Конференция проходила на равнине Гадзора на равном удалении от Апты и Таурии. Место располагалось за рекой Юнос, в семи километрах к западу внутри провинции Таурии. Акс тщательно проверил область на случай некоторых нежеланных действий противника и разместил там палатку.

До обещанного времени, полудня, оставалось ещё немного. Небо было облачным, а по равнине разносились бесцельные дуновения тёплых ветров. Неприятная погода.

Акс привёл с собой всего двенадцать солдат. Кроме них было лишь два воздушных корабля, которые он подготовил для наблюдения с воздуха. Столь малые силы должны были продемонстрировать смелость Акса, но их окружала толпа.

— Похоже, лорд Таурии встречается с принцем Мефиуса!

— Интересно, наследник Мефиуса, какой он?

Это были люди, живущие в окрестных деревнях. Они отчаянно пытались приблизиться к ограждению, поставленному солдатами.

На западе, где поднимаются и исчезают самые разные силы, история дома Базганов действительно длинна, а жизни жителей были под защитой. В других регионах были нередки смены правителя по нескольку раз в год, и каждый раз, когда это происходило, политическая система приходила в хаос, жители задыхались от лишений, а солдаты и наёмники превращались в бандитов и часто нападали на них. Мирная жизнь и многое другое — не то, на что они могли надеяться.

— Нам прогнать их? — спросил солдат, выглянув из палатки наружу.

— Оставь.

Акс покачал головой, вытирая пот с шеи. Было влажно.

— Наши люди упрямы. Даже если ты их прогонишь, они сразу же спрячутся и будут наблюдать. Когда поблизости случается сражение, бывают даже такие, кто приносят с собой обеды, чтобы понаблюдать за битвой, — произнёс Акс.

И хотя суть его людей для него была ясна как день, про действия своих близких он такого сказать не мог.

Недалеко от места, где собирались жители, стояли люди, наблюдающие за конференцией издалека. Это были мужчина на лошади и прижимающаяся к нему женщина с капюшоном на голове. Их внешность была подозрительной, поэтому солдат приказал им остановиться и попросил снять капюшон, после чего они сразу уехали.

— Интересно, это отец отдал такой приказ солдатам.

— Я ему устрою. Этот парень узнает, что бывает, когда меня злят.

— Ну-ну, — звонким от смеха, словно колокольчик, голосом произнесла девушка, — как же страшно, Боувен. Пусть ты даже и известен как нежный парень, любящий птиц и цветы.

— П-пожалуйста, хватит, принцесса. Мы не знаем, кто может за нами наблюдать.

Покрасневшим юношей был приёмный сын великого герцога Хирго, Боувен Тедос. Он был ещё молод, некоторые бы даже сказали, что у него детское лицо, но он уже был генералом, командующим частью армии Таурии. Его глаза, время от времени осматривающие окружение, были суровы.

А девушка, которую назвали «принцесса», — дочь Акса, Эсмена Базган. В отличие от отца, чей лоб был переполнен морщинами, у неё были нежные черты лица. Её большие глаза сверкали от любопытства, а соблазнительные губы, естественно, изогнулись в улыбке.

— Ах, снаружи так прекрасно! Как я и думала, я не могу всё время отсиживаться в комнате. От этого мне кажется, что моё тело и разум тлеют. Вот почему у меня такие омерзительные сны.

Боувен улыбнулся в ответ, при этом на самом деле он глядел на свою подругу детства, которая моложе его на три года, с тяжёлыми мыслями.

В такой облачный ветреный день она может сказать, что здесь прекрасно…

На самом деле это должна быть очень унылая погода. Принцесса, выросшая под чрезмерной опекой Акса, с ранее упомянутого инцидента с ночным кошмаром находилась лишь в своей комнате и дополнительно охранялась несколькими десятками солдат. Она словно находилась под домашним арестом. Наблюдение за ней было настолько строгим, что любой шаг за дверь требовал позволения отца. Это может довести её куда раньше кошмаров.

Хотя, даже с многочисленной стражей ничего не изменится. Это ненормально.

Все солдаты, находящиеся на страже, которых он опросил, в тот вечер услышали плач принцессы. И их воспоминания с того момента полностью стёрты. Когда их нашли, все — и те, кто находился рядом с комнатой, и те, кто был в коридорах, и те, кто были на крыше, — все крепко спали.

Все. Это никак не может быть просто халатностью.

Магия, способная покрыть такое расстояние, существовала более двухсот лет назад. Почему же она проявляется сейчас…

Боувен скрежетал зубами, когда люди зашевелились. Появился воздушный корабль, маленькая точка в пепельном небе. Корабль приближался. Похоже, это судно класса крейсер. Боувен собрал кое-какую информацию об Апте. Поскольку принц не использовал никаких кораблей, когда он отправлялся из Солона, то это должен быть единственный корабль, доступный в Апте.

С судна были запущены маленькие корабли, перевозящие пассажиров на землю.

— Хо, так это… — пробормотал Боувен.

Эсмена тоже пристально наблюдала за ними. Всего спускалось пять человек. Разумеется, во главе их был принц Мефиуса, Гил. Он был легко вооружён, но, как и гласили традиции, он положил меч с пояса на землю.

