«...Этот выживший из ума старик».

Первое, что почувствовал Ронан, — здесь, чтоб его, было просто необъятно просторно. Новый клубный зал далеко превзошёл всё, что он себе представлял.

Перед ним расстилалось каменное поле. Потолок и стены тоже были сплошь закрыты ровными каменными плитами, без единого изгиба. Это больше напоминало не тренировочную площадку, а взлётно-посадочную полосу.

По ощущениям, сюда будто согнали вместе штук пять Первых арен, на одной из которых он только что скрещивал меч с Навирозе. И это была не шутка — будь потолок чуть повыше, здесь спокойно мог бы жить небольшой дракон.

— Вот это уже неожиданно.

Пробормотав это, Ронан вытащил из-за пояса Имир. Кланг! Он ударил клинком по полу, вложив в него ману, но лезвие оставило лишь лёгкую царапину и отскочило.

— Ха.

Ронан невольно усмехнулся. Он и не думал, что его просьбу сделать место просторным и крепким воспримут настолько буквально. Пока он ошеломлённо осматривался, по залу раскатился гулкий голос:

— Ха-ха, я же говорила, что ты обалдеешь!!

Ронан повернул голову на звук. В углу тренировочного зала Марья энергично махала ему рукой. Позади неё стояло то самое деревянное здание, которое раньше служило их базой.

— И как, к чёрту, они ещё и это сюда перетащили?

Виновник был очевиден — Кратир. Перед зданием стоял длинный банкетный стол, а аппетитный запах исходил от расставленных на нём блюд.

— Хе-хе, за более чем семьдесят лет преподавания я нечасто видел настолько драматичные сцены.

— Вернулся, значит.

— Боже мой. Господин Ронан.

Вокруг стола собрались знакомые лица. Все члены клуба, а ещё те, кто провожал Ронана два года назад.

Ронан медленно пошёл к ним. Первым навстречу вышел Кратир и протянул руку.

— Ронан. Давно не виделись.

— Директор.

— Ты вернулся, а Академия сейчас в таком состоянии... Даже неловко. Мне стыдно.

Кратир криво усмехнулся. Морщины на его лице стали заметно глубже. Тёмные круги под глазами ясно говорили, что он почти не спал и изнемогал от работы.

Несомненно, именно ему из-за бедствия Зимней ведьмы приходилось тяжелее всех. Стряхнув с себя усталость усилием воли, Кратир хлопнул Ронана по плечу.

— Ну как, новый клуб тебе по душе?

— ...А такое вообще можно строить под школой?

— Хе-хе, хорошо ещё, что мы успели закончить всё до прихода зимы. Если вспомнить, сколько ты сделал, я бы и ещё парочку таких помещений тебе отстроил.

Поглаживая бороду, Кратир улыбнулся. Усталость в нём чувствовалась, но смех всё равно оставался по-доброму мягким.

Он без запинки рассказал о достоинствах нового помещения и его особенностях: о прочности, полностью оборудованных тренировочных зонах и даже о тайных проходах, разбросанных тут и там. Ронан коротко поклонился.

— Спасибо. Буду пользоваться с толком.

— Хорошо, хорошо. Ты сразу возвращаешься на третий курс. Всё уже улажено.

— Я, конечно, много чего пропустил... но экзамены мне сдавать не надо?

— Ну и хитрец. Какой в этом теперь для тебя смысл? Хотя оставшееся время у тебя будет крайне занятым. Придётся наверстывать всё, что ты пропустил.

Какое счастье, что ему не придётся называть Асела или Марью старшими. Формально он вдруг оказался сразу на более высоком курсе, но с его нынешними способностями это трудно было назвать плохой сделкой.

В конце концов, ни одна птица не жалеет о времени, проведённом в скорлупе.

Окинув взглядом карманные часы, Кратир цокнул языком.

— Ну, раз уж я тебя повидал, этому старику пора идти... Прости, что не могу посидеть со всеми.

Похоже, у него опять были дела. Встретились — и тут же расстаются, но, учитывая его положение, иначе и быть не могло. Пока они обменивались прощальным рукопожатием, Ронан сказал:

— Скоро вам станет полегче.

— Хе-хе... Звучит почему-то зловеще. Ладно, хорошо вам провести время.

У-у-ум! Пространство вывернулось, и Кратир исчез. Глядя туда, где он только что стоял, Ронан, не оборачиваясь, заговорил:

— Профессор Джародин, вы тоже только поздороваетесь и уйдёте?

— На еду время у меня найдётся. Ты сильно вытянулся.

