Оттери-Сент-Кэчпоул — прекрасное место для проживания. Небольшая магловская деревня, где проживают не только обычные люди, но и магическое сообщество в мирной обстановке. Точнее, мир сохраняется пока, существует Статут о секретности принятый в 17 веке. Волшебные семьи, как известно, находились вокруг деревни, а их дома скрыты. В то время, как обычные простачки селились внутри поселения.

Одна из магических семей скрывалась за густым лесом и холмами. Это был обыкновенный кирпичный трёхэтажный домик. Он ничем не выделялся среди прочих: был огород, в котором постоянно сидели наглые кусающиеся гномы; просторный сарай с кучей ненужного барахла и большая территория вокруг дома.

Дом возвели в недавнем времени, около шести лет назад. В то время в него въехала семья, состоящая из двух взрослых и двух новорожденных. Они казались подозрительными только для магов, а для обычных людей это были всего-навсего новые соседи, с которыми не терпелось познакомиться. Но как только обыкновенные люди хотели навестить эту семью, у них возникали неотложные планы. Для волшебников же путь туда был заказан. А все из-за сильнейшего заклинания защиты — Фиделиус. Да и сами маги не горели знакомится, ведь на то время было опасно выходить из дома.

Но позже когда 31 октября Темный лорд исчез — все изменилось. Множество магов по выходило из своих укрытий. Особенно отличились волшебники в Англии. На улицах городов появилось множество людей одетых в непривычную для маглов одежду — мантии. Совы — ночные животные, стали беспорядочно летать днём. Неизвестно откуда взялся звездопад в Кенте. Вероятнее всего воспроизвел его Дедалус Дингл, как некоторые предполагали. Конечно, его действия можно оправдать — за последние одиннадцать лет было слишком мало поводов для веселья. При этом нельзя было забывать об сохранения тайны существования волшебников, но, пожалуй, об этом много кто забыл. Причиной исчезновение стал — годовалый ребенок, который в одну ночь остался круглым сиротой, единственный кто выжил после столкновение в эту ночь — Гарри Поттер. Каждый ребенок с того времени знал имя Мальчика-Который-Выжил.

Листен Вивьен Ревиль — одна из первых узнала эту новость. Конечно, она обрадовалась, но не так сильно как это представляла. Её годовалые внучки, Агата и Лаура Ревиль теперь точно в безопасности, но на свободе ещё бродили Пожиратели Смерти в поиске своего повелителя. Естественно, ежели предполагать, что никто не в курсе, даже сам лорд — это облегчает ситуацию. Знают тайну только Габриэль — никудышная молодая мать и директор «Хогвартса» — Альбус Дамблдор. Последний неизвестно откуда прознал. Несмотря на все подозрения, предложил помощь.

Защитное заклинание доверия — «Фиделиус». Хранителями стали двое — Листен Вивьен Ревиль и Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. Защита имела свои плоды: живой души на территории своего нового дома не наблюдалось, кроме жителей этого поместья и, разумеется, Дамблдора, который, назло молодой матери, начал являться в этом доме в течении двух лет с перерывом в два месяца. После того как малышкам исполнилось два года — Дамблдора след простыл. Листен с облегчением выдохнула, значит практически всех приспешников изловили и теперь внучкам ничего не угрожает, пока не угрожает. Но потом через некоторое время этот странный директор зачастил вновь и теперь посещал малышек каждый месяц.

В свою очередь Агата и Лаура Ревиль спокойно взрослели. Когда малышкам исполнилось три года их бабушка, Листен, уважаемый профессор Шармбатона занялась обучением. Сначала следовали обычные школьные предметы: арифметика, история, медицина, она прибавилась через год, и два языка: английский, французский и в придачу латынь. Позже к этому прибавились: основы магии, зельеварения и травология. Листен понимала, что девочки пока не смогут колдовать без палочки, поэтому преподавала чисто теоретические уроки. Двойняшки же в свою очередь все схватывали на лету. Вот только, у них присутствует одна проблема. Агата — слишком ленивая, а Лаура — уж чересчур активная и не могла долго засиживаться на месте. Старшей Ревиль постоянно приходилось ругаться и уговаривать девочек собраться с мыслями.

Молодая мама, Габриэль Ревиль, же и вовсе не обращала внимание на своих дочерей, можно даже сказать — презирала их. Она часто уходила из дома на несколько дней, а то даже и на неделю, поэтому бабушка целиком и полностью занималась воспитанием внучек. Все можно было списать на постоянную занятость в Министерстве Магии. Так как она представитель министерства Франции, посол, то у неё множество бумажной работы. Но это всё — пустые оправдания.

Когда девочкам исполнилось по семь лет, проявился их талант к невербальной магии. Они могли использовать самые элементарные заклинания и без палочки. Точнее сказать, это было не совсем невербальное волшебство — просто выбросы магической энергии, а может они могли использовать беспалочковую магию? Но Листен все-таки решила им купить палочки. Пускай для этого они были очень маленькими. Волшебные палочки покупаются прямо перед первым курсом в любой школе. Но такими темпами они разрушат весь дом, каким-нибудь заклинанием, например, заклинанием воспламенения, «Вспыхни». При этом, даже не зная как его воспроизвести, а чисто инстиктивно, на подсознательном уровне.

