Названный Деэриан развернулся. Ронан, всё это время сверливший его взглядом, потянул за рукоять меча. В воздухе блеснуло несколько серебристых линий.

Линии скользнули по ножнам Деэриана и по его брюкам. Кроме Ронана, никто даже не заметил удара. Это произошло в тот самый миг, когда Деэриан шагнул вперёд.

тук...

— Мм?

Ножны Деэриана лопнули. Оставшийся без опоры длинный меч рухнул на пол. Едва коснувшись земли, клинок переломился пополам.

дзынь!

Звук был такой, словно разбилось стекло или фарфор. Острый металлический звон раскатился по залу. Деэриан, лишь теперь обернувшийся, выпучил глаза.

— Ч-что это такое?!

Изделие мастерской Даруан превратилось в два железных обломка, катающихся по полу. Но на этом несчастья Деэриана не закончились. В тот миг, когда он разворачивался, его штаны попросту разлетелись.

В одно мгновение оставшийся в одном белье Деэриан завопил:

— Хааа?!

— Ого~ И что же это вы нам тут собрались показывать?

Ронан захлопал в ладоши, даже не вставая со своего места. Обрезки штанов, как осенние листья, плавно опустились на пол. Вновь раздался голос сопровождающего:

— Господин Деэриан Маршоль де Миродин. Вы здесь~?

— Д-да чтоб тебя!

Если так пойдёт и дальше, его дисквалифицируют, даже не допустив до экзамена. Тяжело дыша, Деэриан схватился за голову.

Он совершенно не понимал, что произошло. Что, во имя всего, случилось? Мой меч! Мои штаны!

Оглядываясь как безумец, он вдруг ткнул пальцем в пояс Ронана и выкрикнул:

— Э-эй! Отдавай меч! Немедленно!

— Не хочу.

— Ах ты!.. С первого взгляда видно, что ты какой-то простолюдин, не знающий своего места! Я из баронского дома Деэриан...

— Барон ты там или ещё кто — мне плевать. За своими вещами уследить не можешь, а на мои пасть разеваешь? Или ты таким уродился, потому что твой папаша тоже за своим добром следить не умел?

— Ч-что?..

Ронан поднялся, сплюнув на пол. Деэриан, ошарашенный его свирепым видом, поспешно отступил. Ронан взял платок, лежавший на голове Марьи.

— Н-назад, мерзавец! Ты хоть знаешь, кто я такой?!

— Неинтересно. Лучше примите-ка мои чаевые.

Широко шагая, Ронан подошёл к нему и заткнул платок за трусы Деэриана. Марья зажала рот обеими руками. Торчащий из межъягодичной щели кусок ткани покачивался, словно хвост.

— А тебе идёт.

— Т-тыыы!

Вообще-то так обычно суют купюры девушкам в откровенных нарядах, но какая теперь разница.

Когда Деэриан, окончательно потеряв голову, уже собрался с воем кинуться на него, снова раздался голос:

— Если не войдёте до счёта три, будете дисквалифицированы. Раз... два...

— Вас зовут. Так что шевелитесь уже.

— Д-да чтоб тебя!

Деэриан чуть не плача рванул за дверь. Ронан вернулся на место и поднял один из обломков меча.

— Интересно, что он теперь будет делать. Может, запоёт?

— Ты с ума сошёл?.. Пусть тебе и нечего терять, но как можно было такое вытворить?..

— В таких случаях спасибо говорят, бестолочь.

— Да хоть ты и назвался чужим именем, но это... это...

Побледневшая Марья забарабанила ладонью по его предплечью. Её прикрытые рукой глаза дрожали. Ронан усмехнулся и протянул ей обломок меча.

— Ты бы сначала руку убрала, а потом говорила.

— ...Заметил?

Марья немного поколебалась, а затем отняла ладонь от лица. На свет показались губы, из последних сил сдерживающие смех.

Вскоре по залу прокатился раскатистый хохот, и другие ожидающие экзаменующиеся невольно втянули головы в плечи.

