Глава 148 (Конец основной истории).

– Н-нет.

За то время, что он был с Психеей, образ «Бешеного Пса Севера» сильно размылся.

Тем не менее большинству дворян герцог запомнился как человек, к которому нелегко найти подход.

Аристократ поспешно опроверг свои же слова, сославшись, что его не так поняли и он просто спросил, на что Берндия лукаво съязвил:

– Вам так ненавистна сама мысль быть под моим началом?

– Отнюдь.

– Выходит, Вы будете рады?

– Д-да. Рад.

– Хо-о. Посмотрим, будет ли так же и после.

– …! – лицо дворянина омрачилось.

– Герцог, – Психея была не в силах на это смотреть и легонько похлопала мужчину по тыльной стороне ладони, призывая перестать дразнить бедолагу.

Лишь тогда Берндия усмехнулся и замолчал.

При виде сей сцены, дворянство хоть и на мгновение, но единодушно подумало об одном.

Только герцогиня Силькисия в силах совладать с этим человеком.

Почти тогда же, когда атмосфера накалилась в направлении восхождения Силькисия на трон…

– У меня вопрос к герцогине Силькисия, – спокойно поднял руку Эрик.

Психея взглядом разрешила ему говорить.

– Вас порекомендовали два герцога, Эвергрин и Лестир. Я бы хотел спросить, что же об этом думаете лично Вы?

Если поразмыслить, лишь Видникс и Берндия высказали свою позицию. Психея же, само заинтересованное лицо, так и не озвучила своих мыслей.

Взгляды ошеломлённых запоздалым осознанием аристократов обратились к Психее.

Девушка улыбнулась.

*****

По мере того как новая императрица взошла на трон, пребывавшая в хаосе империя постепенно вернулась в прежнее состояние.

{
"type": "bulletList",
"content": [
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "italic"
}
],
"text": "\u0412 \u043d\u0430\u0448\u0435\u043c \u0441\u043b\u0443\u0447\u0430\u0435 \u00ab\u0438\u043c\u043f\u0435\u0440\u0430\u0442\u0440\u0438\u0446\u0430\u00bb \u0443\u043f\u043e\u0442\u0440\u0435\u0431\u043b\u044f\u0435\u0442\u0441\u044f \u0432 \u043a\u0430\u0447\u0435\u0441\u0442\u0432\u0435 \u043e\u0431\u0440\u0430\u0449\u0435\u043d\u0438\u044f \u043a \u043c\u043e\u043d\u0430\u0440\u0445\u0443, \u0430 \u043d\u0435 \u0436\u0435\u043d\u0435 \u043c\u043e\u043d\u0430\u0440\u0445\u0430"
},
{
"type": "text",
"text": "."
}
]
}
]
}
]
}

Поначалу были те, кто выражал беспокойства касательно того, что корону обрёл слабейший из трёх герцогов.

Но вскоре после этого, лицезрев полную поддержку новоявленной императрицы двумя другими герцогами и беспрепятственное исполнение ею своих обязанностей, они испытали облегчение.

Второй принц и бывшие члены прежней императорской семьи окончательно покинули дворец.

Пусть они были невиновны и не имели никакого отношения к бесчинствам, что учудил прежний император, некоторые предполагали, что семена павшей императорской семьи могут стать отправной точкой нового конфликта, и поэтому их стоит убить.

Удивительно, но императрица проявила своё почтение и позаботилась о них, предоставив южные территории и безбедную жизнь.

Наследный принц и другие бывшие члены императорской семьи присягнули на верность новой императрице.

Далее императрица провела тщательное расследование касательно Адельхейда – причины её восхождения на престол и бывшего императора, что довёл империю до такого состояния.

Адельхейд, осмелившийся бежать из тюрьмы, потерял всех своих приспешников и был повязан по рукам и ногам благодаря тому, что императрица быстро обнаружила и предотвратила его побег.

Дополнительным бонусом стало то, что в процессе расследования его дела организация убийц под названием «Чёрная Луна» также потерпела крах.

Нынешняя императрица также расследовала связь между Адельхейдом и инцидентом с Реас.

Так она вызвала для дачи показания Логана Маюма, прежде известного в качестве зачинщика дела Реас.

Он застыл перед лицом недавно коронованной императрицы, а затем под крики бушевавшего народа, заикаясь, в подробностях поведал о преступлениях Адельхейда.

Разгневанный этим Адельхейд едва не убил Логана, но его план сбросить империю в адскую геенну был бы раскрыт в любом случае.

Посреди таких напряжённых деньков кто-то спросил:

– Наша принцесса… Нет, когда будет проведён банкет в честь коронации Её Величества Императрицы?

– Я занята. Позже.

– Ни в коем разе.

То ли их увещевания были от чистого сердца, то ли потому, что в отсутствие императрицы Берндия смотрел на них, злобно сверкая глазами, так и говорившими, что он не спустит с рук, если его не поддержат.

Дворянство единогласно решило как можно скорее устроить банкет в честь коронации новоявленной императрицы.

– Расследование расследованием, а банкет по расписанию.

– Ничего страшного.

– Разве Вам не нужно немного отдохнуть?

И так был проведен банкет для императрицы, чтобы она, будучи по шею в делах, могла развеяться.

*****

Оставив позади шум переполненного банкетного зала, Глориэль с балкона смотрела на ясное ночное небо.

Пока она смотрела на полную луну в обрамлении россыпи звёзд, её нос пощекотал аромат душистых цветов, принесённый ночным ветерком.

Пахло фрезией.

Весна.

Вроде бы только вчера я ответила на вопрос Эрика о том, кого бы я выбрала императором, как прошла зима и настала весна.

Год назад, когда я ощутила этот аромат, то и подумать не смела, что когда-нибудь окажусь в таком положении.

