Хейзел помчалась в комнату, которую снимала, и собрала все свои вещи. Старая хозяйка, жившая внизу, подозрительно прищурилась.

— У вас ещё на две недели оплачено, — сказала она. — Вы же понимаете? Я ни монетки не верну, пока не найду нового жильца.

— Мне не нужно! — крикнула Хейзел, взбегая по лестнице.

В свою большую дорожную сумку она уложила заветную шкатулку со всеми семенами, которые кропотливо собирала годами, драгоценные луковицы, сушёные травы и разные кулинарные ингредиенты. Бросила туда же несколько любимых кухонных принадлежностей, немного молока, варенья, масла и копчёного мяса — любую еду, какую смогла прихватить. А затем снова сбежала по лестнице вниз.

Прощай, комната за два золотых в месяц!

Когда она добралась до станции общих карет, возница как раз держал табличку с надписью «До Авалона».

— Карета в столицу! — кричал он. — Есть место ещё для одного пассажира!

Сочтя это за удачу, Хейзел забралась внутрь, и карета тут же тронулась. Она смотрела в окно, крепко сжимая пальцы на сумке.

Дальше потянулась долгая, невыносимо скучная дорога. Карета мчалась на полной скорости, но Хейзел казалось, что лошади еле плетутся, словно волы. Несколько раз она боролась с желанием выпрыгнуть из экипажа и побежать пешком. Прошёл день, потом второй... И наконец, на третий день, она увидела вдали пепельно-серую имперскую крепостную стену.

Она прибыла в столицу Братанской империи, Авалон, точно в тот день, когда велел дед. Но внезапно карета замерла на месте и отказалась двигаться дальше.

Хейзел высунула голову в окно. Дороги, ведущие в столицу и из неё, были полностью забиты каретами и воловьими повозками. Пассажиры начали перешёптываться.

— Что за шум?

— Обычно здесь, конечно, тоже заторы, но сегодня особенно плохо.

— Это из-за фестиваля в честь победы, — пояснил возница. — Он закончился неделю назад, но народ только сейчас разъезжается по домам.

«Но мы же почти на месте!»

Не в силах больше ждать, Хейзел вскочила на ноги.

— Я дальше пешком пойду.

— Куда вам надо? Учтите, дорога куда длиннее, чем кажется, — предупредил возница.

— Ничего страшного.

Хейзел подхватила сумку и выпрыгнула из кареты. Все изумлённо уставились на молодую леди в широкополой шляпке, одетую в блузку и длинную юбку, которая тащила за собой огромную сумку, быстро обгоняя их. Её выносливость была на нуле, когда она работала банковским кассиром, но сейчас у неё было энергии хоть отбавляй. Хейзел шла и шла, пока наконец не достигла крепостных ворот.

Она остановилась, чтобы осмотреться. Широкая, аккуратно вымощенная дорога бесконечно простиралась перед ней. Люди прогуливались небольшими группками, заходя и выходя из чистых, причудливых магазинчиков. Атмосфера была оживлённой и в то же время упорядоченной.

Какой-то старик, гулявший с внучкой на закорках, поднял свою бутылку с ликёром, увидев Хейзел, и весело крикнул:

— За Великого Рыцаря!

Хейзел озадаченно уставилась на него.

— Прошу... прощения?

— Это тост за Его Величество Императора. Добро пожаловать в столицу, юная леди. Жаль, вы не приехали вовремя к фестивалю. Два года назад Его Величество, единственный в империи Великий Рыцарь, полностью уничтожил варваров, которые вторгались на нашу территорию...

— О, можете не объяснять мне всё это, — перебила Хейзел. — Как я могу не знать? Меня проверяли на эти знания, когда нанимали в муниципальный банк Рошеля. Только так я смогла устроиться на полную ставку за двенадцать золотых в месяц.

— А, так вы из Рошеля?

— Да, сэр, — сказала Хейзел, снова оглядываясь по сторонам.

