Фоновая композиция: Akiko Dhikata - Ricordando il Passato – Кажется, я должен тебе кое-что отдать...

* * *

Боль... отступила...

Руки с ногами едва двигались, но собранному заново телу все же удалось подняться с холодной поверхности металлического моста, чьи края уходили в темноту.

— Кинжал сломался... надеюсь Скорпикор сможет его починить... — оружие в моей руке блеснуло переменным светом и было отправлено за пазуху.

— Блядь, тут же безвоздушное... — встрепенувшись, я обнаружил что забрало уже сомкнуто.

— Хотя... точно... теперь-то разницы никакой...

Прищурив сенсоры, черный Архонт сменил режим имплантов и тут же отшатнулся в немом благоговении, ибо понял, что на мосту нет ни перилл, ни ограждение, а внизу расстелилась бесконечная пропасть, откуда воспаряли одинокие светлячки.

[Сектор: «Химеллен» – реактор станции «Бастион-Сириус»]

— И что меня дернуло сюда сунуться... — я осторожно шагнул вперед, затем еще... и еще раз, пока поползновения не превратились в подобие ходьбы.

— Сидел бы себе в рубке, спорил с сексуальными стервочками... а теперь... теперь я у черта даже не в пасти... а в жопе...

Многочисленные переходы вели героя вперед, смыкаясь в самом центре зала и удерживая исполинское кристальное гало, что изредка пропускало сквозь себя неуловимые потоки света, отдаленно напоминавшие ни то дронов-аватаров, ни то сгустки энергии.

— Цитадель утраченных судеб... как бы вывести тебя из спящего режима... — с каждым моим шагом огоньки замирали, а после вновь продолжали свой путь.

— Может дашь подсказку, иначе мы тут долго просидим!..

Будто услышав эти слова, одинокий пламень покинул собратьев и осветил консоль у самого края обруча... консоль, где красовался слот... слот в форме кольца...

— Хах... спасибо... — оказавшись впритык к панели, я снял с руки символ чужой связи.

Руническое круг буквально тянулся к нужному месту, пуская крошечные лазурные молнии в нефритовый металл, пока ключ-активатор не впечатался в слот и тогда...

— Ну же, хватит дрыхнуть... пора возвращаться в наш прогнивший мир...

Пол содрогнулся, поток душ ускорился настольно, что обернулся струнами света и осветил колоссальный кристальный октаэдр, что всё это время был здесь.

Прекрасный цветок «Альстримерии Бхаскара» испустил псионный вой, а его трещины налились пурпурной энергией, подобно кукловоду поднимая со дна бездны обелиски и пульсируя настолько ярко, что мне пришлось прикрыть глаза.

Кромка имплантов пошла рябью помех как от термоядерного удара, а окна интерфейса заполонили символы... руны забытого народа.

Волна слабости приказывала телу отключиться... но я смог выстоять, смог поднять голову и увидеть, как свет сплетается с тенями... как формирует ядро, а затем обретает фигуру, чей белый плащ протянулся к поверхности подобно ангельским крыльям...

— Привет... — сиплый и вечно надменный голос разрезал тишину...

— Привет... — тогда, впервые за столь долгое время я не оскалился, не ухмыльнулся, не скорчил гримасу, а просто... улыбнулся...

— Кажется, я должен тебе кое-что отдать... — потрепанный сувенир был достан из-за пазухи и оказался у меня в ладони, — Они немного потрепались, но в целом...

— Поверить не могу... — Томас взял очки, вглядываясь в припавшую грязью кромку.

— И ты... правда носил их с собой всё это время?

— А что такого? Карманов много, одним больше, одним меньше... — я пожал плечами, приподнимая левую бровь.

— Кроме того, для этого ведь и нужны друзья...

— Спасибо... большое спасибо... — несколько одиноких, но таких горьких слезинок разбились о замутненные временем линзы.

— Всегда пожалуйста... — тихо сказал я... на душе было необычайно легко...