— Собирайтесь! Мы идём покупать вам палочки! — Листен говорила строгим тоном, как всегда, без намёка на мягкость.

— Мы наконец выйдем из этих четырёх стен, ба-бу-шка? — Произнесла младшая из сестёр, съязвив в сторону бабушки.

При этом все равно надела своё любимое светло-голубое платьице, что прекрасно сочеталось с её серыми глазами и темными, как ночь, волосами.

— Ты посмотри на эту грубиянку! — возмутилась женщина. — Кто тебя такой воспитывал?

— Какой выросла! Не твоё дело!

— Так куда мы идём? — вмешалась в ссору старшая из сестёр. Агата, казалось, только проснулась, но при этом уже была в своём любимом платье пурпурного цвета.

В отличие от своей младшей сестры она была очень сдержана и, можно сказать, менее эмоциональна. Агата более спокойна и рассудительна, но стоит сестре что-то затеять, всегда её поддержит.

— … Мы идём на Косую аллею, — спустя короткую паузу ответила ей бабушка, смотря на старшую.

— Где это? — чуть ли не в один голос спросили девочки.

— Скоро узнаете, — уклончиво ответила Листен. — Ведите там себя прилично. Я знаю, что вы можете учудить. Особенно ты, Лаура. Агата, присматривай за сестрой и от меня ни на шаг! Вы меня поняли?

— Больно надо! — возмутилась Лаура, презрительно выгнув бровь.

— Хорошо, бабушка, — мирно произнесла Агата, не выражая явных эмоций.

Сейчас было начало весны, а потому на улице было ещё прохладно и снег ещё лежал. Старшая Ревиль надела садков на себя мантию, а девочкам наказала надеть пальто и теплую обувь. Увидев готовых девочек, она подошла к книжному шкафу, достала оттуда мешочек с порошком, а затем вернулась.

— Идём к камину.

— Зачем? Сначала объясни!

— Боже! Какая же ты шумная, Лаура! Задавай меньше вопросов, будь любезна, юная леди.

— Как всегда — бла-бла-бла. Ну, так что?

— Как же с тобой сложно. — Взяв из мешочка щепотку порошка. Обвела обоих пристальным взглядом, приняв решение. Вложила в руку самой младшей Ревиль, Листен повела её к камину. — Слушай внимательно: бросаешь порошок и четко произносишь «Косой Переулок». И смотри не перепутай каминные решетки. Но после того как переместишься…

— «Косой Переулок»! — Не дослушав бабушку, она в мгновение ока исчезла в пламени, оставив старшую сестру наблюдать за поглощающим пламенем.

Огненный вихрь изумрудного цвета завертел её волчком и понес вверх. Свист пламени оглушительно бил по барабанным перепонкам. Зеленое пламя не было горячим, скорее морозным. Все это было в новинку для младшей Ревиль, её, как и сестру не часто, да, в общем, никогда не выводили за пределы их владений. Двойняшки причину не знали, бабушка говорила, что это им знать пока не обязательно. Задавать различные вопросы — бесполезно, бабушка, Листен, не любила, тратить драгоценное время на пустую болтовню с внучками.

Зажмурившись, она сделала шаг и перевернулась. Как так вышло, девочка не поняла, но когда она пришла в себя, лежала на холодном полу неизвестной комнаты. Кое-как струсив себя от сажи, встала. Лауру окутало некое волнение ведь она впервые оказалась сама посреди незнакомой комнаты.

— Лаура?

— Сестрёнка?! — услышав голос старшей, страх сразу отступил, но появилось новое — любопытство.

— Бабушка снова начнёт сердиться на тебя, — невзначай сказала Агата, осматриваясь. Никаких эмоций на бледном не выступило, только поднятая вверх бровь выдавала её заинтересованность в этом месте.

— Эта старая карга? Забудь о ней! Пойдём, лучше погуляем! — с энтузиазмом Лаура схватила за руку Агату и потащила её за собой. — Кстати, а что это за место?

— Точно не подходящие зрелище для детских глаз.

— Это волшебная лавка — произнесли в унисон, осматриваясь в большом зале.

В витрине под стеклом красовались сушеная рука, заляпанная кровью, колода карт и пристально смотревший хрустальный глаз. Со стен таращились зловещие маски. А на прилавке разложены человеческие кости разных форм и размеров. С потолка свисают ржавые, заостренные инструменты для пыток. И самое неприятное — темная, узкая улочка, которую видно сквозь пыльное окно.

— Это точно не Косой переулок, — утвердительным тоном произнесла Агата, проглотив ком в горле.

