Перед тем как войти в Великую канализацию, Ким Сончхоль извлек из Хранилища Душ другую одежду — поношенные обноски, какие обычно носят выходцы из Иного мира, и старый кожаный плащ.

— Впервые вижу, чтобы ты переодевался, — внезапно заметила Бертельгия, увидев его преображение.

— Не хочу, чтобы повседневная одежда пропиталась вонью.

— В итоге ты опять напялил лохмотья старьевщика?

— Найти приличный костюм — задача не из легких.

Сменив гардероб и аккуратно спрятав свои вещи обратно в Хранилище, Сончхоль начал спуск по склону, ведущему ко входу в подземелья. Чем ближе он подходил, тем невыносимее становилось зловоние. Пришлось прижать к носу и рту кусок чистой ткани, смоченной водой. Хоть обоняние и имеет свойство притупляться со временем, долгое вдыхание таких миазмов напрочь отбивает аппетит.

У самого входа обнаружились следы обитания. Стоило Сончхолю ступить на берег реки нечистот, как из нор и щелей, услышав его шаги, начали выползать люди.

Сончхоль на мгновение замер, разглядывая их.

«Беженцы? Нет, не похожи».

Эти существа скорее напоминали пустые оболочки в форме людей. Судя по их виду, они уже очень давно жили в этом кошмарном месте. Не обращая на них внимания, Сончхоль направился ко входу.

— Угх... Кто это такие? — содрогнулась Бертельгия.

— Испокон веков Великая канализация Лагранжа служила приютом для убийц, уродов, проклятых, бандитов и прочих чудовищ, о которых лучше не знать, — бесстрастно ответил Ким Сончхоль. — Те, кому нет места в городе наверху.

— А я думала, с приходом Империи тут навели порядок.

— Похоже, власть Императора не распространяется на подземелья Лагранжа.

На противоположном берегу обитатели канализации длинными шестами ворошили мусор в потоке нечистот. Вскоре оттуда раздались радостные возгласы — видимо, они выловили труп, приплывший из города.

Бертельгии это место решительно не нравилось.

Стоило войти в огромную расщелину, ведущую вглубь коллектора, как Сончхоля окутала густая тьма. Он достал зажигалку, добытую на Площади Призыва, поджег факел и без колебаний шагнул в зловонный мрак.

Через несколько шагов сверху и сбоку послышался легкий, суетливый, но вызывающий дрожь шорох. Свет факела выхватил стены, кишащие омерзительными насекомыми: у одних было слишком много ног, у других их не было вовсе, а третьи шевелили неестественно длинными усами.

— Кья-я-я-я!

Бертельгия не выдержала и завизжала. Сончхоль крепко сжал дергающуюся книгу, успокаивая ее, и ускорил шаг, чтобы поскорее покинуть отвратительную зону.

Впереди забрезжил тусклый свет факелов. Гранитная кладка и покрытые мхом стены едва проступали в полумраке. Это был конец секции Великой канализации. Здесь существ, так напугавших Бертельгию, почти не было.

Немного придя в себя после паники, книга сдавленно спросила:

— Тот тип, Фаблон или Фабр, он такое тоже любит?

— Думаю, даже Фабр от такого бы отказался.

Проход перегораживала толстая железная решетка. В ней была небольшая дверца для персонала, но от времени она проржавела и перекосилась, явно не выполняя своих функций. Ким Сончхоль с силой пнул створку.

Бам!

С оглушительным грохотом дверь отлетела прочь, и гулкое эхо, подобное удару гонга, разнеслось над бурлящими потоками нечистот.

— Не слишком ли громко?

— Я рассчитывал силу, но дверь оказалась слабее, чем я думал.

Если поблизости были люди, они наверняка услышали этот шум. Но Сончхоля это не волновало. Он пробирался в Лагранж тайно не потому, что не мог войти открыто, а чтобы избежать бессмысленных жертв и разрушений. Шум сам по себе проблем не доставил.

Проблема возникла в другом.

В этом невообразимо огромном и запутанном зловонном лабиринте он попросту заблудился.

Бертельгия, с самого начала недовольная идеей лезть в канализацию, тут же начала ворчать:

— Ты потащил нас сюда, не зная дороги?

— Думал, сориентируюсь по ходу дела, но город слишком старый, планировка изменилась.

Сончхоль честно признал ошибку. Хуже того, он потерял дорогу назад. А любимый метод — пробивать стены, прокладывая путь силой, — здесь не годился. Бездумное разрушение опор могло обрушить часть города наверху.

