Два байяна, размером куда большим, чем те, что использовались в предыдущей церемонии, находились перед гладиаторами. Их рога блестели, а тела были наполнены энергией. Эти драконы полностью готовы к битве.

Разорвав зрительный контакт, Орба и Гаш задвигались в противоположных направлениях. Тело Гаша было чисто выбрито. Различные разноцветные татуировки располагались по всему телу. Вероятно, это характерная черта всех тех, кто проживал в отдалённых регионах, а может быть, они были сделаны лишь для привлекательности, когда его продали, как гладиатора. С точки зрения телосложения и внешности он был похож на Баана, с которым сражался Орба в Ба Руксе. Тем, что отличало их, было то, что он водил своим алым языком по губам. Он излучал сияние неизмеримой жестокости.

Сейчас они взберутся на спины байянов. Это действие тоже походило на героя Кловиса, сражавшегося на поле боя верхом на драконе.

У Орбы было мало опыта езды на драконах.

Что хуже…

Орба пристально посмотрел на байяна рядом с ним, не закончив мысль. Он не мог сдержать чувства тревоги, думая о предстоящей битве. Дело было не только в том, что он был мало знаком с верховой ездой на драконах. Все потому, что он планировал не просто победу.

По сигналу они оседлали байянов. Устроившись в седле, он сунул ноги в стремя и взял у стражи два разных копья. Одно из них, десятиметровое драконье копьё. Это копьё имело значительный вес, поэтому всадникам приходилось готовиться. Копьё проходило под их руками и крепилось к седловому кольцу сбоку. Другое копьё было обычным, двухметровым. И на левой руке Орба закрепил маленький круглый щит.

— Начали!

По команде несколько гладиаторов отпустили цепи, обмотанные вокруг ног и шеи драконов. Байян Орбы издал рёв, сбивший одного из рабов с ног.

— Вперёд!

С другой стороны, Гаш лёг на своего дракона, когда тот начал мчаться вперёд.

Орба изо всех сил старался обуздать своего дракона. Байян стоял на задних лапах, и даже сейчас пытался от него избавиться. Когда Орба попытался обуздать дракона, Гаш направлялся прямиком к нему. Не имея больше времени на уклонение от атаки, Орба решительно лёг и крепко прижался к спине дракона. В это мгновение его тело получило удар, словно его ударил гигантский кулак. Он чувствовал, что под кожей трескаются кости, а его стиснутые зубы, казалось, были готовы сломаться в любой момент.

Естественно, Гаш, проведший эту атаку, быстро пришёл в себя. Он взмахнул кончиком драконьего копья, задев бок несущего Орбу дракона, и, отвлекая Орбу, ударил того другим копьём.

Орбе удалось отразить удар щитом. Атака провалилась, но Гаш заработал себе на этом одно очко. Тем не менее, его дракон яростно дёргался телом, из-за чего он нарушил стойку.

— Тц.

Его байян взмахнул когтями и хвостом, и потряс шеей, как будто бы хотел погрузить свои клыки в горло противника. Орба и Гаш обменялись ударами копий. Они были в положении, схожем с боем на лодках, плывущих в бурном море, когда лучшей тактикой было бы скинуть противника с дракона вместо того, чтобы заполучить его голову. Однако различие меж ними проявлялось с каждым столкновением копий. Основываясь на том, что он смог дожить до этого момента, становиться очевидно, Гаш очень искусен. К тому же у него был опыт верховой езды на драконах, а его дракон был «тщательно» обучен, в то время как единственная ошибка Орбы могла привести к его смерти.

Орба отчаянно цеплялся за байяна, пока был полностью сосредоточен на защите.

— И это всё, что ты можешь? — выкрикнул Гаш.

— Гаш, убийца сотни, ты не достоин надеть шлем Кловиса. Зрители тоже желают твоей смерти. Умри собачьей смертью и скорми себя драконам.

Гаш опустился сверху и ударил Орбу копьём. Орба принял удар в щит, пока его тело металось взад и вперёд.

Почти одновременно с этим байян Орбы вытянул свою шею. Гаш указал драконьим копьём на готового обнажить клыки дракона. Он махал копьём влево и вправо перед его головой.