— Я была в столице лишь однажды, маленькой девочкой. Как же всё изменилось! Разве здесь не протекал грязный ручеёк, а вдоль него не теснились лачуги?

— Точно! — воскликнул старик с впечатлённым видом. — Хорошая память! Их всех снесли два года назад.

— Боже мой! Но я слышала, что тамошние бродяги славились буйным нравом. Должно быть, поднялся немалый шум.

Старик лишь улыбнулся вместо ответа. И тогда Хейзел осознала свою ошибку.

— Ах, глупая я. Это, должно быть, Его Величество перестроил весь город. Кто осмелился бы ему перечить?

— Именно. Бродяги собрали пожитки и убрались ещё до того, как вышли указы. Они даже собственные лачуги разобрали, чтобы землю легче было расчищать. Даже весь мусор свалили в одну кучу, прежде чем уйти. Сэр Зигвальд явился на всякий случай, но ему уже нечего было делать.

— Сэр Зигвальд?

— Командир Гвардии Священного Грома. Из дома Саксенских шпигелей...

— А, вы имеете в виду эльфийскую семью?

— Нет-нет, медведей. Клан берсерков, обладающих сверхчеловеческой силой.

— Понятно. — Хейзел оставила попытки подыгрывать и решила быть честной. — Я на самом деле мало что знаю. Нам каждый день приносили газету в банк, но у меня едва хватало времени прочесть раздел о фермерстве в обеденный перерыв. Мне нужно знать политики ровно столько, чтобы поддерживать беседу с соседним фермером, не так ли?

Тут она вздрогнула.

— Вы первый человек, которого я встретила в столице, сэр. Я бы с радостью поболтала подольше, но мне нужно спешить. Видите ли, меня ждёт моя мечта длиною в одиннадцать лет.

— А? Правда?

— Да, конечно, — сказала она. — Раз уж заговорили, где находится улица Монмирт? Если я буду знать это, то, думаю, смогу сориентироваться по карте.

— Всего две улицы отсюда в ту сторону.

— Спасибо! — Хейзел поспешно зашагала к улице Монмирт, а старик удивлённо смотрел ей вслед.

Весь город, казалось, всё ещё пребывал в праздничном настроении, хотя фестиваль уже закончился. Деревья, высаженные вдоль улиц, были украшены цветами и лентами, а цифра IX — символ императора — ослепительно сияла среди ветвей.

— Хм, Великий Рыцарь... — пробормотала Хейзел себе под нос.

Великими Рыцарями называли трёх единственных в мире мастеров меча. Один был легендарным отшельником. Другой — правителем далеко на севере. А последним был не кто иной, как император Братанской империи Рамштайн Девятый.

Молодой человек всего двадцати двух лет от роду, император отправился в завоевательный поход с четырьмя ближайшими друзьями, командирами Священной Гвардии, чтобы укрепить границы империи. Он совершил большой подвиг, и в результате теперь пользовался безоговорочной поддержкой всех своих имперских подданных.

Вдобавок ко всему, по словам её бывшей коллеги Мередит, которая в прошлом году взяла несколько выходных, чтобы посетить фестиваль...

— Это безумие! Он просто невероятно красивый!

Судя по всему, он был ещё и хорош собой.

Мередит не жалела красок, описывая, насколько прекрасен белокурый император. Но Хейзел — чьё сердце с восьми лет билось чаще при виде отборного картофеля, а не красивых мужчин, — была единственной, кто зевала, слушая её с полным безразличием.

Сногсшибательная внешность императора ведь не снизит ей налоги. Пока Мередит сокрушалась, что надо было хотя бы прикоснуться к одежде императора, пусть бы её даже затоптали насмерть, Хейзел удивлялась, почему Великий Рыцарь совсем не казался ей страшным. Разве он не мог убить человека одним взглядом? Ну да ладно, картошка в любом случае лучше мужчин.

Кстати, какой сорт картофеля лучше всего приживётся в столичном климате? Её шаги, замедлившиеся при мысли об императоре, чудесным образом снова ускорились, как только она начала думать о фермерстве.

