Теперь, когда было решено отправиться к Императорской семье, следовало как следует подготовиться. Примеряя платья, которые Эдмонд заказал в ателье, Эзета подбирала наряды: для придворного банкета, для ужина с Императором, для выхода в город и для дома.

«Эдмонд, как тебе?»

Он выглядел недовольным.

[Мне не идёт?]

Эзета внимательно посмотрела на себя в зеркало. Ей самой платье нравилось, но Эдмонд почему-то не спешил с похвалой.

«А это? Ты же говорил, что оно хорошее, когда я примеряла его в салоне мадам Лапромэ…»

«Красивое. Но не для двора.»

«Правда?»

[Может, придворные наряды должны быть более строгими?]

Эзета слегка наклонила голову и начала переодеваться.

Она не понимала, почему Эдмонд выглядит таким напряжённым.

[Чёрт…нужно сделать так, чтобы на неё никто не смотрел.]

Его раздражало то, что Эзета выглядела прекрасно в любом наряде.

[Светло-зелёное платье делало её образ мягче и нежнее, слишком привлекательно. В нём к ней наверняка начнут подходить и заговаривать.]

[Платье из тёмного дамаска, чуть темнее её волос, с оливковыми оборками выглядело элегантно, в нём вряд ли стали бы заигрывать. Но зато мог появиться кто-то более опасный: вежливый, умный, умеющий настоять так, что отказать невозможно.]

[И уж точно нельзя допустить розовое платье с глубоким вырезом на спине.]

[Эдмонд сжал губы, представляя, как чужие взгляды скользят по её обнажённой коже, хотя она ещё даже не покидала особняк.]

[Почему она такая красивая?]

[Конечно, были и наряды, которые ей не шли. Например, тёмное винное платье - тяжёлое, глубокого оттенка, делало её слишком бледной, лишая живости. С её каштановыми волосами и янтарными глазами она казалась в нём почти болезненной.]

Эдмонд не хотел, чтобы на неё смотрели, но и не мог позволить ей выглядеть хуже.

Он оказался в тупике.

«Эдмонд, какое лучше?»

«…надень то, что тебе нравится, миледи.»

[Это было единственное решение.]

[Пусть решает сама…]

[Впрочем, если она выберет слишком откровенный наряд, он «случайно» окажется испорчен.]

«Тогда…как насчёт этого? Я никогда не носила фиолетовое.»

После светло-голубого платья Эзета решилась на более смелый выбор.

Фиолетовый оттенок подчёркивал её янтарные глаза, придавая образу чистоту и загадочность. В нём не было излишней мягкости, наоборот, появлялась лёгкая гордость. И это ей шло.

Особенно Эдмонду понравилась широкополая шляпа, слегка скрывающая лицо.

«Ты прекрасна, миледи. Тебе очень идёт.»

Он улыбнулся с искренним удовлетворением.

Её глаза слегка увлажнились.

«Но…не слишком ли просто выглядит верх? В комплекте ведь должно быть ожерелье…»

По её знаку служанка молча подала шкатулку с украшениями.

Два ожерелья.

Одно - изящное, серебряное, с голубым топазом.

Другое - массивное, с тёмным рубином.

Эзета задумалась.

[Топаз не подходит к цвету глаз…а рубин слишком тяжёлый…]

«Эдмонд, какое лучше?»

«Ни одно. Тебе не подходит.»

На этот раз он ответил честно.

[Сейчас он мог позволить себе быть объективным, украшения не открывали тело, а значит, не привлекали лишних взглядов.]

Эдмонд перебирал драгоценности.

[Не то…и это не то…]

Его раздражало, что при всём богатстве не находится ничего идеального для неё.

«Миледи, купим новые украшения.»

«Что? Опять?»

Он мягко коснулся её щеки, глядя на неё с лёгкой улыбкой.

«Это встреча с Императором. На банкете будут присутствовать дамы высшего света. Разве не стоит выглядеть в соответствии со статусом герцогини Джаксен?»

Чем выше положение в обществе, тем строже требования к внешнему виду.

Важно было не только платье, но и украшения, даже в большей степени.

Существовало негласное правило: нельзя носить драгоценности более ценные, чем у дам более высокого статуса.

Например, если Императрица или герцогиня надевала рубины или бриллианты, дамы ниже рангом не могли позволить себе те же камни. Это считалось вызовом.

Исключения делались лишь для особых случаев - свадеб, дней рождения, приёмов. Но не для обычного придворного банкета.

Поэтому Императрица и герцогини носили самые ценные камни - бриллианты, рубины, чаще всего крупные.

Если же украшения были меньше, их просто становилось больше.