Глава 89.

– Мы оба прекрасно всё знаем друг о друге, верно? Так почему бы не сказать громко и ясно.

Да, всё так, как он и сказал.

Благодаря обручальному кольцу я знала о его чувствах ещё до того, как он признался, потому и он тоже должен был знать.

Однако именно поэтому я не могу сказать большего.

– Если в этот раз неугасимое пламя потухнет, то это случится по Вашей вине, принцесса.

Слова Видникса, сказанные ранее, сковывают мне сердце как кандалы.

Если выскажу свои чувства вслух, если признаюсь, что чувствую то же самое, боюсь, тогда он действительно погибнет из-за меня.

Поэтому она отвернулась под его выжидающим взглядом.

– Вы и сами всё знаете. Не спрашивайте о том, что Вам известно.

– Разве Вы не говорили сами? Просто знать и услышать на словах совершенно разные вещи.

– Нет, не думаю.

– Разные.

– То же самое.

– Если то же самое, то почему нет? Я могу повторить хоть десять, хоть двадцать раз. Берндия любит принцессу. Берндия любит принцессу. Берндия любит прин…

– Хватит! – она поспешно зажала ему рот.

И через ладонь ощутила, как он улыбается.

Берндия отнял от губ её ладонь и неторопливо лизнул кончик пальца.

То самое место, где от длительных тренировок с мечом натёрся и лопнул волдырь.

Психею захлестнуло странное чувство. А оттого, что она сейчас не видела и на дюйм, становилось ещё опаснее.

– Берндии нравится принцесса. А принцессе тоже нравится Берндия?

– Прошу, прекратите… – принцессу охватило неописуемое чувство, и она попыталась одёрнуть руку.

Но мужчина не отпускал.

– Да или нет. Выбор из двух слов. Неужели настолько сложно?

– Да, сложно.

– Хм. Берндия разочарован.

– Герцог!

– Почему Вы всё время велите мне остановиться? Не слишком ли постоянно оставлять меня ни с чем?

Рука, которую она пыталась вырвать, замерла.

Пускай под повязкой не было видно голубых глаз девушки, Берндия подумал, как очаровательно они сейчас, должно быть, задрожали.

– Давать и брать – основа любой сделки.

– Это не сделка.

– Берндия считает, что это сделка.

– Прекращать Вы не собираетесь?

– Да, а что? Это весело.

Я начал говорить в третьем лице без какого-либо умысла, но она так растерялась, что во мне проснулось озорство, – он беззастенчиво продолжил.

– Так принцессе нравится Берндия?

– Сейчас разонравитесь.

– А.

Так нельзя, – после краткого восклицания он прекратил заигрывать.

Тем временем Психея стянула с лица повязку. И взглянула на мужчину, с серьёзным выражением лица взявшегося за подбородок, бормоча что-то себе под нос.

Ну конечно же он промок до нитки.

Она и оглянуться не успела, как дождь перестал лить.

– С трудом вытянул признание, хоть весьма неряшливое.

– Что-что?

– Ничего.

Что значит «ничего»?

Я всё слышала. Говоришь, с трудом вытянул признание, ещё и неряшливое? – Психея покосилась на него краем глаза.

Немного подумав, она схватила того за руку и притянула к себе.

Не хочу говорить словами, но так, наверное, тоже можно?

Так делают не только возлюбленные, правда же?

– …! – лицо Берндии переменилось от её неожиданного поступка.

Психея поцеловала тыльную сторону его ладони с тем же почтением и уважением, как когда-то делал он сам.

Но и с ложечкой её чувств, в коих не могла признаться вслух.

Слегка влажные губы принцессы коснулись его тёплой руки.

Недолго делясь друг с другом теплом, она мягко отстранилась.

Дрожащий взгляд пурпурных глаз упал на обратную сторону ладони. Видимых следов не было, но вот ощущения остались отчётливые.

Мужчина переводил взгляд с розовых губ Психеи на руку и обратно.

Той же поначалу показалось, что в глазах герцога мелькнула непонятная зависть, но девушка не была уверена.

После длительного молчания он дрожащим голосом произнёс:

– Почему не в губы?

– Не хочу.

Чёртова ладонь, – Берндия прожигал убийственным взглядом собственную руку.

*****

Под стать герцогу Эвергрину, проникшемуся любовью к природе и растениям, его резиденция тонула во всевозможной зелени.

Не только передний и задний двор, но также внутренняя часть особняка – всё было увито растениями вроде плюща.

Быть может, всё из-за фотосинтеза, но коридор представлял собой стеклянные стены, зачарованные так, что снаружи ничего не было видно.

С таким числом растений на первый взгляд могло бы показаться, что это заброшенный старый замок. Но особняк подобным совершенно не казался.

Становится ясно, как много было приложено к нему сил.

– Герцог ожидает Вас здесь, – проводивший её дворецкий тоже был неординарен. Под стать образу особняка.

Пожилого мужчину вроде него можно было бы встретить где угодно, но почему-то казалось, что он вышел за рамки этого мира.

