Глава 131.

*****

С поддержкой Психеи и Берндии Луна бросила все силы на создание двери.

Тем временем Психея занялась поисками Стеллы вместе с Берндией, Эриком и Излетом.

Но несмотря на то, что они обошли всевозможные информационные гильдии, не было найдено даже её волоска.

– Боюсь, она нарочно скрывается.

В небольшом зале совещаний резиденции Лестир.

Излет осторожно высказал своё мнение о неделях безрезультатных поисков.

Поскольку Берндия отлучился по делам, в зале было лишь трое: Психея, Излет и Эрик.

– Либо покинула империю.

– Уверена, она в столице, – сказала Психея. – Услышала от одного знакомого.

Я кое-что услышала от Джесса, когда мы ходили на чёрный рынок.

Зачем Стелла прибыла в столицу, кого она пыталась встретить здесь… Всё.

Так что у меня было приблизительное представление о том, где она объявится.

– Каковая ситуация с императорским дворцом? В особенности в окрестностях темницы.

– Мне ничего не докладывали, – ответил Эрик, изучая отчёт информационной гильдии. – Как говорят, не обнаружили никого, хоть отдалённо напоминавшего Стеллу.

– М-м.

Пускай Стелла человек неуловимый, всё же странно, что её до сих пор не смогли обнаружить.

В своём наряде она будет сразу бросаться в глаза. Но нет ни единого слова о том, что был замечен кто-то похожий.

– Сколько ни думаю, очевидно, что она нарочно скрывается, – лица Эрика с Излетом были задумчивы.

Раз она избегает самой встречи, велика вероятность, что, даже если с неимоверным трудом удастся её обнаружить, лепесток она не отдаст.

Эрик, молчаливо над чем-то раздумывавший, потупил взгляд и открыл рот:

– Человек, что сказал Вам, что мисс Стелла в столице. Он, случаем, не знает, где она?

– Да, не знает. А… – пока они говорили о том, кто может знать о Стелле, девушке на ум пришёл один человек.

Почему я только сейчас о нём подумала?

– Есть кое-кто, кто может знать, где она. Мне нужно идти.

К слову, надо встретиться с ним прямо сейчас, – Психея встала со своего места.

Излет также приготовился к выходу, следуя приказу хозяина оказывать принцессе поддержку.

Но увидев, что Эрик, который должен, как он думал, отправиться с ними, и с места не сдвинулся, мужчина с любопытством спросил:

– Граф, Вы не идёте?

Эрик, на лице у которого мелькнуло загадочное выражение, бросил взгляд на Психею.

После чего он напрягся и опустил взгляд.

– Да, не пойду… Пока что. Если буду слишком близко, могу отдалиться.

– …? – Излет уставился на него в молчаливом вопросе «Что это значило?», но ответа так и не получил.

У принцессы было такое же выражение. Казалось, она не поняла, о чём шла речь.

*****

Психея и Излет направились к казармам в императорском дворце, где остановились имперские рыцари, а конкретно орден Арденталь.

По пути они столкнулись с несколькими рыцарями Икаша.

Все они при виде Психеи выказывали неодобрение, но при этом трепетали, всем свои видом показывая неопределенность, как им к ней относиться.

Пускай они ненавидели Психею из-за Изара, но вместе с тем она была жертвой инцидента Реас. Поэтому, видимо, они не могли открыто показывать свою неприязнь.

Психея невозмутимо прошла мимо них.

Думаю, причина, по которой Изара до сих пор не схватили, была в Икаша. Говорят, они тайно крали и сливали информацию.

Как ни странно, скверно обращаясь с мужчинами-слугами в особняке, он достаточно хорошо вёл себя с рыцарями Икаша, раз завоевал их благосклонность.

Было ли причиной то, что они были такими же аристократами, как и он сам?

– Что привело Вас сюда? – заместитель командира Арденталь, узнавший её издалека, радостно подбежал.

Они вместе бились на севере, где, в отличие от Берндии, что был таким же Мастером Меча, принцесса любезно обучала фехтованию всякий раз, как её просили, благодаря чему он проникся к Психее изрядной симпатией.

– Я бы хотела увидеть Эйдена.

– А, Эйден на дежурстве, – заместитель поведал, что Эйден охраняет темницу, где заключены бывшие Силькисия, а ныне Маюм. – Хотите проведать? Позвольте мне Вас отвести.

– Ничего… Нет, идёмте.

Принцесса собиралась сказать, что ничего страшного, задаваясь вопросом, не помешает ли этим его работе, но передумала.

Когда я ещё смогу его увидеть, если не сейчас?

Нужно было всего лишь проводить её. Подобная задача была по силам любому проходящему мимо низкоранговому рыцарю. Но заместитель командира лично отвёл девушку прямиком к тюремным камерам.

– То движение, о котором Вы ранее говорили. Я бесчисленное количество раз пытался его повторить, но безуспешно. Так что не могли бы Вы взглянуть, как выдастся время?

– Как пожелаете.

Было много тех, кто просил уроки у Мастера Меча Психеи.

Ей нравилось делиться навыками владения меча, так что, если это был не грубиян, она соглашалась без особых раздумий.

Когда Мастер Меча согласился помочь ему с фехтованием, заместитель лидера разинул рот так, что горло было видно, и тут же рассказал о том, чего Психея даже не спрашивала.

Например, что Логан перестал есть и до такой степени исцарапал податливый пол и стены, что повырывал себе ногти.

Или что Лилиан постоянно навещает какая-то дама.

– Кто-то навещает Лилиан?