— Мне, кажется, что это место я видела когда-то! — сказала Лаура, осматривая полку с разными кольцами, на бирках, которых написано: «Проклято! Не прикасаться. Проклятье Забвения погубило уже около пятнадцати маглов». — Тогда как его носить?

— Да, есть такое… — речь старшей сестры была прервана неизвестным мужчиной.

— Могу ли я чем-то вам помочь, юные леди? — спросил неизвестный маслянистым голосом. Девочки одновременно вздрогнули от неожиданности, повернув головы к источнику голоса. Это был пожилой мужчина с сальными волосами и хитрыми глазами.

— Бог, ты мой! — громко воскликнула Лаура, немного отпрыгнув. — Незнакомец, какой вы страшный! Прям какой-то кошмар.

— Мистер, как вам живется с такой физиономией? — дополнила Агата, остававшись на месте.

Горбин проигнорировал все оскорбления в его сторону. Вероятно решив, что они дети аристократов прибежавших быстрее, чем их родители. А если они дети аристократов, то их предки обязательно что-то купят и для этого необходимо улыбаться и терпеть выходки этих грубиянок.

— Проходите, смотрите, может, что-то вам понравится, — притворно сладко говорил человек.

Горбин потихоньку начал подходить к девочкам. Взглядом изучая, одновременно прикидывая, к какому роду принадлежат они. Но ни к одному знакомому роду они не подходили. Уловив знакомый холодный взгляд, замер. Вспоминая всех, кто имел подобный взор, но на ум приходит лишь молодой парень, только окончивший школу.

— Ах, — восхитился своим догадкам, — так вы его внучки. Помню, как он работал у меня, — сладко начал Горбин. — Ох, талантливый юноша был, лучший выпускник. Сколько он поставлял артефактов… Но потом он просто пропал без заявления на увольнение. И как ваш дедушка поживает? Сегодня он придёт?

— Мистер страшный дядя, вы о ком говорите? — удивилась Агата, взгляд стал ещё холоднее, чем прежде.

— У нас есть дедушка, жуткий страшилище. Он живёт во Франции…

— По рассказам бабушки, он провел там всю жизнь и ни разу не бывал в Англии. А про кого вы говорите, мы понятия не имеем.

— Всё до свидания!

Лаура ловкими движениями быстро выскочила из лавки, прихватив за собой заторможённую сестру, которая изучала полки с неким интересом.

Темная улица, тесно заставленная лавками, которые торгуют ужасающим товаром. «Горбин и Бэрк» — самая большая лавка, напротив неё витрина, заполненная

высушенными головами. Через две двери — большая клетка, кишащая гигантскими черными пауками. Сглотнув ком в горле, девочки направились прямо. На них во все глаза таращились странно, скорее страшно одетые люди.

Два грозных на вид старичка переговаривались то и дело бросали подозрительные взгляды на детей. Одна старушка, такая же подозрительная, как и те двое, безумно осматривалась по сторонам в поиске кого-то.

— Они отвратительные! — выкрикнула Лаура, презрительно глядя на проходящих мимо волшебников. — Как так можно? Кошмар!

Агата в свою очередь просто шла молча, выслушивая претензии любимой младшей сестры. Иногда, конечно, вставляла свои комментарии.

Проходя мимо какого-то подозрительного магазинчика, остановилась. В витрине виднелось чучело какой-то неведомой твари. Вывеска гласила: «Чучела магических тварей для дома».

— Какая гадость, — сморщила носик старшая сестра. — Сестрёнка, пойдём отсюда, мне тут не по себе.

— Испугалась? — с некой игривостью ответила младшая, стоя к Агате лицом и не замечала мрачную витрину. — Агата, по твоему выражению лица ничего не понять! На что ты там смотришь? — Ловко развернувшись на каблучках, посмотрела на витрину и вырвалась неприличная фраза.

— Лаура, я, конечно, не бабушка, но тоже не потерплю таких выражений.

— Как по-другому здесь можно выразиться?!

На их громкие возгласы вышел продавец отвратительной внешности. Маленькие водянистые глазки в бешенстве бегали из одной стороны в другую. Подбородок был выпячен вперёд, а неровные зубы были отвратительно желтыми. Дополняли образ — сальные длинные волосы по пояс, цвета болотного дна. В один миг первый взор уловил двух девочек, и он как-то по-хитрому улыбнулся. Эта рыба чем-то напоминает улыбку того странного продавца в лавке и такой же сладкий голос.

— Ах, посетители! Давно у меня никого не было, проходите, проходите.

— Нет, спасибо, сэр… Мы просто проходили мимо и заблудились. Не могли бы вы нас вывести из этого странного места?

Продавец холодно на них посмотрел и перед самим носами закрыл дверь. Глубоко вдохнув, Лаура поспешила схватить сестру за руку и уйти от этого треклятого магазинчика. Младшая быстро перешла на бег, ей уже порядком надоело это место, да и местные жители тоже. Особенно их непривычная, даже экстравагантная внешность и непонятные до ужаса товаров. Ну, кто захочет покупать дохлого дракона или зверушку?