— Правда? А ещё что изменилось?

— Не зазнавайся только из-за того, что у тебя появилось ядро. Надеюсь, способ циркуляции маны, которому я тебя научил, ты не забыл?

Что ни говори, а в вопросах маны с Джародином тягаться было невозможно. Усмехнувшись, Ронан повернул голову.

Там стоял Джародин — снова истощённый до невозможности.

Впалые щёки выглядели так, будто их можно было вывернуть и использовать как чаши для вина. Запястья, торчавшие из рукавов, напоминали кочерги. Голос Ронана стал тревожнее.

— Только скажите, что вы не из-за жены до такого дошли.

— Сунья в полном порядке. Недавно она даже открыла глаза.

На губах Джародина мелькнула тихая улыбка. Сунья выздоравливала медленно, но верно. Оживлённо рассказав о состоянии жены, он затем вздохнул.

— Просто... работы слишком много.

— Это ещё ладно.

— Да. По сравнению с тем, чтобы снова её потерять.

Он объяснил, что с приходом зимы дел у него стало в несколько раз больше. Если с Зимней ведьмой не разобраться как можно быстрее, кое-кто действительно надорвётся от переутомления насмерть.

— Этот монстр... то есть Навирозе, она хоть немного пришла в себя?

— А, вроде того. Говорит, увидела во мне возможность.

— Хорошо. Значит, мне больше не придётся наблюдать эти её выходки. Не только Зайпа — она ведь и о тебе беспокоилась без конца.

По его словам, Навирозе едва ли не каждый день спрашивала, как там Ронан: почему он всё не просыпается, нужно ли его кормить, а что, если он очнётся идиотом, и тому подобное...

А после того как её победил Зайпа, Джародину ещё и пришлось удвоенно мучиться, составляя ей компанию в выпивке. Тяжело выдохнув, он хлопнул Ронана по плечу.

— Ручаюсь, о тебе она думает больше всех. Будь с ней помягче.

— Понял. Я же говорю, она на самом деле человек с душой.

— Это не так, профессор Джародин. У нас же есть председатель студсовета.

В разговор неожиданно вклинилась какая-то благородного вида девушка. Кошачьи приподнятые уголки глаз показались Ронану знакомыми. Откинув за ухо тёмно-фиолетовые волосы, она чопорно продолжила:

— Сестрица Адешан почти каждый день писала письма. Даже родные не всякий раз так могут.

— Усердие у неё и правда поразительное. Пока я подрабатывал ассистентом, я только и радовался, что она не стала похожа на того монстра.

— Если бы не Зимняя ведьма, она бы вообще не пропускала ни дня...

Джародин согласно кивнул. Девушка, перечислявшая эти заслуги, которые и заслугами-то не назовёшь, досадливо сжала кулак. Ронан внимательно на неё посмотрел и наклонил голову набок.

— Эржебет?

— А, давно не виделись, господин Ронан.

Лишь тогда Эржебет повернулась к нему. За это время она превратилась в настоящую юную госпожу.

В каждом её движении, в каждом слове чувствовалась врождённая благородная стать — всё-таки дочь дома Акалусия. Разглядывая её лицо, Ронан нахмурился.

— Что это за шрам?

— Ах, вы заметили с первого взгляда?..

Глаза Эржебет округлились. На её шее расползалось что-то вроде красноватого пятна.

Ронан, успевший пораниться всеми возможными способами, сразу понял: это след от обморожения. Эржебет с кривой усмешкой провела пальцами по шраму.

— Это рана, которую оставила ведьма.

— Ты специально её не убираешь?

— Ха-ха, у вас и правда глаз острый.

В прошлом году, на церемонии поступления, она потерпела полное поражение от Зимней ведьмы. Даже огненная магия, которой её лично обучал Аун Фила, в итоге не смогла растопить ведьмин лёд.

— Каждый раз, когда у меня слабеет решимость, я на это смотрю. По-своему действует неплохо.

— Ты сильная.

— Пока эта зима не закончится, лечить не собираюсь. Было бы хорошо, если бы мне представился шанс отомстить, но теперь меня даже близко к ней не подпускают...

Эржебет прикусила губу. Пока Зимняя ведьма сидела внутри своей оболочки, второго шанса ей, скорее всего, не дадут. Немного помолчав и что-то обдумав, Ронан открыл рот:

— Хочешь в этот раз пойти со мной?

— Что? Пойти с вами?

— Изначально я собирался взять только Асела, но одного человека можно прихватить ещё. В общем...

