〈 Глава 66 〉 65. Единственное, что я могу дать

* * *

То, что не состоящие в браке мужчина и женщина спят в одной комнате, было совершенно непостижимо для меня — человека, выросшего в лесах и обладающего консервативными взглядами, почти как у эльфа.

Даже когда я работал проводником в лесах Мира демонов, я специально обустраивал отдельные гостевые комнаты для тех, кому требовался ночлег.

— Так вот как выглядит комната на первом этаже. Она просторнее, чем на втором.

Она неспешно обошла комнату и медленно опустила на кровать подушку, которую до этого прижимала к груди.

— ...Фу-ух.

Сделав глубокий вдох, я украдкой оглянулся: Рин с загадочной улыбкой откинула одеяло.

— Давай спать.

— Не старайся так сильно менять голос.

Стоило мне подколоть Рин за её нарочито томный тон, как она, хихикнув, первой плюхнулась на кровать.

«Ей ведь и правда страшно, верно?»

Я позволил ей остаться на всякий случай, ведь она жаловалась, что не может толком себя контролировать после того, как применила против грабителей магию, смешанную с силой клейма на груди.

Но глядя на неё сейчас, кажется, будто она просто соврала, чтобы поспать вместе.

— Ты не ложишься?

Глядя на то, как Рин ласково поглаживает место рядом с собой, я почувствовал смятение, но в итоге выключил свет и лег.

Резко отвернувшись от неё в другую сторону, я пожелал ей спокойной ночи.

Она ничего не ответила, и я подумал, что всё в порядке, но тут она начала осторожно поглаживать меня по спине.

— Перестань.

— Послушай, Даниэль.

Я хотел было спросить, что ещё такое, но Рин опередила меня.

— Ты ведь видел это в будущем, да? То, как я теряю контроль из-за этой силы?

— ......

Я медленно повернулся, чтобы взглянуть на неё.

В комнате было темно, задернутые шторы не пропускали даже лунный свет, но мои глаза уже привыкли к сумраку, и я отчетливо видел её лицо.

Она дрожала от страха.

Несчастная деревенская девчонка, обретшая силу, которой никогда не желала.

— Я потеряю себя и начну убивать людей? Или буду подчинять их своей воле, как сделала сегодня с теми грабителями?

— ......

Я не мог ей ответить, поэтому молчал, а она продолжала.

— Внутри меня словно прочерчена черта. Кажется, если я переступлю её, пути назад уже не будет.

— Этого не случится. Я тебя защищу.

Когда я произнес это, устремив взгляд в потолок, Рин робко улыбнулась и осторожно взяла меня за руку.

— На самом деле, всё остальное неважно. Но если вдруг...

В её голосе, когда она крепко сжала мою ладонь, слышалась дрожь и едва уловимая влага.

— Если я когда-нибудь раню тебя или причиню тебе боль... просто убей меня.

— ......

— Обещаешь?

От тихого шепота девушки я невольно сжал её руку сильнее. Ей могло быть больно, но Рин, напротив, словно обрадовавшись, накрыла мою ладонь обеими руками, будто не собиралась отпускать никогда.

— Я же сказал, этого не будет.

— Знаю, ты защитишь. Но на всякий случай. Я же говорю — «если вдруг».

— Никаких «если». Ты отбросишь эту проклятую силу, преодолеешь всё и будешь жить нормальной жизнью. Лучше подумай о том, чем займешься после выпуска.

— Хи-хи, и правда, что же мне делать после выпуска?

— У тебя талант к магии, так что выбери этот путь. Кажется, ректор на тебя уже глаз положил.

— Хм, думаешь? Но мне не очень хочется изучать магию как науку. Я бы предпочла помогать обычным людям, пусть даже в чем-то малом.

— Вот как?

Подумав об этом, я почувствовал укол любопытства — ведь о будущем Рин я не знал ничего, кроме того, что она станет Владыкой Легионов.

— Стану врачом, использующим магию. Дедушка Бенчен из нашей деревни уже стар, ему тяжело принимать пациентов, так что я могла бы его заменить.

Врач-маг.

Это была бы крайне востребованная профессия, но на деле таких врачей почти не существовало.

Перед магом, способным к исцелению, открывалось множество путей куда более заманчивых, чем медицина.

Хотя, конечно, такие оригиналы изредка встречались.

— Неплохая мысль.

Это только со мной она вела себя немного одержимо, для остальных же она оставалась всё той же доброй и милой девушкой.

Она была первой любовью всех мальчишек в деревне, так что, стань она врачом, от пациентов мужского пола отбоя бы не было.

— Я подумала об этом, когда тебя покусали дикие псы. Тогда и меня, и Ареса собаки исцарапали, помнишь, сколько было ран?

— Помню.

— Мне хотелось стать тем, кто сможет избавить моих близких от боли.

— Понятно.

— Да. Поэтому, Даниэль, я обязательно преодолею эту силу и стану врачом.

Голос Рин стал затихать от сонливости, она зевнула. Пока я молча лежал рядом, она постепенно погрузилась в сон, так и не выпустив моей руки.

— Да, у тебя получится.

*

— Вставай.

— М-м-м...

— Да вставай же.

— ......!

Я резко распахнул глаза, почувствовав, как маленькая рука трясет меня за плечо. Передо мной стояла беловолосая девочка — Сен.

Она будила меня с совершенно бесстрастным лицом. Я хотел было вскочить, но тяжесть сбоку заставила меня замереть.

