Если честно, предложение было не таким уж плохим.

В деталях их взгляды слегка расходились, но и Оливер, и Уиллес в конечном счёте стремились к одному — раскрыть дело об исчезновениях, происходящих в Маунтин Фейс. А значит, взаимная помощь могла пойти им на пользу.

Нет, возможно, Оливеру это было даже выгоднее...

Хвастаться тут нечем, но копаться в проблеме, строить догадки и докапываться до скрытой подоплёки явно не относилось к его сильным сторонам.

На следующее утро Оливер, Уиллес и водитель грузовика позавтракали картофельным супом и хлебом, которые выдали в деревне, и сразу отправились в путь.

Чем скорее удастся решить проблему, тем лучше.

«И ещё мне лично лучше поторопиться. Не даёт покоя то, что род Холл из Холланд ведёт себя так неохотно».

Оливер не мог толком объяснить почему, но неприятное, вязкое чувство, которое трудно было просто отмахнуть, всё же оставалось. С ним он и забрался в кузов.

То ли потому, что машину заправили и смазали детали, грузовик поднимался по горной дороге куда бодрее, чем в первый раз.

Спустя довольно долгое время пути Оливер вдруг кое-что осознал и заговорил:

— Хм... А ведь странно.

— Что именно?

— Мы всё-таки в довольно глухой горной местности, а здесь, пусть и плохая, но есть дорога, по которой может ехать машина.

И правда.

Пусть по этой дороге с трудом разъезжался всего один маленький грузовик, но само её существование в такой глубокой и малолюдной горной глуши было довольно удивительным.

К тому же строительство подобной дороги стоило бы немалых денег... Во всяком случае, ни одной деревне по соседству это было бы не по карману.

Конечно, можно было предположить, что дорогу построила местная администрация, но такая вероятность была крайне мала.

Кевин и люди из местного филиала Башни магии говорили, что королевская администрация Нортленда не тратит деньги ни на что, кроме инфраструктуры, связанной с шахтами.

Тогда оставался только один ответ.

— Может быть, её построила Башня магии?

Оливер машинально спросил это, повернувшись к кабине, и водитель, приоткрывший смотровую щель, после недолгого молчания ответил:

— Да... Я слышал, что дорогу проложили, чтобы возить продовольствие и припасы, нужные для лаборатории.

Оливер кивнул.

— Как любопытно.

— И что тут любопытного?

Слушавший его Уиллес задал вопрос, а Оливер с готовностью ответил. Разговоры всегда доставляли ему удовольствие. Особенно такие, где можно обменяться мнениями, — они были вдвойне приятнее.

— Любопытно видеть своими глазами то, о чём мне рассказывали в Башне магии.

— Хочешь, угадаю, что именно тебе там рассказывали? Что исследования и эксперименты магов и по итогу, и в самом процессе приносят людям счастье, так что надо гордиться этим и не склоняться ни перед какой критикой и испытаниями?

О...

Это совпало в точности.

В дни, когда работы было немного, Оливер по совету Мерлина и Кевина ходил слушать другие занятия, и там, помимо бесчисленных магических теорий, он слышал и нечто подобное.

Маги — движущая сила нынешнего золотого века человечества, поэтому им следует не сгибаться перед трудностями, преградами, критикой и насмешками, верить в избранный путь и продолжать идти вперёд, бросая вызов новому.

Эта мысль и Оливеру запомнилась довольно сильно. Хотя, конечно, в ней было и нечто слегка перекошенное.

— Да, именно так. Откуда Вы узнали?

— В последнее время магов, которых выносит на улицу, стало немало. Вот от них и слышал. Все до одного только и рвутся, что похваляться собой.

— Вот как?

— Ты вроде работаешь в Башне магии, а про её дела, похоже, знаешь немного? Видать, там сейчас конкуренция жестокая, раз их оттуда всё время выплёскивает на улицу.

— Прошу прощения. Меня наняли в Башню магии только в этом году.

— Ага... В этом году?

Уиллес спросил это, сверкнув глазами.

— Да.

— Хм, и как же тебе удалось туда устроиться? Чую, за этим кроется занятная история.

— Простите, но в подробности мне вдаваться трудно...

— Да ладно, ничего. У каждого свои секреты... Но вернёмся к главному. Ты ведь только что сказал, что благодаря Башне магии людям здесь стало легче жить?

— Хм... Не знаю, стало ли им легче жить в целом, но с транспортом они, похоже, получили помощь.

В эмоциях Уиллеса заклубилось отрицание. Явный знак, что с выводом Оливера он не согласен.

И всё же, вопреки ожиданию, Уиллес не стал сразу же возражать. Более того, в одном он даже согласился.

— Да, это не совсем неверно. Благодаря тому, что здесь появилась лаборатория Башни магии, сюда провели дорогу, и ездить стало удобнее.

