У-у-у-у-у-ух—!!

Огромный особняк на каменной горе, где бушевала метель.

Там только что закончили трапезу трое мужчин.

Архив Мерлин, мастер и профессор Магической башни Кевин и Оливер.

Оливер вытер рот белоснежной салфеткой и обратился к сидевшему во главе стола Мерлину.

— Благодарю за угощение, старший.

— Ну и хорошо, если наелся… Ещё за прошлым завтраком заметил, что аппетит у тебя куда больше, чем кажется.

Мерлин указал на тарелки, сложенные рядом с Оливером маленькой башней.

На них лежали толстые стейки, но теперь всё это уже оказалось в желудке Оливера.

— Деревянные куклы-големы хорошо обо мне позаботились.

— Я велел подавать еду, пока гость не останется доволен. Ну что, наелся?

Оливер на мгновение задумался, повёл глазами и кивнул.

— …Да, я сыт.

— Вот и хорошо… А ты, Кевин?

— Я тоже хорошо поел.

— Это радует. Я уж боялся, как бы ты снова не отказался от моего приглашения. Когда стареешь, начинаешь бояться отказов.

— Сегодня у меня было немного свободного времени… Да и хотелось послушать, что скажет этот парень.

Кевин кивком указал на Оливера.

Речь, разумеется, шла об Ив, и Мерлин тоже это понимал.

— Мне тоже хотелось послушать. Не просто же так я устроил этот обед ученику… Дейв?

— Да, старший.

— Ты и правда попросил Ив, которая была в ярости, немного сдержаться?

— Да… Как ни странно, она хорошо меня послушала.

Оливер ответил, вспоминая тот момент.

Освобождённая от друидских пут, Ив ярко сияла, излучая гнев и ненависть.

Это ощущалось даже кожей.

Неясно, виноват ли в этом Шеймус или причина была в накопленной информации, но, если бы могла, Ив, казалось, была готова забить людей до смерти.

Оливер молча наблюдал за ней, а потом вдруг попросил:

— Не злитесь так сильно и немного потерпите.

— Почему?

На вопрос Мерлина Оливер наклонил голову набок.

— Э-э… Обычно ведь так и надо?

Для Оливера это было слишком очевидно.

Нельзя же, в самом деле, сказать ей не сдерживаться и выплёскивать раздражение как вздумается.

В конце концов, Ив была Мировым Древом, обладавшим собственной волей, и никто не знал, что она может натворить.

— А… Прости. Это ведь и правда само собой разумеется, но когда это говоришь ты, то… даже не знаю… Да, пожалуй.

Мерлин странно оборвал фразу. Оливер не мог прочитать его эмоции, но в этих словах явно скрывалось многое.

Оливер снова наклонил голову.

— Старший, я не совсем понимаю. Вы сейчас шутите?

— Сомневаюсь, что это шутка.

Так сказал Кевин, отпивая послеобеденный кофе. И говорил он вполне серьёзно.

Оливеру оставалось лишь недоумевать, почему они реагируют именно так. Что он вообще обычно делает, если от него ждут чего-то другого?

— Ладно, мелочи опустим… Что было после того, как ты её попросил?

— Как я уже сказал, Ив успокоилась. Хотя правильнее будет сказать, что она не столько успокоилась, сколько подавила гнев… Но, по-моему, она не выглядит таким уж плохим существом.

— А потом?

— Как и было обещано, я попросил её найти местонахождение средств ABC и материалы о господине Шеймусе. Ив с поразительной скоростью отыскала и сохранила данные. Настолько, что мне самому захотелось у неё поучиться.

— Ничего удивительного. Сама Ив, по сути, и есть Мировое Древо.

— Да. Но когда видишь это своими глазами, впечатляет.

— А дальше?

— Я ещё раз попросил её не злиться так сильно, а потом сказал, что ей пора уходить. По ней было видно, что она и сама хочет уйти.

Оливер говорил так, будто провожал приятеля по выпивке, с которым случайно познакомился в трактире.

И это при том, что о том, кем именно была Ив, он уже знал из книги, которую дал ему Мерлин.

Слишком уж это выходило за рамки здравого смысла. Настолько, что понять это было трудно. Даже Архиву Мерлину.

Он скорее не сердился, а словно анализировал, когда спросил:

— Хм… Ты ведь прочитал книгу, которую я тебе дал? «Теорию эволюции Мирового Древа»?