Свернув за угол, попали в совершенно другое место. Оно кардинально отличалось от мрачной улочки. Вокруг было куча народу. Повсюду были магазинчики, которые торговали мантиями, телескопами и странными серебряными инструментами.

Но большее внимание привлекло одно белоснежное здание, которое возвышалось над всеми остальными маленькими магазинчиками. Около него, на мраморных ступеньках стояли люди и что-то бурно обсуждали. Немного выше стояло странное мелкое существо, оно было примерно ростом с близняшек.

— Вот это да, — восхищенным голосом говорила Лаура, — какая красота. Сестра, может прогуляться внутрь?

— Нет, ты читаешь это банк — «Гринготтс». А ключа то у нас нет.

— Так не честно! Почему я не додумалась стырить ключ от ячейки, а не каких-то несчастных сто галеонов.

— Ты что сделала? — удивилась Агата, на фарфоровом личике образовалась не прикрытая равнодушием гримаса ужаса. — Сестренка Лаура, тебе же от бабушки влетит.

— Да, ладно тебе, сестрица Агата. Мы потратим всего ничего. Семьдесят галеонов, думаю, на развлечения хватит.

— Ты с катушек слетела? Это же воровство.

— Ты прямо, как наша бабушка, — обидчиво произнесла Лаура. — Как хочешь, а я ухожу, пойду, посмотрю может что-то да найду. А ты, сестрица, сиди здесь и жди эту старую клушу.

Лаура мигом развернулась направо и со всех ног рванула вперёд. Агата же с неким недоумением взирала вслед сестре. Потом когда девичья фигура скрылась за толпой, развернулась в противоположную сторону, и пошла гулять, рассматривая витрины.

Младшая Ревиль гордо шагала, направляясь, не зная куда. Она, наконец, одна, сама без ненужного сопровождения. Бабушка не ворчит постоянно: «Лаура, не трогай вазу!», «Лаура, не смей доставать бедного гнома, он от тебя уже бегать начал! По правилам должен тихонько сидеть в огороде и подъедать наши овощи, но как только тебя увидит — спасается бегством», «Милочка, крыса — не игрушка и кидать её в небо очень опасно для жизни», а теперь полная свобода действий.

Внимание девочки привлек маленький магазинчик, вывеска, которой гласила: «Волшебные инструменты-шутки». Поддалась своему желанию исследовать что-то новое в этой скучной жизни. Витрину украшали многочисленные телескопы и весы, даже были какие-то шарики с непонятным серебристым дымком. Дверь была довольно странной: стекла, которые по раскладу должны быть посередине или хотя бы сверху находятся внизу; доски же из темного дуба наоборот занимали всё пространство до середины; а некий промежуток между стеклами и досками занимало — ничего, просто пустота.

Лаура поднялась по каменным ступеням и остановилась. Это своеобразное подобие двери заговорило, но понять что оно, по-другому назвать не выйдет, говорит — не вышло. Голос предмета был схож с бульканьем в котле. Младшая Ревиль имитировала похожий звук. Казалось, ничего не произошло, но — О! — чудо! Этот предмет начал ещё сильнее булькать, да ещё с таким энтузиазмом, что бабушкино зелье, если бы оно было живое, позавидовало. Лаура, стараясь его сильнее разговорить, булькала сильнее, чем эта чокнутая, живая дверь. Спустя примерно минут семь минут дверь не угомонилась, а наоборот начала в четыре или в пять раз быстрее булькать.

— Буль-буль-буль, — не останавливалось это существо. — Буль-буль-буль…

— Да, сколько… Буль-буль-буль… Можно? Я уже схожу с ума!

— Буль-буль-буль? Буль-буль-буль?

— Да, ты ещё… Буль-буль-буль… возмущаешься? Ах, ты! Буль-буль-буль!

Тем временем Агата спокойно прогуливалась по улочке, рассматривая интересные витрины. На её пути они были разными и интересными ведь она никогда не бывала в подобных местах. Бабушка, никогда не разрешала бывать за пределами их дома и территории. Заприметив на улочке неприметный магазинчик она подошла к нему ближе. Сверху на вывеске была надпись: «Волшебный зверинец», Ревиль решила зайти.

На входе её встретил весьма противный запах животины и невообразимый шум. Внутри все было заставлено клетками внутри, которых сидели самые различные малыши и не только. Обитатели клеток пищали, гоготали, бормотали или шипели. Пока ведьма за прилавком объяснила молодой женщине лет двадцати пяти как ухаживать за жабами с пурпурными точками, Агата постепенно рассматривала зверушек. Внезапно ей послышался странный шипящий голос. Холодный взгляд Ревиль остановился на террариуме со змеями. Шипящие демоны, как показалось, перешёптывались друг с другом, кидая презрительные взгляды на проходящих мимо людей. Она подошла к ним вплотную, чтобы расслышать, о чем они шепчутся.