— Малыш, — прорычал сквозь зубы Гаш, — ты говоришь подобное, обладая лишь таким мастерством? Я заставлю тебя проглотить свои слова!

Гаш ударил бок своего дракона, и как только тот отскочил, помчался в угол арены. Кровь пульсировала по всем мышцам бойцов и драконов. Обе стороны терпели бесчисленные раны, либо от копья противника, либо от клыков драконов, либо от того и другого.

Когда Орба осознал намерения Гаша понестись на него во второй раз, он уже не мог заставить своего дракона помчаться за ним. Расстояние было слишком велико.

Орба взглотнул. Должен ли он принять следующий удар или нет?

Все на арене безмолвно наблюдали, вероятно, занятые теми же мыслями.

Он идёт…

Он поднял драконье копьё и, встав напротив противника, издал крик достаточно громкий, чтобы расколоть его железную маску.

С другой стороны…

— Эй-я-я-я!

Пронзительный голос Гаша отражался в воздухе.

Лежа на спине дракона, он помчался на Орбу. Свет, исходивший от наконечника драконьего копья попал в глаз байяну Орбы. На мгновение его дракон попытался сбежать, отчего копьё Орбы слегка отклонилось.

— Попался!

Прямо перед самым столкновением Гаш выскользнул из стремени, а Орба, застигнутый врезавшимися друг в друга драконами, слетел со спины своего.

Он спиной ударился о землю. Ярость захлестнула Орбу, который на мгновение оказался словно безжизненной куклой.

Орба покатился по твёрдой земле и увернулся от удара Гаша на считанные миллиметры. Он быстро встал.

Однако в его руках не было оружия, а сам он всё ещё был дезориентирован от столкновения.

Драконы яростно сражались позади него, а Гаш постоянно совершал серии атак под завесой облаков пыли.

На местах для аристократов Вилина инстинктивно отвела взгляд.

Хоть он и был в маске, но даже не видя его лица, можно было сказать, что он всё ещё ошеломлён. Его движения также казались неустойчивыми. С внезапным порывом она вскочила, и забыв, что сейчас сидит рядом с императором, Вилина раскрыла рот. В тот момент, когда копьё Гаша собиралось проткнуть его маску…

— Орба!

Как гром пронёсся голос, расходясь от ворот под зрительскими местами.

Орба мгновенно открыл глаза и совершил серию ловких движений, раздражающе кружа вокруг преследующего Гаша. С каждым ударом копья порывы ветра били в маску Орбы. Кровь текла по его шее и плечам.

Вскоре после этого ноги Орбы остановились. Увидев шанс, Гаш сделал диагональный выпад из предсказуемого места. Его действия легко читались. Орба уклонился от выпада. Схватив вытянутую руку, он ударил ногой в колено и бросил соперника.

Сейчас было невозможно сказать, какой дракон кому принадлежал, но один из них придавил другого и собирался того укусить. Прижатый снизу байян изо всех сил пытался оттолкнуть другого дракона и взмахнул хвостом, ударив Гаша в грудь.

Кашляя кровью, на сей раз именно Гаш отшатнулся назад. Его разноцветные татуировки были окрашены в кроваво-красный цвет.

Орба взял копьё, упавшее на землю. И не проявляя никаких сомнений, сделал один удар точно в сердце.

Холод пробежал через Орбу, когда он почувствовал, что копьё сделало своё дело. Когда он вытащил его, кровь забрызгала его маску. Некоторое время он молча стоял, не вытирая испаряющуюся с его маски кровь.

Зрители захлопали в ладоши и затопали ногами, а Вилина упала на стул и вздохнула с облегчением. Она не заметила, что до этого совсем не дышала.

— Госпожа Вилина, пора отпустить мою руку, — сказала Терезия.

Вилина неосознанно сжала руку Терезии. Придя в чувства, Вилина поступила так, как ей и сказали, и увидела красный контур в том месте, где она схватилась.

— Похоже, принцесса победила.

Сказав это, император встал с места. Успокаивая волнующуюся принцессу, тоже попытавшуюся встать, чтобы проводить его, он сказал:

— Если найдёте то, чего желаете, то не стесняйтесь говорить об этом. Император Мефиуса не нарушает соглашений.