— Это ещё что такое?

Рин спала, прижавшись лицом почти вплотную и крепко обнимая меня.

Не знаю, была ли это её привычка во сне, но я начал осторожно отстраняться, поглядывая на реакцию Сен.

Я уже собирался сказать, чтобы она не понимала всё превратно, но Сен с абсолютно равнодушным видом указала на дверь.

— К тебе гость.

— Гость?

— Выходи скорее.

Проводив взглядом Сен, которая напоследок всё же поморщилась, словно увидела нечто непотребное, я накинул верхнюю одежду и вышел.

— Дяденька...

У стойки сидела Мишель и вяло жевала хлеб, который ей дала Хаюн.

— Мишель?

— Я вышла на разведку на рассвете и нашла её в переулке. Она сидела там и плакала, так что я привела её сюда.

— Пряталась в переулке?

Я подошел к Мишель, гадая, что случилось, и девочка, едва сдерживая рыдания, заговорила:

— С-сегодня утром к нам домой пришли какие-то люди в доспехах, они вытащили мечи и начали угрожать! Мне сказали пойти погулять, но папа на них так кричал, он их ругал...

— Люди в доспехах?

У меня уже были догадки, кто это мог быть, поэтому я спросил, стараясь успокоить Мишель:

— Там была женщина? В очках, с синими волосами и со значком на груди, где сокол наложен на молот?

Мишель закивала так неистово, будто я был каким-то провидцем.

— Да! Всё верно! Дяденька, откуда ты знаешь?

Глядя на изумленную Мишель, я медленно поднялся и горько пробормотал:

— Хайни Розалес. Даже она, будучи инспектором, поняла, что с Микаэлем что-то не так.

В этот момент из моей комнаты вышла Рин.

Сен и Мишель никак не отреагировали, но Хаюн, вздрогнув, перевела взгляд с меня на Рин и обратно, после чего подошла и ткнула меня в бок.

— Тебя один раз отшили, и ты сразу переключился на другую? Госпожа Эрис расстроится!

— Всё совсем не так.

— Да конечно, рассказывай мне тут.

Я попытался хоть как-то оправдаться перед Хаюн, которая смотрела на меня как на подонка, но потерпел неудачу.

Хаюн фыркнула, явно жалея о том, что помогала мне в попытках соблазнить Эрис, но я просто вернулся в комнату и переоделся в уличную одежду.

— Я схожу туда.

Судя по тому, что Мишель ушла из дома недавно, Хайни всё ещё должна была быть в особняке Портренов, и мои расчеты оправдались.

Как раз в этот момент из особняка, тяжело дыша от ярости, вышла Хайни.

Увидев меня, она надула губы и скрестила руки на груди.

— Так и знала, что ты что-то скрываешь.

«Не пойму: то ли она всегда была такой способной и просто хотела поскорее закрыть дело, то ли стала такой резвой, когда её жизнь оказалась под угрозой».

Хайни сразу поняла, зачем я пришел. Зная, что я враждую с Бойцовским Псом, она не собиралась скрывать от меня положение дел.

— Это стопроцентно он. Микаэль Портрен и есть Бойцовский Пес. Я прижала капитана стражи, и выяснилось, что через главные ворота проходили люди и грузы, которых нет в официальных списках.

— ......

— Но цифры там странные. Если написано «кучер — 1», то это понятно, но рядом стоит «люди — 50». Ни в одну карету, какой бы огромной она ни была, не влезет столько народу.

— ......

— И мне кажется, у тебя есть тот фрагмент пазла, которого мне не хватает.

Хайни поправила очки и шагнула ко мне, словно ведя допрос с пристрастием.

Скорее всего, число людей в списке соответствовало количеству трупов, которые я видел в отеле.

— Да, я знаю. Но что будет, если я всё расскажу?

— А? Ну... получишь благодарность? Я и от себя лично выпишу вознаграждение...

Хайни ответила расплывчато, явно не ожидая такого вопроса. Но меня интересовала вовсе не награда.

— Я о Микаэле Портрене. Что с ним будет?

— Разумеется, его нужно арестовать и отдать под суд. А с меня снимут ложные обвинения. Но, судя по обстановке, он так просто не сдастся.

— Что вы имеете в виду?

Я переспросил, чувствуя тревогу. Хайни бросила взгляд на особняк и со вздохом ответила:

— Даже если я предъявлю улики и попытаюсь арестовать его на месте, сопротивление будет яростным. А подкрепление быстро не прибудет.

— ......

Если он окажет сопротивление при аресте, его могут казнить прямо на месте, и никто не скажет ни слова против.

И тогда Мишель Портрен снова останется совсем одна.

— У меня есть все доказательства и улики, которые вам нужны.

Глядя на Хайни, чьи глаза вспыхнули в предвкушении, я с серьезным видом предложил:

— Я отдам вам всё, но взамен дайте мне возможность самому закончить это дело. Самое позднее к завтрашнему дню я приведу Микаэля Портрена под арест.

В моих силах не было спасти его.

Он совершил слишком много преступлений, и кровь бесчисленных жертв уже пропитала его земли и стены его владений.

Единственное, что я мог ему дать — это немного времени.

Огромная трагедия, уготованная маленькой девочке, стала уже необратимой.

Но я хотел дать ей хотя бы краткий миг, чтобы она могла попрощаться с любимым отцом.

* * *