— Это ядовитая чёрная кобра, одна из самых ядовитых змей в мире. — Со спины к ней подошла старая ведьма. Она должна была напугать любого нормального ребёнка, но только не эту девочку.

— Вот как. Она весьма красива.

— А ты я вижу не из пугливых, девочка.

— Вы верно подметили. Сколько она будет стоить?

— Для тебя очень дорого.

— Ясно. Меня уже ждёт сестра. Мне уже пора идти.

Резко развернувшись, Агата уверенно, зашагала к выходу. Хлопнув за собой дверью, она осмотрелась по сторонам, пытаясь понять, где она находится. Наконец решив пойти за своей сестрой. Ревиль пошла налево вдоль странных магазинов. На её пути возникали те же самые магазинчики и когда она подошла к банку, то перешла уже на бег.

Лаура, тем временем, все ещё вела интересную беседу с булькающей дверью. Ей уже эта говорящая дверь надоела со своим фирменным «Буль-буль-буль».

В некоторых метрах, примерно в одиннадцати, если быть точным, стояла невысокая пухлая женщина. Она находилась около Аптеки. Заметив одну маленькую девочку, стоящую около заброшенного магазина, заволновалась. Подойдя ближе, услышала странное бульканье исходящее от проклятой двери. Девочка была совсем невысокого роста с угольно-черными волосами. Внезапно около неё пробегает такая же девочка и бежит к другой.

Агата усмотрев свою сестру около неясного здания, побежала к ней. Она застала её за неким произношением: «Буль-буль-буль», которое повторялось несколько раз. Мотнув головой и проклиная пару раз, подумала: «Не причудилось?». Ответом на вопрос стало очередное шумное и эмоциональное бульканье двери.

— Походу я схожу с ума, — промолвила Агата, смотря на это чудо магии. — Булькающая дверь?!

— Буль-буль-буль? — возмутилась дверь. — Буль-буль-буль!

— Буль-буль-буль. Буль-буль-буль. Сестрица, почему ты обижаешь эту дверь? Она же такая хорошая, давай заберём её к себе домой?

— А давай! Представляю веселую мину нашей бабули и пару наказаний в придачу.

— Не будь злой! Она очень добрая и она приятный собеседник! А какая у неё речь! Ты только послушай это!

Дверь как услышала это и давай заводить свою песню: «Буль-буль-буль… Буль-буль-буль!»

— Агата, послушай! Она может петь нам колыбельные! И разные песни! А ещё её можно отправить на радио! Ты только представь наша дверь и на радио!

— Да какое там радио! Отправим мы эту дверь на магловское шоу талантов! Вот там она точно зажжёт зал своим фирменным стилем: «Буль-буль-буль».

— Точно-точно! Может, там эта дверь найдет друзей! Тогда она не будет так одинока, как сейчас.

— Сестра, ты ничего не подхватила? — взволновано, произнесла Агата, легонько стукнув по лбу. — Жара вроде бы нет. Может ты где-то упала и сейчас тебя необходимо доставить в больницу Св. Мунго!

— Ты ещё скажи: в меня вселился Волдеморт! — после этого имени все без исключения взрослые волшебники вздрогнули и повернулись к источнику звука. — Гата, почему все на нас так смотрят?

— Я же тебя просила не называть меня «Гата», зови меня: «сестра» или обращайся полным именем! — казалось, старшую не волновало сказанное имя темного мага. — Тебе не всё равно? На нас всегда так смотрел тот дедушка с очень длинной бородой. Хотя его взгляд был более теплый, чем эти.

— Мерлин! Девочки, это имя нельзя произносить! — к ним подбежала женщина с рыжими волосами. — Пойдёмте скорее отсюда.

Схватив близняшек за руки, повела, куда глаза глядят. Первым попался магазинчик «Флориш и Блоттс». Зайдя туда, у двойняшек разбежались глаза, и они практически забыли про незнакомую женщину. Они рассматривали многочисленные стеллажи с кучей книг. Уже хотели разбежаться в разные стороны, как одна из сестер вспомнила про женщину.

— Девочки, запомните, вам лучше не стоит произносить имя Сами-Знаете-Кого в людных местах.

— Будем иметь это в виду, — говорит Агата. — Спасибо, вам…

Настроение у девочек было приподнятым, они желали изучить в этом приладке все что только можно. Казалось, ничего не может испортить столь прекрасный день.

— Лаура Ренживаль Ревиль!!! — Послышался знакомый строгий голос. — Ты позор рода Ревиль! Вся в свою мать!

— Ох, опять двадцать пять. Она снова заведёт свою шарманку.

— Лаура!

— Прекрати сравнивать меня с этой женщиной. Почему ты постоянно её вспоминаешь? — Лара от однотипности разговора закатила свои глаза.

— Потому что такая же, как и она! От тебя нельзя отвести взгляд и на секунду! Только отвернётся, а она снова что-то выкинет. Ну что за проблемный ребёнок?

— В чем твоя проблема, старуха? — грубо бросила Лаура, в порыве злости закрыла глаза.