— Да.

— И всё равно просто отпустил её? Я не упрекаю, просто спрашиваю.

— Да, потому что я обещал. И ещё…

— Ещё?

— …Если у неё есть собственная воля, разве правильно удерживать её силой?

Причина была слишком лёгкой, если вспомнить ценность и опасность Ив.

Кевин, молча слушавший до этого, тут же указал на это:

— И всё же надо было оставить её связанной. Если бы Ив осталась у нас, исследования Мирового Древа совершили бы настоящую революцию… Кто знает, возможно, магам даже удалось бы превзойти друидов.

— Простите. Эта мысль и правда пришла мне в голову сразу после того, как я её отпустил, но было уже поздно.

— А снова связать не мог?

Снова связать…

Оливер задумался, смог бы он вообще снова её связать.

Конечно, Ив бы сопротивлялась, так что легко бы не вышло. Но и невозможным это не казалось.

Если брать в процентах, то шансы были пятьдесят на пятьдесят.

В конце концов, достаточно было бы одновременно воспроизвести друидские путы и обрушить их на Ив.

Поразмыслив, Оливер покачал головой.

— Не знаю. Но разве можно так просто нарушить обещание?

— А если Ив не сможет сдержать гнев и выйдет из-под контроля? Физического вреда она, может, и не причинит, но, если воспользуется Мировым Древом, ущерб будет куда серьёзнее.

В словах Кевина не было ни капли преувеличения.

Если бы Ив действительно сорвалась, последствия было бы трудно даже представить.

Достаточно было бы просто обнародовать скандалы и тайны разных организаций, хранившиеся в Мировом Древе, — и мир уже погрузился бы в хаос.

В конце концов, на свете хватало тех, у кого за душой водились грязные тайны.

— Она так не поступит. Когда я попросил её сдержаться, она согласилась.

— А если передумает?

— …Ну, значит, ничего не поделаешь?

Кевин не нашёлся, что ответить.

Он и раньше это замечал, но эмоционально Оливер слишком уж отличался от обычных людей. До мурашек.

Словно подводя итог, Мерлин легко сказал:

— Что пролилось, то пролилось, так что оставим это. Какой смысл сейчас разбирать? Грубо говоря, и ты, и я — из Школы стихий. Не такая уж это потеря для нас.

— Это так, но как учёному мне всё равно жаль.

— Мир вообще редко идёт так, как нам хочется. Потому он и интересен… Дейв?

— Да, старший.

— Не хочу вмешиваться в дела взрослого мужчины, но лучше бы ты рассказал только то, что отпустил Ив.

— Да?

— Я о докладе, который ты собираешься передать школе Мойраи. Лучше убрать оттуда и ненависть Ив к людям, и то, что ты велел ей сдержаться.

— А, да… Можно спросить, почему?

— Ничего особенного. Просто если рассказать всё как есть, может подняться ненужный шум. Только-только нашли Ив, а она, оказывается, ненавидит людей… Для школы Мойраи это уже чрезвычайное положение.

Оливер понимающе кивнул.

— К тому же они сочтут подозрительным и тебя, раз ты её отпустил, и начнут надоедать. А заодно втянут в это меня и Кевина. В школе Мойраи, если что и умеют, так это добывать информацию.

— А…

— Так что скажи только то, что отпустил Ив.

Оливер без особого внутреннего сопротивления кивнул.

— Да, понял… Хм, старший, можно и мне задать один вопрос?

— Какой?

— Это личное любопытство, но как Вам кажется, почему Ив внезапно родилась именно сейчас?

— Разве это не написано в книге?

— Да, я читал. Там говорится, что из-за накопления огромного объёма информации у неё искусственно проявились разум и воля… Но я этого не понимаю. Неужели от одного только накопления информации действительно могут возникнуть разум и воля?

— Количество в таком случае тоже можно считать качеством, так что, по-моему, вполне могут.

— Тогда почему это произошло именно сейчас?

В глазах Оливера блеснул чисто учёный интерес.

Мерлин ответил:

— Причина вполне рациональна. За всю историю именно сейчас Мировое Древо используется больше всего. Я о магах. Раз пользователей стало больше, значит, вырос и объём внешней информации, которую оно получает. Так что в этом нет ничего странного. Скорее уж это естественно.

