Иван успокоился и последовал за родителями в дом.

Первым кого он увидел, был Вернон Дурсль в классическом костюме и галстуке-бабочке. Он встретил их на пороге своего дома.

— Добрый вечер!

— Добрый вечер, мистер и миссис Мейсон. Добро пожаловать в нашу скромную обитель, — сказал Дурсль с отвратительной улыбкой на лице.

— Могу я взять ваше пальто?

— Спасибо Вам! — сказала миссис Мейсон и вытащила Ивана из-за спины чтобы представить его Дадли, — Это Иван. Присмотри за ним в школе, пожалуйста.

— Это честь для меня, миледи.

Увидев, что Дадли хочет обнять его, Иван быстро отступил на полшага, и поспешно последовал за родителями в гостиную. Иван осмотрелся вокруг: было видно, что комната была тщательно подготовлена для сегодняшней встречи.

Из кухни доносился запах пудинга. Стол бы обставлен серебряной посудой, двумя кувшинами с ягодным морсом и кремовым пирогом. А из печи можно было услышать звуки жарящегося барбекю.

Но всё это не интересовало Ивана. Не было видно ничего, что могло хоть как-то напомнить о Гарри. Видимо, семья Дурслей не хочет, чтобы кто-нибудь узнал об их странном племяннике.

Иван слегка нахмурился, ему было жалко Гарри, так как из книг он знал, что Гарри должен тихо скрываться в маленькой комнате наверху, не издавая ни единого звука, чтобы никто не узнал о его существовании.

Он почувствовал, что должен что-нибудь сделать.

— Извините, мистер Дурсль, — сказал Иван, прервав его скучную шутку о японском гольфисте, — Я не часто бываю в гостях и мне всё здесь очень интересно. Если вы не возражаете, я бы хотел, чтобы Дадли показал мне всё до ужина.

— Нет проблем, пусть Дадли покажет тебе свою комнату, заодно проверьте его новую консоль, — Вернон думал, что в силу своего возраста, Иван не мог понять его шутку, поэтому он охотно согласился, — Я попрошу Петунью позвать вас, когда накроют на стол.

Дадли, ничуть не скрывая того, что ему не хочется проводить экскурсию для Ивана, очень неохотно отправился за ним, и вместе они покинули гостиную. По плану он должен был остаться и продолжать использовать эти тошнотворные слова, чтобы похвалить пару Мейсонов, а не устраивать ребёнку экскурсию.

Дадли еле сдерживался, чтобы не сказать Ивану что-нибудь оскорбительное, а ведь для него это была задача не из лёгких.

Они поднялись на второй этаж. Слушая Дадли, рассказывающего о своей новой консоли, Иван заметил крошечную комнатку в конце коридора, дверь которой была закрыта.

— Что это за комната?

— Это комната моего кузена. Его сейчас нет дома.

Лицо Дадли было немного неестественным: «Ах да, мы же шли в мою комнату, новая консоль просто удивительная…»

Прежде чем Дадли успел договорить, его прервал громкий стук в той самой маленькой комнате. В следующую секунду, прежде чем он успел что-либо сказать, Иван подошёл и открыл дверь. В комнате с тусклым освещением, он увидел худого темноволосого мальчика с яркими зелёными глазами и тонким шрамом в форме молнии на лбу. Когда Иван увидел его, он стоял перед гардеробом, в котором сидел Добби.

Гарри Поттер был удивлён: тем, кто открыл дверь, оказался не дядя Вернон, а мальчик, которого он никогда раньше не видел.

— Добрый вечер, Вы, должно быть, двоюродный брат Дадли, я Иван Мейсон, приятно познакомиться!»

Иван, сердце которого было наполнено радостью от того, что он, наконец, встретил Гарри Поттера, протянул ему правую руку.

— Привет, меня зовут Гарри Поттер, и мне тоже приятно с вами познакомиться, — нерешительно сказал Гарри, пожимая руку Ивана.

Гарри предположил, что это, должно быть, сын того самого человека, владеющего процветающим строительным бизнесом. Сегодня он должен был приехать к ним на ужин. Гарри не был уверен, стоит ли ему связываться с этим мальчиком. По словам дяди Вернона, он должен был оставаться в своей комнате и притворяться, что его не существует.

Уже две недели дядя Вернон каждый день повторял одно и тоже: «Этот ужин очень важен для нас! Ты не можешь себе представить как плохо тебе будет, если ты испортишь этот ужин!»

В коридоре, Дадли просил Ивана уйти, и, хотя Гарри чувствовал себя ужасно, он должен был признать, что это единственное, в чём он был согласен с Дадли, начиная со времени его летних каникул, тем более, что в гардеробе рядом с ним сидел домашний эльф, которого маглам лучше не видеть.

Иван, как будто не слышал Дадли, потому что его внимание полностью переключилось на птичью клетку рядом с окном, в которой сидела белоснежная сова.

— Это же чистая белая сова! — Иван повернулся к Гарри и спросил, — Как её зовут?»

— Букля, она мой питомец, — сказал Гарри, тихо закрывая дверь.

— Я тоже хотел такую сову, но моя мама боится птиц, — сказал Иван и снова повернулся, чтобы снова посмотреть на Буклю, — Можно я её покормлю?

— Конечно, но дело в том, что у меня нет еды, — вздохнул Гарри: дядя Вернон не позволял ему кормить Буклю, поэтому Гарри делился с ней своей едой с тех пор как началось лето.

— Что она ест? Там внизу на кухне много еды.

— Иван, мама сказала, чтобы мы спустились и поели! — внезапно прервал его Дадли. Набравшись смелости, он вошёл в комнату Гарри, чтобы увести Ивана.

— Ну, я думаю, что смогу вернуться после ужина.

Иван отправился за Дадли, но сделав два шага, он увидел, что Гарри не двигался с места: «Гарри, ты не пойдешь с нами?»

— Нет, я не пойду, я уже поел!

Из желудка Гарри раздалось урчание, но он был уверен, что тётя Петунья не обрадуется, увидев его за столом.

— Пойдем, даже если ты уже поел, ты все еще можешь съесть десерт, — сказал Иван, шагнув в его сторону. Он схватил Гарри за руку и продолжил, — Также мы можем взять еду чтобы накормить Буклю, мне кажется, что она голодна.

— Ты не можешь этого сделать, и он не может есть с нами, — прервал его Дадли.

— Почему, разве он не твой кузен?!

— Да, он мой кузен, но … — Дадли изо всех сил пытался подобрать слова, чтобы объяснить Ивану, — Он не такой как мы. Он урод.

— Урод?! — Иван нахмурился, увидев Гарри, который был слишком взволнован, чтобы вспомнить о необходимости закрывать дверь.

В следующую секунду из гардероба выскочил зеленый монстр с двумя большими, как у летучей мыши, ушами и выпуклыми зелеными глазами, размером с теннисный мяч.

Иван сразу догадался, кто это, но он не думал, что домашний эльф был настолько уродлив.

— Как ты смеешь оскорблять великого Гарри Поттера в присутствии Добби! — крикнул он, выпрыгивая из гардероба.

Прежде чем кто-либо из них успел среагировать, он протянул правый указательный палец и указал на Дадли.

Вдруг в комнате вспыхнул зелёный свет, раздался свист, крик, и Дадли, схватившись обеими руками за свои толстые ягодицы, вскочил от боли и заплакал.

Обернувшись, Иван увидел торчащую из дырки в штанах кудрявую косичку.

Бедный Дадли, он снова пострадал в этом году после создания косички Хагридом в прошлом году.