— Как ты меня назвала? Мерлин-Мерлин… Никакой благодарности. И ты, Агата, тоже хороша. Я же просила тебя проследить за сестрой.

— Ага, — уклончиво ответила Агата, старалась более-менее подавить гнев родственницы, которая сейчас была схожа с фурией.

— У тебя вообще никакого характера нет!

— Ага.

— Тебе хоть капельку подвижности Лары.

— Ага.

— Прояви свою ответственность и проконтролируй сестру.

— Ага, — Агате, казалось, не надоедало это слово, и она часто им фигурировала во всех спорах.

— И прекрати уже агакать, когда с тобой разговаривают!!!

— Ага.

— Агата!!!

— Бабушка. — В разговор вновь вмешалась Лаура.

— Что такое?

— Тут как бы посторонние люди… Не думаешь ли ты что порочишь имя семьи Ревиль? — произнесла Лаура, наклонив своё задумчивое лицо в бок.

— Ах, вы ж мелкие…

— Прошу прощения, что вмешиваюсь в ваш… разговор, но, я правильно поняла — это ваши внучки?

В шоке от происходящего рыжеволосая женщина решила вмешаться. Ей было сложно подбирать слова, чтобы не обидеть старую мадам.

— Да, верно. Спасибо, что побыли с этими непоседами.

— Все в порядке. Вы очень… дружная семья. Знаете, с моими детьми все гораздо сложнее. У меня тоже есть близнецы Фред и Джордж. В свои восемь они сломали мне полдома. — В этот момент сестры загадочно переглянулись и даже начали о чём-то перешептываться. — Их шалости выходят за рамки приличия. К слову, я — Молли Уизли.

— Листен Ревиль, — ответила на приветствие. — Приятно познакомиться.

— Да, приятно. Хочу сразу предупредить, если мы ещё свидимся, мы живем в магловском мире. Если после этого вы не захотите со мной общаться я все пойму, но прошу не переходить крайности.

— Все в порядке. Мы и сами живем в месте, где есть маглы.

— Вот как. Моя семья проживает в Оттери-Сент-Кэчпоул. Если будет возможность, можете приехать к нам в гости.

— Какое совпадение, — улыбнулась Листен. — Мы там же. Обязательно зайду к вам в гости.

— Приходите вместе с детьми. Будет здорово, если наши дети подружиться.

— Бабушка, а ты ничего не забыла? — Агата решила проявить свою ответственность именно сейчас.

— Ох, точно. Мы же за палочками пришли.

— За палочками? — удивительно произнесла миссис Уизли. — По сколько же вам лет, малышки?

— В феврале исполнилось семь, — произнесли в унисон близняшки, обменявшись хитрыми взглядами.

— В семь лет и уже за палочками? — Переспросила миссис Уизли, внимательно посмотрев на близняшек. — Насколько же они способные?

— Да мы такие. — Гордости у Лауры было хоть отбавляй. — Но мы уже торопимся.

— Конечно-конечно. Надеюсь, мы ещё встретимся.

— С радостью — с лёгкой улыбкой кивнула Листен. Они с малютками вышли из магазина. Перед этим близняшки попрощались с новой знакомой и пошли вслед за бабушкой. — Кстати, а я хоть деньги взяла. Вроде положила их… — быстро осмотрев себя, она не заметила своего мешочка с деньгами. Первым подозрение упало на Лауру. Быстро осмотрев и ее с ног до головы, она заметила у неё на поясе свой мешочек с деньгами.

— Ла-а-у-ра!!! Мало того что ты не дослушала меня, так ты ещё и деньги взяла?!

Младшая Ревиль прикрыла уши, чтобы не слышать очередные крики этой старухи. Агата же просто слушала, иногда засыпая на ходу. Забрав мешок с налогами у Лауры, отчитала их, что так ни в коем случае нельзя красть у родственников. Они втроём отправились в лавку за волшебными палочками.

Магазин находился в маленьком обшарпанном здании. С некогда золотых букв «Семейство Олливандер — производители волшебных палочек с 382-го года до нашей эры» давно уже облетела позолота. В пыльной витрине на выцветшей фиолетовой подушке лежала одна-единственная палочка.

Когда они вошли внутрь, где-то в глубине магазина зазвенел колокольчик. Помещение было крошечным и абсолютно пустым, если не считать одного длинного тонконогого стула, на который села Листен в ожидании хозяина. Девочки чувствовали себя очень странно — словно они попали в библиотеку, в которой были очень строгие правила. Им это жутко не нравилось. У них возникла куча новых вопросов, но Агата намекнула сестре, что сейчас не время. Вместо этого они рассматривали тысячи узеньких коробочек, выстроившихся вдоль стен от пола до потолка. Здешние пыль и тишина были полны удручающей атмосферой, что девочек ещё сильнее раздражало.

— Добрый день, — послышался тихий голос.

Девочки в унисон, издали еле слышный вздох облегчения, от понимания того что им тут не придётся стоять вечность.

