Переполох переполохом, но он не был следствием конфликта Мефиуса и Энде, как не был и преждевременным столкновением, которого опасались княжичи. Несмотря на близость места действия к гарберской границе, его вообще можно было бы назвать внутренней мефийской проблемой, если бы не то влияние, которое этот переполох окажет на Энде и Гарберу.

***

Всё началось, когда скрывавший лицо за железной маской Каин, его адъютант Говен, командир пехоты Пашир и остальная сотня гвардейцев под их командованием добралась до гор Нозан.

Гряда Нозан не отличалась особой высотой и служила границей между северным Энде и южной Гарберой. На западе хребта обе страны граничили с Мефиусом. Пока Гарбера не взяла Заим под свою власть, все окрестные земли на границе трёх держав были буферной зоной под контролем горного форта одного могучего бандитского клана. Из-за обилия гор и равнин здесь сложный рельеф, сюда сбегались преступники со всех трёх стран. Поговаривают, что всякое отребье до сих пор сбивается в банды в руинах того форта.

Говен планировал посадить судно у подножья Нозан. Дав эндским войскам обнаружить себя, он хотел заставить их задуматься о начале марша, но не успел он даже начать, как получил приказ остановиться от появившейся сверху группы кораблей. Они не принадлежали ни Энде, ни Гарбере: на их кормах развевался мефийский флаг.

Сражаться они не могли, так что Говен подчинился приказу.

К севшему кораблю прибыла большая группа всадников во главе с одним из двенадцати мефийских генералов, Одейном Лорго, а пять сотен вооружённых бойцов из его дивизии «серебряного топора» ожидали в тылу.

— Что привело вас сюда?

— Это мои слова, — ответил Одейн, не скрывая презрения к бывшему рабу.

Ему тридцать семь лет, он командир со значительной военной выслугой, хорош в тактиках с использованием стрелкового оружия, да и сам был отличным стрелком: на фестивале основания несколько лет назад он без промаха сбил кувшины с голов стоявших на арене рабов.

К слову, он отец Ронни Лорго, девочки, оседлавшей дракона на церемонии совершеннолетия во время недавнего фестиваля основания.

— Мы гвардейцы под прямым контролем Его Высочества принца Гила. Раз вы остановили нас, то тому должна быть веская причина, верно?

— И что теперь? — к жестокому выражению лица Одейна добавилась высокомерная улыбка. — Причина в том, что Его Императорское Величество запретил пропускать кого бы там ни было через мефийскую границу.

Среди оставшихся на корабле гвардейцев начало распространяться недовольство. Говен слышал, что ныне удовлетворённо глядящий на него Одейн недолюбливал принца как за решение взять в гвардию просто рабов, так и за найм бывших мятежников под руководством Пашира.

— И как вы поняли, «кого бы там ни было» включает в себя и гвардейцев принца, и человека, заслужившего титул Кловиса на фестивале основания, — генерал бросил взгляд на практически дрожащего Каина. Говен вышел вместо него вперёд.

— Мы тоже не детскими глупостями заняты. Мы встанем на якорь и отправим принцу посыльного.

— Хм, судя по твоим словам, отступить назад вы не можете? Принц Гил должен был получить от Его Величества прямой приказ не отправлять ни единого солдата за пределы Апты. Его Величество будет в ярости за ослушание принца. Что же до всех вас, даже представить не могу, какие пытки вы испытаете на себе.

— Мы ничего об этом не знаем. И мы не следуем приказам Его Величества: до самого конца мы будем гвардейцами именно Его Высочества. Я отправлю Его Высочеству сообщение и расскажу о ситуации, а затем дождусь ответа.

Несмотря на долгий и пристальный взгляд признанного генерала с многолетней выслугой, Говен ни капли не изменился в лице. Некоторое время они вдвоём молча стояли, а их острые, подобно клинкам, взгляды практически звенели металлическим лязгом.

— Делай что хочешь, — усмехнулся Одейн и развернул лошадь. — Но будь осторожен в своих решениях. Мы будем наблюдать за вами из лагеря неподалёку. Знай, что если попробуете нарушить приказ, прощения не будет никому.

Предупредив Говена, генерал ушёл к своим подчинённым. Не прошло много времени, как рядом с транспортом раскинулся лагерь для наблюдения за гвардейцами.