Оставался единственный вариант: пробить дыру в потолке и выбраться наружу с помощью магии полета «Флай», которую он теперь освоил куда лучше, чем раньше.

«Знал бы, что так выйдет, пошел бы напролом через ворота».

Только он собрался активировать заклинание, как из темного коридора донесся звук.

Осторожные, тихие шаги. Поступь вора.

Кто-то целенаправленно шел на свет его факела. Сончхоль остановился и стал ждать. Вскоре показался обладатель шагов: парень лет двадцати пяти, довольно смазливый, если бы не крупный шрам на щеке, придававший ему противоречивый вид. На поясе у незнакомца висели два кинжала, выдавая в нем разбойника.

— Надо же. Шел на странный шум, а встретил обычного человека, — бросил он легкомысленно, внимательно оглядывая Сончхоля. — Ты кто такой?

Список того, что ненавидел Ким Сончхоль, был велик: маги, убийцы... Воры тоже входили в этот перечень. Ему претила их кошачья манера красться в тени и подло выжидать момент.

Увидев реакцию Сончхоля, молодой вор, казалось, мгновенно все понял. Он расплылся в дружелюбной улыбке и поднял руки, демонстрируя отсутствие враждебных намерений.

— Кто я? Да так, ничтожество, бродило по вонючим стокам. А ты что здесь забыл?

— ...

Сончхоль на мгновение задумался.

«Говорят, если ищешь лекарство, то и собачье дерьмо сгодится. Значит ли это, что даже собачье дерьмо может быть полезным?»

Придя к такому выводу, он посмотрел на вора и честно ответил:

— Я заблудился.

Молодой вор расхохотался.

— Ну ты даешь! С виду такой суровый, а заблудился в канализации.

Надо отдать должное, проницательности парню было не занимать. Заметив, что бесстрастное лицо Сончхоля начало наливаться гневом, он тут же сменил тон и тему:

— В мире нет ничего бесплатного, но бросить человека в беде — недостойно гражданина Человеческой Империи! Так и быть, проявлю гуманизм и помогу.

Вор развернулся и пошел вперед. Сончхоль, хоть и не доверял ему, решил подыграть и последовал за ним. Иногда он позволял себе такие маленькие авантюры.

Впрочем, авантюра быстро закончилась полным провалом.

Вор привел его прямиком в логово бандитов — место, кишащее отребьем. Враждебные взгляды впились в лицо Сончхоля, словно острие копий.

— Не напрягайся. Хоть тут и есть бывшие зэки и убийцы, в душе они все отличные ребята.

Как говорится, на своей куче и петух смел. Вернувшись к своей банде, молодой вор заметно осмелел. И, конечно же, вскоре путь Сончхолю преградили двое.

Один был огромным громилой, другой — коротышкой, компенсирующим недостаток роста татуировкой убийцы на лбу.

— Гони все, что есть, — прохрипел татуированный.

Отличные ребята или нет, но по крайней мере честные. Сончхоль перевел взгляд на молодого вора, который ехидно ухмылялся, прячась за спинами подельников. Тот лишь пожал плечами и состроил шутливую гримасу.

— ...

Сончхоль молча достал из-за пазухи три серебряные монеты и протянул вымогателям.

— Это всё?

Бандиты остались недовольны. Сончхоль достал еще одну монету.

— Это всё? — повторили они вопрос.

На этот раз он добавил две монеты.

— Ты издеваешься? Доставай сразу всё!

Сончхоль извлек последнюю серебряную монету и отдал им. Бандиты грубо сгребли добычу, переглянулись и ухмыльнулись. Наконец-то они были довольны.

«Скромные у ребят аппетиты», — подумал Сончхоль.

С таким подходом они проживут долго.

Они швырнули молодому вору одну монету и удалились. Улыбка мгновенно исчезла с лица наводчика.

— Эй, братаны! Моя доля маловата, вы не просчитались?!

Он кинулся за ними следом. Ответом ему стал тяжелый удар кулаком.

С разбитым носом и залитым кровью лицом молодой вор отлетел назад, упал и долго сидел с обиженным видом. Потом встал и побрел в темный угол. Сончхоль последовал за ним.

Поскольку его уже «обчистили» на глазах у всех, никто больше не обращал на него внимания.

Молодой вор сидел на бочке у канала с нечистотами, тупо глядя, как капает вода.

— Эй.

Вор искоса глянул на Сончхоля и отвернулся.

