```

〈 Глава 150 〉 147. Зацепка

* * *

— Да ладно тебе, остынь уже.

Арни Дюлатан сидела, выпятив губы и скрестив руки на груди. Даже на мои слова она лишь демонстративно отвернулась, всем видом показывая, как она недовольна.

«Раньше она казалась суровой воительницей, которая не знает ничего, кроме меча... Неужели любовь так меняет людей?»

От неё так и веяло аурой «я же девушка», и я мельком взглянул на Ареса. Парень оказался в ситуации, когда и туда, и сюда — никак.

Ему и про печати на тыльной стороне ладоней разузнать хотелось, и в то же время он понимал: примет нашу сторону — девушка обидится не на шутку.

— Слушай, твоему парню может грозить опасность. Подумаешь, пару раз увидели, как вы целуетесь, что в этом такого?

— Так дело не пойдёт.

Мэй, которой, видимо, надоело тянуть время, раздражённо почесала затылок, а Рин резко вскочила и подошла ко мне.

— Нам тоже нужно показаться? Даниэль, вытягивай губы.

— Эй! Погоди!

Рин тут же подалась лицом вперёд. Я, сидевший на краю кровати, в панике отпрянул назад, а Мэй поспешно подбежала к нам.

— Ты-то с какого перепугу лезешь?

— А что ещё делать?

— Тогда я...!

Эти двое снова начали препираться.

Я слышал, что они из одного А-класса, но ума не приложу, как они умудрились оказаться здесь и жить в одной комнате.

— Так, завязывайте оба. Арни, я понимаю твои чувства, но это важно и для Ареса. Поэтому мы и позвали тебя, как его девушку.

Когда я тонко намекнул, что в противном случае просто выставил бы её за дверь, Арни замялась, неловко ковыряя пальцем пол.

— Ладно, я поняла. Но! Я злюсь вовсе не из-за того, что вы видели наш по-поцелуй! И не из-за ваших подколов!

— Хм? А из-за чего тогда?

— Я... я ведь специально комнату освободила! А теперь всё впустую!

Выпалила Арни Дюлатан, густо покраснев.

Судя по тому, что я слышал раньше, она собиралась перебраться в комнату Ареса, пока я нахожусь здесь. Неужели упросила соседку переночевать в другом месте?

— ......

Арес тоже помалкивал, но по выражению его лица было ясно — он полностью солидарен с Арни.

«Мы тут о конце света толкуем, а этим двоим размножение и удовольствия важнее, да?»

Как бы то ни было, время уже позднее. Если тянуть и дальше, завтра кое-кто просто не сможет проснуться.

— Ладно, завтра я освобожу вам комнату, пользуйтесь. Только на мою кровать не ложитесь.

Стоило мне это сказать, как Арес и Арни расплылись в улыбках и радостно закивали. Эх, счастливые.

Глядя на их радость, я и сам перестал злиться. Ещё недавно их воркование казалось мне тошнотворным, но сейчас, видя их искренние чувства, я смягчился.

На мои слова с блеском в глазах отреагировала не только эта парочка.

— Даниэль, тогда приходи спать к нам.

— О! Отличная идея!

Рин и Мэй тут же вскинули руки и закричали, но я, разумеется, отказался.

— Не волнуйтесь, я попрошусь к кому-нибудь из парней.

Я думал перекантоваться у одноклассников, но Рин, склонив голову набок, спросила:

— Даниэль, но у тебя же нет друзей среди парней.

— С чего ты это взяла?

С возмущённым видом я уже приготовился загибать пальцы, перечисляя имена близких друзей, но...

— Э-э... ну.

Ни одного.

В тот момент, когда единственным, кто пришёл на ум, оказался Арес, я всерьёз задумался о том, какой образ жизни веду в академии.

— В общем, я сам разберусь, не переживайте.

Я непринуждённо сжал кулак, так и не загнув ни одного пальца, и замял тему.

В крайнем случае можно и на улице переночевать. Я выживал в лесах Мира Демонов, так что подворотни туристического города для меня — сущий пустяк.

— Ладно, вернёмся к делу. Речь о печатях Ареса и Рин.

Наконец обстановка стала серьёзной. Все четверо уселись вокруг меня, сосредоточив внимание.

— Для начала: есть кто-то, кто не знает о моём визите в королевский дворец?

Арес и Арни синхронно подняли руки. Арни посмотрела на меня с неподдельным изумлением.

— Неужели недавний инцидент с низложением принца Оливера...

— Да, я приложил к этому руку. Но сейчас это не так важно.

— Что же может быть важнее низложения принца целой страны? — пробормотала Арни. Арес шикнул на неё, и она замолчала.

— Там я столкнулся с женщиной, которую называли Жрицей Времени. Её способность заключалась в...

Я максимально сократил рассказ о битве со Жрицей и перешёл к моменту, когда благодаря технике «Маятник Времени» мне удалось прочесть её воспоминания.

— Целью Жрицы было запечатать силу Рин. А того, кто должен был ей в этом помочь, называли «Спасителем».

Я поднял руку и указал на Ареса.

— И один из них — ты, Арес. Печать бога солнца Гелиоса досталась тебе именно для того, чтобы остановить Рин.

Все взгляды устремились на него.

Он посмотрел на узоры на тыльной стороне своих ладоней, а затем медленно перевёл взор на Рин.

— Но я не собираюсь убивать Рин.

— А я не собираюсь помирать от рук Ареса.

— ......

Арес пытался звучать пафосно, но Рин ответила совершенно буднично. Арни принялась утешать поникшего Ареса, похлопывая его по плечу и шепча, что он выглядел круто.