— Что нам делать, Говен? — тихим голосом спросил Каин. — У нас же нет времени. Орба сам ведь сказал, что если война начнётся, то наш маленький отряд будет бесполезен, даже если мы успеем.

— Нам ничего не остаётся, кроме как ждать.

Они спешили на помощь Гарбере, само собой они не могли вступить в бой с войсками собственной страны. Потому Говен и решил отправить верхового гонца. В случаях, когда надо преодолеть такое расстояние, возникает проблема усталости, так что лошадь надёжнее корабля[✱]Мы всем коллективом обсуждали этот момент, но так и не смогли прийти к нормальному выводу. Мы так и не поняли, почему на дальних дистанциях лошадь лучше воздушного корабля. Если сопоставить расстояния по карте и имеющуюся во всех предыдущих томах информацию, то от Заима до Апты около восьмисот километров (в лучшем случае и по прямой), если гонец двигается на перекладных и ОЧЕНЬ спешит, путь в одну сторону займёт 5 дней. По воздуху же около суток. Скорее всего автор попросту подзабыл о расстояниях, ну или же мы перемудрили и слишком серьёзно отнеслись к расчётам..

Лица провожающих гонца солдат были мрачными и недовольными.

Это же Мефиус, в конце концов.

Среди них лишь на лице Пашира красовалась бесстрашная улыбка. Сколько бы он ни мстил стране, свою обиду на неё он не забудет. Такой вот он человек. С его точки зрения, блокировка подкрепления союзной державе вполне в духе Мефиуса.

Что же теперь предпримет наш эксцентричный принц? — внутренне глумился он, положив руку на рукоять висевшего на поясе меча и глядя на запад, в сторону Апты.

Принц казался ему спокойным и собранным, но напившись тот направил меч против своего вассала. Некоторые аспекты характера Гила он ни капли не понимал.

Быть может, я...

Возможно, Пашир надеялся на него.

Село солнце. Экипаж транспорта и солдаты Одейна из разбитого менее чем в километре лагеря так и продолжали смотреть друг на друга. На носу корабля стоял Говен, и вдыхая носом ночной воздух он чувствовал витавшее в нём напряжение.

***

В двадцати километрах к востоку с южной стороны хребта Нозен протекала берущая начало в северном озере Оливис река Венд. Там, в пограничной крепости Заим, Ноуэ Салзантес получил новости.

Им не дали пересечь границу?

Император Гул не проигнорировал отправленное принцем подкрепление, что явно говорит о существовании связи между Мефиусом и Энде. Конечно, совершенно неожиданной для Ноуэ эта новость не стала. По всей видимости, и для Гила тоже.

Он не из тех наивных и честных людей, что сразу же отступят.

Ноуэ всё ещё верил в юного принца, действия которого он видел в Солоне и Апте. Имея лишь горстку солдат, он умудрился окончить войну с Аксом Базганом. Более того, он разрушил планы самого Ноуэ в мефийской столице.

Естественно, далеко не все гарберцы разделяли чувства Ноуэ.

— Видишь? Вот почему нельзя доверять Мефиусу!

Зенон Ауэр был в ярости, его лицо скривилось в ядовитом выражении.

Второй принц Гарберы командовал орденом тигра. Когда ему было семнадцать, началась война с Мефиусом, и в своей первой кампании он завоевал славу и почёт. С тех пор прошло десять лет. Великое множество раз Зенон сражался с мефийцами и до сих пор не мог принять мир, «купленный» за счёт Вилины.

Они близки, но не только как родственники. У принца такие же мягкие платиновые волосы, временами на его красивом, чистом лице возникает то же неукротимое выражение, как у принцессы. Даже в плане характера они в равной степени упрямы.

Когда находившийся к западу от озера Мавант Зенон узнал о решившейся помолвке, то тут же бросился назад, в Фозон.

— Вилина. Я пойму, если ты недовольна. — сказал он тогда сестре. — Даже я не хотел такого окончания войны. Император определённо проиграет мне прямо в Мефиусе. Если сама ты боишься, я поговорю с Его Величеством вместо тебя и...

— Нет, брат… — взглянула прямо на него Вилина и покачала головой. — Я отправляюсь в Мефиус.

