```text

〈 Глава 192 〉 189. Величайшая ограда

* * *

Клан Хо.

Так называют доблестных и свирепых людей из рода Хо, чья золотистая кожа покрыта черными отметинами.

Их врожденная харизма, боевая мощь и благородство всегда восхищали окружающих, однако сами члены клана Хо мало заботились о тех, кто ими очарован.

Хо Бэк, нынешний глава клана, был окутан столь яростной жаждой крови, что она казалась почти осязаемой. Его аура, тяжелая и острая, внушала страх даже союзникам, и со временем это давление ничуть не ослабевало.

«Хоран».

Отец Хо Бэка и дед Хоран изо дня в день твердил, что она, будучи полукровкой и женщиной, погубит их род. Маленькая девочка не выдержала и в конце концов сбежала из семьи.

Хо Бэк знал, что позже она примкнула к организации под названием «Бойцовые псы».

Однако эта группировка была слишком неуловимой. Выследить их оказалось непосильной задачей, и все попытки отца встретиться с дочерью раз за разом терпели крах.

И вот, когда он наконец нашел свою горячо любимую дочь, было уже слишком поздно — она навеки сомкнула глаза.

Он понимал.

Понимал, насколько порочна организация «Бойцовые псы». Знал и то, что Хоран занимала там ключевую позицию, принося страдания не только зверолюдям, но и людям, драконидам, эльфам и дварфам.

Он прекрасно осознавал, что она лишила жизни бесчисленное множество существ.

В глубине души Хо Бэк до боли отчетливо понимал: его ребенок получил заслуженную кару. Но...

— Глава! Сообщают, что Король зверей сейчас встречается с преступниками!

— ......

— Судя по тому, что он долгое время не покидает подземную тюрьму, наше требование о казни, похоже, было проигнорировано.

— Вот как.

Это было донесение от шпиона, оставленного во дворце. Похоже, Король зверей сделал выбор в пользу тех, кто убил его дочь.

С точки зрения государства — решение в высшей степени мудрое.

Даже если не брать в расчет Бэкплина, ягуара из «Тайных когтей», казнь дварфа-мастера Хатшима Беллока и Эрис Анен Серийер, стражницы Иггдрасиля, стала бы непосильным бременем даже для Короля зверей.

Хо Бэк уважал этот выбор.

Райзель, несомненно, был добрым королем, который прежде всего думал о своих подданных. Вероятно, именно поэтому Хо Бэк и проиграл ему в финальной битве за право называться Королем зверей.

Сам Хо Бэк привык вести людей за собой, показывая им спину. И сейчас множество зверолюдей, ожидающих лишь его приказа, уже точили свои клинки.

Но Райзель принимал людей в свои объятия.

Он вел их за собой не только силой, но и добродетелью, благородством и мощью, что служила им опорой.

Их пути были слишком разными.

— Если ты сделал свой выбор как король... — Хо Бэк закинул копье на плечо и вышел наружу. — То я сделаю свой выбор как отец.

*

После победы над Королем зверей Райзелем нас встретили не мечи и копья, а горячая еда и мягкие постели, в которых можно было спокойно отдохнуть.

Я осторожно убрал влажные от пота волосы со лба Рин. Она тяжело дышала, но я ничем не мог ей помочь.

«Богиня по-прежнему молчит».

Я пытался воззвать к ней с тех самых пор, как Рин стало плохо, но ответа не было. Вздыхая от бессилия, я мерил шагами комнату, пока внутрь не вошли Адриана и Король зверей.

— Прошу, дайте мне немного времени.

— Хорошо, я понял.

Я думал, он уйдет чуть позже, но, видимо, они договорились по пути сюда. Король зверей снова вышел за дверь, напоследок бросив на меня короткий взгляд.

— Что он сказал? — спросил я, меняя полотенце на лбу Рин. Адриана, которая, видимо, сильно нервничала, потерла затекшую шею.

— Просил подождать. Нам очень повезло, что с нами Бэкплин. Благодаря ему король верит, что не мы убили Хоран из клана Хо.

— Никогда бы не подумал, что это имя всплывет здесь.

Хоран была единственной выжившей из «Бойцовых псов».

Я до сих пор отчетливо помню, как лидер организации пожертвовал собой, чтобы спасти её. Его предсмертные слова о том, что ей есть куда идти, и она должна жить.

«В итоге она всё равно погибла».

Её жизнь оборвалась в последней лаборатории «Бойцовых псов» от когтей Кулики, который пришел, чтобы стереть все следы организации.

Я предполагал, что в будущем она может стать угрозой, но и представить не мог, что это аукнется нам в такой форме.

— Но клан Хо уверен, что убийцы — это мы. В конце концов, именно они задержали и конвоировали меня и Эрис, когда мы были без сознания после встречи с Куликой.

— Если она была им так дорога, не стоило позволять ей вступать в «Бойцовые псы», — проворчал я. Мне хотелось высказать пару ласковых тому, из-за кого ситуация так запуталась.

— Клан Хо требует казни убийц своей дочери. Они говорят, что ждут мудрого решения короля, но, кажется, готовы применить силу, если приговор их не устроит.

— Это же мятеж?

Я удивился, что они так легко решились на восстание, но Адриана лишь пожала плечами, разделяя моё недоумение.