Ронан в двух словах объяснил, что задумал. Глаза Эржебет расширились. Вцепившись обеими руками в его рукав, она сказала:

— Хочу. Возьмите меня с собой. Пожалуйста.

— Хорошо. Но есть условие.

— Условие?

— Вступай в наш клуб.

С этими словами Ронан принял суровый вид, всем видом давая понять, что о торге не может быть и речи. Он уже давно положил глаз на такой талант и не собирался упускать шанс. Эржебет несколько раз моргнула и наклонила голову.

— Но я уже состою в вашем клубе, господин Ронан.

— А? И когда ты успела?

— Почти сразу после того, как вы уехали. Сестрица Адешан каждый день занималась со мной лично, и мне это так, так сильно завидно было. Вот я сгоряча и...

Эржебет почесала щёку. Причина для вступления была до смешного честной. Не слишком-то отличалось от парня, который каждый день покупает цветы, которые ему вовсе не нравятся, лишь бы подкатить к девушке из цветочной лавки.

— Ну, тогда ладно...

— Хе-хе, значит, обещали?

Сделка закончилась до нелепости легко. В этот момент из клубного здания вышла знакомая женщина. В руках она держала индейку, будто только что вынутую из печи.

— Эри. Не поможешь это отнести?

— Старшая?

— А, Ронан, ты уже здесь.

Адешан мягко улыбнулась. Эржебет, телекинезом переправив индейку на стол, тут же прижалась к ней и заговорила с упрёком в голосе:

— Боже мой, у вас и так работы в студсовете полно, а вы ещё такие тяжести носите? Неужели и готовили тоже сами?

— Эри слишком уж за меня переживает. Мне же это в радость.

Члены клуба сновали туда-сюда между зданием и столом, таская еду и напитки. Ронан думал, что на столе уже всё готово, но, похоже, это было не так. Внезапно ощутив, что кого-то не хватает, он пожал плечами.

— А Барена не видно?

Это было странно. Секрит — ладно, но Барен точно не из тех, кто пропускает такие собрания. Адешан хлопнула в ладоши, словно только что что-то вспомнила.

— А, он как раз просил передать, что ему жаль. В последнее время он ужасно занят разработкой нового зелья.

— Разработкой зелья?

— Да. Что-то вроде массовой версии жемчужины цветка вечных снегов... Он сказал, что делает зелье устойчивости к холоду, которое сможет пить кто угодно.

По словам Адешан, сейчас в Столице не осталось человека, который бы не знал мастерскую «Лев и птица снов». Барен, продолжавший упорно работать над исследованиями, объединился с торговым домом Карабель Марьи и в итоге наладил поставки своих особых зелий по всему континенту.

— Вот как. Поднялся, значит.

Казалось, ещё вчера он драл на себе гриву от впечатления после отчёта о клубной деятельности, а теперь вон как. И правда, никогда не знаешь, что ждёт человека впереди. Подкатив рукава, Ронан направился на кухню.

— Я помогу. Что делать?

— Ах, просто отдохни. Ты ведь сегодня только очнулся, наверняка устал.

— За два года я уже достаточно отдохнул.

Ронан усмехнулся.

Подготовка не заняла много времени. Приветственный пир в честь его возвращения закончился только на рассвете.

***

Весть из Родолана пришла на следующее утро. Письмо доставила Сита, вымахавшая до размеров крупной собаки. Ронан открыл дверь в комнату Асела и разбудил его.

— Подъём, Асел. Пошли.

— У-у-у... Куда?

Асел, зарывшийся в кровать, поднялся и потёр глаза. Его волосы были связаны по бокам и вяло свисали вниз.

Это вчера вечером Ронан в итоге сам их завязал. Похоже, Асел отключился сразу, как вернулся в общежитие, и так и не успел их распустить. Хотя, если подумать, он же этому типу ещё не говорил.

— В Родолан.

— ...А?

Асел тут же застыл, точно его самого превратили в ледяную статую. Ронан, бросив напоследок угрозу, что если через пять минут тот не будет готов, то ему ещё и платье с рюшами напялят, вышел из комнаты.

«Первая клубная вылазка за два года».

Заранее заполненное заявление на клубную деятельность Ронан сунул в щель двери кабинета Барена. Их транспортом стал чертовски дорогой грифоний воздушный корабль.

Что именно сказала Навирозе, он не знал, но сопровождающий им явно был не нужен. После нескольких часов мучений, от которых казалось, будто зад сейчас треснет пополам, на горизонте Рассветного моря наконец возникла гигантская тень.

Это был Родолан, Крепость Вопля — крупнейший риф в мире.