Перед ними стоял пожилой человек, от его больших почти бесцветных глаз исходило странное, прямо-таки лунное свечение, прорезавшее магазинный мрак.

— Ну, наконец-то, я уж думала, что где-то там валяется труп среди этих коробок, — язвительно выдала Лаура, скривив унылую физиономию.

— Лаура!

— О, да. — Старичок покивал головой. — Да. Я так и думал… У меня была надежда, что не скоро увижу вас, Мадам Ревиль. — С легким разочарованием сказал старик, а затем покосился на Лауру. — У вас глаза, как у вашей матери. Кажется, только вчера она была у меня, разносила мне мой драгоценный магазин. Как я понял ваше имя — Лаура.

Младшая Ревиль только энергично мотнула головой и стала рассматривать многочисленные коробочки. Почему-то ей от пристально взгляда этого старика становилось не по себе.

— А мадмуазель рядом с вами? — взгляд бесцветных глаз теперь переместился на старшую сестру.

— Агата, — представилась она, холодно взглянув на старика. Через несколько секунд добавила. — Агата Нора Ревиль.

— А вы, смотрю, больше походите на своего отца, в особенности совладения со своими эмоциями.

— Вы знали нашего отца? — последовал очевидный вопрос из уст близняшек. За пару секунд успели переглянуться и теперь с нескрываемым любопытством смотрели на Олливандера. — Кто же это?

— Конечно, — уклончиво ответил мастер палочек. — Каждый начинающий волшебник покупал у меня палочки. Почему я не должен знать вашего отца? Тридцать четыре сантиметра. Тис. Это была мощная палочка, очень мощная… — мягко говорил он. — Ваш отец был…

— Прошу прощения, — вставила свои реплики Листен. — Но мы пришли сюда за палочками, а не для того чтобы девочки узнали, кем был их отец! Они для этой информации очень малы! Никто не имеет права осведомлять их, — указала на двойняшек, — без моего ведома. — Тут Лаура хотела вставить свои возмущения, но Листен была непоколебима в своих убеждениях. — Вам его имя ещё рано знать. И, запомните, его имя в нашей семье — табу!

Последовало затяжное молчание. Близняшки с некой обидой взирали на бабушку снизу вверх. У них в голове никак не укладывалось, то что имя их отца они когда выдалась такая отличная возможность, а Листен это всё испортила своими глупыми, по мнению девочек, забобонами.

— Палочки говорите? У них уже проявились магические способности?

— Не сомневайтесь, мистер Олливандер, проявились да ещё в какой степени… — серьёзным голосом произнесла Листен, смерив малышек строгим взглядом, предупреждая: крёстный здесь не поможет, если вы что-то выкинете — беды не миновать.

— Хорошо. Они довольно интересные… Близнецы, но характеры совершенно разные, — рассуждал для себя владелец лавки. — Для начала вам необходимо знать: не волшебник выбирает палочку, а палочка волшебника

Близняшки синхронно кивнули и принялись дальше слушать рассказ продавца.

— Для начала… Дайте мне подумать. — Он вытащил из кармана длинную измерительную ленту с серебряными делениями. — Какой рукой вы берёте палочку?

— Интересный вопрос. Когда я брала палочку бабушки… — старалась состроить серьёзную мину Лаура, но получалось, откровенно, не слишком правдоподобно. — Я правша!

— Левша, — кратко ответила Агата.

— Вытяните руки. Вот так.

Старичок сначала начал измерять правую руку младшей, она стояла намного ближе к прилавку. Сначала расстояние от плеча до пальцев, затем расстояние от запястья до локтя, затем от плеча до пола, от колена до подмышки, и еще зачем-то измерил окружность головы. Далее идентичную процедуру проводила другая лента над левой рукой старшей из сестёр. Двойняшки переглянулись и наблюдали за летающей лентой, которая на глазах раздвоилась.

— Внутри каждой палочки находится мощная магическая субстанция, — пояснял старичок, проводя свои измерения. — Это может быть шерсть единорога, перо из хвоста феникса или сердечная жила дракона. Каждая палочка фирмы «Олливандер» индивидуальна, двух похожих не бывает, как не бывает двух абсолютно похожих единорогов, драконов или фениксов. И конечно, вы никогда не достигнете хороших результатов, если будете пользоваться чужой палочкой.

Мистер Олливандер давно отошёл к полкам и снимает с них одну коробочку за другой.

— Достаточно, — сказал он, и измерительные ленты беззвучно упали на пол и соединились в одну. — Что ж, с кого начнём? Ваша идея пробивать вдвоём — сразу отпадает. Палочки бывают непредсказуемы.

— Может тогда по очереди? — спросила Агата, смотря на сестру которой просто не терпелось что-то взорвать.

— Очень хорошо. С вас, пожалуй, и начнём, старшая мадемуазель. Для начала попробуем эту. Яблоко и сердце дракона. Двадцать пять сантиметров. Очень красивая и удобная. Возьмите её и взмахните.

