```markdown

*

— ......

— ......

На этот раз пауза затянулась.

Когда я уже решил, что Богиня Времени окончательно меня оставила, она явилась вновь и молча уставилась на меня.

С выражением лица, до боли напоминавшим моё собственное, когда я смотрел на Эрис.

Она то открывала, то закрывала рот.

Повторив это несколько раз, Богиня Времени внезапно исчезла, стоило мне прийти в себя.

*

— Не могли бы вы ответить лишь на один вопрос?

— ......

— Прошу вас.

В этот раз она вернулась на удивление быстро. К тому же, она впервые обратилась ко мне с вежливой просьбой, склонив голову, поэтому моя затекшая шея невольно повернулась в её сторону.

— Что именно.

Я ожидал, что из горла вырвется звук, подобный скрипу прогнившего насквозь сухого дерева. Нет, я и вовсе думал, что больше не смогу издать ни слова.

Однако, быть может, из-за того, что время моего тела было зафиксировано?

Голос звучал на редкость чисто, будто я только что вел оживленную беседу.

— Вы и впрямь верите, что что-то может измениться?

— ......

— Вы правда думаете, что эта эльфийка способна чего-то добиться? Или вы уже сдались, но продолжаете упорствовать просто потому, что я вам неприятна?

— ......

— Чего же вы ждете от этой эльфийки, раз продолжаете оставаться здесь в таком состоянии?

Я не знаю, сколько времени миновало, поэтому не могу дать определение прожитым годам. Однако у меня было мучительно много времени, чтобы размышлять и обдумывать всё.

— Попрощаться.

— Что?

Должно быть, ответ был слишком неожиданным — лицо Богини странно исказилось.

— Я хочу принести извинения и попрощаться с той, на чьи плечи я возложил столь непосильную ношу.

— Это невозможно.

— ......

— Вы слишком многого ждете от этой эльфийки и её посоха. Сказать вам, сколько времени прошло, пока вы пребывали в этом состоянии? Вы наверняка сами ужаснетесь!

— ......

— Просто сдайтесь и станьте полубогом! Эти люди вряд ли хотели бы видеть, как вы здесь заживо гниёте!

Богиня выкрикнула это, указывая на моих спутников, которые теперь казались лишь частью застывшего пейзажа. Я недолго смотрел на неё, а затем вновь перевел взгляд на Эрис и ответил:

— Шумно. Уходи.

Богиня Времени плотно сжала губы, её тело мелко задрожало от ярости, кулаки сжались, и в мгновение ока она исчезла, как и всегда.

*

— ......

Я увидел Богиню Времени, которая сидела на корточках прямо передо мной и пристально наблюдала за мной. В тот же миг я осознал, что находился в беспамятстве.

— Вы знаете, что в последнее время слишком надолго теряете сознание?

— ......

— Только что вы были в забытьи почти неделю, если пересчитать на обычное время.

Так долго?

Это было неожиданно, но, видимо, даже чувство удивления уже истерлось — я ничего не ощутил.

Богиня заговорила со мной с явным беспокойством в голосе:

— Ваше тело никогда не разложится, не сломается и не сгниет. Но разум — иное дело. Прошло уже столько времени, сколько человеческая психика выдержать не в силах. Если пройдет еще больше, ваше «я» просто исчезнет.

— ......

— Это не смерть в привычном понимании, но финал, который можно назвать смертью, уже поджидает вас. Давайте закончим с этим. Если не хотите становиться полубогом, отправляйтесь в мир богов хотя бы в облике человека.

— ......

— Лучше бы вы, как раньше, побродили по округе. Вы ведь навещали остальных своих спутников время от времени.

— ......

— Не могли бы вы хоть что-нибудь ответить?

Богиня Времени спрашивала почти умоляюще, но я медленно закрыл глаза. От её голоса я чувствовал лишь нарастающую усталость.

На этот безмолвный приказ уйти Богиня тяжело, словно её тошнило, выдохнула и покинула меня.

Почувствовав, что она ушла, я медленно открыл глаза. Глядя на Эрис, я вновь погрузился в раздумья и заговорил:

— У меня было слишком много времени, чтобы придумать прощальные слова.

Даже само движение губ кажется чуждым.

Я не сказал об этом Богине, но на самом деле я больше не мог пошевелить даже пальцем по своей воле.

По её словам, моё тело осталось таким же, каким было в момент остановки времени, но, вероятно, проблема крылась в моем сознании.

— Напротив, я так долго размышлял об этом, что теперь даже не знаю, что именно должен сказать.

Было бы чудесно, если бы и мои слова застыли здесь вместе со всем остальным.

— И потому мне вдруг пришла мысль, что в том финале, которого ты достигнешь, меня может не оказаться рядом.

Сознание затуманивается.

Глаза начинают медленно закрываться, всё расплывается, словно я проваливаюсь в сон.

Без всяких предзнаменований, без всякой последовательности. Так и не закончив фразу, я закрыл глаза.

*

Хруст.

Континент, где всё застыло и подошло к концу.