Перед их местами Ноуэ издал всего один звук «О?». Он был в не меньшей мере удивлён произошедшим. Хоть он и заявлял, что является заядлым любителем гладиаторских игр, при разговоре с Саймоном он вёл себя как человек, который не интересовался ничем, кроме войны и искусства завоевания… или, если точнее, то не интересовался ничем, где не мог использовать свою изобретательность.

Так его звали Гаш. Я вполне уверен, что его тоже пригласили участвовать в плане… Ну, не важно. Я не требую от них мастерства. Благодаря восстанию гной, собранный в Мефиусе, разожжёт огонь и неуклонно распространит его.

Однако… Ноуэ беспокоился о другом. Принц Гил не присутствовал среди зрителей. Он прибыл в Мефиус, чтобы побольше узнать о нём, но даже со всей своей дальновидностью Ноуэ не мог опираться на те фрагменты знаний, полученных из его редких встреч с принцем. Но теперь это уже не имело значения. Пока дела шли так, как он и представлял, и при этом здесь, в землях чужой страны, приносили результат, которого он желал, это демонстрировало, что его способности не заржавели. В результате чего Ноуэ потерял почти весь интерес к принцу Гилу.

Когда Орба направился к воротам, он прошёл мимо Пашира, готовящегося к следующей схватке. По сравнению с прошлым разом, теперь их положение поменялось. Шатко двигаясь вперёд, прямо перед встречей…

— Почему?

Спросил Орба.

— Почему ты выкрикнул моё имя?

— О? Так ты услышал, — не останавливаясь, он продолжил. — Тогда, похоже, я успешно вернул любезность.

— Любезность?

— Не тебе. А тому, кому ты служишь — принцу.

Не сказав больше ни слова, Пашир направился туда, где будет проходить его бой.

Пашир и воин, который более или менее невредимым победил в своих боях, похоже, тоже будут сражаться на драконах. Будучи воином-ветераном, неудивительно, что Пашир умело разъезжал на драконе. Уже второй атакой он пронзил вражеского байяна, и пройдя по павшему дракону, прикончил упавшего воина.

Так были определены имена четырёх гладиаторов, которые примут участие в решающем сражении. Они стали объектами ставок не только в пределах арены, но и во всём Солоне. «Он победит», «Нет, он победит». Почему люди в это верили? Да потому что это были лучшие из лучших. Они привлекали к сотрудничеству других единомышленников, придерживавшихся таких же однобоких взглядов.

И так завершился заключительный гладиаторский бой, и на арене, как и планировалось, состоялась казнь Кайсера Ислана. Конечно, Вилина не могла на это смотреть и сразу же ушла в сопровождении Терезии. Но практически никто из мефийцев и не думал возвращаться домой, вероятно, находя это даже забавным.

— Если…

Уходя, Вилина высказала свои мысли.

— Если бы я попросила императора, в качестве своего желания, отменить казнь Кайсера, как ты думаешь, что бы он сделал?

— Даже мысль об этом ужасает меня, принцесса.

Принимая во внимание свою госпожу, всякое могло случиться. И от этих мыслей Терезию бросало в дрожь.

Фигуры мужчин и женщин исчезли, и на арену опустился вечер. Там было столь тихо, что послеполуденный шум казался ложью. Освещённые глубоким красным закатом, кровь и органы валялись на арене. Их характерный запах витал в воздухе. И в таком месте во второй раз появился принц Гил. Он протиснулся мимо взволнованного надсмотрщика и продолжил идти тяжёлыми шагами.

В этот момент он наткнулся на Орбу, который только вышел из лазарета. Удар байяна привёл к телесным повреждениям, и его походка оставалась всё такой же неустойчивой. Гил и Орба остановились перед тихо смотрящими на них гладиаторами.

— Тебе есть что сказать, Орба?

Орба… или, вернее, воин в маске ничего не ответил на слова принца.

— У тебя не только были проблемы с кем-то вроде Гаша, но и будучи одним из славных мефийских имперских стражей ты ещё и посмел управлять драконом хуже гладиатора? Было бы лучше, если бы тебя сожрал дракон, — упрекал Орбу Гил. — Ты, должно быть, волнуешься, раз посмел опозорить меня.

Принц схватил железную маску и встряхнул её. Мечник не пытался сопротивляться, но при этом не отрывал взгляда от принца.