— Чёрт, да чем это отличается от повозки для перевозки заключённых?

Посадка прошла спокойно. Скрип. Стоило им сойти, как налетевший свирепый морской ветер растрепал волосы. Спрыгнув первым, Ронан глубоко вдохнул и выдохнул.

— Вот так. Это уже больше похоже на дело.

Уголки губ Ронана поползли вверх. Ветер, пропитанный солёным запахом, нёс в себе тепло весны. Всё потому, что проклятие Зимней ведьмы до Рассветного моря не дотягивалось. Следом спустившийся Асел дрожащим голосом произнёс:

— Р-Ронан... А это точно правильно? Может, ещё сейчас...

— Да брось. Я вас сюда привёл не просто так, а чтобы вам обоим помочь. У ведьмы, конечно, имя дурное, но она всё же одна из величайших магов на свете. Кто знает, вдруг ты почерпнёшь какое-нибудь магическое вдохновение.

— Господин Асел, вы же первое место магического факультета. Прошу, держитесь с достоинством.

Спустившаяся последней Эржебет строго его одёрнула. Асел, глядя на Родолан, выглядел так, словно был готов в любой момент прыгнуть в море. Ронан огляделся и цокнул языком.

— Ну и народу тут, чтоб его...

По рифу, выполнявшему роль причала, сновали люди всех мастей. Все они, вероятно, прибыли сюда ради решения проблемы Зимней ведьмы.

Под обрывом ровным рядом стояли пришвартованные корабли. Маленьких почти не было — в основном огромные круизные лайнеры и военные суда; некоторые вообще стянули корпусами друг к другу так, что те превратились в подобие плавучих сооружений.

Уже трудно было понять, что это за место — тюрьма или туристическая достопримечательность. Увидев вдалеке приближающийся корабль, Ронан нахмурился.

— А это чей корабль такой вычурный?

Окрашенное целиком в алый цвет парусное судно, дробя волны, быстро приближалось к берегу. Огромный корабль с четырьмя мачтами — без преувеличения, он бы вместил всех заключённых Родолана и ещё место осталось бы.

Они как раз собирались направиться к крепости, когда сквозь морской ветер донёсся знакомый голос:

— Господа из Филеона, вам сюда.

Все трое одновременно обернулись. Пожилой мужчина в чёрной форме стоял, заложив руки за спину. У него на поясе покачивалась жуткая маска с птичьим клювом.

— От госпожи Навирозе уже пришло сообщение. Сказали, вы, возможно, сможете снять с ведьмы оболочку.

— Да. Точно можно будет сказать только после проверки.

Это был знакомый. Увидев его после столь долгого перерыва, Ронан широко усмехнулся. Старик, встретившись с ним взглядом, наклонил голову набок.

— Хм? Мы с вами раньше где-то встречались?

— Два года назад. Дознаватель Карака.

— ...А-а! Так это тот самый мальчишка!

Глаза Караки изумлённо округлились. Расплывшись в яркой улыбке, он пожал Ронану руку. Вёл он себя так, будто рад был старому другу.

— Вы так похорошели, что я вас сразу не узнал. Девушки в деревнях, должно быть, теперь ночами не спят.

— Было бы неплохо. А Силила поживает хорошо?

— Ха-ха, конечно, хорошо. Правда, теперь у неё появилось слишком много товарищей-фанатиков, так что такого внимания, как раньше, ей уже не достаётся... но мы всё равно неизменно окружаем её любовью и заботой. Ей уже больше двадцати раз полностью отрезали уши и снова отрастили.

С того времени, как её схватили в Гран Кападокии, прошло уже больше двух лет, а её, похоже, всё ещё пытали. Асел зажал рот рукой. Карака указал на крепость Родолан.

— Прошу, проходите. Если у вас нет тёплой одежды, внутри мы вам её подготовим.

— Тёплой одежды?

— Возле ведьмы резко холодает. Идёмте.

Все трое последовали за Каракой. Ву-у-ух! Стоило воротам крепости распахнуться, как наружу хлынул пронизывающий до костей ледяной ветер. В нём густо смешались крики и всхлипы, от которых по спине шёл мороз.

— А-а-а-а! Н-не надо!

— Х-холодно...! Ну пожалуйста, выпустите меня уже-е-е!

— Моя нога, моя нога-а...

— Разве это не упоительно?

Пробормотав это, Карака надел маску, висевшую у него на поясе. Весёлая атмосфера исчезла без следа. Повернувшись к спутникам, он произнёс:

— Добро пожаловать в Родолан.