Ответ не был особенно исчерпывающим, но и возразить Оливер не мог.

Как и сказал Мерлин, число тех, кто пользовался Мировым Древом, в последнее время резко возросло, а значит, и версия о том, что именно это накопление информации породило Ив, не выглядела бессмысленной.

«И всё же тут что-то не сходится».

Пока Оливер мучился этой не слишком тяжёлой, но и не исчезающей загадкой, Мерлин поднялся со своего места и сказал:

— Хорошо. Мы поели, я более-менее услышал то, что хотел, так что на этом, пожалуй, закончим.

— Да?

Оливер переспросил от неожиданности.

— Что такое?

— Нет… Просто у меня ещё много вопросов. Вы не слышали ещё о чём-нибудь?

Мерлин ненадолго задумался, а потом сказал:

— О том, что ты извлёк силу природы, и о том, что смешал эмоции с магической силой?

— Да. Вам нечего об этом сказать? Один мой знакомый сказал, что впервые видит, чтобы тёмный маг извлекал и использовал силу природы.

— Я тоже слышу о таком впервые, но ничего настолько уж странного в этом нет.

— Правда?

— Да. Некоторые говорят, что сейчас золотой век человечества и вершина познания, но, по-моему, это всё ещё эпоха дураков, которые знают меньше, чем не знают. Так что нет ничего странного в том, что появляется тёмный маг с неведомыми прежде особенностями. Ещё каких-то пятьдесят лет назад люди даже не знали, что бывают чёрные лебеди.

Спокойствие Мерлина подействовало на Оливера убедительнее, чем тот ожидал.

В мире и вправду было ещё слишком много того, чему стоило учиться, так что слова казались вполне разумными.

К тому же Форест с самого начала говорил резко лишь затем, чтобы его припугнуть.

Тут в разговор вмешался Кевин:

— Тогда как Вы смотрите на смешение магической силы и эмоций?

Мерлин и Оливер одновременно перевели на него взгляд. Кевин пожал плечами.

Внешне он держался спокойно, но внутри у него ярко вспыхнули любопытство и интерес.

— Я с таким сталкиваюсь впервые. Смешивать эмоции с магической силой… Такое вообще возможно?

Оливер тоже заинтересованно посмотрел на Мерлина.

На деле всё получилось само собой, но можно ли было изначально их смешивать, он и сам не знал.

Это было всё равно что взлететь, даже не имея самого понятия о полёте.

Мерлин дал ответ:

— Техника смешения эмоций и магической силы уже исследовалась. Правда, это довольно нишевое направление.

Интерес проявили и Кевин, и Оливер.

— Правда?

— Да. Пусть таких магов немного, но среди них были те, кого интересовали и тёмная магия, и эмоции. Более того, среди прежних Архивов тоже нашлось несколько таких. А некоторые из них даже пытались соединить магическую силу с эмоциями.

— Я впервые об этом слышу.

— Я же сказал: это нишевая область. К тому же в каком-то смысле табуированная.

Этого объяснения Оливеру сразу хватило.

У тёмной магии была дурная репутация, так что само по себе её изучение уже наталкивалось на общественный барьер.

Кроме того, способности, нужные для магии и тёмной магии, тоже были разными, а значит, и усилий на такие исследования требовалось вдвое больше.

— Но если этим всё же занимались, значит, причина того стоила, не так ли?

Оливер попал в самую точку.

Как и сказал Мерлин, для мага изучение тёмной магии было серьёзным препятствием. Но раз всё равно находились те, кто этим занимался, значит, выгода того стоила.

Мерлин и не стал этого отрицать.

— Согласно исследованиям прежних Архивов, если смешать магическую силу с эмоциями, её мощь возрастает в несколько раз. Впрочем, опасность тоже.

Оливер сразу понял, о чём речь.

Ведь именно он сам на себе испытал силу «Пожирающего пламени», «Буйной молнии», «Буйного ветра» и «Голода».

— А в чём причина? То есть каков конкретный принцип усиления силы?

— Кто знает? Это были не системные исследования, а разрозненные личные изыскания, так что до этого они не добрались. Но одна гипотеза всё-таки есть.

— Гипотеза?

— Да. Знаешь, что общего у магической силы и эмоций?

От этого внезапного вопроса Оливер наклонил голову набок.

— Не знаю.

— И то и другое — энергия, берущая начало в душе.