- Итак, кто хочет покричать первым?

Прежде чем кто-либо из гриффиндорцев успел ответить, с лестницы, ведущей вниз, раздался громкий голос: - КВИРРЕЛЛ! Я здесь. Ты можешь перестать вести себя как злодей из какого-нибудь маггловского комикса.

Квиррелл удивленно повернулся к Гарри Поттеру. На секунду Гермиона растерялась, потому что в комнату вошел не Гарри, а Джим. Потом она поняла – впервые с сентября она видела его в повседневном наряде и без прически.

- Мистер Поттер! И как раз вовремя! - уверенно сказал Квиррелл.

- Да, я слышал твое злобное злорадство, когда спускался по лестнице. Очень жутко. - Квиррелл сердито посмотрел на мальчика, который внезапно испытал благодарность за своё, пусть и ограниченное, но обучение окклюменции. Без нее у него сейчас был бы очередной приступ паники, как в классе у Снейпа, только на этот раз не мысленный. Вместо этого он смог подавить свой инстинкт свернуться в крошечный скулящий комочек и проявить ту же уверенность, которую он продемонстрировал в Логове Принца, когда имел дело с Драко. - Скажите мне, профессор Квиррелл, - продолжал он, надеясь привлечь внимание собеседника. - Теперь мы вдвоем, так что будем честны друг с другом. Что, во имя Мерлина, с Вами случилось? Все старшекурсники, с которыми я разговаривал, помнят Вас с такой любовью. Добрый, умный человек, достигший совершенства в области маггловедения, которого уважали его ученики и коллеги-профессора. Теперь Вы гогочущий злодей, который говорит о том, чтобы мучить детей, чтобы добиться своего.

Квиррелл жестоко рассмеялся. - Я ушел из Хогвартса в годичный творческий отпуск, прежде чем стать профессором по Защите. Я был еще так молод и глуп, полон нелепых представлений о добре и зле. Потом я нашел его – своего хозяина. Он показал мне правду мира, показал, как я ошибался. Нет ни добра, ни зла. Есть только...

- Сила, - перебил Гарри. - Сила и те, кто слишком слаб, чтобы понять ее. Да, я знаком с этой цитатой. Это было в Расцвете и падении темных искусств и впервые было приписано Темному Лорду Эмерику, который опустошил Британию в 14 веке. И все же почему-то слова Эмерика не мешали людям называть его Эмериком Злым. - Гарри презрительно фыркнул на Квиррелла. - На самом деле довольно забавно, что твой хозяин взял за образец одного из немногих гриффиндорцев, ставших темным лордом. Это, собственно, и объясняет многие его дурные привычки. Кстати, твой хозяин когда-нибудь говорил тебе, что эти слова были частью последнего заявления Эмерика за несколько минут до его казни?

Квиррелл был ошеломлен сверхъестественно спокойным поведением мальчика, а также его знанием темных вещей. Затем хриплый, свистящий голос эхом разнесся по комнате. - Хватит болтать. Возьми Камень! Ис-сспользуй мальчиш-шшку! - Четверо связанных гриффиндорцев дико оглянулись на угрожающий голос, и Гарри напрягся от этого звука.

Квиррелл сердито махнул в его сторону. - Иди сюда, Поттер! - выплюнул он. Гарри медленно подошел к Квирреллу и Зеркалу. Его план на данный момент состоял в том, чтобы посмотреть в Зеркало, надеясь, что он сможет противостоять его силе теперь, когда он знал, как это работает, а затем сплести кучу лжи, чтобы занять Квиррелла и его "хозяина", пока не появятся взрослые. Если же взрослыене появятся... в этом случае он и все его друзья умрут, и он будет преследовать Оливию Колумбико и Родни Монтегю всю их оставшуюся жизнь.

Но когда он подошел к Квирреллу и посмотрел в проклятое Зеркало, Гарри с удивлением увидел, что это не то изображение, которого он ожидал. Желание его сердца больше не отражало его как любящего и преданного члена клана Поттеров. Вместо этого, изображение было отражением его нынешнего "я", удобно сидящего на Троне Гидры, который теперь признал в нем Принца. Зеркальная версия Гарри с королевской уверенностью смотрела на настоящую... а затем это вдруг перешло в озорную ухмылку. Затем появилась Далила, чья голова была за рамкой Зеркала, с большим кристаллическим камнем во рту. Она бросила камень в ожидающую руку Зеркального Гарри и кокетливо рассмеялась. Зеркальный Гарри сунул Философский камень в карман брюк и подмигнул, и... и собственный карман брюк Гарри внезапно оттопырился, словно к нему прибавился новый вес. Глаза Гарри расширились.

Они спрятали Камень в Зеркале таким образом, что только тот, кто на самом деле не хотел владеть им, мог вытащить его обратно, - подумал он с удивлением. - И им никогда не приходило в голову, что Квиррелл может заставить невольного заложника помочь ему?! У меня в команде дебилы!

Квиррелл, должно быть, заметил реакцию Гарри. - В чем дело, Поттер? Что ты видишь? - сердито спросил он.

- Гм, я вижу себя. Дамблдор пожимает мне руку. Я выиграл Кубок межфакультетского соревнования, - внутри Гарри съежился. Обычно он был гораздо лучшим лжецом, чем сейчас, но он был так поражен, когда объект желания Квиррела внезапно оказался у него в кармане, что застыл и просто не мог придумать ничего убедительного. Он был не единственным, кто это заметил.