— Эй, — повторил Сончхоль.

— Чего тебе?

— Уговор был другой.

— Дурак тот, кто поверил, — фыркнул парень.

Сончхоль пристально посмотрел на него, а затем достал из кармана серебряную монету.

Глаза вора вспыхнули интересом. Он резко выбросил руку, пытаясь выхватить серебро. Движение было быстрым, но для Сончхоля оно выглядело детской забавой. Он легко убрал руку с монетой и спокойно произнес:

— Покажешь выход наружу — получишь это.

— Да что ж ты за человек такой! Тебя только что кинули, а ты опять за своё! Ладно, давай монету — покажу.

— А как же «дурак тот, кто поверил»?

Слова Сончхоля попали в точку. Вор поморщился, спрыгнул с бочки и отряхнулся.

— Иди за мной. Куда тебе? Из канализации вон или внутрь Лагранжа?

— В Лагранж, конечно.

— В сторону Лагранжа? Там довольно опасно. Если тебе туда, одной монеты мало.

— Двух хватит?

— Три. За три монеты доведу до самого входа.

Молодой вор считал себя мастером переговоров, но в глазах Сончхоля и он, и его «братаны» выглядели бесконечно дешево. Сончхоль кивнул, принимая условия. Только тогда вор наконец представился:

— Я — Быстрая Рука Бабин.

Сончхоль свое имя называть не стал.

Путешествие в сторону Лагранжа возобновилось.

— Мы сейчас под Лагранжем? — спросил Сончхоль, чтобы уточнить местоположение.

Бабин покачал головой.

— Не совсем. Мы под Старым кварталом.

— Старый квартал?

— Это район времен королевства Рутегинея. Новички в Лагранже обычно не знают, но в Старом квартале никто не живет.

— Вот как? — удивился Сончхоль.

Восемь лет назад, когда он покидал столицу, в Старом квартале жило немало народу. В основном бедняки и бездомные, но там обосновались и некоторые обедневшие аристократы старого королевства.

— Император объявил это зоной зачистки. Там расплодились всякие секты и еретики, поэтому всех выгнали, чтобы никто не мог там жить.

— И куда делись все эти люди?

Ответ на вопрос не заставил себя ждать. В темном, лишенном солнечного света и зловонном пространстве обнаружилось поселение. Большинство его обитателей были стариками и больными. Атмосфера там была пропитана даже не отчаянием, а полнейшей безысходностью.

«Ничего не изменилось по сравнению с прошлым».

Воспоминания более чем десятилетней давности пронеслись перед глазами Сончхоля.

— Ну всё, дальше иди прямо по этому туннелю, и выйдешь к столице, — сказал Бабин, с тревогой вглядываясь в темноту прохода.

Сончхоль отдал ему обещанные монеты. Бабин, пересчитав деньги, широко улыбнулся:

— Прости, что обманул раньше! Братаны заставили.

— Не бери в голову.

— Ты крутой мужик. В награду дам тебе совет.

Бабин прищурил свои испуганные голубые глаза и пристально посмотрел вглубь туннеля.

— Знаю, звучит глупо, раз уж мы дошли сюда, но, честно говоря, дальше лучше не ходить.

— Есть причина?

— Там живет чудовище. Прямо за тем поворотом.

— Чудовище?

— Я точно не знаю, что это. Ходят слухи, что его выпустил Император. Но главное — никто не возвращался живым после встречи с ним.

Бабин дрожал всем телом, просто говоря об этом существе. Разумеется, для Сончхоля это не имело никакого значения.

— Если сдохнешь — я не виноват. Я предупреждал.

Несмотря на предостережение молодого вора, Сончхоль без колебаний двинулся вперед.

Вскоре из темноты выплыла железная решетка, отмечающая границу зоны. В отличие от той, что была на входе, эта выглядела прочной и ухоженной.

Сончхоль внимательно осмотрел железную дверь. Перед ней стояла табличка, на которой красной краской, напоминающей кровь, было написано:

[ Посторонним вход воспрещен. Только для смотрителей имперской канализации ]

Из-за двери доносился слабый, но жуткий и неестественный вой.

Удивительно, но Сончхоль уже слышал этот звук раньше. Он вспомнил уродливых солдат на воздушном корабле Аквироа.

«Чудовище, о котором говорил вор... Неужели это Солдат Спасения?»

Уверенности не было, но проверить стоило. Ким Сончхоль распахнул железную дверь и шагнул в темноту.