```

< Глава 44 > 44. Спектакль: Загрузка 2

* * *

— Так, давайте еще раз. Все по местам. Сосредоточьтесь!

Профессор Бертио в обычной жизни казался слегка придурковатым, но стоило ему начать учить студентов актерскому мастерству или приступить к репетиции, как он преображался до неузнаваемости.

Настоящий профессор-тигр.

Чувствовалось, что он не зря носит звание гениального драматурга; по мере того как постановка обретала форму, ожидания студентов только росли.

— Филия!

Арес страстно выкрикнул имя, обращаясь к Рин. Я и раньше об этом думал, но сейчас это казалось не игрой, а криком души.

— Ах, Гельдмеа!

Голос Рин тоже звучал надрывно, однако походка её была подозрительно легкой, когда Подручный №1 (Мэй Флоув) привела её ко мне.

— Герри-и-и-и!

Арес попытался броситься на меня, но путь ему преградила Хелия (Арни Дюлатан) — моя секретарша и по совместительству такая же злодейка, как и я.

Восседая на троне, я с усмешкой схватил Рин за запястье, притянул к себе на колени и, властно положив руку ей на плечо, произнес:

— Она моя.

— Стоп, стоп, минуточку.

Внезапно вмешавшийся профессор Бертио подошел ко мне с разочарованным видом.

Неужели я сыграл неестественно? А ведь мне казалось, что я вполне вжился в роль.

— Герри относится к Филии просто как к трофею, но в твоих движениях слишком много заботы. Рин, ты не против, если он будет чуть грубее?

— Конечно, нет!

Рин лучезарно улыбнулась и кивнула.

Со стороны могло показаться, что она просто проявляет вежливость, чтобы профессор не чувствовал неловкости из-за столь резкой просьбы.

Я же, напротив, почувствовал в этом её личный интерес, отчего невольно нахмурился.

— Разве того, что было, недостаточно?

Профессор Бертио покачал головой.

— Нужно еще грубее. Добавь дикости, как во время боя! И вдобавок ты обязан спровоцировать Гельдмеа!

— ......

— Так, погнали еще раз.

Профессор Бертио с улыбкой развернулся. Я тяжело вздохнул, не зная, как подступиться, но тут Рин легонько похлопала меня по плечу.

— Я не против, так что делай всё, что хочешь.

— Да в том-то и дело, что я против.

Мне было не по себе, да и просто неприятно.

В этот момент рука Рин, лежащая на моем плече, заметно напряглась.

— Делай, я сказала.

— ......

С этими словами она развернулась и вернулась на исходную позицию.

— Ха-а.

Ладно, в конце концов, это всего лишь спектакль, и, возможно, я слишком сильно подмешиваю сюда личные чувства. Я ведь делаю это не по своей воле.

— Филия!

— Ах, Гельдмеа!

— Герри-и-и-и!

Репетиция возобновилась.

Арни Дюлатан снова преградила путь Аресу, а Мэй Флоув передала мне Рин.

Сидя на троне, я грубо дернул Рин на себя, усаживая на бедра, и собственнически обхватил её за талию.

Да, я — Герри.

И я заставлю этого Гельдмеа (Ареса) рыдать кровавыми слезами!

Полностью погрузившись в роль, я уткнулся носом в шею Рин и, не сводя глаз с Ареса, с усмешкой произнес:

— Она моя.

— Ах, да... всё верно...

— ......А?

— У-а-а-а-а-а!

В этот момент Арес должен был взреветь от ярости, получить удар от Арни и в итоге потерять сознание.

Но только что Рин, прикрываясь ревом Ареса, прошептала реплику, которой не было в сценарии.

Почуяв неладное, я мельком взглянул на неё: взгляд девчонки расфокусировался, изо рта вытекла тонкая струйка слюны, и она, наоборот, сама крепко прижалась ко мне.

— Окей! Снято! Идеально! Просто супер!

К счастью, остальные ничего не заметили, но Рин и не думала отстраняться.

— Эй, Рин? Уже всё, вставай.

— Я твоя. Всё верно, я...

Не понимая, что за бред она несет, я поспешно оттолкнул её и встал, а она проводила меня полным сожаления взглядом.

Чувствуя, что если задержусь рядом с ней, случится что-то нехорошее, я поспешил отойти, и тут же ко мне подлетел профессор Бертио.

— Это было великолепно! Дико, первобытно, а провокация Гельдмеа — выше всяких похвал! Продолжай в том же духе.

— Да-а...

Хоть мне и казалось, что ситуация становится опасной, я всё же кивнул.

Однако странности со стороны Рин продолжились.

— Пойдем, Филия!

Даже в сцене финальной битвы, где Арес и старшекурсник Альдфрик побеждают меня и собираются забрать своих похищенных возлюбленных.

— ......

Рин намеренно не уходила, оставаясь подле меня, пока ей не сделали замечание.

— А нельзя ли сменить роль?

А в сцене, где выясняется, что единственной женщиной, которую Герри по-настоящему любил, была его секретарша Хелия (Арни Дюлатан), она на полном серьезе подошла к профессору Бертио с требованием о замене.

«Она просто удовлетворяет свои скрытые желания».

Я-то думал, она работает на износ, но нет. Рин выглядела самой усердной, но при этом вела себя максимально предвзято.

