```markdown

〈 Глава 107 〉 106. Приближающийся ужас

* * *

Я думал, это будет самый обычный день.

Мы с сестрой Дайной вполне приятно проводили время, и всё было бы хорошо, если бы из рации, которую я на всякий случай всегда держал при себе, не донеслись помехи.

— Что это?

Сестра, поедавшая мороженое, мельком взглянула на мою грудь. Я на мгновение доверил ей своё мороженое и вытащил рацию из-за пазухи.

«Что? Что это такое?»

Я уже открыл рот, чтобы спросить, в чем дело, но, услышав незнакомый мужской голос, тут же замолчал и медленно поднес рацию к уху. Дайна, почувствовав неладное, тоже притихла и прильнула ко мне.

С той стороны доносились щелчки механизма и свист ветра, будто рацию кто-то вертел в руках.

«Он что-то говорит? Это диктофон?»

Судя по всему, заметив отверстия микрофона, человек решил, что это записывающее устройство — вполне логичный вывод. Он поднес рацию ближе к губам и начал что-то бормотать.

— А-а, это Ден. Это Ден... Что за черт? Сен, нахрена ты вообще это при себе держал?

Услышав имя Сен, я не поддался эмоциям и продолжил терпеливо слушать. Если бы я сейчас издал хоть звук, они могли бы догадаться о назначении рации.

— Эй, ты чего там возишься? Закончил — и пошли.

Раздался вдали голос другого мужчины.

— Бригадир, гляньте, что это? Сен вцепилась в неё и до последнего не отпускала. Выглядит дорого.

— А? Что это?

Послышался шорох — должно быть, Ден передал рацию. К сожалению, взявший её мужчина не был настолько невежественен, чтобы не узнать вещь.

— Что? Это же рация, которую используют во всяких ведомствах вроде королевской инспекции. Почему она была у Сен?

— Чего? Рация?

— Погоди, тут свет горит!

После этого раздался резкий хруст ломающегося пластика, и из рации больше не донеслось ни звука.

Ощущение, будто на плечи навалился тяжелый, спертый воздух. Мало того, что что-то случилось, так еще и односложные имена мужчин с высокой вероятностью указывали на их принадлежность к Отряду истребления.

— Мне нужно в Батиан.

Словно ожидая этих слов, сестра медленно перевела взгляд в сторону академии.

— Давай сначала сообщим ректору. Скажем, что там, кажется, что-то произошло, и попросим проверить.

— ...Хорошо.

Сердце требовало сорваться с места прямо сейчас, но предложение Дайны было разумным, поэтому я подавил эмоции и быстрым шагом направился к академии.

— Съешь это, остуди голову.

Сестра протянула мне подтаявшее мороженое. Внутри у меня всё не просто кипело, а буквально выгорало, поэтому я принялся яростно разгрызать лед, но это почти не помогало.

«Почему Отряд истребления оказался в Батиане?»

Подобные раздумья были совершенно бесполезны. Эти ублюдки — крайне пассивная организация, действующая только по заказу.

Вероятно, и в этот раз они оказались в Батиане, выполняя чье-то поручение, и моё чутье подсказывало, что это тесно связано с выборами Святой.

Когда мы ворвались в кабинет ректора, на её лице читалось почти полное смирение.

Она начала было ворчать, мол, «опять эти Макклейны», и вести себя не по возрасту, но сейчас было не время для пустых разговоров.

— Что ты сказал? В Батиане что-то случилось?

Стоило мне вкратце описать произошедшее, как лицо ректора тут же исказилось, и она переспросила. Жалобная атмосфера мгновенно испарилась, и теперь на нас смотрела глава Академии Эйос. Она коснулась магического шара.

Батиан находился довольно далеко, и я кожей чувствовал, как на поддержание связи тратится огромное количество маны, но выражение лица ректора оставалось неизменным.

Типичный кабинетный маг, которому не хватает практики в реальном бою. Но с другой стороны, это означало, что её способности за столом были настолько выдающимися, что она заняла этот пост без всякого боевого опыта.

Ректор немедленно отдала приказ профессорам в Батиане собрать студентов, проверить численность и обеспечить их защиту.

— Всё будет хорошо.

Дайна мягко взяла меня за руку, успокаивая. Как бы я ни старался это скрыть, сестра, кажется, почувствовала мою тревогу.

— Спасибо.

Я сжал её ладонь в ответ и сделал глубокий вдох.

