— Сегодня вы хорошо поработали. Но знаете, это выглядело так, как если бы полиция вела дело, не имея возможности сотрудничать с прокуратурой…

В это время по телевизору в кабинете начальника транслировался брифинг прокурора Со Джэдона.

[Позиция прокуратуры такая же, как и у полиции… Согласно собранным нами данными, покойные У Джинхён и У Джинсон были связаны кровными братскими узами, и в результате расследования мы выяснили, что они были психопатами…]

Начальник громко рассмеялся, зааплодировав.

— Только посмотрите на это! Отличная работа, доктор Лим и детектив Уджин. Я должен был знать об этом, когда главный прокурор связался со мной ранее. Ненавижу смотреть на то, как люди крадут нашу информацию и, чёрт возьми, используют её повсюду, не ставя нас в известность. В конце концов, им отплатили той же монетой? Ну, и чья это была идея?

— Это придумал доктор Лим. Фактически, можно сказать, что именно доктор Лим сделал всё.

— Ах, доктор Лим, я слышал о вас множество уникальных вещей с тех пор, как побывал в Хвачхоне. Какое дело будет следующим?

Руководитель группы Уджин слегка дёрнулся.

— Шеф, вы правда спрашиваете об этом? Я даже не спал нормально последнюю пару дней. Вы должны дать нам всем время на отдых, хотя бы парочку дней. Таким образом, даже доктор Лим восстановит силы и начнёт новое расследование…

Начальник на мгновение уставился на Уджина, а затем улыбнулся.

— Хорошо, вы все хорошо справились. Приятно видеть, что прокуратура потерпела неудачу. Возвращайтесь к работе сразу после выходных. После этого руководитель группы Уджин возьмёт на себя руководство. Поскольку новых особых случае пока не обнаружено, может быть, можно скорректировать и расписание?

— Да! Это очень поможет.

— На самом деле я даже хотел публично поблагодарить вас всех, но если я, шеф, сделаю это, тогда главный прокурор проклянёт меня вслух. О, у нас сегодня особенный ужин с говядиной по-корейски.

— Да!

Хансоль и Уджин поклонились и покинули кабинет.

Руководитель группы Уджин взволнованно повернулся к Хансолю:

— Вы видели лицо прокурора по телевизору? Он был совершенно хмур. Когда мы взялись за это дело, я думал, что нам не повезло, но в итоге это был полный нокаут для прокуратуры! Доктор Лим, вы проделали отличную работу.

— Ах, нет. Мы можем уйти с работы прямо сейчас, не задерживаясь до тайм-аута?

— Разве вы не пойдёте на ужин?

— Мне нужно кое-что сделать.

— Но… Вы коллега, который работает только с нами, а не с пациентами, несмотря на вашу профессию врача. Но да, у вас, должно быть, есть работа. Я передам членам команды, так что берегите себя.

Когда Уджин направился в их офис, Хансоль вышел из здания.

Это был исключительно солнечный день. Хансоль сел за руль машины и отправился в путь к человеку, которого навещал два раза в год.

***

Лаборатория профессора Ким Хисоба, факультет психологии, Университет Кореи – вот куда направлялся Хансоль. После ухода с работы психиатром он посвятил большую часть своего времени исследованию развития психопатий и подумал о том, что ему следует навестить его.

Когда Хансоль открыл дверь и вошёл в кабинет, то увидел мужчину средних лет, читающего за столом. При звуке шагов мужчина оторвал взгляд от бумаги и посмотрел на Хансоля.

— Хансоль.

— Учитель Ким.

Казалось, слово «учитель» было намного привычнее для Ким Хисоба, нежели «профессор», по той причине, что профессор Ким Хисоб в самом деле заботился о нём последние двадцать лет и следил за его состоянием.

Врач просил называть его профессором, но когда Хансоль ещё не знал его имени, он называл его учителем.

— Присядь.

