Хансоль продолжал общаться с Ю Джихуном, но у него, похоже, не было никакой дополнительной информации.

CIF, похоже, тоже мало что мог сделать.

«Хм. Уверен, что новость о моём вмешательстве уже достигла ушей прокурора Кима Сухёна, поэтому эта пара попыталась бы уничтожить улики… Я не могу просто наблюдать за этим, ничего не делая. А ждать, пока Ю Джихун добывает информацию, — нельзя, так как вполне вероятно, что улики будут уничтожены».

Внутри CIF были шпионы, которые поддерживали связь с Лим Джэмином, так что информация уже должна была просочиться, и прокурор Ким Сухён не стал бы выдавать ордер на обыск на основании одной лишь наводки, заявив, что веских доказательств нет.

«Довольно сложная ситуация…» — Хансоль размышлял, что может сделать.

Должно быть, CIF сейчас в замешательстве. Не имея вещественных доказательств, они не смогут ничего сделать.

Хансоль решил начать с личной встречи с парой.

Профайлер поискал, можно ли арендовать ближайший к ним дом на короткий срок. Он решил притвориться, что переехал в этот район, и проследить за ними. Может быть, они «случайно» пересекутся.

А если у него вдруг окажется доступ к дому пары, то он сможет попробовать что-то предпринять.

Самым важным было убедиться, что ребёнок жив и здоров.

Хансоль направился к ближайшему соседнему дому.

— Добро пожаловать.

—Ах… я хотел узнать, есть ли у вас краткосрочная аренда жилья рядом с Тридцать второй улицей Чансу-дон?

— Чансу-дон? Краткосрочная аренда? Это тихий район, в котором живут богатые люди и деятели искусства... Не думаю, что они принимают краткосрочную аренду.

— Как насчёт двух миллионов вон* в месяц? Я собираюсь пробыть здесь совсем недолго.

П. п.: на май 2024 года — 134 308,6 рублей. Не так уж и много?

— Хм... одну минуту, господин.

Затем агент по недвижимости начала рыться в нескольких объектах.

— У меня есть дом, который может подойти... но я не уверен, что арендодатель разрешит тебе её взять. Давай я сначала позвоню ему.

Агент по недвижимости позвонила хозяину.

После разговора арендодатель, похоже, не возражал против идеи краткосрочной аренды за два миллиона в месяц.

— Арендодатель говорит, что не возражает, пойдём проверим?

— Конечно, я пойду с тобой.

Агент по недвижимости и Хансоль вышли вместе. Когда профайлер подошёл к дому, он оглянулся по сторонам.

Дом находился очень близко к дому пары, которая подозревалась в убийстве ребёнка.

— А?

Женщина с химической завивкой прошла перед ними и остановилась перед Хансолем. Тот взглянул на неё и понял, что перед ним стояла Чхве Джихён.

— А, так это наш фанат из немецкого ресторана! — её голос был ярким и весёлым.

«Интересно... Команда поведала, что Чхве Джихён очень сильно истерила, когда вынашивала ребёнка, но сейчас она не ведёт себя так. Послеродовая депрессия?.. Или биполярное расстройство? Когда я видел её в последний раз, она вела себя жизнерадостно. Не могу представить её в истерике. Как можно судить о человеке по двум коротким встречам?..»

— А, здравствуйте, рад снова видеть вас.

Хансоль ярко улыбнулся.

— Вы живёте в этом районе? Я не видела вас раньше.

— Я только планирую переехать в этот район.

— О, вау... Это же так близко к моему дому! Мы будем соседями.

— Да.

Чхве Джихён радостно беседовала с профайлером.

Ким Сокхун просто молча смотрел на Хансоля.

— Извините, я тогда продолжу смотреть недвижимость... О, увидимся, когда перееду. Если позволите, передам вам свою визитку.

Хансоль протянул паре визитную карточку с именем, которое не было его настоящим. Чхве Джихён оставила визитку себе, сказав, что обязательно свяжется с ним в следующий раз.

Когда Чхве Джихён и Ким Сокхун уходили, агент по недвижимости заговорила.