Даже если я сейчас буду метаться в ярости, это ничего не изменит.

«Сен отправилась в Батиан из-за меня».

Тана, Ева и Хаюн звали её с собой на плато Тэман, но из-за моей просьбы присмотреть за Рин, поскольку я сам не мог поехать на экскурсию, Сен отправилась в Батиан.

Я не мог выкинуть из головы мысль, что именно по моей вине она столкнулась с Отрядом истребления.

Тем временем ректор, закончив сеанс связи, тяжело выдохнула и вытерла платком каплю пота, скатившуюся по морщинистому лбу.

Хоть она и не подавала виду, связь на таком расстоянии с несколькими людьми одновременно поглощала колоссальное количество маны.

— Я передала распоряжения. Всё равно уже вечер, время вечерней проверки. С завтрашнего дня начнутся экскурсии под присмотром профессоров, так что беспокоиться не о чем, но...

— Проблема в Сен, которая уже пострадала. Мы не знаем, возможно, несчастье случилось и с другими студентами.

Ситуация была неопределенной: неизвестно, кто еще мог попасть под раздачу Отряда истребления.

Я еще не успел сказать, что отправляюсь немедленно, как ректор заранее объяснила, почему попасть в Батиан быстро не получится.

— Расстояние слишком велико. В этот раз мы использовали кареты с наложенными чарами и заранее запросили содействие у стороны Батиана, поэтому удалось добраться за полдня. На обычной карете путь займет минимум два дня.

— ...

Было бы замечательно воспользоваться варпом, как во время поездки к Границе Дракона, но магов, способных управлять пространственным переходом, было крайне мало.

Это была территория за гранью усилий, то, что можно назвать только врожденным талантом.

И, к сожалению, ректор не обладала таким специфическим даром.

«Нужно найти того чудака».

Он мог не разбираться в другой магии, но в варпе был мастером. Однако он был наемником, и найти его сейчас было невозможно.

Быстрее будет сесть в карету, идущую в Батиан.

Я уже собирался вздохнуть и сказать, что выезжаю немедленно, как вдруг рядом раздалось уверенное покашливание.

— У меня есть способ.

— А?

Я не понял, о чем она говорит, и переспросил, но Дайна лишь улыбнулась и снова взяла меня за руку, которую до этого отпустила.

— Пойдем. Я доставлю тебя в Батиан.

За спиной сестры, словно укрывая меня, расправились огромные крылья.

*

— ...

Поскольку во время школьной поездки нужно было разместить множество студентов, им пришлось остановиться в недорогом отеле.

Из-за этого свист ветра за окном больно бил по ушам, а скрипучая кровать была настолько неудобной, что не только шумела, но и мешала нормально выспаться.

И всё же никто особо не жаловался — вероятно, потому, что студенты были возбуждены самой атмосферой поездки.

В путешествии даже недостатки часто кажутся чем-то особенным.

Неудобства со временем превращаются в воспоминания.

Пусть сейчас это раздражает, но позже, смеясь, можно будет обсудить это с друзьями — с этой точки зрения гостиничный номер был не так уж плох.

Но это возможно только в том случае, если есть друг, с которым можно разделить эти моменты.

Приближалось время сна. Рин, одетая в пижаму и просто перевязавшая длинные волосы, с тревогой смотрела на кровать напротив.

Кровать Сен.

Рин охотно согласилась на её предложение жить в одном номере и теперь с замиранием сердца ждала её возвращения.

Она уже сообщила об этом профессорам.

Говорили, что, помимо Сен, не вернулся кто-то еще, и тревога Рин росла с каждой минутой.

— Уже второй день пошел, куда же она пропала?

Вздохнув, Рин снова поправила уже застеленную постель Сен. В её движениях чувствовалось искреннее беспокойство.

Тук-тук.

В этот момент в дверь торопливо постучали.

Подумав, что, возможно, Сен нашли, Рин тут же распахнула дверь, но, к сожалению, на пороге стоял её светловолосый друг детства — Арес Хелиас.

— Арес?

Она хотела спросить, что случилось, но лицо Ареса было ужасным. Он огляделся по сторонам и, виновато подбирая слова, произнес:

— Если можно, давай поговорим внутри?

Раньше она бы отказалась, сославшись на неудобство, но Рин уже однажды твердо отвергла его чувства, поставив точку, поэтому просто кивнула и пропустила его.

Она верила, что Арес оставил попытки, но, честно говоря, он выглядел слишком плохо.