Когда Хансоль сел на диван, профессор Ким подошел к нему и сел с другой стороны дивана.

— Может быть, чаю или кофе?

Хансоль протянул то, что держал в руках. Это были два стаканчика кофе.

— Учитель, вот чашка для вас.

— Ты можешь просто прийти в мою лабораторию и сделать здесь себе напиток. Не понимаю, почему ты продолжаешь покупать их снаружи.

Профессор Ким отпил горячего американо и поджал губы. Зная, что произошло с Хансолем и его отцом, он не мог говорить поспешно.

— Учитель, я хочу спросить вас кое о чём. Каким человеком был мой отец? Есть ли информация о PCL-R тесте или тесте на интеллект моего отца?

Хансоль намеревался не затягивать эту встречу. На прямой вопрос Хансоля профессор Ким бросил на него короткий озадаченный взгляд.

— Так как я был студентом профессора Лима, мне недоступны эти данные. Начиная со случая с виллой десятилетней давности и заканчивая недавним происшествием я пытался получить помощь во многих местах и что-то узнать об этом, но ни у кого нет данных о профессоре Лиме. Должно быть, кто-то тестировал его и оставил записи… Кто-то, кто не входит в круг моих знакомых.

— Учитель, вы вели исследования психопатии во всей Корее и не знали о нём… Отец мог сделать объектом исследования самого себя. Я не видел его десять лет. Только звонил один или два раза на годовщину моей матери. Позже он позвонил мне. И даже тогда нам не о чем было поговорить. Мог ли быть результат другим, если бы я часто навещал его?

— Хм… Однажды профессор Лим уже убил свою жену. Обычные психопаты получают удовольствие от того, что убивают своими собственными руками, но профессор Лим из  тех, кто довольствуется созданием ситуации и наблюдением за ней. Не было никаких обстоятельств, которые бы позволили заметить, что он психопат.

Хансоль подумал о своём детстве. Его отец был особенно одержим «образованием» и хотел, чтобы его сын жил как обычный человек. Он демонстрировал навязчивую идею того, что Хансоль должен уметь вести повседневную жизнь.

Исследование показало появление психопатической агрессии в результате повреждения височной доли головного мозга. Хансолю пришлось приложить усилия, чтобы жить как обычный человек, у которого не повреждены височные доли.

Даже если он не может читать чувства других людей или самому их чувствовать, он может жить как другие благодаря «образованию» своего отца. Хотя он и переусердствовал в этом деле, Хансоль не думал, что его отец сам может быть психопатом. Бывший студент его отца, профессор Ким, сидевший напротив него, думал так же.

— Будучи его учеником, каким вам казался мой отец?

— Он был с чувством юмора. Я впервые увидел его с по-настоящему серьёзным выражением лица, когда он привёл тебя. Это омрачённое лицо дало мне понять, что у него проблемы с сыном. Но, несмотря на это, он всё же был полон надежд. У профессора было громкое имя, поэтому его всегда окружали люди.

— Когда отец понял, что он психопат?

На этот вопрос профессор Ким задумчиво пожевал губу.

Хансоль чувствовал, что должен быть определённый момент, когда его отец осознал правду – момент, когда он обнаружил разницу между собой и другими людьми. Это было важно. Для его отца и профессора Кима Хансоль являлся одним из объектов их исследований, но, напротив, для самого Хансоля его отец также был объектом для изучения. Если бы были найдены следы, оставленные его исчезнувшим родителем, можно было бы что-нибудь вычислить.

— Некоторые люди живут всю свою жизнь, не зная себя истинных… Профессор Лим… Он не знал.

— Он? Человек, изучающий психологию и психиатрию? И не знал? Я не понимаю, как такое может быть. Должна быть какая-то подсказка. Нам нужно найти это. В противном случае мой отец совершит ещё одно убийство. Сейчас он залёг на дно, но как только психопат начинает чувствовать удовольствие от убийства, он не может остановиться. Учитель тоже должен знать об этом. Вы ведь пытались составить профиль.