— С-сумасшедший!.. Платок, ик... зачем ты вообще воткнул ему туда платок?..

— Хм, простолюдинка есть простолюдинка. Даже смеётся вульгарно. Да мой пердёж и то звучит благозвучнее.

— Х-хватит! Хватит уже!

Ронан, передразнивая Деэриана, ещё больше её подначивал. Марья, вцепившись в спинку стула, топталась на месте.

Впрочем, не одна она с трудом сдерживала смех, так что никто из остальных и не подумал возражать против её громкого хохота.

— Следующий, проходите~.

Сразу после этого раздалось приглашение. По ощущениям, с тех пор как Деэриан вошёл внутрь, не прошло и тридцати секунд.

Марья, вытерев слёзы, резко вскочила с места. О жгучей боли в щеке, унижении и напряжении она уже давно забыла.

— Я пошла!

Крепко сжав кулак, Марья бодро зашагала вперёд. Её золотистый хвост, собранный сзади, гордо раскачивался.

Ронан пересел на самое переднее место и помахал ей рукой.

«Если хочется смеяться — смейся».

Ронан улыбнулся. Дверь снова открылась ровно через пять минут.

***

За длинным столом, поставленным боком, сидели семеро. Это были экзаменаторы четвёртого зала. Старик в центре, Крава Кратир, поглаживая бороду, спросил:

— Сколько осталось?

— На сегодня осталось всего семьдесят пять человек.

— Ну что ж, прямо утешили. Жалованье тебе урежут.

Кратир тихо вздохнул. Он уже потерял счёт тому, который это по счёту экзаменующийся за день.

Надо было всё же послушать профессоров, твердивших, что директору следует держать себя подобающе, а не упрямиться по пустякам. Сейчас он с досадой вспоминал себя прежнего.

— Вам надо держаться. Всё-таки ради талантов, которые однажды поведут континент за собой.

— Да, я и сам это понимаю. Но после того, как утром я увидел Шуллипена, всё остальное как-то не впечатляет. Хоть и знаю, что так нельзя.

— И правда. Прозвище Звезда Империи он носит не зря.

— Кстати, я так и не понял, чего хотел добиться тот парень. С виду ведь был вполне нормальный, а поди ж ты.

Кратир вспомнил экзаменующегося, заходившего позапрошлым.

Юноша, явившийся в рубашке и трусах — да ещё и с платком, заткнутым за бельё, — что-то невнятно бормотал, не одолжат ли ему меч, но, услышав от инструктора Кидокана: «Здесь тебе не квартал развлечений! Вахаха!», расплакался и убежал.

— Но вот участница, которая только что вышла, была превосходна. Очень перспективная.

— А-а, верно. Как там её звали? Марья Карабель? Впечатляющее силовое фехтование.

— Именно ради таких людей мы и чувствуем, что всё это не зря. Судя по записям, она уже однажды проваливалась, но, откровенно говоря, её уровень этого совсем не оправдывает.

Остальные экзаменаторы, согласившись, с довольным видом закивали. Среди всех, кто сегодня сдавал экзамен, Марья показала один из лучших результатов.

Кратир, немного приободрившись, открыл рот:

— Пусть войдёт следующий.

Экзаменаторы, отдыхавшие до этого, выпрямились. Под голос сопровождающего дверь открылась.

Внутрь, шагая с непринуждённым видом, вошёл крепко сложенный юноша. Встрёпанные волосы и хищный взгляд не делали его особенно приятным на вид.

***

— Следующий, проходите~.

Когда дверь открылась, перед Ронаном предстал экзаменационный зал. Круглое пространство, напоминавшее небольшую арену.

Примерно в десяти метрах впереди поперёк стоял длинный стол, за которым сидели экзаменаторы.

Пять человек, один эльф и один волколюд. Всего семеро смотрели прямо на него. Ронан слегка склонил голову.

— Ронан.

— Рад знакомству, юный Ронан. Я Крава Кратир, нынешний директор Академии Филеон.

Сидевший посередине седой старик мягко улыбнулся.