- Он врет! - воскликнул этот ужасный шипящий голос.

Ну что ж, стоило попробовать, - подумал Гарри. Затем плавным движением он выхватил палочку, повернул ее к голове Квиррелла и закричал: - СОНОРУС! - как можно громче, стараясь поставить ударение на первый слог. Тот же пронзительный вопль, который принес Гарри первое наказание, раздался снова. Связанные гриффиндорцы поморщились от боли, а Квиррелл чуть не согнулся пополам, когда Гарри со всех ног попятился к лестнице.

- Ос-сстанови его, идиот! - закричал ужасный голос, и, несмотря на боль, Квиррелл послал в сторону Гарри Изгоняющее заклинание. Оно подхватило мальчика с такой силой, что тот крутанулся в воздухе и больно приземлился лицом на пол. Затем Квиррелл щелкнул пальцами, и на верхней ступеньке лестницы поднялся огненный барьер, преграждая Гарри путь к бегству.

- Глупый ребёнок! Неужели ты действительно думаешь, что мог сразить меня такой слабой атакой?! - прорычал Квиррелл в гневе.

Гарри медленно поднялся, повернувшись спиной к старшему волшебнику. - Нет,- закашлялся он. - Я просто хотел убедиться, что ты знаешь, что я могу наложить Разбивающее стекла проклятие. - Произнеся это, он повернулся лицом к своему врагу с палочкой в одной руке, ее кончик упирался в (поддельный) Философский камень, который он держал в другой. - А теперь, профессор, кажется, вы сказали, что нам пора поговорить. Так... давай поболтаем. Иначе я разобью Философский камень на миллион осколков.

- Ах ты, наглое отродье! - закричал Квиррелл. - Отдай мне этот Камень, или, клянусь, ты и твои друзья умрете в агонии!

- Да заткнись ты уже! - крикнул Гарри в ответ. - Клянусь, ты был менее раздражающим, когда заикался! Между прочим, тебе нечего мне предложить, кроме угроз убить нас всех, а поскольку ты все равно собирался убить нас всех, это меня не пугает, - Гарри презрительно фыркнул. - Кроме того, как однажды сказал известный маггл по имени Уинстон Черчилль: Никогда не разговаривай с обезьяной, если шарманщик находится в комнате. Так что открой его, и пусть говорит твой хозяин.

Квиррелл зарычал, но затем нечеловеческий голос заговорил снова. - Дай мне поговорить с-ссс мальчиш-шшкой.

- Хозяин, - нервно сказал Квиррелл. - Вы недостаточно сильны.

- Я дос-сстаточно с-ссилен для этого. - С этими словами Квиррелл выпрямился и начал разворачивать тюрбан на голове. Гарри собрался с духом, чтобы увидеть то, что несколько месяцев назад он представлял себе как "прыщ судьбы". Реальность оказалась гораздо хуже. Когда последний клочок ткани упал, Вол-де-морта стало видно, морщинистое отвратительное лицо чистой злобы и ненависти, прикреплённое к задней части лысого черепа Квиррелла и отраженное в Зеркале. Гарри рискнул бросить быстрый взгляд на Вол-де-морта, в то время как глаза Темного Лорда все еще были расфокусированы. Затем он сосредоточил свой взгляд на груди Квиррелла, сосредоточился на своём ограниченном обучении окклюменции и решил, что, несмотря ни на что, он не встретится взглядом с Вол-де-мортом. Его жизнь и жизнь всех его друзей зависела от того, сможет или не сможет Вол-де-морт заглянуть в мысли Гарри. Со своей стороны, гриффиндорцы, казалось, лишились дара речи от ужаса. - Вол-де-морт, - потрясенно прошептал Джим.

- Пос-ссмотри, во что я превратилс-сся, Гарри Поттер. Пос-ссмотри, что твой брат с-ссделал с-ссо мной, - прошипел Волдеморт.

- Ты ждешь извинений? Кроме того, я не собираюсь смотреть на тебя. Я знаю, что ты легилимент, так что, если не возражаешь, я просто буду держать свое внимание на профессоре Квиррелле на случай, если он попытается сделать что-нибудь, о чем мы все пожалеем.

- Ах, ты дейс-сствительно хитер, Гарри Поттер. Дос-сстойно С-сслизерина. И подумать только, твои глупые родители брос-ссили тебя грязным магглам, а потом с-сснова отвергли тебя только из-за того, как ты был рас-сспределён! Присоединяйс-сся ко мне, Гарри Поттер. С-ссядь по правую руку от меня, и я дарую тебе и мес-ссть тем, кто причинил тебе зло, и влас-ссть, превос-ссходящую твое воображение.

- Неужели? Потому что, знаешь, я могу представить себе довольно большую долю власти, - сказал Гарри, делая вид, что серьезно обдумывает предложение Вол-де-морта.

- Гарри, ты не можешь! - закричала Гермиона.

- Не слушай его, Гарри! - воскликнул Невилл.

- Я всегда знал, что ты темный волшебник, ты, змея! - завопил Джим.

Гарри боролся с желанием закатить глаза от идиотизма Джима. – Прошу прощения, все гриффиндорцы, – и особенно Джим, - но, пожалуйста, заткнитесь! Сейчас разговаривают взрослые! - Затем он снова обратил свое внимание на Квиррелла, старательно избегая зрительного контакта с Вол-де-мортом. - Очевидно, милорд, мне потребуются некоторые... гарантии, - произнёс он.