Он прошёл половину пути до палатки, когда оттуда вышел Акс и обменялся словами приветствия.

— Я, конечно, слышал истории, но он удивительно юн.

Боувен пронзительно взглянул на молодого наследника их давнего врага, Мефиуса. Времена неспокойные, поэтому для мужчин не редкость участвовать в своей первой кампании в тринадцать-четырнадцать лет, но присутствовать на собрании в качестве представителя страны в семнадцать лет — слишком рано.

Он… чужестранец.

Неслышно пробормотала Эсмена. Хотя в Таурию и приезжали торговцы из других стран, но количество встреч Эсмены было строго ограничено. В особенности с теми, кто был из исторически враждебного им государства, Мефиуса, хотя она и слышала много историй о них.

Ну, я и не думала, что они будут отличаться от нас.

Увидев их собственными глазами, она убеждённо кивнула. У них не было рогов или хвостов, и она не видела в них дикарей. Принц Мефиуса, конечно, молод, но она также могла видеть, что все его слуги уверенно противостояли её грозному отцу. Как доказательство этого, её отец попытался пригласить их в палатку, но принц отказался и указал на место рядом с ней.

После того как её отец принял своё обычное раздражённое выражение лица, он приказал солдатам установить длинный стол и стулья снаружи. Принц, скорее всего, предложил провести собрание снаружи. Вскоре её отец сидел напротив него.

О чём же они могут говорить?

Что касается принцессы Эсмены, то даже такие мелочи были для неё великим приключением. Это взволновало её сердце.

Прежде всего, принц их злейшего врага. Эсмена невольно почувствовала, что её тянет к этому юноше с чертами из неведомых ей земель. Это могло быть предзнаменованием будущего.

— Итак, о, юный мефийский принц.

Акс Базган начал диалог.

— Наши предки тысячи, десятки тысяч лет назад исследовали наш родной мир и поселились на этих землях, вручая его нам. Мы прониклись их духом, но десятилетняя клятва, данная в долине Сейрин, в конечном счёте спустя десять лет так и не была исполнена.

— Пока это разумно, я не буду искать конфликта.

— Верно, — покачал головой Акс, — «Эти просторные земли и дары пред нами. Почему же мы сражаемся и делим их?» Эти известные строки используются даже в пьесах, но всё-таки люди — существа, раздувающиеся, чтобы соответствовать их ненасытным желаниям. В разгар сражения с бывшим населением планеты, кланом Рюджин, той, кто превратила в оружие собственных братьев, была никто иная как одна из пяти мудрецов, давших десятилетнюю клятву, старуха-учёная.

— А вы хорошо осведомлены.

— И таким образом теперь мы проливаем нашу кровь, соперничая друг с другом. Я не скажу ничего умного вроде «как же это глупо». Однако, если можно избежать бесполезной битвы, я считаю, это лучший выход. Скажу прямо, принц Гил. Покиньте Апту.

— Действительно интересное предложение.

Принц Гил усмехнулся и глянул в глаза Акса.

Этот проклятый молокосос переоценивает себя.

Конечно, Акс не думал, что тот послушно примет такое предложение. Он наблюдал за поведением Орбы, который вопреки своему характеру вёл себя высокомерно.

— Как только я заполучу Апту, баланс сил на западе резко изменится. За два, нет, за год я объединю его. И более того, принц, я приготовлюсь заключить союз с вашим Мефиусом.

— Я тоже желаю избежать сражения, лорд Акс. И тем больше причин не откладывать это надолго. Нам стоит дать клятву дружбу прямо здесь и сейчас.

— И кто поверит, что здесь мы с принцем объединились и дали друг другу обещания? Вы ещё не император. Когда человек, не имеющий доверия, надеется что-то получить, он должен предоставить определённую компенсацию. В нашем случае это будет Апта. Для нашей взаимной выгоды…

— У меня нет никаких намерений оставлять Апту. — выражение лица Гила оставалось неизменным. — Уважаемый Базган, вы произносите эгоистичные слова. Это ведь именно вы так отчаянно желаете союза с Мефиусом, чтобы сосредоточиться на западе.

— Что?

— Но вы уже давно в конфликте с Мефиусом. С самого основания вы вбиваете своим людям, что Мефиус их заклятый враг. И если вы просто сплотитесь с врагом, не получив ничего взамен, то вас обязательно заклеймят трусом и предателем. Вот почему вы сначала попытались силой захватить мефийскую крепость.

Тц. Так я не смогу заключить сделку.

Столь откровенные разговоры лишь отрезали бы обеим сторонам пути к отступлению. Акс чуть согнувшись раздражённо положил руки на колени.

Или, может, он надеется, что мы столкнёмся с ним в лоб? Нет, если бы так и было, то он бы не просил о встрече.

У Гила была слабость. Естественно, Акс знал о ней, но он колебался стоит ли ему говорить об этом. Это действительно будет последней каплей, которая обрубит последнюю возможность к отступлению.