— Всё наоборот. Мы обязаны сохранить Рин жизнь. Её смерть — это предвестник начала катастрофы.

Кто-то был шокирован, кто-то почувствовал облегчение.

Очевидно, психологически гораздо проще спасать одноклассницу, чем убивать её только потому, что она может стать причиной беды.

«Хотя катастрофа может начаться и по другим причинам».

Мы с Рин обменялись короткими взглядами. Лишние подробности сейчас только посеяли бы ненужную тревогу.

— Но насколько масштабной будет эта катастрофа? Даже ты, Даниэль, не сможешь её остановить?

Спросила Мэй, подняв руку.

Парочка тоже кивнула, глядя на меня, и даже Рин выразила немое любопытство.

Я на мгновение замолчал, но раздумывал недолго.

— Просто представьте, что людям будет очень больно и многие пострадают. Даже мне будет трудно это предотвратить.

— Какое-то детское объяснение.

Сказав это, Мэй не стала расспрашивать дальше. Будучи сообразительной, она поняла, что я не хочу углубляться в эту тему, и тактично сменила направление разговора.

— Арес, пока что сосредоточься на тренировках с силой печати. Уверен, наступит момент, когда она нам понадобится.

— Понял.

— К Рин это тоже относится. Ты и так молодец, но нужно научиться держать поводья ещё крепче. Если понадобится помощь — обращайся.

— Угу, спасибо.

— Вы двое помогайте им при любой возможности. Арни, ты девушка Ареса, так что и так всегда рядом, а ты, Мэй, учишься в одном классе с Рин.

— Значит, нам придётся проводить вместе ещё больше времени!

— Фу, с ней?

На лице Мэй отразилось искреннее отвращение, но и Рин не осталась в долгу, скорчив недовольную мину. Не знал, что Рин умеет строить такие рожицы.

Свежо.

— А я тем временем поищу информацию о других людях с печатями.

На данный момент я встретил четверых обладателей божественных знаков.

Рин, избранница богини смерти.

Арес Хеллиас, получивший благословение бога солнца Гелиоса.

Эрис Анен Сериер, избранная Артемидой — богиней луны, охоты и целомудрия.

Микаэла Ромерс, отмеченная Афродитой, богиней красоты и любви.

«Я слышал, Микаэлу казнили».

После массового промывания мозгов Батианом епископы обрушились на неё с обвинениями в оскорблении собора, и в итоге до меня дошли вести о её обезглавливании.

«У Жрицы Времени печати не было».

Я полагал, что она получила знак от богини времени, но в тех обрывках воспоминаний, что перешли ко мне, никакой печати у неё не было.

— А у тебя самого разве ничего нет?

Голос Арни вытянул меня из пучины раздумий. Её ясные глаза были устремлены прямо на меня.

Остальные тоже невольно уставились на меня, вставляя свои пять копеек.

— Точно. У Даниэля наверняка что-то должно быть.

— Бог разрушения! Или бог меча! Что-то в этом роде, да?

Рин и Мэй засуетились, выдвигая теории, но я лишь покачал головой.

— У меня нет никакой печати.

— Это ещё не факт. Спину-то ты сам проверить не можешь.

Замечание Ареса оказалось на редкость метким. Мэй тут же вскочила с горящими глазами.

— Раздевайся, будем проверять.

— Сначала слюни вытри, потом предлагай.

— Хлюп.

После моих слов Мэй вытерла рот рукавом, но останавливаться не собиралась.

Заметив, что и Рин уже начала ерзать, готовясь вскочить, я проскочил мимо них и направился в ванную.

— Арес, за мной! Ты и посмотришь!

— Ой, да не очень-то и хотелось.

Ах ты ж гад?

Несмотря на ворчание, Арес всё же пошёл следом. Так мы провели несколько минут в ванной комнате.

— Пусто.

Коротко бросил Арес.

— На всякий случай я проверил всё очень тщательно.

И впрямь, дотошности ему было не занимать. Он заглянул даже между пальцев ног. В общем, ценой нашего с Аресом взаимного чувства неловкости и брезгливости мы получили подтверждение.

У меня нет божественной печати.

— Итак, напоследок самое важное. Есть человек, у которого может быть зацепка, позволяющая нам узнать больше об этих печатях.

Это я узнал из воспоминаний Жрицы, но и до этого данный вопрос не давал мне покоя.

— Арес, когда именно ты получил печать?

— Когда мы готовились к спектаклю на фестивале. Я тренировался с мечом ночью на крыше, тогда она и появилась.

— Верно? Но был человек, который странным образом крутился вокруг тебя ещё до этого.

Если бы это было после появления печати — никаких вопросов.

Но был некто, кто проявлял к Аресу чрезмерное внимание и буквально преследовал его ещё тогда, когда никакой печати не было.

Словно этот человек заранее знал, что знак вот-вот проявится.

— Кто это?

Мэй спросила с видом полной растерянности, и я ответил, вспомнив одного мужчину.

— Хевен Рен.

Дядя Хаюн и фанатичный последователь Жрицы Времени.

Мало того, он пытался использовать Хаюн, чтобы заманить Ареса в свою семью.

И делал это ещё до того, как у Ареса появилась печать.

— Странно, не так ли? У Ареса тогда не было ничего, кроме его смазливой мордашки. И всё же семья Рен заставляла Хаюн буквально вешаться на него.

Чтобы аристократический род умолял простолюдина?

Теперь, когда Жрица Времени мертва, Хевен Рен — единственный, кто может распутать этот узел.

Тем более Хаюн говорила, что в последнее время его поведение кажется подозрительным, так что я в этом практически уверен.

— Если мы прижмём этого борова, что-нибудь да выплывет.

* * *