— Повезло тебе, а?

Мэй, отлично справлявшаяся с ролью Подручного №1, во время перерыва подошла и ткнула меня в бок.

Она так яростно грызла леденец, что хруст стоял на весь зал.

— Думаешь, повезло?

— Любому парню было бы в кайф легально тискать девчонок.

— Ха-а, но только не мне.

Может, дело в том, что перед глазами у меня всегда был Арес как наглядный антипример?

Я знал, как страдали в нашей деревне влюбленные в него девушки, и потому испытывал к подобному стойкое отвращение.

— Хм-м? Вот как?

В её голосе прозвучало удивление, смешанное с едва уловимым удовлетворением.

Как бы то ни было, репетиция продолжалась.

На очереди была сцена провокации Робена, роль которого исполнял Альдфрик.

— Филоа и Элизе, выходите.

Филоа была четверокурсницей, а Элизе — одной из «рыбок» в аквариуме Ареса.

Девушка с роскошными светлыми волосами, источавшая странное благородство, которого не было у других.

Лично для меня она была самой заметной и впечатляющей в гареме Ареса, хотя до сих пор мы почти не пересекались.

— Сцена провокации после боя. Начали.

Сцена, где я избиваю Альдфрика, а затем силой забираю влюбленных в него Филоа и Элизе.

«Нет, ну что это за спектакль такой».

Я всерьез засомневался, подходит ли это для студентов, но, впрочем, здесь были лишь грубые описания, без откровенной пошлости.

Сюжет был жестким, но никакой обнаженки — это было возможно лишь потому, что Герри воспринимал женщин исключительно как военные трофеи.

— Кх!

Альдфрик, поверженный, с ненавистью смотрел на меня снизу вверх, а я притянул к себе Филоа и Элизе.

— ......!

— Хм.

Обе выглядели ошарашенными, но я знал: если не сделаю этого сейчас, профессор Бертио заставит переделывать, поэтому сразу перешел к реплике.

— Как сладко... Твои женщины и впрямь чертовски сладки.

Репетиция шла своим чередом, и как только профессор Бертио выкрикнул «Окей».

Филоа с силой оттолкнула меня и, раздраженно фыркнув, ушла. Элизе тоже одарила меня холодным, презрительным взглядом и направилась к Аресу.

«Блядь, как же хочется выругаться».

Одна сходит с ума от восторга, другие воротят нос.

— Ха-а.

Пока я в раздражении чесал затылок, ко мне снова незаметно подошла Мэй.

— Ты чего?

— Да так...

Я хотел было высказаться, но решил, что это будет выглядеть как нытье, и промолчал. Впрочем, Мэй и так всё поняла.

— Бесят они тебя, да? Ты просто делаешь свою работу ради спектакля, а они ведут себя как сучки.

— ......В точку.

Спасибо, что озвучила мои мысли так прямо.

Мэй игриво усмехнулась и добавила:

— Высокомерные дряни. Радовались бы, что их обнимают. Будь я на их месте, я бы ух...

Глядя на то, как Мэй облизнулась, я нахмурился еще сильнее, и она, рассмеявшись, перевела всё в шутку.

— Думаю, стоит поговорить с ними по-хорошему.

Будто я сам горю желанием это делать.

— Повторим предыдущую сцену, актеры на позиции.

По команде профессора Бертио все снова собрались вместе.

Филоа всем видом демонстрировала неохоту, а Элизе хоть и старалась казаться спокойной, в её золотистых глазах отчетливо читалось отвращение.

В этот момент мое намерение «поговорить по-хорошему» скомкалось и отправилось прямиком в мусорную корзину.

— Эй.

Голос мой непроизвольно стал низким и тяжелым от сдерживаемых эмоций.

В нем прозвучало больше ярости, чем я планировал, но, увидев, как обе вздрогнули и уставились на меня, я решил, что так даже лучше.

— Хорош уже. Мы тут в игрушки играем? Это спектакль. Вы обе читали сценарий, прежде чем согласиться.

— ......

— ......

Обе молчали, словно воды в рот набрали. Видимо, не ожидали, что я выскажу им всё в лицо.

— Вам неприятно. Неприятно, что какой-то левый парень вас трогает. Понимаю. Но мне тоже неприятно. Мне противно стоять в обнимку с двумя странными девчонками. Тошно до глубины души. Но я просто делаю свою работу.

Разве не ради поездки в Иггдрасиль я терплю весь этот дурдом?

— Фух... У меня на таких малолетних дур, как вы, не встает, так что не обольщайтесь.

Я окинул их обеих ледяным, пронизывающим взглядом.

— Я к тому, чтобы вы вели себя адекватно.

Кивком головы я велел им занять места, и они, понурив головы, разошлись. Репетиция началась снова.

— Как сладко... Твои женщины и впрямь чертовски сладки.

Как только я закончил последнюю фразу, снова раздалось «Окей» от профессора Бертио.

— Хорошо! Очень хорошо! Особенно Филоа и Элизе — ваш испуг был просто великолепен! Я на мгновение поверил, что вы и впрямь до смерти напуганы!

— ......

Судя по тому, как они поспешно смылись, стараясь не встречаться со мной взглядом, это была вовсе не актерская игра.

* * *