— Вы знаете этих двоих?

— Я их фанат, и вообще-то переезжаю в этот район, потому что... Я бы хотел познакомиться с ними поближе, но вы должны держать это в секрете.

— О... у них на самом деле довольно странная репутация.

— Почему? — Хансоль сделал вид, что смотрит в свой телефон, и включил приложение для записи.

— Ну, раньше они постоянно брали ребёнка с собой, куда бы ни шли, но в последнее время его не видно, поэтому всем интересно, куда он делся... Я даже больше не слышу, как плачет ребёнок. К тому же пара продолжает тусоваться, поэтому ходят слухи, что малыша отправили в детский дом. Хоть они и не осознают этого, но люди здесь очень чувствительны к сплетням.

— О... Правда? Они кажутся совсем не такими.

— Особенно эта женщина, она известна своими истериками с тех пор, как забеременела. Я прекрасно понимаю, о чём говорю, так как сама была беременна. Конечно, это просто гормональные изменения, которые происходят из-за беременности, но… Она била своего мужа, как грушу для битья... обвиняла его в том, что он ей изменяет... упрекала его в том, что он красивый, поэтому она… сделала такую причёску на голове. Мне неловко смотреть на соседей.

— Мне жаль это слышать, я видел много таких людей в искусстве... это просто такой стиль.

Агент по недвижимости вскинула руками.

— Нет, правда, не так! Этот район очень богатый, и на странных людей будут пялиться и шептаться за их спинами, если те продолжат ходить в таком виде. Здесь живут юристы, прокуроры, руководители крупных компаний... И такие люди, как они… разве можно в это поверить? Они должны выглядеть как деятели искусства, быть возвышенными, а не казаться нищим…

Агент по недвижимости выдавала информацию, абсолютно ничего не скрывая.

Когда они подошли к просмотру недвижимости, она прекратила делиться сплетнями и посоветовала профайлеру как следует осмотреться.

Хансоль вспомнил дом, в который пара заходила ранее.

Выбранный им дом находился на вершине холма, и из него как раз открывался вид на дом пары. Он даже мог видеть двор внизу.

Поимка преступников обойдётся в несколько миллионов вон, но у него было достаточно денег, чтобы осуществить свой план.

Острое желание увидеть выражение лиц этих психопатов, когда они окажутся за решёткой, более чем стоили того.

— Итак, как вам?

— Всё гораздо лучше, чем я думал, поэтому сегодня же заплачу залог и аренду.

— А на сколько месяцев вы собираетесь остаться здесь?

— На месяц или два.

— О, ладно, арендодатель дома — человек занятой, поэтому он подпишет договор, когда у него появится время... и он сказал, что вы можете заехать сегодня же. Я вернусь в офис и выясню, на какой счёт нужно внести деньги... и сколько нужно заплатить за аренду.

— Договорились.

***

— Малыш, ты это видел?

Чхве Джихён подняла глаза в объятиях Ким Сокхуна.

— Что видел?

— Того парня, которого мы недавно встретили. От него исходит такая мощная аура... Интересно, чем он занят?

— Джихён, нас же проинструктировали, что нужно опасаться незнакомцев.

Ким Сокхун опустил бокал с вином, который держал в руках, и предупредил жену.

Но Чхве Джихён с раскрасневшимися щеками покачала головой, как будто это не имело значения.

— Мы закончили то, о чём нас просили, так что... в этом же нет ничего такого? Полиции понадобится ордер на обыск или что-то в этом роде, а также доказательства. Разве мы сейчас не в безопасности? Нам просто нужно дождаться подходящего момента и выбросить всё. Мы просто должны ждать, когда нам скажут.

— Говорят, что в последнее время в районе появились подозрительные люди.

— О, ты не думаешь, что это полицейские?

— Я… задавался тем же вопросом, поэтому спросил у владельца кафе, и он сказал, что журналюги шныряют вокруг, так как хотят взять у нас интервью. Гребаные репортёры. — Ким Сокхун достал сигарету, прикурил её от зажигалки и сделал долгую затяжку.