Бледный как полотно, весь в поту, будто только что из-под дождя. Судя по тому, как подрагивали его губы, с ним что-то произошло.

Поскольку он всё еще был в уличной одежде, Арес Хелиас, видимо, тоже входил в список студентов, не вернувшихся вовремя.

— Ты в порядке? На тебе лица нет.

Рин протянула ему своё полотенце, но он лишь небрежно вытерся и, сделав глубокий вдох, попытался подавить страх.

— Рин, посмотри на это.

Арес снял коричневые кожаные перчатки без пальцев, и на тыльной стороне обеих его ладоней проступили знаки Хелиоса, мягко мерцающие желтым светом, подобно светлячкам.

Рин знала, что у Ареса, как и у неё, есть метка, но...

— Две?

Она впервые слышала, что они на обеих руках.

Заметив её замешательство, Арес начал объяснять:

— После того как Маг Бойцовских Псов отрубил мне руки, всё стало так. Я почувствовал неладное, поэтому и поехал в Батиан в эту поездку. Я слышал, что одна из монахинь Хелиоса — кандидат в Святые.

— Ах.

Рин, избранная богом смерти, не смела даже заикнуться об этом кому-либо, но Арес, в отличие от неё, принадлежал к церкви Хелиоса, у которой были миллионы последователей.

Казалось, собор должен был сам принять его с распростертыми объятиями.

— Но в соборе я услышал нечто шокирующее. Я подслушал это, так что ни в коем случае никому не говори.

Несмотря на то что в комнате они были одни, Арес продолжал оглядываться, чего-то панически боясь.

— Монахиня Хелиоса убила монахиню Деметры и сейчас находится в бегах.

— ...Что?

Совершенно неожиданная и поистине шокирующая информация. Рин почувствовала себя так, словно её ударили по голове чем-то тяжелым, но всё же переспросила:

— Это точные сведения?

— Да, я отчетливо это слышал. Судя по атмосфере, они не станут это скрывать и объявят уже завтра.

— ...

Рин подумала, что в такой ситуации поездку стоит прервать и немедленно вернуться в Академию Эйос.

Но Арес добавил, что это еще не всё.

— Самое важное дальше. На беду, меня там заметила одна женщина. С черным зонтом, в платье. Настолько пугающая, что при одном взгляде на неё забываешь, как дышать.

— ...

— Она посмотрела на меня, приложила палец к губам, призывая молчать, и с улыбкой отпустила. Но я понял, что просто так это оставлять нельзя, поэтому пришел к тебе.

Закончив рассказ, Арес опустил взгляд в пол. Рин, пытаясь переварить услышанное, не могла не задать вопрос:

— Но почему ты пришел именно ко мне?

Почему Арес решил рассказать всё это именно ей? Вопрос был логичным, и Арес на мгновение смутился.

Если рассказать профессорам, дело может стать только хуже. Точнее, он не верил, что профессора смогут остановить ту женщину.

Но.

— Я подумал... может, у тебя есть способ связаться с Даниэлем.

Арес верил.

Если это Даниэль Макклейн...

Если это его старый друг детства, который в одиночку одолел того могущественного Бойцовского Пса и спокойно вернулся в тишине...

Пусть их отношения разрушены, он надеялся, что Даниэль сможет защитить его.

Ему казалось, что он встретил призрака.

Черная дама одной лишь улыбкой довела Ареса до такого состояния, что его не покидало предчувствие: этот призрак в любой момент может вцепиться ему в глотку.

— К сожалению...

Рин хотела сказать, что если бы у неё был способ связаться с Даниэлем, она бы и сама им воспользовалась, но...

Тук.

Тук.

Раздался стук в дверь.

В отличие от того, как стучал Арес, этот стук был тяжелым, но размеренным, наполняя комнату странной тревогой.

По сути, стук — это лишь базовая вежливость, способ спросить разрешения войти.

Но сейчас этот звук казался чем-то противоположным — он будто предупреждал Рин и Ареса, что открывать дверь ни в коем случае нельзя.

— Заперто.

Рин выдавила из себя эти слова, и Арес немного успокоился, кивнув, но...

Крииииик.

Дверная ручка повернулась с пугающей легкостью, и дверь плавно распахнулась, приветствуя гостя, словно поддавшись порыву легкого ветерка.

И там, опираясь на сложенный черный зонт, стояла знатная дама.

* * *