— То есть Вы согласны?

— Если говорить только о транспорте.

— А в остальном?

Уиллес ненадолго задумался.

— Хм... Если честно, я думаю, что людям, которые живут здесь, это принесло больше вреда, чем пользы.

Это было сказано искренне.

—...Можно спросить почему?

— Раньше в Маунтин Фейс деревень было раза в два-три больше, чем сейчас. Но из-за здешних лекарственных трав, зверья и вообще местной среды Башня магии захотела строить здесь лаборатории. И, как назло, почти везде, где лаборатории было удобно ставить, уже стояли деревни... Как думаешь, что тогда сделала Башня магии?

— Наверное, предложила людям компенсацию и переселение?

Оливер ответил, исходя из того, что видел в Ланде. Обычно застройка шла именно так.

— Верно. Они предложили компенсацию и попросили уйти. За сущие гроши. Просто сказали людям убираться с земли, где те жили поколениями. Люди отказались... Как думаешь, что было потом?

— Хм... Может быть, им предложили больше денег?

— Ты ухватил не суть. Дело не в деньгах. Да, компенсация была смехотворной, но была проблема куда важнее денег.

— Какая?

— Гордость. Самоуважение. Идентичность.

— Хм... Простите, но я не совсем понимаю.

— Понимаю. Человеку из города это и правда трудно понять. Но для тех, кто живёт в таких местах, это очень важно. Земля, на которой твои предки жили из поколения в поколение, — это не просто место, где ты обитаешь. Это своего рода корень. Почти то же самое, что и то, кто ты такой.

От этих слов Оливер чуть склонил голову набок. Ощущение было странное: вроде бы смысл улавливался, но в то же время ускользал.

Уиллес продолжил:

—...Но Башня магии этого не понимала и понимать не пыталась. Она просто требовала, чтобы люди ушли, и расписывала, какую огромную пользу их исследования принесут истории человечества.

— Если Вы не против, могу высказать своё личное мнение? Оно может Вам не понравиться.

— Говори.

— Насколько я знаю, благодаря зельям и лекарствам, разработанным здесь, стало больше людей, которые могут покупать лекарства по более низкой цене. Бедняки, рабочие со строек... Я слышал это от людей и читал в газетах. Разве это не значит, что в какой-то мере они правы?

— Башня магии построила здесь лаборатории не ради мира, а ради собственной выгоды. Да, они продавали лекарства и тем самым помогали людям, но заодно получали технологии и экономическую прибыль. Это вовсе не было бесплатно... И даже если, уступив сто раз, допустить, что всё делалось ради общего блага, разве это даёт право так бесцеремонно попирать права малого числа людей, которые жили здесь?...Я не обвиняю. Я спрашиваю.

В нём, конечно, была злость, но Уиллес сдерживал её разумом и спокойно задавал вопрос Оливеру, а тот вместо ответа погрузился в размышления.

Этот взгляд на вещи был далёк от мышления Ланды, где главным достоинством считалось извлечение личной выгоды, но и потому он казался Оливеру интересным.

— Конечно, здесь тоже не рай. Тут и сами из-за денег по несколько раз в месяц друг друга топорами и ножами режут в драках. Но это не делает поступки Башни магии оправданными.

— М-м... Тогда как же они всё-таки убедили деревни? Лаборатории ведь стоят, значит, в конце концов они договорились?

— Никакого договора не было. Башня магии подала в суд и всё отняла.

— В суд?

— Да. Они подали иск в королевский суд, выставив Маунтин Фейс общественно значимой территорией и заявив, что деревни не вправе самовольно здесь жить. Мол, уже само проживание людей в этих местах незаконно. И королевский суд это принял.

— О... Такое возможно?

— Оказалось, возможно. И, само собой, суд закончился победой Башни магии. Это изначально был бой, который нельзя было выиграть.

— Почему?

— Как ни крути, Королевство и Башня магии были на одной стороне, а здешние кельцы оставались для них просто помехой. Ну и то, что у деревенских не было денег на адвоката, тоже сыграло свою роль... В итоге они не смогли толком даже воспротивиться: все деревни, попавшие на территорию под лаборатории, насильно снесли, и людям пришлось покинуть землю, где их род жил поколениями, — либо перебраться в другие деревни, либо уйти вниз, в Холланд. В место, где работают по двенадцать-шестнадцать часов в день.

Договорив, Уиллес отпил воды из фляги. Снаружи он оставался спокойным, но внутри кипел от гнева.

И примечательно было то, что его гнев был не чувственным всплеском, а рассудочной яростью перед лицом несправедливости.

Допив, он спросил:

—...Есть ещё вопросы? Похоже, ты довольно любопытен.

— Да. Тогда почему деревни, которые мы видели раньше, и другие деревни не снесли?