— Что с твоим взглядом?

Он выхватил кнут у ближайшего стражника и неожиданно избил воина в маске. Мантия, в которой был воин, оказалась разорванной, и сразу же после того, как он застонал, на него снова накричали.

— Я терпеть не могу, когда ты смотришь на меня этими мерзкими глазами… ты всего лишь домашний скот в моём подчинении!

Гил ударил мечника по лицу, и затем силой поднял его: Пошли! — он схватил его за руку и потащил. Рабы молча проводили их взглядом. Когда Гил достиг места, где их нельзя было увидеть, он наконец отпустил руку.

— Это было жестоко, Орба.

Сказал болезненным голосом мечник. Конечно, принц Гил и был вышеупомянутым Орбой, а тот, кто скрывался за маской, никак не мог им быть. Это был гладиатор, с таким же телосложением, что и у Орбы, Каин.

— Я бережно отношусь к тебе, ты же знаешь.

Ты говоришь, что это жестоко, но для меня всё куда хуже.

Тем, кто лечился в лазарете был именно Орба. В дополнение к травмам спины и поясницы при столкновении драконов, он ударился плечами при падении. Ему повезло, что его тело не подверглось более серьёзным, влияющим на здоровье травмам. Но в любом случае никак нельзя сказать, что он в идеальном состоянии для завтрашнего боя. Одного лишь размахивания кнутом было достаточно, чтобы вызвать боль по всему телу.

— Я не против быть воином в маске, Орбой, но могу я попросить в следующий раз работу полегче?

— Я подумаю.

Орба взял у Каина маску и кожаные доспехи и снова вернулся к своей роли гладиатора, после чего бросил Каину кнут.

— Я должен вернуть его назад?

— Нет. Ударь им меня.

— Э, все в порядке. Я не так сильно вас ненавижу.

— Идиот, — усмехнулся Орба, — мне нужны отметины от ударов.

Каин робко подчинился. Он уже играл раньше роль двойника принца. В тот раз Орба предстал перед ним, как принц Гил и не раскрыл своё истинное лицо. Но на этот раз возникла необходимость, и он раскрылся перед ним.

— Я знал, что вы таинственный, но никогда бы и не подумал, что вы принц. Неужели это «оно»? Вас поймал противник, насильно надел эту маску, а затем опустил до положения раба. Вы героически пережили все испытания, и теперь, наконец, собираетесь вернуть себе страну, принадлежащую вам по праву. Разве это не та история, что хочется увидеть!

Или как-то так драматизировал Каин о полном тайн Орбе, основываясь на том, как он понял ситуацию.

Тц, чёртов Каин.

Закончив с приготовлениями, Орба прислонился рукой к стене и пошёл, едва волоча ноги. Наполовину это была игра, наполовину реально. Первые два раза Каин сдерживался, но Орба надавил на него: Сильнее! — так что следующий удар плетью был нанесён изо всех сил. Глубокие следы в форме червя проходили на его руках, ногах и спине. Свежая кровь капала с его шеи.

Орба пошёл туда, где находились гладиаторы, а затем упал. Это был жалкий поступок, но он не мог придираться к мелочам. Внезапно показалась рука. Он схватил её и поднялся. Перед ним оказался никто иной как Пашир.

— И после такого обращения ты всё ещё собираешься быть псом принца?

Его голос был спокоен, но лицо скривилось от гнева.

— Кто знает?

Ответил он равнодушно, будучи уверенным, что Пашир попался в его сети. Именно для этого он выбрал для себя плохо управляемого байяна, а Гашу передал послушного и обученного для боевых действий.

— Сейчас тебя могут восхвалять как героя, но ты просто расходный материал. Ты уже должен был понять это.

— Да что ты, черт возьми, понимаешь? — бросил на него злобный взгляд Орба, кашляя на землю кровью. — Верно, я раб. Как у члена имперской гвардии у меня нет иного выбора, кроме как убивать по команде. Что ещё кроме этого у меня есть? Хочешь сказать, что ты, этой гордо держащей меч рукой, уничтожишь Мефиус, уничтожишь эту чертову страну?

Какое-то время Пашир глядел на пылающие глаза Орбы, не зная, что и сказать.