— Здравствуйте, я Ким Джинсок из новостей «Тэбон». Я слышал, что вы, профайлер Лим, гениальный специалист несмотря на столь юный возраст. В таких случаях, обычно описывают свой опыт в книге. Нет ли у вас планов издать книгу о своей работе в CIF или о своей жизни?

— К сожалению, у меня нет планов по изданию книги. Я слишком занят тем, чем занимаюсь сейчас: мне приходится каждый день читать новые статьи по криминальной психологии и выступать с докладами, также у меня есть расследования, которые не дают мне спать по ночам. Мне нравится все таким, какое оно есть сейчас, и что-либо менять я не планирую.

После этого репортеры начали задавать не только вопросы, связанные с общественной жизнью Хансоля, но и про его личную жизнь. Так был упомянут брак*.

П.п.: нас тоже этот вопрос очень волнует! Влюбись, Хансоль!

Это был первый раз, когда Хансоль давал интервью СМИ, но он не возражал против такого пристального внимания.

«Я уверен, что здесь есть люди, которых прислал мой отец... но здесь на удивление тихо. Не было бы ничего странного в том, если бы в такой день, как сегодня, произошел бы теракт. Или вопрос, который поставил бы меня в неловкое положение. Все слишком просто. Неужели это уловка моего отца, чтобы успокоить меня?» — Профайлер не мог расслабиться. Его отец, конечно же, должен был что-то предпринять.

Но все было тихо, слишком спокойно, даже как-то заурядно.

— Здравствуйте, меня зовут Ким Чхэсок, репортер из газеты «Санбо», и я слежу за вашей работой долгое время, но вы неохотно появляетесь в СМИ. Есть ли какая-то особая причина для этого? Другие люди, связанные с криминальной психологией, часто появляются в газетах и дают интервью, и их лица хорошо известны... Я спрашиваю это, потому что у вас, профайлер Лим, красивое лицо, однако вы так мало появляетесь в СМИ.

Это шутливое замечание вызвало смех.

Хансоль ответил с ухмылкой:

— Я не даю много интервью СМИ, потому что мне это не очень нравится. Я нахожусь в таком положении, что должен анализировать, расследовать и ловить преступников. Я всего лишь пытаюсь делать свою работу и хочу, чтобы вы знали, как я к этому отношусь. Не то чтобы я не любил СМИ, просто я не показываю свое лицо.

Звуки печатания слов, которых только что произнес профайлер, были пугающе резкими. Хансоль бросил взгляд на часы и понял, что пресс-конференция, которая должна была продлиться час, уже подходит к концу.

По прошествии этого времени ничего особенного не произошло.

Хансоль решил, что ему стоит пойти домой, почитать еще несколько статей по криминальной психологии и попытаться связаться со своим бывшим одногруппником, который проник в организацию его отца по его просьбе.

Как внезапно...

— Здравствуйте, профайлер Лим. У меня есть к вам один вопрос. Не знаю почему, но сегодня все почему-то избегают его. За вашим отцом, Лим Джэмином, который оставил след в корейской психиатрии и криминальной психологии, до сих пор охотятся как за преступником, который учит и поощряет других людей совершать убийства. Довольно иронично, что его обвиняют в том, что он организовал серию убийств, а его сын работает на полицию. Я бы хотел спросить вас, не сливаете ли вы информацию о расследовании своему отцу?

Хансоль удивился, почему этот вопрос прозвучал именно сейчас, ведь он думал, что еще в самом начале всего этого мероприятия найдется хотя бы один репортер, который искренне поинтересуется этим вопросом, раз уж он пришел на пресс-конференцию.

Хансоль схватил микрофон и заговорил:

— Я ждал, что этот вопрос прозвучит сегодня. Вам всем это любопытно, не так ли? Не то, когда я собираюсь жениться, или то, хорош ли я собой, или что-то подобное... Мой отец — криминальный психолог, которого обвинили в серии убийств, а его сын — сотрудник CIF, специального следственного подразделения. Разве это не создает какую-то особую атмосферу? Однако... кхм, я вам расскажу чуть подробнее, — Хансоль сделал глоток воды из бутылкии продолжил, — я не думаю об этом человеке, как об отце. Прошло больше десяти лет, как я разорвал с ним отношения. С восемнадцати лет больше не чувствую с ним родственной связи. Причина, по которой я съехал в столь раннем возрасте, вполне очевидна для здешних журналистов...

Это был день, когда он убил мою мать, день, когда я тоже чуть не погиб. С тех пор я отказался от нашей родственной связи... Время от времени он выходил на связь, но я никогда не знал, чем он занимается. А когда я узнал об обвинениях, мне стало еще противнее.... Не знаю, подходит ли слово «ненависть», чтобы описать это чувство. Он неплохо справляется с тем, чтобы избежать наказания, учитывая, что его еще не поймали... Забавно, что в моих жилах течет та же кровь, но мне приходится с этим жить, и именно поэтому я так увлечен расследованием. Достаточно ли этого ответа?

Некоторые репортеры уставились на Хансоля, завороженные его безэмоциональными и спокойными словами. Профайлер лишь расслабленно улыбнулся.

Ведущий объявил, что пресс-конференция заканчивается, если больше нет еще каких-то срочных вопросов. Ответов Хансоля было достаточно, и никто больше не поднимал руки. Когда пресс-конференция подошла к концу, фотографы снова начали снимать Хансоля. Тот встал и поклонился:

— Спасибо, что посетили сегодняшнюю пресс-конференцию. Спасибо вам, репортеры.

После сказанного Хансоль спустился со сцены, направляясь в зону ожидания, он достал из кармана пиджака мобильный телефон.

[12 пропущенных звонков]

Все звонки были от Ю Джихуна, с которым он пытался связаться раньше.

Когда Хансоль набрал его номер, он услышал только гудок, собеседник не ответил.

«Хм?..»

Хансоль снова набрал номер. После нескольких попыток Ю Джихун наконец-то ответил.

— Почему ты не брал трубку? — Ю Джихун был очень зол.

— Не мог из-за сегодняшней пресс-конференции.

— Бро, у тебя проблемы.

— Что? Должно быть, это что-то серьезное, раз ты звонил аж двенадцать раз.

— Кажется, будет пятая жертва, мы должны остановить его.