— Потому что они не попадали на территорию под лаборатории. К тому же лабораториям нужны были люди на мелкую работу. Например, охотники, чтобы ловить зверей для опытов, или травники, чтобы собирать лекарственные травы... Вот жители тех деревень и покорились, решив, что их самих беда обойдёт.

— Хм, любопытно.

— Правда?

— А, простите. Я лишь хотел сказать, что мне интересен сам этот феномен. То, что произошло после того, как сюда пришла лаборатория Башни магии... Для меня это довольно любопытно. Можно ещё один вопрос?

— Какой?

— Тогда получается, что жители окрестных деревень должны относиться к лабораториям Башни магии не слишком хорошо. Но, судя по всему, среди них есть и довольно дружелюбные. Почему так?

— Потому что прошло время. И потому что сейчас они живут за счёт работы, которую даёт лаборатория.

—...?

— Такое, как ни странно, встречается сплошь и рядом. Кажется, будто люди не забывают обид, но на деле забывают очень часто. Особенно если у них нет силы. Поэтому у них можно всё отнять, а потом вернуть жалкий кусочек — и они уже лыбятся... В этом-то и страшное. А потом и вовсе забывают, кто был настоящим хозяином этой земли и где их корни.

Последние слова Уиллес произнёс с чувством — в них ясно слышались искренний страх и тревога.

—...Я не могу сказать, что всё понял, но мне кажется, я хотя бы смутно уловил, что Вы имеете в виду. Спасибо за такой подробный ответ.

После этой благодарности Оливер заметил, как Уиллес вдруг осознал, что сказал слишком много, и слегка растерялся.

Похоже, он и сам не ожидал, что так разговорится.

—...Как-то это нечестно.

— Что именно?

— То, что говорю только я. Мы ведь помогаем друг другу, потому что каждому что-то нужно, а выходит, рассказываю один я. Разве тебе тоже не стоит что-нибудь рассказать?

— Хм, пожалуй, Вы правы. Тогда, может, я хотя бы расскажу шутку?

— Шутку? С чего вдруг?

— Она очень смешная.

—...Ладно, послушаю. Говори.

— Кхм, кхм... В трактире трое мужчин играли в покер. Один был кельцем, другой — человеком Королевства, а третий — жителем Ланды. И вот эти трое...

—...приехали в следующую деревню!

Водитель крикнул это с переднего сиденья, из-за щели в смотровом кожухе.

Оливер молча посмотрел в сторону водителя.

***

Когда Оливер и Уиллес прибыли во вторую деревню, они сошли с грузовика.

Эта деревня была ещё более закрытой и недоверчивой, чем первая, но стоило Уиллесу показать знак, как это отношение слегка спало.

Уиллес сразу направился к старосте деревни — старухе, и та, несмотря на измождённое лицо, торопливо начала объяснять, в каком состоянии находится деревня.

Здесь всё оказалось не лучше, чем в предыдущей.

Скорее даже хуже: пропавших было больше, и в основном это были дети.

— Не замечали ли здесь чего-нибудь странного?

— Много чего... Иногда показываются какие-то странные звери. Будто следят за деревней. Если честно, они больше похожи не на зверей, а на чудовищ. А ещё по ночам ходят слухи, будто бродит какой-то призрак. Женский, кажется... В общем, после заката у нас уже и за пределы деревни никто не выходит.

До предыдущей деревни отсюда был всего день пути, но положение здесь оказалось заметно серьёзнее.

Жители, потерявшие детей, смотрели на Уиллеса как на последнюю надежду и умоляли помочь, а он успокаивал их и обещал, что обязательно всё решит. Искренне.

— Нужно осмотреть ещё несколько окрестных деревень.

Сказав это после разговора со старостой, Уиллес подошёл к Оливеру.

— Я собираюсь проверить и соседние деревни. Пойдёшь со мной?

— Да, но разве мы успеем?

— Рядом есть ещё несколько деревень. Если укрепить тело магической силой и бежать, это не займёт много времени.

Услышав про бег с усилением тела магической силой, Оливер ненадолго задумался, а потом достал из-за пазухи схему.

Ничего особенного — просто приблизительная карта лабораторий в Маунтин Фейс. Оливер отметил, где находится эта деревня, после чего просмотрел ближайшие исследовательские объекты.

— Если Вы не против, как насчёт того, чтобы вместо деревень наведаться в лабораторию?

— В лабораторию?

— Да. Даже если мы пойдём в другие деревни, вряд ли получим что-то новое. По-моему, лучше сразу отправиться в лабораторию.

Уиллес не стал возражать — мысль была не из плохих.

— И куда именно?

— Здесь неподалёку есть Лаборатория трав. Почему бы не начать с неё?

Оливер сказал это, показывая схему.