Среди пейзажа, который можно назвать величайшим и прекраснейшим изваянием, созданным богом, где ничто не шевелится.

Хруст.

Пальцы эльфийки, сжимающей посох, начали едва заметно подергиваться.

— В последнее время ты слишком долго наблюдаешь за ним.

— ......

На голос Бога Жизни, который незаметно подошел к ней, Богиня Времени ответила, безучастно подперев подбородок рукой:

— Потому что это красиво.

— Да, континент, созданный тобой, воистину прекрасен. Вид людей, застывших в восторге и счастье, никогда не надоедает.

Бог Жизни искренне так считал. Он полагал, что это великое счастье — то, что тьма смерти и его собственное пламя не смели континент, уничтожив его.

Это зрелище было прекраснее всего, что он когда-либо видел.

Один лишь взгляд на него вызывал улыбку в его одиноком существовании.

Однако Богиня говорила не о континенте.

— Но ведь ты смотришь не на континент, а на того мужчину.

— ......

Мужчина, что до сих пор неподвижно сидит на том же месте, не сводя глаз с эльфийки — Даниэль Макклейн.

Богиня Времени пыталась делать вид, что это не так, но на самом деле в мире богов она непрестанно следила за каждым его движением.

Постепенно это стало происходить всё чаще, и теперь она уже не предпринимала никаких действий, а лишь смотрела на него сверху вниз.

Бог Жизни указал на это.

— Время, мы те, кто повелевает им. Не позволяй ему помыкать собой.

— Я знаю.

Он ожидал, что Богиня Времени, как обычно, начнет ворчать, выпятив губы, и придумывать разные оправдания.

Однако она, всё так же не отрывая взгляда от Даниэля, печально ответила:

— Но это слишком красиво.

— ......

— Несмотря на то, что прошли века, которые человеческий разум выдержать не в состоянии, он всё еще держится с достоинством. Он ждет, надеясь на призрачную надежду, которую невозможно поймать.

В глазах Богини читалась готовность в любой момент броситься к Даниэлю.

— Он благороден. Возможно, даже больше, чем я.

— Глупые мысли.

— ......

— Мы — творцы, а они лишь творения. Не забивай голову подобным вздором.

— Ты прав.

Богиня Времени кивнула в знак согласия. Воодушевленный этим, Бог Жизни продолжил:

— Это существа, не имеющие никакой силы. Одно наше движение они называют чудом. Настолько они эфемерны, хрупки и ничтожны. Не смей сравнивать нас с ними.

— И это тоже правда. Но послушай.

Богиня Времени медленно убрала руку от подбородка и встретилась взглядом с Богом Жизни. Её лицо выражало целую гамму новых чувств.

— Именно поэтому их усилия так прекрасны.

*

— Время!

Бог Жизни, последовавший за Богиней Времени на континент, поспешно окликнул её. Он был в замешательстве, так как она впервые покинула мир богов, ничего не сказав, но нашел её быстро.

Она, как и ожидалось, стояла перед Даниэлем Макклейном.

Тот, кому уже было трудно двигаться, чей разум истерся настолько, что он то и дело терял сознание...

— ......

Он застыл с закрытыми глазами, став серым, словно пепел.

Глядя на него отсутствующим взором, Богиня Времени пробормотала:

— Удивительно, правда? Я думала, он израсходовал все силы, когда останавливал континент, но, видимо, у него оставался последний козырь.

— Он...

— Да, он остановил собственное время. Вероятно, осознал, что больше не сможет держаться.

Вместо ментальной смерти он сам остановил свое время вместе с континентом. До самого конца он оставался верен образу Даниэля Макклейна.

— ......Прекрасно.

Бог Жизни невольно прошептал это. Теперь он немного понимал, почему Богиня Времени так долго наблюдала за этим юношей.

— В итоге, имея перед собой легкий путь в виде становления полубогом, он мучительно долго боролся с искушением и отстоял свои убеждения.

Богиня Времени хотела что-то сказать, но снова замолчала. Какие бы слова она ни произнесла, нынешний Даниэль Макклейн всё равно не смог бы их услышать.

Хруст.

В этот миг глаза обоих богов широко распахнулись.

Они медленно обернулись.

Сияющее золото волос вновь обрело цвет.

В глазах, застывших подобно статуе, затеплилась свежая жизнь, напоминающая лазурные самоцветы.

Треск!

— Фу-а-а-а!

Эрис Анен Сериер, пребывавшая в оцепенении столь долгое время, пробудилась от бедствия времени.

— Это...

Бог Жизни немедленно посмотрел на Богиню Времени. Та прищуренным, тяжелым взглядом сверлила эльфийку.

— О-ой? Почему все...

Увидев, что окружающие люди, которые еще мгновение назад издавали победные кличи, застыли серыми изваяниями, Эрис приняла растерянный вид.

— Поразительно. Я думала, что «чудо» — это слово, описывающее наши деяния.

Богиня Времени неспешным шагом подошла к Эрис и с глубоким отвращением в голосе провозгласила:

— Но ты опоздала.

***