— Как ты думаешь, то, что сказал доктор Хансоль, — правда?

Лейтенант Чон сомневалась. До сих пор она была склона верить Хансолю в том, что он говорил, но после его фраз о том, что внутри их команды есть шпион и предатель, она стала держаться на расстоянии от профайлера.

Однако детектив Кан Учхоль был другого мнения — он «любил» Хансоля. На самом деле он вёл себя так, будто ненавидел его больше всех, однако при этом доверял ему как никто другой. Те времена, когда он открыто спорил с профайлером, канули в Лету.

— Мы должны верить ему, если не мы, то кто?

— Кан Учхоль, как ты думаешь, он немного изменился, да?

— Нет, я имею в виду... Сначала я подумал, что у него высокая самооценка и вёл он себя довольно надменно, однако со временем понял, что у него неплохой характер, и он очень хорош в расследовании... Порой мне кажется, что он парашют для нашей команды. Ну или что-то в этом роде, у меня плохо с метафорами, однако профайлер на самом деле подходит нашей команде… — сказал детектив Кан Учхоль, неловко улыбаясь.

То, как Хансоль вёл расследование, заставило сердце детектива Кан Учхоля принять этого профайлера. Поначалу он относился к нему настороженно, и вёл себя как кошка с собакой, но теперь понимал, что для этого нет причин.

— Первое доказательство, которое у нас есть, заключается в том, что писатель и его жена кому-то из соседей лгали про возраст своего ребёнка. Они сказали, что у них пятилетний ребёнок, но на самом деле это младенец, которому всего год или два, достаточно, чтобы его можно было катать в коляске. Мы также получили сообщение, что ребёнка давно не видели, и... что ещё?

— То, что муж Ким Сокхун обычно гуляет с малышом, и что жена Чхве Джихён, писательница, злится, если ребёнок плачет на улице.

Пока Хансоля не было рядом с ними, команде CIF приходилось рассуждать, строя одно предположение за другим.

— Что вы все думаете?

И первое, что пришло в голову, было то, что Чхве Джихён может страдать от послеродовой депрессии.

— Проблема в том, что это только наше мнение. Можно ли как-то получить ордер на обыск? Было бы неплохо, если бы доктор Лим мог получить какие-то вещественные доказательства.

— Как ты думаешь, доктор Лим будет что-то делать? Учитывая его контакт с парой, кажется, что он установил связь... Думаю, нам стоит ему доверять...

Затем заговорил руководитель группы Со Уджин.

Настроение в команде изменилось из-за слов Хансоля о предателе внутри команды CIF. Зная, что Хансоль не доверяет никому в CIF, они, естественно, отдалились от него.

— Есть только мы. Не кажется, что мы слишком сильно полагаемся на доктора Лима? Об этом деле рассказал доктор Лим, так что об остальном позаботимся мы.

Детектив Кан Учхоль не согласился. Несмотря ни на что, доктор Лим был тем, кто дал им эти данные, и без его помощи раскрыть дело было невозможно.

— Значит... ты слишком сильно на него полагался, нам нужно уменьшить свою зависимость. Даже если доктор Лим постоянно помогает нам то тут, то там, распутывая дела, мы не можем вечно полагаться на его сотрудничество. У нас есть команда детективов, мы же не можем во всём полагаться только на профайлера, верно?

— Да ладно, руководитель, доктор Лим до сих пор отлично справлялся со своими обязанностями. Можно подумать, его уволили за то, что он взял выходной.

— Кан Учхоль! Не говори так. Будь осторожен.

— Да какая мне разница? Что, я опять сделал что-то не так?

— Хватит ныть. Сейчас не время для нытья, нам нужно получить ордер на обыск, — прервала их спор лейтенант Чон Юми.

— Кстати. Что если убийства не было? Вопреки словам доктора Лима. А если нас ввели в заблуждение? Что, если то, что сказал доктор Лим, было просто недопониманием их распорядка дня?

— И правда… Если подумать, ты не спросил его, откуда у него эта информация?

Внезапно члены команды CIF, включая руководителя команды Со Уджина, начали задаваться вопросом, откуда Хансоль получил информацию.

— Ладно... Как нам раскрыть это дело?

Со Уджин закатил глаза, а остальные члены команды испустили коллективный вздох.

— Что ж, без доктора Лима, похоже, мы застряли.

— Кан Учхоль, ты же мужчина! Хватит уже искать помощи доктора Лима!

— Да почему ты всегда мне возражаешь?!

— Захлопнись!

— А не подать ли мне жалобу на ущемление прав во время дежурства?

— Я не собираюсь с тобой разговаривать, ты просто ведёшь себя как мудак. Есть более важные вопросы! Как нам получить ордер на обыск?

— Хм…

— М-м-м...

В конференц-зале воцарилась тишина.

Сложно составить прошение на выдачу ордена без доказательств. Даже если они подозревали Чхве Джихён в послеродовой депрессии, она не была ни в каких в списке подозреваемых, и они не могли видеть психиатрических записей.

Все расстраивало, что приходится вести расследование, основываясь только на информации от профайлера.

— Лучше всего было бы... чтобы один из нас вошёл в дом, выдавая себя за репортёра.

— А если за это время улики будут уничтожены?

— О…

— Это труп младенца, его должно быть легко уничтожить, оно же маленькое. Блин, серьёзно, как нам решить эту проблему? Я не могу придумать решение.

— Давайте сделаем перерыв на несколько минут и вернёмся к совещанию, — предложила лейтенант Чон Юми.

Все, включая Со Уджина, кивнули в знак согласия.

Когда наступил перерыв, один из членов команды CIF отправился на запасную лестницу. Он тщательно проверил окружающую обстановку.

Затем он отправил кому-то текстовое сообщение.

[Лим Хансоль знает. Пять.]