Агата аккуратно взяла палочку в левую руку, скептически посмотрев на палочку. Взмахнула — реакции никакой. Решила больше не пробовать махать ей. Передала обратно мистеру Олливандеру.

— Что же теперь перейдем к вам, мадмуазель. Эта палочка не подошла вашей сестре, но вам она точно не подходит. Бук и перо феникса. Двадцать сантиметров. Очень тонкая. Пробуйте.

Лаура резким движением рассекла воздух, но никакого волшебства не произошло. Девочка теперь просто продолжала интенсивно размахивать. Олливандер перехватил палочку и ловким движением спрятал её.

— Нет, нет, — говорил он себе. — Теперь берите эту — виноградная лоза и волос единорога, двадцать три сантиметра, очень пружинистая. Давайте, давайте, попробуйте её…

Близнецы Ревиль пробовали по очереди, иногда удавалось одновременно взмахнуть, за это получали от бабушки. Множество попыток и бесчисленное количество коробок превращалось в горы. Горы опробованных палочек, складываемых мистером Олливандером на стул и стол, становилась все выше и выше, в одно мгновение показалось, что эти конструкции рухнут. Но мистера Олливандера это почему-то вовсе не утомляло, а, наоборот, ужасно радовало. Чем больше коробочек он снимал с полок, тем счастливее выглядел. Конечно, некоторое палочки реагировали и что-то взрывали.

— Невероятно, очень интересно. Вы необычные покупатели, мадмуазели Ревиль. Мне уже не терпится узнать, какие палочки будут у вас.

— Нам не подошли все эти палочки, — равнодушно промолвила Агата.

— Так не честно!

— Не волнуйтесь, не волнуйтесь, где-то здесь у меня лежит то, что вам нужно… Может вам подыскать палочки-близнецы? Вероятнее всего такие вам подойдут.

Олливандер снова куда-то исчез на минут три. Вышел он с шестью коробками. У Лауры уже начал дергаться глаз, выдавая весь настрой. Агата же старалась сохранить полное спокойствие и невозмутимость. Но, наверное, даже у старшей Ревиль однажды промелькнуло раздражение. Нет, оно не было адресовано этому старику. Девочек раздражали палочки, сколько не перепробовали — бесполезно.

— Палочки близнецы. Посмотрим. Нет, остролист и волос единорога или бук и волос — не подойдёт, дуб и сердце дракона или акация — тоже. Тогда может быть? — повисла недолгая пауза мистер явно о чём-то важном размышлял. Сестры внимательно следили за каждым шагом. — Попробуйте эти: боярышник и перо феникса, двадцать девять сантиметров — для старшей сестры, а кизил и перо феникса двадцать девять сантиметров — для младшей. На этот раз можно вместе.

— Вы уверены? — с подозрением спросила Листен, проснувшись. За это долгое время она успела задремать. — Ничего не произойдет, например, пожара или наводнения?! Я боюсь, что стихийное бедствие разнесет Косой переулок.

— Мадам Ревиль, все будет хорошо. Давайте!

Сестры переглянулись, убеждая друг друга — на этот раз это их палочки. Осторожно взяли палочки, которые протягивал им мистер Олливандер. В одно мгновение пальцы потеплели, а по телу раздался приятное тепло. Кивнув друг другу, подняли палочки над головой. Стараясь, делать это всё одновременно, чтобы получилось как в зеркале. Одновременно, по знаку, со свистом опустили их вниз, разрезая пыльный воздух, и из палочек вырвались фиолетовые и серебряные искры, яркие, как фейерверк, и их отсветы заплясали на стенах.

— Великолепно! Да, это действительно то, что надо, это просто прекрасно. Так, так, так, очень любопытно… чрезвычайно любопытно…

Мистер Олливандер уложил палочки обратно в коробки и начал упаковывать их в коричневую бумагу, продолжая бормотать, что-то себе под нос. Через время мистер Олливандер уставился на близняшек своими выцветшими глазами.

— Видите ли, юные леди, я помню каждую палочку, которую продал. Все до единой. Внутри ваших палочек — перья феникса, я вам уже сказал. Так вот, обычно феникс отдает только одно перо из своего хвоста, но в вашем случае он отдал два. Но стоит вспомнить, что этот феникс не был обычным… Его темно-синие перья выделялись среди других. Помню, он возрождался из голубого пламени прямо на моих глазах. Этот феникс холодно смотрел на меня, а потом подарил мне два пера из своего хвоста. Это был особая разновидность этой птицы — Темный феникс. — Закончил он свой рассказ. — Ваши палочки — сестры-близнецы, достаточно редкое явления. Не всем двойняшкам выпадает возможность иметь такие палочки.

Сестры кивнули на его слова и многозначительно переглянулись. В этих глазах полыхал некое предвкушение. Чем же эти палочки так отличается от прочих? Перед самым уходом они заплатили за палочки четырнадцать золотых галлеонов, и мистер Олливандер с поклонами проводил их с Лисент Ревиль до двери.