Джозеф: Ты что-нибудь видишь?

Адам: Ага.

Джозеф: И что?

Адам [громким голосом]: Корабль, огромный корабль! Он больше горы и движется к Валу. Смотри, смотри, он отрывается от воды… Господи, да он может летать. На нас надвигается летучий корабль, у него пушки, они нацелены прямо на нас! Господи, пощади нас, сейчас мы все погибнем!..

Джозеф: Да ладно тебе, я просто так спросил. Ты ведь знаешь, что наши разговоры записываются, так?

Адам: Да их никто не слушает.

Джозеф Откуда ты знаешь?

Aдam: Неужели ты думаешь, что если бы они нас слушали, то и дальше продолжали бы сидеть и молчать после того бреда, что я только что наговорил?

Джозеф: Ты выпендриваешься.

Адам: Знаю.

Джозеф. Теперь ты должен нажать желтую, а потом оранжевую.

Адам: Ага, я жму.

Джозеф: Ну, давай же, а то потом не запомним.

Адам: Оранжевая, потом синяя, потом голубая, а теперь… погоди. Еще две оранжевые. Думаю, я справлюсь.

Джозеф [взволнованно]: Давай же, нажимай.

Адам: Сам нажимай.

Джозеф: Мне нельзя, это твои кнопки.

Адам: А кто узнает?

Джозеф: Я.

Адам: Ну, давай.

Джозеф. Я не помню.

[Слышится гудете зуммера. ]

Джозеф: Это десятисекундное предупреждение! Адам, так нечестно! Нас обоих накажут. Ты знаешь правила.

Адам: Никто нас не накажет.

Джозеф. Жми на кнопки.

Адам: Ладно, ладно, [Медленно, поддразнивая. ] Вот, нажимаю. Желтая, оранжевая, синяя, зеленая, оранжевая оранжевая, зеленая, желтая… Некая потом вша, красная или зеленая? Не помнит?

Джозеф: Я тебя сейчас пристрелю. Клянусь.

Адам: Красная.

[Гудение зуммера прекращается. ]

Адам: Видишь? Совершенно не о чем волноваться.

Джозеф: Почему ты все время так себя ведешь?

Адам: Мне скучно. Это помогает оставаться начеку.

[Долгое молчание. Слышно, как пальцы барабанят по клавиатуре. ]

Джозеф: Думаешь, там еще остались живые?

Адам: Сколько ты здесь служишь?

Джозеф: Пять лет.

Адам: И сколько кораблей потопил?

Джозеф: Три или четыре. Но они все были дрейфующими. Я имею в виду… ну. понимаешь…

Адам: Говорят, недавно на севере видели новые воздушные корабли.

Джозеф: Думаю, это просто байки.

Адам: Да все вокруг сплошные байки.

Джозеф: На самом деле, если подумать… Сколько времени прошло с эпидемии чумы? Те, кто выжил, наверняка получили на нее иммунитет. Так? Они могли уже отстроиться. Вполне логично.

Адам: Или эти выжившие мучились дольше других.

Джозеф: Знаешь, последние, что я видел, уже не показались мне такими уж слабыми и больными.

Адам: Ты в курсе, что наш разговор записывается?

Джозеф [обеспокоено]: Ты же сказал, что нас все равно никто не слушает.

Адам: Вплоть до того момента, пока не произойдет что-нибудь необычное.

Джозеф: Например?

Адам: Я могу сойти с ума и застрелить тебя.

Джозеф: Тогда мне наплевать, слушают нас или нет.

Адам: Ну, значит, и беспокоиться не о чем.

Джозеф: Ну, как ты думаешь? Они отстраиваются?

Адам: Ты когда-нибудь задумывался над тем, почему люди, по которым нам приказано стрелять, никогда не открывают ответный огонь? Я полагаю, что война и чума отбросали остальное человечество на тысячи лет назад, а новый тип воздушных кораблей, который засекли на севере — обычные воздушные шары. Все остальное они просто разучились делать.

Джозеф: Знаешь чего мне сейчас хочется?

Адам: Чего?