— Ну что, мой в меру некультурный друг, наш прошлый разговор кончился на рубрике вопрос-ответ... и мне бы хотелось приобщиться к еще некоторым знаниям!

— Конечно... — Габриэль вытер слезы и нацепил очки, озаряясь теплой улыбкой.

К слову, теперь на левой руке предтеча красовалась одно нефритовое кольцо, блеск коего был хорошо заметен даже в полумраке.

— Время сейчас ценный ресурс, так что давай поговорим там, где оно не такое злобное...

По щелчку пальцев ученого, очертания комплекса растаяли, а на его месте возникли хорошо знакомые клыки иссушенных кровью скал.

Прохладный ветер играл крохами алого песка, звездный свет блистал на кромке орихалкового океана, а где-то очень и очень далеко в тенях горизонта возвышался шпиль, чья вершина была настолько высоко, что терялась в сизых облаках.

— И кстати!.. — Томас поднял взгляд к небесной структуре.

— Чисто для справки, ты должен радоваться, что можешь так просто сюда захаживать! Везучий засранец... Мне вот пол жизни пришлось искать путь к этой проекции...

— Хе-хе-хе... Приму к сведенью... — я указал жестом на дальнюю часть пустошей.

— Ну что, начнем по классике... кто или что я теперь такое? Короткую версию, если можно!

Томас молчаливо кивнул, и мы направились вдоль береговых троп.

— У каждого разумного существа, в независимости от классификации, есть однополярная энергетическая аура, записывающая все его информационные импульсы в виде билокационных частиц – инфрафотонов, которые и формируют Гештальт.

— Ага... помню такое... — мои сабатоны грузли в песке, но тот не сковывал движений.

— Сами по себе инфрафотоны не взаимодействуют с супрамиром, но могут заряжать и направлять другие частицы – псионы, и вот уже они не только коммуницируют с другими Гештальт-скоплениями, но и меняют программную идентификацию переносчиков взаимодействий, но не фермионной материи. Вот тут в дело и вклиниваются мехалитэи!

— Космическая магия, обожаю... — лицо Архонта не покидала ухмылка.

— Мехалитэи настроены принимать псионные волны, а для закрепления идентификации они создают вокруг Гештальт-скопления «кожух». Хер знает почему он всегда выглядит как восьмигранный камень, он же «Кристалл-Ядро», он же «Логос»!

— Пресвятой Илиас... если ЭТО короткая версия, то, как выглядит длинная?

— Призмы существ с высшим аналитическим потенциалом, навроде Анимат, практически неуничтожимы, а их возможности по контролю позволяют вести за собой хреналион дочерних силуэтов, по желанию забирая их индивидуальность... — ученый чуток перегнал меня, двигаясь боком и активно жестикулируя.

— Или говоря обывательским языком: ты... — я указал на себя.

— Бессмертное межпространсвенное чудище, которое по мановению руки может манипулировать не только законами физики, но и чужими душами... Удобно! Перейдем к произошедшему за этот сотис. — мой тон чуток погрубел, — «Триллиум»...

— О! Моя любимая тема! — глаза Томаса аж заискрились.

— Саманта Бласкович оказалась полезной марионеткой! Куплю ей шоколадку за хорошую работу... — он чуток замялся, почесывая затылок.

— В какой-то момент эта мелкая вредина стала совать нос куда не следует, а конкретно в мехалитэйные проекты на основе обезьяньих... то есть терранских технологий! Группку ей дали выкупить только из-за фамилии, но та все равно наработала на смертную казнь. — встав ногой на камушек, ученый начал скакать по ним аки игрок в классики.

— Проект: «Триллиум» почти схлопнули, но тут появился я! Как рыцарь на белом рабе!

— И помог им сбежать... оставив Ординатум без оружия...

— Верно! И если оставленный мной план еще в силе, малютки уже должны были состряпать кое-чего полезного. Хотя хер их знает. Отсюда паршивый сигнал, позвонить не выйдет!