Лицо у него было добродушное, но Ронан инстинктивно понял, что из всех семерых в этом зале именно он — самый сильный. Сказывалось чутьё, выкованное на грани жизни и смерти.

«А вторая — вон та госпожа».

Справа от старика сидела женщина с бронзовой кожей. Это была инструктор Навирозе, когда-то поднявшаяся до титула Святого меча.

По ярким чертам лица и пепельно-серым волосам она походила на уроженку юга или полукровку. Рядом с ней наискось к столу был прислонён одати длиной под два метра.

«Выглядят они все не так уж просто».

Просто присутствие этих двоих было настолько подавляющим, что на фоне их остальные меркли, но и они тоже выглядели далеко не рядовыми.

Это можно было понять хотя бы по количеству пирсинга в ушах эльфийки. Вот же чокнутая. Это ж надо было так использовать свои длинные уши.

Кратир заговорил:

— Ну что ж, каким способом ты собираешься доказать себя?

— Я... эм-м...

Ронан, поглаживая подбородок, задумался.

Несмотря на месяц тренировок, он так и не смог войти в резонанс с маной и не создал ничего, что можно было бы назвать техникой. Из-за стыда он нарочно не рассказывал об этом ни Марье, ни Аселу.

И тут громко расхохотался волколюд в рубашке. Это был инструктор Кидокан, ведавший предметом по охоте.

— Вахаха! Видел я учеников, которые от волнения цепенели, но чтобы кто-то вошёл и начал думать уже здесь — такого ещё не было. Может, лучше увидимся в следующем году?

— Ишь какой нетерпеливый. Подождите немного.

Ронан, не поднимая головы, махнул рукой. Лица экзаменаторов мгновенно закаменели. Уголки губ Кидокана растянулись до самых ушей.

— Ого, а смелости тебе не занимать.

Закончив размышлять, Ронан взялся за рукоять меча. Как ни крути, показать он мог только одно.

Хотя была и одна удача: когда он подставлял Деэриана, ему внезапно пришло вдохновение.

— Похоже, ты уже решил. Значит, покажешь фехтование?

— Да.

Тогда эльфийка с пирсингом щёлкнула пальцами. В воздухе возник сложный магический круг, и прямо перед Ронаном появился рыцарь в полном доспехе.

Кратир, посмеиваясь, представил его:

— Это маготехническая кукла, уже почти сто лет используемая на практическом экзамене факультета боевых искусств. Мы с уважением зовём его сэр Мадорос.

Практический экзамен проходил так: экзаменуемый демонстрировал технику на сэре Мадоросе, а судьи выставляли оценку.

Доспехи были обработаны особым образом — обычные атаки не оставляли на них даже царапины, а если повреждения и появлялись, то за одну ночь всё восстанавливалось.

— Вот это штука... м?

Осматривая рыцаря, Ронан слегка склонил голову. Весь доспех был покрыт царапинами, словно оставленными чьими-то когтями. Форма ран показалась ему смутно знакомой. Не выдержав, он поднял руку и спросил:

— А Шуллипен сюда уже заходил?

— О? И как ты узнал?

— Да просто прикинул. Вы сказали, что от обычных ударов на нём и следов не остаётся, а тут есть.

— Хо-хо, глаз у тебя намётан. Всё верно. Он сдавал здесь утром.

Так и есть. Ронан кивнул.

Острые и при этом изящные следы, словно их оставил сам ветер. Пусть ещё не до конца отточенные, это были без сомнения отметины клинка Шуллипена. И в этот миг Ронан по-настоящему осознал, что вернулся назад во времени.

«Невероятно мелко и грубо. Значит, я и правда вернулся в прошлое».

Кратир перевёл взгляд на сидящую рядом женщину с бронзовой кожей — Навирозе.

— Так вот, чтобы на доспехах сэра Мадороса появились такие следы, не случалось уже почти тридцать лет. А знаешь, кто был тем человеком до него? Это была...

— Давайте уже начнём.