– Ваше Величество императрица, порекомендовавшая на должность саму себя, здесь ли Вы? – из-за занавески вдруг донёсся озорной голос.

Когда это я так поступала? – это было настолько неловко, что Глориэль лишь рассмеялась.

Она и ответить-то не успела, а Берндия гордо отодвинул занавес и вошёл.

Держа в руке принесённый с собой бокал вина, он оттянул заалевшую щёку девушки:

– Вы только поглядите. Снова покраснели?

– Жарко.

– В такую погоду? Может, вина в том, что Ваш дар пропал? – серьёзно восприняв её слова, Берндия положил руку ей на лоб.

Он знал о причине исчезновения её дара, поскольку услышал обо всём, через что прошла Глориэль, силой духа отправленная назад во времени.

Он измерил её температуру, задаваясь вопросом, не началась ли у той лихорадка, а после в нехорошем предчувствии прижался своим лбом к её.

– Ничего не могу сказать. У меня руки горячие.

– Ваш лоб тоже горячий.

– Хм, – Берндия обиженно поворчал, но не сразу отпустил, а поцеловал.

Чмок, – кожу защекотало.

– Что Вы здесь делаете в одиночестве? – спросил он, поправляя рукой взъерошенные ночным бризом серебристые волосы, тут и там покрывая поцелуями её лицо.

Глориэль мягко улыбнулась:

– Думала о прошлом. В то время вы, герцог, были очень…

– Привлекателен?

– Совсем нет.

Берндия застыл, потрясённый её жёстким ответом.

Он ожидал, что она скажет, что пошутила, но в ответ был сражён безжалостным подтверждением.

– Правда. Очень так себе.

– Прости, – выразил свои искренние извинения Берндия, сказав, что сожалеет о том, что не узнал её в то время, и сделает для неё всё, чего не сумел тогда. – Но до каких пор Вы собираетесь следовать почтенной форме обращения?

Берндия сменил тему со словами, что теперь, когда её социальный статус претерпел изменения, пришло время говорить более расслабленно.

Девушка поняла, что он пытался увильнуть от неприятной темы, но закрыла на это глаза.

– Застряло на языке. Не очень выходит отвыкнуть.

– Нужно попрактиковаться. Я также должен попрактиковаться и проявлять к Вам уважение, принцесса… нет, Ваше Величество. Сожалею, что продолжаю допускать ошибки, Ваше Величество.

– Прекратите. Мне это не идёт.

– Не говорите так.

– Перестаньте.

– Не перестану, пока не перестанете Вы.

Глориэль предпочла держать рот на замке.

Пока она, потягивая вино, глядела на ночное небо, Берндия ткнул девушку пальцем, призывая посмотреть на него:

– Вы обиделись?

– Нет.

Он неторопливо опёрся на перила балкона и затем тихо прошептал:

– Я тоже не хочу соблюдать почётные обращения. Но что поделать, раз таков закон империи.

– С каких пор вы так следуете закону?

– Кто сейчас правитель, тот, естественно, и должен соблюдать. Если же Вам это столь сильно не нравится, разве нет одного титула, с которым императрица вольна говорить непринуждённо?

– Какой?

– Муж императрицы.

Глориэль моргнула на прозвучавшие слова.

Воспользовавшись её замешательством, Берндия опустился на одно колено.

– Ни в коем случае. Неужели у Вас в планах есть кто-то, кроме меня? Кем бы он ни был, сожгу дотла, – он коснулся губами её ладони и искренне прошептал. – Будем вместе до самой смерти, если я того возжелаю. Так Вы сказали.

– …Э?

Эта фраза же… – глаза Глориэль широко распахнулись от удивления тому, что не должно быть возможным.

Берндия очаровательно изогнул глаза полумесяцами:

– Мне всё было интересно, сказали бы Вы так на самом деле, принцесса. И, видимо, всё так, – он отделался словами о том, что просто хотел проверить её реакцию, но той почему-то не верилось.

Как раз в тот момент, когда она уже почти ушла в размышления, задавшись вопросом, мог ли он вспомнить всё, Берндия помахал рукой, призывая смотреть на него:

– Я хочу сказать кое-что важное. Не могли бы Вы не отвлекаться?

– А, да, – Глориэль смутилась и подняла на него глаза.

В какой-то момент Берндия стёр улыбку с лица:

– Итак. Я хочу, чтобы Вы были со мной всегда. До того дня, как умру… нет, даже после того, как я умру, – его голос отдавал нервной дрожью. – Глориэль Силькисия, выйдете ли Вы за меня замуж?

Он смотрел на неё очень серьёзно, что было совершенно не в его стиле. Неужели он и такое лицо мог состроить?

Почему-то нет ощущения, что мне действительно сделали предложение, – Глориэль уставилась на него.

После чего усмехнулась.

– Что? Что смешного?

Я набрался смелости, чтобы сделать предложение, а в ответ вместо согласия получил лишь смешок, – нехарактерно смутившийся Берндия был прямолинеен.

– Вы сказали, что будете со мной. Станете говорить два разных слова одним и тем же ртом?

– Нет, – знакомый тон дал ей понять, что герцог в самом деле сделал ей предложение. Глориэль лучезарно улыбнулась. – Я сдержу своё обещание.

– Я больше не отступлю, – Берндия, резко поднявшись, крепко её обнял. Аромат фрезии утонул в запахе бергамота.

Дело императора. Дело Логана тоже. Ещё осталось столько всего, что ей нужно было решить.

Но сегодня, в день, когда ей было обещано блестящее будущее, можно было взять перерыв на какое-то время.

– Не сомневайтесь, герцог, – Глориэль крепко ухватилась за счастье, что раз за разом к ней возвращалось.

Наконец я нашла своё место.

Конец основной истории.