— Хорошо... Теперь касательно тебя...

— Не смотри на меня так, будто я тебе жизнь засрал! Ты теперь герой, бессмертный Хранитель, подумаешь выдернули из ночлежки, зато девственность потерял! Сплошные плюсы!

Смотря на самодовольную рожу Томаса, я не знал, злиться мне или благодарить его.

— Ладно-ладно! Теперь по серьёзке. — Габриэль продолжил перешагивать булыжники.

— После победы над «Немезидой» малютка Саманта выждала, когда начнется буча, пробралась на станцию... легко... и заразила всех мехалитэями особой серии, которые не превращают вас говнищу. Бве, аж вспоминать страшно!

— Предположу, мой статус она подтвердила пока гостила на станции...

— Верно! Ну а дальше надо было привести тебя в нужное место... «Справедливость» стала «Имир», выродки Гатаса пососали писос и-и-и... теперь ты здесь! Гениальность моей задумки феноменальна, знаю! Жду аплодисментов! — Томас спрыгнул с валуна и поклонился на бис.

— Почему... — одним лишь словом я заставил предтеча скинуть маску арлекина.

— Почему Триллиум сразу не привели меня сюда? Разве Маттиаса не было бы легче победить с помощью «Бастионов»? Или ты думал, что мощь «Имир» будет хорошим подспорьем? Или опасался, что твой враг сам возьмет крепости вместо «Немезиды»?

— Хах... знаешь... ты меня переоцениваешь... это очень круто... и заслуженно, но... — ученый тяжело вздохнул, смотря куда-то в сторону.

— По правде говоря... я... я должен был умереть тогда... но... кто-то или что-то решило иначе... Один из «Бастионов» проснулся... меня забросило внутрь... и... Саманта решила поступить, как поступила... Не слишком эпичная история, но зато полностью правдивая!

— Ясно... это вызывает беспокойство...

— С чего бы? Даже если из-за угла выкатится еще одна «Немезида», твой гениальный друг не будет прыгать ей в пасть. Слово самого честного изыскателя в галактике!

— Можешь прыгать, если перед этим мы создадим свой «Бастион»... — я хмыкнул.

— Эта штука ведь устроена ко принципу квантовых запутанностей, верно?

— Ну, «запутанность» – людское понятие, которое идет от незнания устройства билокации. «Струна» – это тупа одна и та же частица, только четырехмерная, чего люди не понимают!

— Из этого следует, что, проходя через инфрамир, объект не исчезает...

— Ага! Прямо как на той картинке, где двухмерный человечек проходит через третье измерение и такой: нихуя себе?! Но ограничение можно обойти, остановив фрактилизацию глюон-рефрактором!.. — Габриэль покосился в сторону ртутного моря.

— Короче, давай разжуем это потом! Раз меня подняли из гроба, а Гатас до сих пор не сдох, надо поскорей восстановить мехалитэйное производство и «Альстримерию Бхаскара»...

— Было бы не лишним... И да, пока не забыл, не пару слов про вон тех красавчиков?

Вместо обведенных силуэтов двух антропоморфов, от наших ног тянулись силуэты чудовищ: искаженный, змееподобный призрак трехглазого инсектоида, и четверолапое исчадие с безумный зубастым оскалом.

— А! Это коренные четырехмерцы, конкретно мой пиздец мало говорит о себе. Нет, серьёзно... при всей своей охуенности, я так и не смог понять, почему Архиаггелы нам помогают!

— Может ответы есть там?.. — мой взгляд устремился к шпилю.

Небесная башня казалась бесконечно далекой, словно несуществующий мираж, но даже отсюда я видел её навершие – ангельский нимб, что держал на себе ровно семь кристаллов: три незамутнённых, три потускневших, и один, что почти погас.

— Может, но до него не дойти. Сколько не пробуй, эта елда не приблизится ни на шаг. — Габриэль пожал плечами и покачал головой.