— Да, они открыто демонстрируют свои намерения. Фактически это обреченный на провал бунт, но вопрос в том, насколько масштабными будут разрушения.

Противник уже поджег себя и бросился в атаку. Они не ищут победы, они готовятся к битве ради своих искаженных убеждений.

И Райзель больше всего опасался того вреда, который клан Хо может нанести мирным жителям.

— Даже если он захочет эвакуировать горожан, клан Хо вцепится им в глотки при малейшем признаке движения.

— Да уж, головная боль еще та.

— Поэтому он просил подождать. Хочет попытаться найти компромисс с кланом Хо.

Что ж, для нас главное, чтобы отпустили Эрис, остальное не так важно. Так я думал, пока...

Дребезг!

— Твою мать! Это еще что?!

Огромный зверочеловек и беловолосая девушка ворвались в комнату, разбив окно. Появление вышло эффектным, но мой взгляд невольно приковало к осколкам стекла на полу.

Убирать это будет той еще морокой.

Я не успел возмутиться их спешке, как Кулика заговорил, и голос его был полон тревоги:

— К столице движется армия. Их немного, но это элита.

— Что?

Неужели они уже здесь?

Лицо Адрианы потемнело.

— Это из-за нас.

Она раздраженно застучала посохом по полу и взъерошила волосы.

— А-а-а! Конечно, у клана Хо есть свои уши во дворце! Пусть они не знают деталей, но раз Король зверей так долго пробыл в темнице, они решили, что он ведет переговоры с пленниками, и пошли в атаку!

— ......Ха-а.

Похоже, я невольно подтолкнул этот катящийся валун.

— Вы понимаете, что происходит?

— Мы были снаружи, так что не в курсе. Объясни.

Поскольку Кулика и Сен были в группе прикрытия, я вкратце обрисовал ситуацию. Кулика, которого в каком-то смысле можно было назвать истинным виновником, выглядел виноватым.

— Не думал, что смерть той девчонки приведет к такому...

— В-все в порядке. Даже если бы мы нашли Хоран, мы бы всё равно её убили, — попыталась утешить его Адриана, но Кулика лишь медленно выдохнул.

— Идем к королю. Я возьму ответственность на себя.

С этими словами он вышел из комнаты. Адриана и Сен посмотрели на меня, безмолвно спрашивая, не стоит ли его остановить.

— Что ж, на мне тоже лежит часть ответственности.

Мне совсем не хотелось в это ввязываться, но я последовал за Куликой, надеясь, что так всё закончится быстрее.

*

Райзель, восседавший на троне зверолюдей, был завален донесениями и отдавал приказы один за другим.

— Первым делом — эвакуация гражданских. Примите во дворец столько людей, сколько сможете, остальных...

Хо Бэк вел свои войска к столице. И это был не только клан Хо — к ним примкнули и другие семьи, связанные с ними узами дружбы.

Это были те, кто фанатично верил в харизму Хо Бэка и следовал за ним.

«Может, оно и к лучшему».

Битва с Хо Бэком всё равно была неизбежна — и из-за статуса пленников, и из-за Даниэля Макклейна, чья сила выходила за рамки разумного.

Сначала Райзель корил себя за то, что провел слишком много времени в темнице, но теперь решил, что всё сложилось удачно.

Он всегда знал: если есть проблема, которая не дает покоя, чаще всего её можно решить силой.

И в этот раз он намеревался поступить именно так.

— П-подождите!

— Кто вы такие, чтобы врываться без доклада?!

Сквозь толпу аристократов в приемном зале уверенно шагали двое мужчин.

Одним из них был Даниэль Макклейн, с которым Райзель только что скрестил мечи. Честно говоря, мысль о повторном поединке с ним вызывала у короля легкую дрожь.

Второй был закутан в глубокий капюшон, но по мощному телосложению и хвосту было ясно — это зверочеловек.

«Не помню, чтобы среди его спутников были наши».

Райзель поправил гриву и спросил:

— В чем дело? Я же сказал, что рассмотрю всё в положительном ключе, но мне нужно время.

Поняв, что пленники ни в чем не виноваты, и проиграв как воин, король решил проявить милосердие.

Однако если этот человек сейчас проявит дерзость, Райзель не намерен был это спускать.

Он готов был встретить их не как воин, а как король. Солдаты вокруг уже сжали копья и мечи.

Но заговорил не Даниэль Макклейн.

— Долгое время вы процветали. Пока я шел по этому городу, я искренне гордился тем, что стал вашим истоком.

Никто не понимал, о чем говорит этот скрытый капюшоном зверочеловек.

Но, как ни странно...

Перед этим мужчиной никто не смел ни слова вставить, ни шевельнуться. Все были вынуждены внимать ему.

Зверочеловек протянул руку, и земля содрогнулась, исторгнув меч. Клинок, который не мог не узнать ни один зверочеловек — меч императора.

— Я слышал, что наступили смутные времена, и часть вины за это лежит на мне. А потому я прерву свое долгое молчание и вновь стану вашей оградой.

Он медленно откинул капюшон.

В тот миг, когда открылось его лицо, всех охватил шок, лишивший дара речи.

Бум!

И лишь один, самый благородный зверочеловек в этой стране, сидевший на троне, совершил единственно верный поступок.

Он пал на колени и склонил голову.

— О, И-император Калиус!

* * *