Навирозе, до этого не проронившая ни слова, коротко бросила фразу. И прозвучало это так естественно, что даже не казалось грубостью.

Кратир кашлянул и снова посмотрел на Ронана.

— Прошу прощения, я заговорился. Сэр Мадорос?

клац.

Рыцарь поднял меч наискось и встал в защитную стойку.

Из-под тёмного шлема вспыхнул багровый свет глаз. Все взгляды экзаменаторов устремились на Ронана.

— Покажи нам. Всё, на что ты способен.

— Ладно.

Ронан потянул за рукоять. В тот же миг, как блеснул тёмный клинок, его рука исчезла из поля зрения.

Траектория меча скользнула так, словно едва коснулась шеи рыцаря. пааанг! Лишь после этого донёсся звук разрезанного воздуха.

...И это было всё. Один из экзаменаторов приподнял бровь и спросил:

— ...Это конец?

— Да.

Ронан убрал меч в ножны. Задавший вопрос экзаменатор недовольно кивнул.

Остальные выглядели примерно так же — кто озадаченно, кто растерянно. Кидокан расхохотался.

— Уахаха! Ну что, похоже, таланта у тебя не столько, сколько уверенности. Боюсь, и правда придётся встретиться в следующем году.

— Инструктор Кидокан. Прошу соблюдать достоинство.

— Ха-ха, прошу прощения. Но ведь и правда ничего особенного! Неужели я один чего-то ждал?

Экзаменаторы промолчали.

По правде говоря, они и сами возлагали на него кое-какие надежды — уж слишком свежо ощущалась его развязная манера. Но техника Ронана не несла в себе ничего примечательного.

Быстрый рубящий удар. И только.

Он не был настолько стремительным, чтобы усиленные маной чувства не смогли его уловить, и не поражал какой-то особой изощрённостью.

Разве что одно слегка цепляло: в нём совсем не ощущалось маны. То ли он обладал редкой, скрытной маной, то ли у них самих сегодня было не лучшее состояние и они просто не смогли её распознать.

Если бы верным было первое, стоило бы ещё раз всё обдумать, но такая вероятность казалась почти нулевой.

Один из экзаменаторов, закончив ставить оценку, опустил очки и сказал:

— Что ж, спасибо за старания. Можешь идти...

— Боже правый.

В этот миг Кратир и Навирозе почти одновременно поднялись со своих мест. Остальные экзаменаторы ошарашенно зашумели.

— Д-директор?

— Инструктор Навирозе? А зачем вам меч?..

Если от экспрессивного директора Кратира ещё можно было ожидать чего-то подобного, то от молчаливой Навирозе — никогда. Такого прежде не случалось.

И более того — в её руке уже был одати. Навирозе впилась взглядом в Ронана.

— Ты... кто такой?

— А? В каком смысле?

Лицо Навирозе странно исказилось. Будто она увидела либо убийцу своих родителей, либо сокровище, которое искала всю жизнь. Она снова резко бросила:

— Я спросила, кто ты такой. У кого ты учился мечу?

Ронан не ответил. Окинув взглядом лица всех экзаменаторов, он почесал затылок.

— Вот как... Значит, вы всё-таки увидели?

— Ха.

Навирозе коротко усмехнулась.

Не дав никому опомниться, она сорвалась с места и встала прямо перед Ронаном.

Изо рта волколюда Кидокана вырвался потрясённый возглас:

— И-инструктор Навирозе!

Одати, уже вынутый из ножен, был направлен прямо в кадык Ронана. Острие замерло всего в толщине листа бумаги от его горла и не дрогнуло ни на миг.

— Ого.

Проследив взглядом вдоль клинка, Ронан встретился с Навирозе глазами. Её зрачки, густо-зелёные, словно чаща леса, пылали.

Навирозе произнесла:

— А ты, значит, тоже это увидел?

— Да. Горизонтальный удар слева с тремя оборотами. Как вы это сделали?

На миг взгляд Навирозе дрогнул. Не убирая меча, она сказала:

— Верно, трижды. Совсем как тот фокус, что показал ты.