехнулся.

— Ничего не попишешь. Эгехиос, открой ему проход, — скомандовал он.

Здоровяк с бычьей головой молча кивнул, и перед Сончхолем возникли две массивные колонны. Между ними пульсировала мощная магическая энергия — врата во внешний мир.

— Заходите еще, да! — прокричала вынырнувшая из ниоткуда фея Коммю.

Под провожающие взгляды Мастера Подземелья, Эгехиоса и Дило Бурона претендент молча шагнул к выходу. Как всегда, без тени сомнений. Вспышка света — и Ким Сончхоль растворился в портале.

— Ну, теперь начнется самое веселье, — пробормотал хранитель, поглаживая маску.

— О чем вы? Что тут веселого? — непонимающе уставился на хозяина Эгехиос.

Человек в маске расхохотался.

— Нет ничего приятнее, чем вставлять палки в колеса ублюдкам, которых на дух не переносишь.

— Я всё равно не понимаю.

— И не нужно. Скажем так: у меня появился шанс урвать кусок пирога в этой заварушке, — развернувшись, Мастер Подземелья тихо добавил: — И заодно проучить тех, кто смеет называть себя богами.

Он думал о стальном колесе, навечно впечатанном в душу Ким Сончхоля. О «Стальной Душе».

«Возможно, именно это станет переломным моментом».

В прорезях маски мелькнул зловещий огонек, но этого никто не заметил. Никто, кроме единственного существа, мирно спящего за бесконечной чередой лестничных пролетов.

На полное прохождение подземелья Эгехиос у Ким Сончхоля ушла ровно неделя. Все приготовления были завершены. Выйдя из врат, он зажмурился от ослепительного, нестерпимо яркого света, впившегося в глаза словно раскаленные крючья, и вдохнул соленый морской воздух.

Превращенный в руины Порт Эге, когда-то носивший гордое звание Золотого моря, вновь встречал своего Врага Мира. Стоя у выхода из подземелья, Воин бросил взгляд на скалы. Там, далеко наверху, высились силуэты в черных балахонах, пристально наблюдающие за побережьем.

Культ Судного Дня. Виновники разрушения Порта Эге и гибели бесчисленного множества невинных людей, принесенных в жертву ради призыва божественного подземелья. Те самые фанатики, что посмели напасть на него. В глазах Сончхоля вспыхнуло ледяное пламя.

— Это Враг Мира!

— Немедленно призывайте Полубогов! Быстрее!

Заметив появление цели, культисты в панике бросились занимать боевые позиции. Несмотря на эффект неожиданности, действовали они предельно слаженно и профессионально. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: враг досконально изучил его способности и подготовил идеальную засаду.

«Хозяин подземелья не соврал».

— Второй Камень души. «Полет».

Сончхоль взмыл в небо. Вокруг его фигуры закружился лаконичный магический круг совершенно незнакомой для этой эпохи формы. Наблюдая за этим с безопасного расстояния, фанатики запаниковали.

— Он использует магию Школы Небес! На чтение заклинания уйдет время! Разверните защитные барьеры и прикройте заклинателей!

Столкнись они с прежним Сончхолем, эта тактика сработала бы безупречно. Но глупцы и не подозревали, какую эволюцию прошел Воин в недрах Эгехиоса. Магический круг вспыхнул и мгновенно растаял, уступив место ревущей молнии, сконцентрировавшейся на кончиках его пальцев.

Треск!

Физически ощущая ярость искрящегося электричества, Сончхоль вытянул руку в сторону врагов. И абсолютно спокойным, будничным тоном произнес:

— «Цепная молния».

С пальцев сорвался неистовый поток разрядов, обрушиваясь на ряды культистов.

— Ч... что за черт?!

Увидев приближающуюся смерть, фанатики попытались скастовать индивидуальные защитные заклинания, но свирепая молния оказалась быстрее. Разряды ударили в черные рясы.

Ба-ба-бах!

— А-а-а-а-а-ах!

Первая жертва забилась в предсмертных конвульсиях, источая густой дым, и кулём рухнула на землю. Но смерть одного человека не остановила магию. Безумная молния с хищным ревом перескакивала от одного фанатика к другому, множа трупы с устрашающей скоростью. И этот танец смерти продолжался до тех пор, пока электрический заряд не иссяк полностью.

— К... как это понимать?! Что это была за магия?!

— Наверняка использовал свиток! Отставить панику! Разверните массовый защитный барьер! Как только завершится Воплощение Полубога, победа будет за нами!

Командир Культа Судного Дня, прячась за спинами телохранителей, бросил тревожный взгляд на трех мужчин и женщин. Эти несчастные должны были стать живыми факелами, пропитанными скверной. Три Полубога. Абсолютный козырь Южной епархии, созданный ценой колоссальных жертв специально для уничтожения врага в подземелье Эгехиос.

Каким бы сильным ни был Ким Сончхоль, он оставался простым смертным. Одного Полубога хватит для равного боя, два гарантированно обеспечат победу. Но Шнельмеркер, руководивший операцией, настоял на трех. Уж если и бросать в бой все резервы, то с подавляющим преимуществом, исключающим любые случайности. Вот только главная случайность произошла там, в недрах подземелья.

Слегка откинув полу плаща, Воин продемонстрировал плоды своих трудов. Под сверкающей алмазами Брошью кулинара переливались шесть Камней души, на которых вспыхнул древний магический узор. «Многократное чтение заклинаний» Сазатоса. И утерянная Магия ветра. Глядя на остолбеневших от ужаса фанатиков, парящий в небесах Сончхоль ледяным тоном скомандовал:

— Огонь.

Повинуясь приказу, шесть Камней души одновременно извергли колоссальные потоки ревущих молний, расходящихся веером в сторону врага. Пожирающие людей разряды, проглотив первые жертвы, словно изголодавшиеся звери, ринулись вглубь вражеского строя, испепеляя всё на своем пути.

— А-а-а-а!

В мгновение ока разорвав в клочья три десятка человек, электрическая буря добралась до самых ценных кадров ордена. До тех самых живых факелов, добровольно согласившихся на Воплощение Полубога. Так и не успев выполнить свое предназначение, они превратились в обугленные куски мяса и рухнули на землю. Но и на этом кошмар не закончился.

Командир с ужасом наблюдал, как драгоценные силы Культа Судного Дня, стянутые в Эге, за считанные секунды стираются в порошок неведомой доселе, словно живой, магией молний.

«Немыслимо. Сюда брошена треть всех сил ордена... И нас так легко... уничтожили...!»

Его мысли оборвались вместе с жизнью, когда очередная молния безжалостно превратила его в пепел.

— Кха-а-а-а!

С предсмертным хрипом Шнельмеркера над побережьем Эге повисла мертвая тишина. Отряд Культа Судного Дня, устроивший засаду на Ким Сончхоля, был стерт с лица земли. Не выжил никто.

Сончхоль медленно спускался с небес, равнодушно разглядывая поднимающиеся то тут, то там струйки дыма. Новая магия превзошла все ожидания. Даже он сам не предполагал, что расправиться со столь опасной группировкой фанатиков окажется настолько просто. Но он сделал это. Легко и непринужденно. И эта чудовищная мощь теперь всецело принадлежала ему, став неотъемлемой частью его существа. Почувствовав, как усиленная Воля стремительно восполняет потраченную ману, Воин тихо произнес:

— Это только начало.

Ким Сончхоль приземлился у самого входа в руины Порта Эге. Враг Мира вернулся. И стал еще сильнее.