Джозеф: Кока-колы.

Адам: Як ней спокойно отношусь.

Джозеф: Да как же так? Ты ведь, наверное, ее пил. На церемониях. Не сомневаюсь, что ты ее пробовал.

Адам: Напиток как напиток.

Джозеф: Ты знаешь, они чуть было не потеряли рецепт. Спохватились в самый последний час, перед тем как оборвалась связь, Каждый думал, что состав и так всем известен.

Адам: Ты больно доверчив. Это же просто напиток.

Джозеф. Это не просто напиток. А тебе чего сейчас хочется?

Адам: Женщину.

Джозеф: Женщину?

Адам: Прямо здесь и прямо сейчас Ты мог бы посмотреть. Ты часто с женой видишься?

Джозеф: Ты сам знаешь, нам нельзя об этом разговаривать.

А дам: Нам, Джозеф, много чего нельзя. Но знаешь что? Я провел с женщинами куда больше времена, чем ты, а ведь я даже не женат.

Джозеф Ты просто хвастаешься.

Адам: Да, точно, Джозеф. Хвастаюсь.

На этом фрагмент восстановленной записи обрывается.

Экзаменатор: И о чем. на ваш взгляд, свидетельствует данный фрагмент?

Анаксимандр: Он позволяет нам сделать определенные выводы о характере Адама Форда.

Экзаменатор: О чем-то, заслуживающем восхищения?

Анаксимандр: О чем-то, крайне важном.

Экзаменатор: Почему вы считаете, что прозвучавший диалог не просто пустопорожняя болтовня двух скучающих мужчин, желающих убить время?

Анаксимандр: Он раскрывает личность Адама.

Экзаменатор: Поясните.

Анаксимандр: Адам — младший караульный. Джозеф на пять лет его старше, у него несравненно более богатый опыт, и несмотря на это после прослушивания их диалога может сложиться впечатление, что ситуация в корне противоположная. Думаю, Адам в любой ситуации пытается взять верх. Эту деталь важно отметить, поскольку она играет существенную роль в понимании всего того, что случилось дальше.

Экзаменатор: Расскажите нам о последующих событиях.

Анаксимандр: На следующий день предстояло вести наблюдение за океаном. Джозеф и Адам заступили на дежурство в 15:30. Стояла теплая и ясная погода, практически полный штиль. Башня располагалась на обрыве, с которого открывался вид на южный остров, отделенный от дозорных проливом. Зона, вверенная их наблюдению, протянулась на десять морских миль. В такой день они могли невооруженным глазом увидеть соседнюю сторожевую вышку, находившуюся на севере от них. Согласно журналу, на вахте стоял Джозеф, а Форд занимался проверкой оборудования. Несмотря на это лодку первым заметил именно он.

Адам: Ну вот, хоть какая-то перемена.

Джозеф: О чем это ты?

Адам: Посмотри чуть правее, партнерушка. Видишь?

Джозеф: Чего?

Адам: Слушай, у тебя, перед тем как сюда направить, зрение проверяли?

Джозеф: Все у ливня в порядке со зрением.

Адам: Тогда, наверное, с головой проблемы.

Джозеф: Ладно, ладно теперь вижу. [Громким голосом. ] Вон она!

Адам: Ладно, успокойся.

Джозеф: Поднимай тревогу.

Адам: Она совсем крошечная.

Джозеф; Не уверен.

Адам: Посмотри на экран, идиот.

Джозеф: Видишь, что у меня в руках? Знаешь, что в магазине — настоящие патроны?

Адам: А ты знаешь, что попытка угрожать своему товарищу-солдату является предательством?

Джозеф: Меня простят.

Адам: Слушай, она маленькая. Если там будет больше двух-трех человек, считай, тебе повезло. Повезло, что ты не потратил свои патроны на меня.

Джозеф: Сейчас твоя очередь. Вот, смотри, расписание нарядов.

Адам: А так даже и лучше.

