С тех пор, как Баш покинул дыру Добанги, прошло около месяца.

Донзой вместе с остальными орками тоже ушли. Они прошли через лес Шиванаси и вернулись в страну орков.

Когда вернулись, поднялась шумиха.

Всё же вернулись те, кого считали мёртвыми.

Король орков Немезис тут же подумал, что орки-отступники сформировали армию и решили напасть на страну орков, потому приготовился обороняться.

Воины, не прощавшие отступников, и те, кто долгие годы оставались в неволе и продолжали сражаться. Никто не собирался уступать, но вот Донзой упомянул имя Баша, и все успокоились.

Воины страны орков выслушали, что делал герой, и были преисполнены гордостью, и спасённые рабы были растроганы, когда поняли, что Баш решил спасти их в одиночку.

Вот так был решён вопрос рабов в дыре Добанги.

С тех пор прошёл месяц.

— Туда пришёл наш герой Баш. Он принял участие в турнире и победил всех. Одним ударом! С каждым врагом разбираясь одним ударом, он добрался до финала. Для нас это обычное дело, что Баш всех с одного удара побеждает, но не для них. Молодёжь вся бледная была. Точно думали: «Кто этот орк, разве такой может существовать?!» Хотя и пожившие своё тоже бледнели. Особенно те, кто видели Баша на поле боя! — держа кружки в двух руках, хвастался Донзой.

Вокруг него собрались молодые орки.

Все хотели послушать историю Донзоя.

Он провёл много лет в рабстве, но благодаря собственной силе смог освободиться.

Не такой как Баш, но можно сказать, что он тоже герой.

Конечно всем хотелось послушать его.

Орки любили похвастаться, но и послушать других им нравилось.

— ... Но к моему стыду, когда появился Баш, я уже забыл, что такое честь. Хотелось поскорее выбраться. Главное выбраться, а там хоть отступником стану, я был готов на всё. Забыв про стыд, я обратился к Башу... Предлагал женщину, просил проиграть в финале.

Но история Донзоя была полна не только хвастовством.

Он сознавался в собственной глупости и позоре.

— А... И что господин Баш?

— Конечно же не отступил. Сказал, что если чего-то хочу, то должен забрать это силой!

— О-о-о!

— И я словно проснулся. Да, Баш сильный противник. Такого не победить. Но какой я орк, если сбегу. Да. Я не из рабства сбежать хотел, а вернуться к оркам. Я снова хотел быть орком, а для этого нужна не свобода, а честь!

Услышав про возвращение чести, молодняк задрожал.

Истории орков то замедлялись, то снова набирали темп. Они не могли не восхищать.

Не будь Донзой орком, мог бы стать отличным бардом.

— И, что потом случилось?

— В финале я сразился с Башем! Всё же он настоящий герой. Дал мне возможность победить. Можно подумать, что он просто сдерживался, но его напор и жажда убийства были самыми настоящими. Вроде поддавался, но удары такие, будто говорил: «Если проиграешь, ты не орк, и должен умереть!» Если бы слова Баша меня не заставили в чувства прийти, я бы там и умер! Но я орк, потому принял бой. Сломал кости, потерял кровь, ноги у меня дрожали, но я держал щит и даже со сломанной рукой шёл в наступление, ударил всем телом!

В его истории ощущалось уважение, которое Донзой испытывает к Башу.

И весь молодняк уважал его.

Слушать истории о мужчине, которого ты уважаешь, не может быть скучно.

— А потом нас освободили. Но не это самое потрясающее. Мы покинули дыру Добанги и пошли через лес Шиванаси. Через лес эльфов. Думали, большую часть из нас перебьют. Всё же лес эльфийский. Земли громовой Сони, которая орков ненавидит. Сражения было не избежать...

— Ух... И-и что случилось?

— Мы прошли. Эти хитрые эльфы отмалчиваться конечно тоже не стали. Когда мы к границе подошли, сразу же войска вывели. Но вот что странно. Обычно при появлении орков, они ж из укрытий из луков обстреливают. А тут их командир вышел! «Чего вам?» — спрашивает. Мы ошалели, но всё рассказали. А когда про Баша сказали, они нам дорогу уступили! Можете поверить?! Баш и их одолеть смог!

— Король что говорил. Приходил посланник эльфов, в качестве благодарности провизию передал.

— Га-ха-ха, я бы не еду, а женщин хотел конечно!

«Я крут, но Баш круче, второго такого нет».

Их разговор только укреплял честь орков.

«Орк-герой» Баш, покинув страну орков, всё равно идёт по пути героя.

Показывает гордость воинов-орков другим расам даже после окончания войны.

И нет орка, который бы не радовался, услышав об этом.

Так думал Донзой, рассказывавший про Баша.

— Господин Баш много всего сделал, но с женщинами-то что? Он же трахнул кого-нибудь?!

— Придурок! Тебе ли за это переживать. Даже в дыре Добанги Баш заполучил женщину. Я видел его с одной из самых милых женщин среди гномов!

— Серьёзно?! Вот он, наш господин Баш!

— И судя по тому, что у эльфов было, у него их там было больше, чем пальцев на руках. Если он их подчинил, трахнуть был обязан.

— Но всё ли нормально будет? Король ведь запретил без согласия женщин брать...

— Было бы не нормально, эльфы бы не молчали.

— Точно! Если это господин Баш, эльфийки на него сами вешаться будут... Вот же круто.

— Готов поспорить. Когда он вернётся из путешествия, приведёт с десяток брюхатых женщин в цепях!

— Против ставить не буду. А вместе с тобой поставлю!

— Га-ха-ха-ха-ха!

В таверне разнёсся смех.

В стране орков в нём не было ничего необычного, но Донзой уже давно так искренне не смеялся.