Сзади послышался сухой щелчок расстегиваемой пряжки.

[Эдмонд снимает брюки?]

Как оказалось, ему было недостаточно того, что произошло в экипаже, чтобы унять свою страсть.

Почувствовав прикосновение твердой плоти к своим ягодицам, Эзета вскинула голову, издав высокий горловой звук. Стимуляция от магического устройства внутри была настолько сильной, что у нее дрожала челюсть. Она понимала: если Эдмонд сейчас войдет в нее, она просто не выдержит.

Она взмолилась в отчаянии:

«Нет, нет, нет! Не надо внутрь!»

«Значит, магическому инструменту можно, а мне - нельзя? Миледи, ты само воплощение бессердечия.»

«Это...ох, совсем не так...»

«Что ж, я не в силах сопротивляться твоим просьбам. Тогда давай найдем другой способ.»

Его плоть, уже окропленная соком, стекающим из её лона, скользнула между её дрожащих бедер.

«Хи-ик!»

Эзета вцепилась в простыню, подтянув локти к туловищу. Её ноги почти не слушались от вибрации и напряжения. Эдмонд обхватил её полные бедра обеими руками и начал медленно двигать тазом вперед-назад. Каждый раз, когда он с силой проталкивался между её ног, влага из самого её центра капала на постель.

«Ах, ах, ах! Эдмонд!»

«Ох...так тоже хорошо. Так мягко...и так жарко...»

Пусть это было не так тесно, как внутри, но трение о мышцы её ног дарило новые, острые ощущения, словно его зажали в тиски с двух сторон. С каждым толчком вибрация магического инструмента внутри неё отзывалась новой вспышкой в крови.

Эдмонд навис над ней, коснувшись её губ кончиками пальцев, измазанных в прозрачном нектаре любви. Он навалился на её спину всем своим весом.

«Ох...Эд...»

«Осторожнее, миледи. Будет скверно, если ты прикусишь язык.»

«У-у-у-у..!»

Он просунул палец между её алыми губами. Это должно было уберечь её от травмы, но стоило его пальцу оказаться во рту, как челюсть Эзеты сомкнулись, и её маленькие зубки слегка прикусили его.

Почувствовав острую, но приятную боль, Эдмонд поцеловал её взмокшие виски и ускорился.

Из-за плотного контакта тел угол наклона изменился, и теперь он с силой вжимался в её самую чувствительную зону, заставляя её содрогаться.

«Ух...ах!»

«Боже, эта вибрация...Она такая мощная. Я чувствую её даже через тебя...»

«Хм! Унг! Да... хм…м-м…а…ах!»

Сжимая в объятиях её хрупкое, бьющееся в экстазе тело, Эдмонд двигался всё быстрее. Вибрация внутри и трение снаружи окончательно лишили Эзету рассудка. Из её янтарных глаз, потерявших фокус, брызнули слезы.

«Уф, это ожерелье...оно только мешает.»

Опасаясь, что твердые бриллианты могут поранить её нежную кожу, Эдмонд сорвал украшение и отбросил его под кровать. Вечернее солнце багровыми бликами заиграло на драгоценных камнях, упавших на мягкий ковер.

«Х-а-а...а-а-а-ах!»

Как только ожерелье окончательно покинуло её тело, магический инструмент, почуяв «кражу», заработал на невероятной скорости, буквально истязая её изнутри. Нечто твердое и длинное, казавшееся теперь гораздо больше пальца, нещадно терзало её пылающие стенки.

«О боже! Эд..!»

«Миледи..! Не сжимай так сильно..!»

Поначалу головокружительное удовольствие разлилось подобно бурной реке и захлестнуло всё её существо. Это было похоже на падение в бездонную пучину. Из её широко раскрытого в безмолвном крике рта не вылетало ни звука.

В тот самый миг, когда Эзета, содрогаясь всем телом, потеряла связь с реальностью, Эдмонд излился ей на живот с низким хриплым стоном.

***

На следующий день Эзета, стоя перед В арп-порталом, готовая к отправке в Императорский дворец, обиженно дула губы.

«Это так...жестоко с твоей стороны.»

«Благодаря этому ты прекрасно выспалась, не так ли? А с Варп-порталом у нас в запасе уйма времени. Мы можем не спешить.»

«Нет, это уже слишком!»

Эзета протестующе указала на черный чокер вокруг своей шеи. Кожаный ошейник, состоящий из тонких ремешков, был дополнен изящной черной цепочкой. И конец этой цепочки был обернут вокруг указательного пальца Эдмонда.

«Я подарил тебе ожерелье за 4,9 миллиарда, и будет очень некстати, если ты его потеряешь. Сигнализация тебе не понравилась, так что придется носить магическое средство защиты.»

«Да что это...Я тебе что, домашняя зверушка?»

Черный чокер с длинной цепью со стороны выглядел как изысканный ошейник для дорогой породистой собаки. Гордость Эзеты была уязвлена: ей казалось, что её посадили на поводок.

«Не волнуйся. Разве я не говорил, что у него есть функция невидимости?»

Эдмонд щелкнул пальцами, и черный чокер вместе с цепью растворились в воздухе. Ещё щелчок, и цепь снова появилась в его руке. Магия невидимости позволяла скрывать и являть это «средство защиты» по первому желанию владельца.