Мужчины переводили взгляды с наблюдательного экрана на картину, разворачивавшуюся перед ними, и обратно. Изображение стало более четким. Лодка и в самом деле оказалась крошечной — в точности такой, какой показал сканер. На связь вышла ближайшая сторожевая башня к югу от них.

Ст. б.: Ребята, вы ее видите?

Джозеф: Конечно, Рут, она наша.

Ст. б.: Ну так действуйте.

Адам: Она всего одна.

Джозеф: Не факт. Может, там еще и другие прячутся.

Адам: Ты хоть раз слышал, чтобы они прятались?

Джозеф: Всякое может быть. О чем я и толкую. Ты готов? Тогда давай иди. А я за тобой пригляжу.

Адам: Погоди секунду.

Джозеф: Тебе надо идти.

Адам; Я просто хочу посмотреть, с чем мне предстоит иметь дело.

Джозеф: Если я замечу что-нибудь необычное, то дам знать.

Адам: Секундочку.

Джозеф: Тебе надо идти.

Адам: Сперва я хочу понять, с чем мы имеем дело.

Джозеф: Если я замечу что-нибудь необычное, то обязательно тебе передам.

Адам: Секундочку.

Адам замер, уставившись на экран. Это было против правил. Стрелок должен покинуть сторожевую башню до идентификации цели. Таким образом, к тому моменту, когда он понимал, в кого ему предстоит стрелять, его затылок уже находился под прицелам напарника. Продумано все было очень точно. Неважно, насколько вышколен был солдат. — всегда сохранялась опасность того, что он не решится открыть огонь по беззащитным людям. Учитывая, что в те времена свирепствовала чума, государство не хотело лишний раз напрасно рисковать.

Джозеф [кладет руку на пистолет]: Ты знаешь, у меня приказ.

Адам: Господи, погляди, это же девушка! Это молоденькая девушка. Откуда, черт возьми, приплыла эта лодка?

Оба караульных воззрились на экран. Суденышко и впрямь оказалось крошечным. Непонятно, как оно вообще сумело преодолеть такое расстояние. А потом Адам увидел глаза девушки. По крайней мере именно так он заявил на суде. Огромные и напуганные. Она непонимающе таращилась на высоченную металлическую решетку, вздымающуюся прямо из океана. От самодельного, изорванного треугольного паруса ее лодчонки не было никакого толку. Кораблик, покачиваясь, приблизился на опасное расстояние к плавучим минам.

Джозеф [дрожащим голосом]: Слушай, пожалуйста, иди к пушке, Я не хочу в тебя стрелять.

Адам: Джозеф, я должен тебе кое в чем признаться.

Джозеф: В чем?

Адам: У меня это в первый раз.

Джозеф: Но я же смотрел твое дело.

Адам Я его подтасовал.

Джозеф: Как?

Адам: Тебе лучше этого не знать.

Джозеф: Ладно, в первый раз так в первый. Не волнуйся. Это не сложно. Все как на учениях. После захвата цели ты даже можешь на нее не смотреть.

Адам: Думаю, у меня не получатся.

Джозеф. А я думаю, у тебя просто нет выбора.

Адам: Это же всего-навсего девочка.

Джозеф: Вели придется, я тебя застрелю.

Адам: Давай я останусь здесь.

Джозеф: Что ты такое городишь?

Адам: Ты пойдешь к пушке, а я останусь в башне. Я не могу объяснить, просто думаю, так будет проще. Если увижу, как ты подобьешь эту лодку, тогда точно справлюсь со следующей. Честно, я уверен. Ну, давай же. Это проще, чем меня пристрелить.

Джозеф согласился. Он решил, что ему гораздо проще потопить суденышко с девушкой, которую он видел впервые и которая, возможно, является переносчицей чумы, чем хладнокровно застрелить своего напарника в маленькой кабине сторожевой башни. Выбора у Джозефа не оставалось. Адам это понимал. На суде он сказал, что знал, как все произойдет. В средствах массовой информации много говорилось о его хладнокровном расчете.

Экзаменатор: Вы с этим согласны? Вы считаете его расчет хладнокровным?

Наконец Анаксимандр услышала вопрос, на который могла дать развернутый ответ. Он как раз непосредственно относился к области ее исследований.