— Дай и мне одну. — Чхве Джихён протянула руку.

Он протянул ей сигарету, и она сделала затяжку.

— Почему я так… счастлива в эти дни? Когда у меня был ребёнок, я всегда была такой раздражённой, но сейчас чувствую себя такой живой... И ощущаю, что всё налаживается, и это всё благодаря тебе, потому что ты устроил мне встречу с доктором Лимом.

Когда жена говорила всё это, Ким Сокхун окинул её взглядом с головы до ног, в котором читалась любовь. В его объятьях лежало самое драгоценное и прекрасное существо.

— Нет. Не я устраивал эту встречу, он сам снизошёл до нас. Сколько из тех, кто попал в ту больницу, были выбраны им, как ты думаешь?

— Я?.. Если бы не он, то я бы никогда не смогла спастись... Сейчас я чувствую только то, что мы спасены.

Ким Сокхун отставил бокал с вином и крепко обнял Чхве Джихён.

Женщина разразилась смехом.

Пара смеялась открыто и ничего не боясь, словно им было весело.

— Нас не поймают.

— Но... ты сказал, чтобы мы остерегались сына доктора… Напомни, как там его звали?

— Лим... а вот дальше…

— Ты идиот. Конечно же, он его сын, значит, у них фамилия одинаковая, то есть Лим. Я не могу вспомнить его имя... А! Точно! Лим Хансоль! У доктора Лима не было его фото, поэтому можешь поискать его фото?..

— Попробую позже. Да и что с того, что его сын работает профайлером? Разве у него есть какие-то доказательства? Да и у полиции ничего нет! Никто не сможет нас тронуть. У нас есть только мы, и мы уже спасены. Джихён, ты прекрасная писательница, а я великолепный художник. Мы создаём свой собственный мир. Разве это не рай? А? Нас ничто не потревожит.

— О, как бы я хотела, чтобы он мог спастись, как и мы...

— Кто он? Наш фанат?

Чхве Джихён кивнула. Ким Сокхун легонько ущипнул женщину за щеку, как будто ревновал, а потом поцеловал.

— Я ревную, ты же не влюбилась в другого парня, а?

— Малыш, тебе не к кому ревновать, ты знаешь, что я чувствую. Неужели ты забыл, с чего мы начинали?

Чхве Джихён и Ким Сокхун.

Любой, кто был знаком с этой парой, прекрасно знали их историю. Чхве Джихён, будучи замужем, познакомилась с Ким Сокхуном на одной из арт-встреч. Именно там он и соблазнил её.

Конечно, сначала она отвергала его ухаживания, но, в конце концов, сдалась. Чхве Джихён забеременела ребёнком от Ким Сокхуна, и отношения между ней и её мужем закончились громким скандалом.

Даже после этого инцидента Чхве Джихён всё равно оставалась успешным писателем в литературном мире. Ведь литературный мир — это то место, в котором слава и связи важнее личных проблем, а у Чхве Джихён всё это было — она была известным автором бестселлеров с большими связями в этом бизнесе.

Вскоре после того, как они поженились, Чхве Джихён стала вести себя всё истеричнее из-за беременности, и её муж всё это терпел.

Затем они узнали о клинике доктора Лим Джэмина.

Во время консультаций с доктором их эмоции непонятным образом успокоились, пара почувствовала, что доктор и они испытывают одни и те же переживания, поэтому они стали насколько доверять и помогать ему, словно видели в нём бога.

Именно Лим Джэмин протянул руку помощи Чхве Джихён, которая начала страдать ещё и от послеродовой депрессии.

Когда доктор помог ей, она не могла не почувствовать себя спасённой его милостью.

— Хм... Может, нам стоит навестить нашего доктора в ближайшее время? Уверен, он будет ждать от нас новостей. Нужно сообщить ему, что ничего не произошло, и никаких подозрительных лиц не было.

Ким Сокхун усмехнулся и крепко обнял Чхве Джихён. Она зарылась в его объятия и прошептала:

— Наше искупление никогда не закончится.