– Да. Как же её там звали… Ластел? В любом случае что-то такое. Так или иначе, она совершенно выжила из ума и приходить к ней бесполезно, но дама всё продолжает возвращаться…

Психея навострила уши при знакомом имени.

Ластел?

Может, анаграмма Стеллы? – Психея на всякий случай поспешно спросила.

– Эта дама, она и сегодня здесь была?

– Что? – вице-командир, спускавшийся по подвальной лестнице холодного подземелья императорского дворца, обернулся к Психее. – Ну, не знаю, приходила ли она сегодня. Учёт посетителей не моя работа.

Он сказал, что узнал о Ластел из доклада Эйдена.

Как и думала, сэр Эйден знал о местонахождении мисс Стеллы.

Давно нужно было прийти и расспросить его.

Он ведь сам говорил в «Королевстве Кукол», что лично знаком со Стеллой. Ну почему я сразу об этом не подумала?

Скрип, – дойдя до конца лестницы, вице-капитан открыл железную дверь, которая вела к специальным комнатам содержания.

Камера, куда заточили Логана, Лилиан и Леннокса, также находилась в дальнем конце темницы императорского дворца.

По словам заместителя, чем выше число сидящих в заключении высокопоставленных лиц, тем больше они пытаются сбежать.

В коридоре за железной дверью было темно. Кроме того, ощущался запах затхлости и плесени.

Каждый шаг отдавался мерцанием факелов на стене.

– Принцесса? – Эйден, стоявший напротив простой железной двери, удивлённо уставился на Психею.

Он был одет в свойственный Арденталь синий мундир, но было темно, а пламя отбрасывало оранжевый свет, придавая униформе мрачные тона.

Психея слегка потупила взгляд:

– Давно не виделись, сэр Эйден.

– Да… – тихо ответил Эйден, глядя себе под ноги.

В его поведении и тоне явственно чувствовалась отчуждённость.

Точнее, больше похоже на то, что он хотел бы избежать самой возможности встретиться с принцессой.

Ещё до моей отправки на север были намёки, что он меня избегает, но теперь всё стало ещё хуже.

А, вот почему я не вспомнила о нём сразу же, – подумав так, Психея спросила, как его успехи, дабы разрядить атмосферу:

– Слышала новости. Говорят, вы решили продолжить род Хиллейс.

Среди семей, распавшихся из-за близости к нынешней Силькисия, оказался и род Хиллейс.

Было установлено, что двадцать лет назад они поспособствовали ложному обвинению Реас и её заточению в темницу.

Нынешний барон Хиллейс не имел детей.

Во всяком случае, Эйден, которого усыновили от дальнего родственника, покинул семью.

Так что, если барон вот так скончается, его род прервётся.

Но из Хиллейс, помимо Дюраля… была Реас, которая, как всем известно, погибла, и Илия, в то время сбежавшая, что ныне обернулись жертвами сфабрикованного дела.

Ходили мнения, что будет неправильно уничтожать семью, родственную принцессе Глориэль по материнской линии.

Потому, пусть и неохотно, но Эйдену пришлось взять род на себя.

Также сыграло свою роль свидетельствование Берндии о том, что Эйден хорошо подходит на должность главы дома Хиллейс. А кроме того, Эйден не понёс никакого наказания за дело Реас, поскольку уже сменил фамилию на Арденталь.

– Лишь на время, – тихо проговорил Эйден, когда заместитель капитана, закончив с сопровождением, ушёл.

Он всё ещё не смотрел Психее в глаза.

– Если все ложные обвинения будут сняты с госпожи Реас, госпожа Илия также будет невиновна, и я передам главенство ей.

Лию звали Илия Хиллейс.

– Тётя хочет, чтобы это место заняли вы, сэр Эйден.

– Я этого не заслуживаю.

– Сэр Эйден, в то время вы были слишком юны.

Эйден вскинул голову на её строгие резкие слова.

Красные глаза, отражавшие пламя факелов, дрожали, будто бушующее море.

– Вы… знали?

– Узнала, когда провела личное расследование, – горько усмехнулась Психея, вспомнив историю Джесса о «инциденте Реас двадцать лет назад». – Сэр Эйден, вам незачем винить себя.

Именно благодаря Эйдену изумрудное ожерелье-игрушка стало подарком императрице двадцать лет назад.

Психея отправилась в гости к своему кузену и забыла у него ожерелье.

Эйдену в то время было шесть лет. Он нашёл ожерелье и отдал его своему отцу, барону Хиллейс, чтобы тот его вернул.

А после…

– Вы ничего не могли сделать.

К тому времени, когда Эйден прознал о заговоре своего отца, было уже слишком поздно.

Силькисия погибла.

И, как тогда считали, его любимая кузина тоже скончалась, сбегая с няней.

Поэтому он углубился в изучение запретной магии, чтобы вернуть к жизни мёртвую.

– Простите меня, – из глаз Эйдена полились слёзы. – Мне искренне жаль.

Психея не знала, что Эйден был оккультистом, поэтому ей не было известно и о сделанном им выборе.

Но одно она знала точно.

Эти двадцать лет он жил отнюдь не в мире и благополучии.

– Простите… – по щекам Эйдена бежали ручейки прозрачных слёз.

Он даже не мог взглянуть на Психею и лишь безостановочно извинялся.

– Простите меня.

– Всё в порядке.

Он вошёл в Силькисия под видом простого рыцаря, чтобы спасти меня, пусть и запоздало.

Чтобы поведать мне правду, он попросил вместе сходить в храм.

Поэтому…

– Правда, всё в порядке, – сказала Психея дрожащим голосом и слабо улыбнулась.

Как и у Эйдена, её голубые глаза также опухли от слёз.