Анаксимандр: То, что случилось потом, можно интерпретировать двояко, хотя сам Адам настаивал, что к версии произошедшего, которую он озвучил во время ареста, ему добавить нечего. Форд остался в сторожевой башне. В соответствии с инструкцией он не сводил взгляда с пушки, к которой подошел Джозеф и активировал систему наведения. Адам никогда прежде не видел, как убивают. Ему хотелось отвести глаза в сторону, но жутковатое зрелище его завораживало. Он внимательно смотрел на напарника, увидел, как тот ввел шифр, поставив лазер на боевой взвод. А потом, согласно правилам, Адам посмотрел на наблюдательный экран убедиться, что люди на лодке не представляют для напарника непосредственной опасности. Тогда он опять заметил глаза девушки и на этот раз не смог ничего с собой поделать. Ей было шестнадцать лет, на год меньше, чем ему самому, однако, проведя три месяца в открытом море без еды и воды, она выглядела старше. Несчастная страшно исхудала и умирала от голода и жажды. Адам увеличил изображение, чтобы поближе рассмотреть ее лицо. На допросе он показал, что не принимал осознанного решения открыть огонь, скорее услышал грохот выстрела, эхом отразившийся от стен тесной кабины сторожевой башни. Он кинул взгляд в сторону пушки и увидел, как его напарник упал навзничь с дырой в затылке.

Немедленно сквозь треск помех раздался голос дежурного из центра наблюдения. К этому моменту Адама уже охватила паника.

— Зарегистрирован выстрел. Прошу выйти на связь. Прошу выйти на связь.

— Говорит Адам. Джозеф ликвидирован. У Вала наблюдается небольшое судно. На борту девушка. Джозеф стал колебаться, сэр.

— Вы уверены, что, кроме девушки, там никого нет?

— Да, сэр.

— Вы должны уничтожить судно.

— Я знаю, сэр.

— После того как все сделаете, доложите. Мы пришлем замену Джозефу. Поздравляю вас, Адам. Благодарю вас от имени Республики.

— Спасибо, сэр.

Адам знал, время играет против него. В центре наблюдения будут ждать выстрела из лазерной пушки. Он кинулся прочь из сторожевой башни, пробежал мимо мертвого напарника и принялся спускаться по узкой тропинке к океану. Он видел, как маленькую лодку мотают волны. В любую секунду она могла налететь на мину. Адам замахал руками, чтобы привлечь внимание девушки. Он не знал, сможет ли она его услышать, да и вообще говорит ли на его языке.

— Ты умеешь плавать? — крикнул он. — Плавать умеешь?

Она посмотрела на него, но ничего не сказала. С такого расстояния ему было не под силу рассмотреть выражение ее лица.

— Прыгай из лодки! — вновь закричал он. — Плыви туда! Плыви на север! — Он показал рукой. — Я тебя там встречу. Там есть место, где можно пролезть через Вал. Маленькая дверь! Жди у двери! Главное, не трогай бакены! Ты поняла? Мне надо потопить лодку! Если поняла, помаши рукой!

Он воззрился на суденышко, в отчаянии ожидая ответа. Никакой реакции. Снова помахал. Увидел слабое движение руки в ответ. Вопреки доводам разума, Адам, понадеявшись, что девушка его все-таки услышала, полез обратно к пушке. Орудие все еще стояло на боевом взводе. Оттолкнув тело Джозефа в сторону, Форд приник к прицелу. В лодке никого не было видно. Неужели она поняла, что он ей сказал? А может, просто силы оставили ее, и она повалилась на дно? Ответить на эти вопросы он не мог и выстрелил, увидев, как на том месте, где покачивалось суденышко, взметнулась струя пара и забурлила вода.

Затем он связался с центром наблюдения. Форд был мрачен, а его голос дрожал.

— Говорит Адам, сторожевая башня 621-Н. Задание выполнено. Судно уничтожено.

— Поздравляем, Адам. Новый напарник прибудет через десять минут. Оставайтесь там, где находитесь. Тело Джозефа мы заберем сами.