— Я не могу дать тебе определённого ответа, но сначала, если мы посмотрим на результаты непрерывного исследования развития психопатии… должен быть момент, когда происходит осознание разницы между собой и другими. Возможно, существует посредник. В случае с профессором Лимом он всегда использовал помощников в своих убийствах. Но как он с ними вообще связывался? А те, кто помогал, являлись психопатами. Он специально подбирал таких людей, как он сам.

Хансоль на мгновение задумался. Будь он на месте своего отца, как бы он совершил убийство?

Собирал психопатов в качестве помощников в убийствах? Вероятно, это были те люди, что приходили к отцу за помощью и лечением. Осознав, что у них что-то не в порядке с головой, они решили, что им нужно вправить мозги, и тогда его отец превратил их в убийц.

Подозреваемый в деле о вилле и двух убийствах, произошедших через десять лет после этого, жертвы и подозреваемые, братья У — все они как-то были связаны с его отцом.

Прежде всего он должен был проверить их тесты на антисоциальное расстройство личности. После этого провести PCL-R тест, чтобы определить, являются ли они психопатами. Но некоторые безумцы, возможно, не хотели совершать преступление. Они приходили в больницу, чтобы унять свой гнев и агрессию и успокоить свой разум. Это были люди, которые приходили за психотерапией.

И его отец контролировал тех немногих, кто хотел получить лечение. Он должен был установить в них душевное равновесие и заставить поверить в него. Одна из характеристик психопатов — возвыситься над остальными. И его отец, профессор Лим, создал группу сумасшедших людей.

При дальнейшем расследовании это может всплыть.  Подозреваемые в деле, которым он занимался, могли иметь какие-то связи или же состоять в группе. Благодаря таким встречам их желания получили полное развитие, и они объединились, чтобы спланировать убийство. Таково было предположение Хансоля.

— Был ли счастлив мой отец? Учитель, будь это я, я бы получил огромное удовольствие от этого. Есть люди с такой агрессией, как у меня, и ещё хуже. Я могу контролировать её и направлять в нужную мне сторону. Разве это не приносило бы удовлетворения? Можем ли мы думать об этом как о тайной жизни этого человека?

— Хансоль. Как бы там ни было, ты никогда не должен становиться таким, как профессор Лим. Только не ты.

— Да. Именно поэтому вы, учитель, так долго заботились обо мне. Вы хотите, чтобы я жил как нормальный человек.

— Это одно, но… Я хочу, чтобы ты шёл по своему пути, не зацикливаясь на смерти своей матери или записях об убийствах отца. Ты хорошо справляешься с ролью полицейского профайлера. Если ты продолжишь идти по тому же пути, ты…

— Учитель боится, что я могу измениться? Но, учитель, как вы знаете, моё сердце по-прежнему бьётся. В тот момент, когда я оторвал крылья той бабочки, во мне проснулась злость. Когда я увидел человека, убившего мою мать, моё сердце бешено заколотилось. Каждый миг этого был радостью. Смогу ли я продолжать жить в качестве профайлера всю оставшуюся жизнь? Все СМИ наблюдают за мной. Профайлер, сын психопата. Много газет просят об интервью. Но, я думаю, всё это началось с моего отца.

— Хансоль…

Лицо профессора Кима омрачилось. Хансоль мягко улыбнулся. Когда его губы растягивались в улыбке, лицо Хансоля становилось похожим на хорошо вырезанную статую.

— В любом случае мне пора идти. Расследование в отношении отца будет продолжено. Изменюсь я или нет – это полностью мой выбор, так что не волнуйтесь.

Хансоль попрощался с мужчиной, развернулся и вышел из лаборатории.

Шаги Хансоля звучали всё дальше…

Профессор Ким обратился к кому-то.

— Профессор, Хансоль ушёл.