Глядя на сладко улыбающуюся Вилину, Зенон лишился дара речи. Она решилась на такой шаг ради своей страны. Зенон положил руки на плечи своей младшей сестры, а стоящие широким кругом фрейлины зарыдали. Для них ужасно, что четырнадцатилетнюю принцессу совсем скоро отдадут замуж за принца вражеской страны. Тем более страны столь варварской, как Мефиус.

Несмотря на разницу в возрасте, во времена раннего детства Вилины Зенон постоянно играл с ней. Они втягивали всех окружающих в «догонялки», устраивали потешные дуэли на деревянных мечах и игрушечных пистолетах. Специально давая Вилине выиграть, Зенон всегда радостно смеялся.

— Вилина, ещё ведь не поздно. Одевайся как мужчина, живи как мужчина. Когда вырастешь, ты станешь куда более доблестным генералом, чем я, — часто говорил Зенон.

Для окружающих вид долго глядевших друг на друга брата и сестры был невыносим, на их глаза наворачивалось ещё больше слёз.

Получалось, что несмотря на союз, Мефиус не захотел отплатить за решимость принцессы и отказался отправить подкрепление, когда Гарбера была в опасности. Многие гарберцы, и в первую очередь сам Зенон, были в ярости.

— Если Мефиус собирался отправить подкрепление, могли ли они заколебаться, узнав о приготовлениях Энде? — спросил у Ноуэ Рогир Гилант, молодой кавалерийский капитан из ордена бронзы. Он один из тех, кто вместе с Ноуэ был в Апте.

В настоящее время в Заиме располагалась тысяча бойцов: пять сотен из ордена тигра и по двести пятьдесят из орденов бронзы и чёрной стали.

«Приготовления», о которых говорил Рогир — это странные действия княжича Эрика. Он подготовил более двух тысяч солдат. Не заботясь о гарнизоне Дайрана, Эрик собрал в Энде наёмников-ронинов, воинов, покинувших своих сюзеренов, и заручился поддержкой некоторых генералов, одолжив бойцов и у них.

И вот, в преддверии вторжения, Эрик отправляет отряд из шести сотен человек на границу с Мефиусом. С тех пор тот так и стоит там. Учитывая, что их позиция в стороне от пути на Заим, этот отряд никак не мог быть авангардом.

— Наверняка это подразделение перекрывает дорогу мефийскому подкреплению. Княжич Эрик понимает, что Мефиус не единый монолит, потому и отправил бойцов для наблюдения.

— Предположим, что так и есть, — заговорил Ноуэ, глядя через одно из окон форта на воды Венда, — но что мы собираемся делать?

— Простите мою дерзость, но если мы проведём отряд через горы, в стороне от основных сил врага, то разве не сможем напасть на то подразделение с фланга? С мефийским подкреплением мы и вовсе навалимся с двух сторон. Объединившись, мы вместе нагоним основные силы Эрика у Заима и зажмём в клещи.

— Думаете, пересечь горы легко? — пробормотал Ноуэ, подперев своей тонкой, женоподобной рукой щёку. На указательном пальце блестело лазуритовое кольцо.

Склоны и пики гор испещрены бесчисленными ущельями, их ужасный рельеф превращает всю область в настоящий лабиринт. Чтобы провести несколько сотен солдат, да ещё и в тайне от основных сил противника… Это займёт много времени и приведёт к множеству переломанных костей.

— Кроме того, — Ноуэ продолжил разглядывать поверхность реки, — мы, может, и набросимся на этот приграничный отряд, но что мы будем делать, если враг сбежит на территорию Мефиуса?

— Пересечём… границу?

— Я считал Эрика не сильно смышлёным, видимо, придётся изменить своё отношение. Судя по всему, этот отряд...

— Да что за чушь вы тут несёте? — звеня рыцарской экипировкой вышел вперёд Зенон. Рогир выпрямился, даже Ноуэ развернулся и кивнул. — Как мы вообще можем рассчитывать на мефийское подкрепление? Ясно ведь как день, что Мефиус предал нас. Свадебная церемония Вилины так и не состоялась, это тоже преступление. У нас есть хороший повод вернуть мою сестру назад, займёмся этим, как разберёмся с Энде.

— Есть, — вдвоём ответили Ноуэ и Рогир.