— Спасибо, сэр.

Но Адам и не думал выполнять приказ. По всему периметру Вала находились сервисные люки. Они открывались с помощью дистанционного запирающего устройства, которое, теоретически, активировалось с помощью двух шифров — один вводил техник-ремонтник непосредственно у люка, а второй — дежурный на центральном командном пункте штаба обороны.

Очевидно, Адам знал, что систему можно обмануть, хотя поначалу настаивал, что дело просто-напросто заключалось в неисправности люка. На вопрос, откуда у Адама взялись такие сведения, имеется масса противоречивых ответов. Важно помнить, что Форд всегда отличался от большинства сверстников любопытством и сообразительностью, поэтому, на мой взгляд, представляется весьма правдоподобным, что в ходе обучения ему довелось получить доступ к сведениям, с которыми рядовым солдатам сталкиваться не доводилось. Другие исследователи отмечали популярность Адама среди женщин, а учитывая тот факт, что речь идет об обществе, где отношения полов приходилось держать в тайне, скорее всего, он получил информацию от одной из любовниц. Есть также и фантастические версии. Некоторые историки отмечали, что Ребекка, с которой Форд познакомился ранее на соревнованиях по борьбе, решила стать специалистом по системам электронной безопасности. Ряд исследователей высказывали предположение о том, что Адам и Ребекка продолжали поддерживать связь, но доказательств тому так и не было найдено. Так или иначе, ему удалось открыть сервисный люк. Он пробежал вдоль скалистого берега, бросился в воду и поплыл к Валу. Вне всякого сомнения, перед ним стояла непростая задача. Несмотря на то что океан в тот день был на удивление спокойным, сервисные люки располагались в самых труднодоступных участках периметра.

Согласно показаниям Адама, сначала он подумал, что опоздал. Девочка еще цеплялась за Вал, но голова ее уже бессильно опустилась. Форд рассказал о том миге, когда она приподнялась из воды, и их глаза, разделенные решеткой, встретились. Он вспомнил, как протащил ее через сервисный люк и помог доплыть до берега. Она не произнесла ни слова, но, так как девушка покинула лодку и ждала его в условленном месте, Адам знал, что она его понимает.

Он отвел ее в маленькую пещеру у основания утеса, где незнакомка могла спокойно укрыться, не опасаясь быть обнаруженной, снял с пояса питательный брикет — часть своего пайка — и отдал ей. Она откинулась на камни и, прежде чем закрыть глаза, одарила его благодарной улыбкой. По крайней мере именно так он рассказал. Новый напарник обнаружил насквозь мокрого Адама у пушки. Тот сидел, привалившись к телу Джозефа, и выл. Сменщика звали Натаниель. Человек он был добродушный, а срок его службы подходил к концу. Он решил, что молодой караульный, не выдержав напряжения, сорвался, и согласился никому не сообщать об увиденном. Форд поблагодарил его, и они снова заступили на дежурство. Ночью Адам вернулся в пещеру. На этот раз он принес воду, еду и одеяла. На протяжении всего дня он возился с девушкой, которая, наконец, смогла самостоятельно сесть и, запинаясь, рассказать по-английски о том, что ей довелось пережить.

Экзаменатор: Вы упомянули о существовании двух версий произошедшего. Изложите нам вторую.

Анаксимандр: Рассказ Адама с самого начала вызвал у следователей подозрение. В истории было много неясностей: как ему удалось открыть сервисный люк в Валу, когда он успел ознакомиться с рельефом побережья под утесом и найти там подходящую пещеру, как ему удалось столь виртуозно манипулировать Джозефом. Правдоподобность его рассказа сменщику также вызывала сомнения. Звучали предположения о том, что все было продумано заранее, и даже появление лодки с девушкой — предусмотрено. Новость о нарушении периметра безопасности вызвала у многих состояние шока, породившего самые замысловатые и бредовые версии.

Экзаменатор: Однако вы считаете, что они не заслуживают внимания?

Анаксимандр: Да.

Экзаменатор: Почему?