— Хех... Помню, как мы с Агнессой слонялись тут циклы напролет, болтая ни о чем... это было... весело... — сказанные им слова полнились необычайной теплотой.

— Вот же... вся эта любовная трагедия начинает меня утомлять... — ветер подул со стороны берега, развивая хвост моих волос и заставляя едва заметно улыбнуться.

— Было бы хорошо, выбери ты легкий путь... но ты ведь их не любишь, правда?

— Н-н-нет… — ехидно протянул предтеч.

— Как и кое-кто другой. Слушай, а как ты догадался, что «Бастион» реагирует на предсмертное состояние? Ну, типу... хорошо сработано...

— Ты походу меня за полного кретина держишь? Хотя, уверен я и правда был не на сто процентов... — присев на корточки, я принялся то набирать в руку песок, то высыпать.

— И всё-таки, хорошо, что я взял эту чертову флешку...

— А могло быть иначе, мой собрат ученый? — Габриэль обернулся к замершему морю.

— Наверное, нет... Как сказал Пророк Илиас: Мы – собранные из осколков пережитого фантомы... Мы – те, кто живет ради счастья, но создает себя из боли... Мы – есть наши воспоминания... — и тогда... мои слова обернулись новой бурей...

— ИСТИНА... — тысяча и один голос разрезали инфрамир и стали едины с ветрами, обретая форму монотонного, пронзившего кости гула.

— РОЖДЕННЫЕ ИЗ БОЛИ, МЫ ДОЛЖНЫ СТЕРЕТЬ ГРАНИЦЫ РАЗУМА И МАТЕРИИ...

— Похоже мы сильно задержались... — прошипел я, — Выводи нас отсюда, иначе всё чего ты добивался пойдет прахом...

— ... — Томас резко изменился в лице, его будто подменили.

— Слышишь, что говорю? Нам нужно возвращаться, сейчас!

Габриэля трусило, он изо всех сил сжал кулаки и яростно пнул песок ногой:

— Сука... НЕ КАПАЙ МНЕ НА МОЗГИ!!! Я... и без тебя знаю... сам же обещал... что не позволю ей исчезнуть... и сделаю самой счастливой...

В отблеске света вечного заката я заметил, как по щекам Габриэля катятся слезы.

— Но... она не простит меня... ни за что не простит...

— Идиот... конечно она не простит, ПОКА ТЫ НЕ ПОПРОСИШЬ ПРОЩЕНИЯ!!! — я резко шагнул к Габриэлю и схватился за воротник его халата с такой яростью, что поднял ученого над землей.

— За то, что утащил её на самое дно ада!!! За то, что оставил гнить в бесконечной пустоте!!! ЗА ТО, ЧТО ПОКЛЯЛСЯ ЗАЩИЩАТЬ, А ЗАТЕМ БРОСИЛ В МИРЕ, ГДЕ НЕТ ТЕБЯ САМОГО!!! — мог голос исказился, наполняя металлическим лязгом и скрежетом проржавевших шестерней, а тень задрожала, проецируя вокруг мириады золотистых светлячков.

— Всё это время... КАЖДУЮ ГРЕБАННУЮ СЕКУНДУ... ОНА ЖДАЛА ТЕБЯ!!! А ТЫ!!! ВОНЮЧИЙ КУСОК ДЕРЬМА!!! Только и тянешь релизу!!! Я ТЕПЕРЬ ТУТ ГЛАВНЫЙ!!! Поэтому, слушай!!! СЛУШАЙ ВНИМАТЕЛЬНО!!! А НУ БЫСТРО ПОШЕЛ И ТРАХНУЛ ЕЁ!!! — я отпустил изыскателя и со всей дури зарядил ему прямо в челюсть, сбросив дорогого друга с кровавого бархана.

— АГХ… кгх... Синхронизация с Агнессой оставила больший след, чем казалось изначально...

И пока Габриэль потешно катился вниз, пространство вокруг растаяло сечениями гибридного кода, мы вернулись в реальный мир...

* * *