Хейзел неслась с молниеносной скоростью, волоча за собой сумку. Она даже не замечала, как прохожие в испуге шарахались в стороны.

Она шла, шла, шла и наконец миновала табличку с надписью «9-я улица».

— О? — Глаза Хейзел расширились, когда она достала документ на землю и ещё раз сверила адрес своей будущей фермы. Поместье, в котором этот якобы высокопоставленный землевладелец расширял свой дом, находилось на 1-й улице.

— Я почти на месте!

Она перешла на ускоренный шаг.

9-я улица, 8-я улица, 7-я улица... 3-я улица, 2-я улица... и наконец, 1-я улица!

Ноги её замерли как вкопанные, когда Хейзел подняла взгляд на здание перед собой. Всё было точь-в-точь, как говорил дед. Она стояла перед умопомрачительно огромным поместьем. И, словно в подтверждение могущества этого высокопоставленного человека, посетители беспрерывно входили и выходили из ворот. Некоторые что-то объявляли страже, стоявшей у входа.

Хейзел на мгновение заколебалась, но быстро приняла решение. «Я законная владелица этой земли». И она вошла с гордо поднятой головой. С этого момента ей нужно было сосредоточиться. Хейзел достала из сумки подробную карту.

Владелец этого поместья скупил все окрестные земли и полностью их перепахал, так что ей приходилось ориентироваться по обозначенным на карте ориентирам. Земля, принадлежавшая дому Мейфилдов, находилась довольно далеко от входа, на участке №79.

Хейзел медленно и методично сверялась с ориентирами.

Сад, фонтан, длинная прогулочная аллея, место, охраняемое рыцарями, статуя Рамштайна Первого, пятиэтажное здание, сад-лабиринт, загадочное правительственное учреждение, второй фонтан, библиотека, тренировочный зал, ещё одно здание, ещё стража, пруд, ещё одно учреждение, клумба...

— Это здесь? — произнесла Хейзел вслух, останавливаясь.

Она стояла у Большого Сада, спроектированного в форме герба Братанской империи с пегасом. И прямо посередине туловища пегаса, как раз под распростёртыми крыльями, находился небольшой огороженный верёвками участок с табличкой «Идут работы».

Хейзел подошла к табличке и увидела столбик ограждения, установленный садовниками для обозначения границ. На дереве было чётко вырезано имя.

[Мейфилд.]

Сердце её забилось чаще. В тот миг, когда она увидела фамилию своего рода, все страхи и тревоги, что всё это лишь сон, полностью исчезли.

— Это здесь! Прямо здесь! — воскликнула Хейзел, её лицо раскраснелось от волнения. В это мгновение ей казалось, что во всём мире существуют только она и эта земля. — Это моя ферма!

Стоя в золотых солнечных лучах, переполненная чувствами, Хейзел огляделась. Она находилась не посреди леса, как мечтала, но земля всё равно была окружена зеленью пышного сада. На заднем плане возвышалось несколько больших и малых зданий, демонстрирующих классическую архитектуру. Жаль, что не на природе, но по крайней мере вид радовал глаз. Если и была одна проблема, так это огромный дворец, который, казалось, привлекал слишком много внимания прямо рядом с её фермой...

Погодите-ка.

Лицо Хейзел перестало быть безучастным, когда она протёрла глаза. Она окинула взглядом гигантский золотой купол, а также четыре внушительные башни. Здание, недавно построенное из чистейшего белого мрамора, несомненно, было дворцом. Но почему в этом месте находился целый дворец?

Постойте. Если подумать...

Она вспомнила всё, что видела по пути сюда. Стражу, статую предка нынешнего императора Рамштайна Первого, правительственное учреждение, библиотеку, военный тренировочный плац... Она была слишком поглощена мыслями о ферме, что не заметила, насколько всё это странно.

«Как я могла быть такой глупой? Это не обычное поместье!» — с ужасом подумала Хейзел.

— Этот «высокопоставленный землевладелец» — это... император?