— Принц Гил, неужели вы несколько невежливы? Это ведь вы предложили встретиться. На самом деле, в качестве компенсации за ответ на ваше приглашение, я ожидаю, что вы вернёте людей, которых пленили, используя свои трусливые ловушки.

— Вы всё ещё не понимаете, лорд Акс.

— Что именно я не понимаю?

— Победителями были мы, Мефиус. И продолжать торжествовать тоже будем мы. И всё же я подумал сделать Таурию буфером между нами и западом. Вот почему я не направлял на вас войска. Это должно позволить вам, лорд Акс, сосредоточиться на объединении запада, не опасаясь быть атакованным со спины. Это мы протягиваем вам руку помощи.

— Хо…

Акс почувствовал сильный порыв гнева, разгорающийся внутри него. Акс никогда не взаимодействовал с людьми, которые его раздражают. Он почувствовал, словно авторитет дома Базганов был растоптан ногами принца. Поэтому он тоже, наконец, дал волю словам, которые он сдерживал внутри себя.

— Ясно. Торжество. Согласен, вы загнали, героически сражавшихся моего любимого подчинённого Натока и его людей, но лишь благодаря подкреплению Гарберы! Они не смогут всегда оставаться в Апте. И когда время придёт, сможете ли вы, о, доблестный Гил, в одиночку противостоять атакам Таурии?

— Это…

От таких слов даже дух Гила угас, и он отвёл взгляд. Увиденное заставило Акса почувствовать облегчение, но, похоже, предупреждение было слишком эффективным и он внезапно поднял голову.

— Так это было объявление нападения. Вы бессердечно отказались от протянутой нами руки и настаиваете на кровопролитии, верно? Хорошо. Я, Гил Мефиус, не сбегу и не спрячусь. Даже без войск Гарберы, думаете, я потерплю поражение от рук плута вроде вас?

— Что?!

Пока крик Акса продолжил раздаваться в окрестностях, Орба встал со стула, развернулся, отдал приказ солдатам и вновь поднялся в небо. Совершенно ошеломлённый его действиями Акс Базган так и не шелохнулся, наблюдая, как корабли погрузились на крейсер, исчезнувший в пепельном небе.

— Как он посмел, — гневно взревел Акс, ударив веером по ладони, — какой-то ребёнок посмел оскорбить мою честь? Раван! Раван Дол, ты здесь?!

— Я здесь, — ответил старый стратег, высунув голову из-под полога палатки, чтобы проверить ситуацию. Он подошёл к Базгану, отведя взгляд от суетящихся людей.

— Всё, как я и слышал из слухов. Он идиот. Слова не дойдут до него! Приготовься. Как только подтвердишь, что Гарбера покинула крепость, сразу же нападай на них. Мы сделаем это!

— Постойте, мой лорд!

В отличие от лорда, у которого чуть ли не пар из ушей валил, Раван Дол оставался столь хладнокровным, как мог.

— Это ловушка.

— Ловушка?

— По слухам, этот принц ни глупый, ни безрассудный. Скорее всего, у него есть какой-то план. И провоцирование нас на атаку — часть этого плана. Ну, если он был действительно проницательным, то он также мог видеть вашу ужасную игру.

— Ты пытаешься высмеять меня или даёшь совет? Что именно? — спросил Акс, сжимая челюсть. — Ловушка, говоришь? Я не верю. Такой невежественный молокосос не мог составить подобный план. Тогда, как я и подозревал, это значит, что приближается подкрепление Гарберы.

— Я расположил наблюдателей на дорогах, идущих к Апте, но пока не было никаких признаком подкрепления. Это само по себе более чем странно. Хм… мой лорд, почему бы нам не принять его приглашение?

— О чём ты? Это ведь ты назвал это ловушкой.

— Существует большая разница между наступлением, когда ты знаешь, и когда не знаешь, что впереди западня. Даже если вражеские силы где-то скрываются, такая провокация может означать лишь одно. Они ожидают нас. Даже простое понимание этого позволит нам действовать самыми разными способами.

Акс смотрел как Раван Дол гладит подбородок, уверенно произнося свои слова. «Хорошо,» – сказал Акс и хлопнул по бедру веером с золотой бахромой на ручке.

— Несмотря ни на что я позабочусь о том, чтобы он со слезами на глазах умолял меня и никогда вновь не увидел спокойного сна. В этот раз я лично пойду в бой! — объявил он с лицом, достойным человека, прошедшего множество сражений.

С другой стороны, на некотором расстоянии от них располагалась Эсмена, её плечи дрожали.

— Интересно, перерастёт ли это в войну.

— Так и будет, — юное лицо Боувена покраснело. — У лорда именно такое лицо. Это может стать нашим решающим сражением с давним врагом.

Эсмена молчала. Ей было тревожно и страшно, но где-то ещё в глубине её сердца запечатлелась фигура принца, прибывшего из других земель, которого она только встретила.

Гарда…

Для девятнадцатилетней принцессы этого было достаточно, чтобы разогнать тьму, которую она видела посреди её снов. Если выразить это более простыми словами, то в этот момент Эсмена испытала нечто похожее на любовь с первого взгляда.