Принца не назовёшь плохим генералом, но… — опустив глаза, Ноуэ усиленно размышлял. — В текущей ситуации я бы предпочёл идиота, которым легко манипулировать.

Да, Зенон добился многих успехов во время десятилетней войны, но сейчас негативные эмоции затмевали его разум. Его враждебность теперь была направлена не только на Мефиус, но и на Энде. Помолвка Вилины и Гила привела к ухудшению отношений с княжеством, и Зенон по приказу короля лично отправился к великому князю. Он обменялся с Мальчиором клятвами нерушимой дружбы, и теперь, без всяких сомнений, воспринимал агрессию Эрика как удар по собственной чести.

Вдобавок ко всему своему недовольству, Зенон не очень доверял Ноуэ. Рюкон мёртв, но принц по-прежнему ненавидел его за восстание в столь трудный для Гарберы час. Именно Ноуэ посоветовал королю наделить Рюкона властью, и именно он предложил для этого сделать его женихом Вилины.

— Я не могу доверять этому смазливому, — во всеуслышание заявил Зенон. — Я не верю, что рыцарская честь проявляется в хитроумных уловках. Каким бы изобретательным ни был рыцарь, в нём должны соединяться искусство воина и здоровый дух. Невозможно верить человеку, чья сила в нападениях исподтишка.

Зенон был воплощением гарберского солдата, безрассудно следующего пути рыцаря. Он не хотел прислушиваться к мудрым советам Ноуэ.

Слишком много ограничений.

Заим спроектирован для гарнизона в две тысячи человек, также крепость способна вместить пять боевых военных транспортов. Однако солдат под рукой в два раза меньше, а из доступных кораблей лишь два крейсера да один транспорт, используемый как судно поддержки.

По мнению Ноуэ это тоже ограничение.

Как и предсказывал эндский маг Хезель, король Айн Ауэр боялся внутреннего раздора, потому и не мог отправить много солдат в Заим, ставший центром мятежа Рюкона.

Помимо харизматичного Рюкона, в воздушных силах было много молодых офицеров, и чтобы не провоцировать их, король назначил комендантом Заима принца Зенона. Находившиеся в крепости суда были его личной собственностью.

В такой ситуации лично полагающиеся на меня генералы, конечно, прислушаются к моему мнению.

Ноуэ считал солдат шахматными фигурами, он даже генералов воспринимал марионетками, что двигаются по прихоти его разума. Тем не менее, столкнувшись с нежеланным для себя развитием событий, даже такой самоуверенный человек как Ноуэ не мог не пожалеть о своих былых делах.

Какую бы блестящую стратегию я ни придумал, без людей для её реализации она так и останется просто словами.

Какими бы ни были намерения Гула, у Гарберы всегда оставалась возможность встряхнуть мефийских дворян официальной просьбой о подкреплении. Получив прямой запрос от союзной державы, влиятельные люди наверняка бы принялись действовать...

...Но гарберский двор не станет так делать, ведь для него немыслимо склонить голову перед врагом по десятилетней войне.

— Рыцарская гордость не позволяет нам так поступить, — постоянно говорили дворяне.

Такая гордость ускоряет приход смерти, и свою, по всей видимости, вы уже скоро встретите, — горько думал Ноуэ.

Нынешняя ситуация абсурдна. Ещё сильнее его раздражало, что он переоценил свой интеллект.

— Лазурит сверкает лишь после полировки, — рассеяно пробормотал Зенон, глядя на кольцо на указательном пальце Ноуэ.

Как красота лазурита раскрывается после полировки, так и человек, даже несмотря на все имеющиеся свершения, не будет сиять, если перестанет учиться и тренироваться. Таково его жизненное кредо и причина, по которой он носит кольцо. И Ноуэ чуть не позабыл об этом.

Однако...

Естественно, он не бездельничал, а двигался вперёд, занимаясь тем, что умел лучше всего. Полмесяца назад он обратился за помощью к местным жителям и построил форт-приманку в горах. Туда он планировал отправить пехотного капитана ордена чёрной стали, Занса, а вместе с ним и три сотни солдат.

— Думаю, у нас получится заманить врага, — сказал Ноуэ и привычно для себя насмешливо улыбнулся, в то время как в его глазах загорелись огоньки нетерпения.