Как и его господин, Видникс Эвергрин.

– Вот лекарство, о котором я говорил, – сидя спиной к окну гостиной, за которым свободно росли причудливые растения, Видникс поставил на стол бутылёк с прозрачной жидкостью.

Психея взглянула на флакон.

Слышала, есть особые фрукты, растущие в лесах перевёртышей на востоке.

По словам Верховного Жреца, чтобы подавить побочные эффекты благословения оборотня, нужно съесть плод с земель оборотней.

Но поскольку всякие обмены были полностью прекращены из-за многовековых преследований, Видникс стал единственным человеком, что имел связи с оборотнями.

Также слышала, что Кроа и Кроу они не принимают из-за того, что от них пахнет людьми.

Я искала другие варианты, поскольку единственный, кто мог мне помочь, был настроен враждебно.

Потому вместо благодарности за безвозмездную помощь девушка чувствовала лишь одолевающие её сомнения.

Она немного испытывала паранойю в связи со смертью от отравления.

Иными словами, нужно было убедиться, что внутри лекарство, изготовленное из плода с земель оборотней, а не яд.

Психея спросила напрямую:

– Почему Вы мне помогаете?

– Подумал, что двенадцатичасовой лимит будет неблагоприятен для боя. И… – Видникс бросил взгляд на руку Психеи, что так и не взяла флакон. – Это не ради Вас, принцесса, а ради меня. Надеюсь, Вы примете его. Вреда оно не нанесёт.

– Видимо, помимо возвращения моего тела в исходное состояние, оно имеет и другие эффекты.

– Верно, – Видникс даже не попытался этого скрыть.

Лицо Психеи окаменело.

– Какие?

– Вы забудете о том, что произошло с момента получения благословения до момента принятия лекарства.

– И после этого Вы просите меня выпить?..

– Я ничего не делал. Такова особенность этого фрукта.

Неудивительно. Как-то раз я мимоходом рассказала Кроа о фрукте, и она сказала, что против того, чтобы я его ела. Так вот что она имела в виду.

Зная об этом теперь, я просто не смогу его выпить.

– Есть ли другой выход?

– Нет, – жёстко ответил тот.

Психея закусила нижнюю губу, думая о событиях, произошедших после обретения благословения.

В то время я отправилась в «Королевство Кукол» ради встречи со Стеллой. То есть всё, что случилось после, исчезнет.

Если так…

Может, я и не забуду о том, что являюсь Глориэль Силькисия. Ведь это старые воспоминания, прежде сокрытые магией. Но…

Воспоминания о Берндии, все чувства при мыслях о нём. Всё это растает, словно пена.

Девушка отвела взгляд от флакона.

– Я не приму его.

– Собираетесь жить так и дальше?

– Да, так будет лучше.

– Вы меня утомляете, – Видникс откинулся на спинку кресла, будто смертельно устал. Он сдвинул брови и с силой потёр глаза. – Так шумно, что я вот-вот с ума сойду.

– Потому что я представляю опасность для герцога Берндии?

Видникс отнял руку от глаз.

Он бесстрастно на неё уставился, затем глубоко вздохнул и перевёл взгляд на край стола.

– Вы, должно быть, слышали о негласном правиле носителей дара.

– Не иметь друг к другу чувств больше, чем у коллег.

– Тогда Вы должны понимать, почему я так поступаю. Возвращайтесь. Больше мне Вам нечего сказать.

– Я слышала о Вашем полномочии, герцог, – поколебавшись, выпалила Психея.

Видникс закрыл глаза и наклонил голову, будто желая облегчить мигрень, после чего снова поднял веки. Он казался немного не в себе.

– Берндия постарался.

– Вам известно, почему герцог Берндия в опасности. Прошу, расскажите мне. Если буду знать будущее, смогу его изменить.

– Думаете, не пытались?

– Что?

– Думаете, Вы, принцесса, единственная, кто пытался это сделать? По-вашему, из-за кого скопилась череда всех этих воспоминаний?.. – прежде выплёвывавший слово за словом, он вдруг закрыл рот.

Видникс какое-то время смотрел в пустоту, после чего выпрямился.

И спросил рассеяно уставившуюся на него Психею, занимавшую место напротив:

– О чём я сейчас говорил?

– Что я не единственная, кто предпринял такую попытку, и что знала ли я, кто в ответе за все эти воспоминания.

Светло-зелёные глаза расширились.

Герцог уставился на неё с нехарактерно озадаченным для него лицом, после чего отрезал, словно ничего и не было:

– Прошу прощения. Я допустил ошибку. Как бы то ни было, принцесса, в Ваших с Берндией близких отношениях нет ничего хорошего. Поэтому я и дал Вам лекарство.

– …

– Отправляйтесь на север. Оставайтесь там и Вы не умрёте, если не станете и дальше сближаться с Берндией. По крайней мере, вы оба не погибнете.

– Ваша Светлость, тем, кто пытался изменить будущее, был герцог Берндия? – спросила Психея дрожащим голосом, совершенно не слушая Видникса.